Из истории лексико-словообразовательной кодификации кашубского литературного языка (стр. 6 )

Это значит, что большую часть совпадений у Рамулта и Трепчика составляют формы, дублетные польским. Анализируемый материал содержит 18 кашубских слов, которые не совпадают с польскими и принимаются обоими лекси­ко­гра­фа­ми, напр.:

Рамулт	Трепчик	польский
bélnota	bёlnota	cnota, cnotliwość, dzielność
dozdřèlałosc	do(z)drzelałosc	dojrzałosc
drogœsc	drogosc	drożyzna
Zéwœsc	dzёwosc	dzikość
céχosc	cёchosc	cisza
ńedbałosc	niedbałosc	niedbalstwo

Таблица 11.

Собственно это и есть объем оригинальной кашубской лексики, представленной в обоих «изводах» КЯа.

На рисунке (5) в виде полосы представлен весь рассматриваемый корпус ка­шуб­ской лексики Рамулта.

38%

26%

11%

64%

37%

25%

Рисунок 5.

Горизонтальным штрихом выделена та его часть, которая совпадает с формами в польском языке; вертикальной — часть, совпадающая с кашубскими формами Трепчика. Соответственно зона их наложения (клетка) отражает часть лекси­че­ского фонда, общую для трех корпусов. Полностью затушеванный фрагмент, та­ким образом, представляет комплекс форм, которых нет ни в польском языке, ни в КЯе Трепчика. Напр.:

Рамулт	польский	Трепчик
dernovatosc	głupowatość	naczidіosc, gіupkowatosc, lelekowatosc
dretkosc	cierpkość	kwasnota, dręgota, heltkowatosc
gńijusovatasc	leniuchowatość	Нет соответствующей статьи (F)
zniewieściałość	babowatosc, zbabiałosc, zlёbiałosc
χątnosc	gotowość,	poszёk, uprôwk, parôtnota, kapôwnota
ochoczość,	ochotnosc, chęc, lёgotka, parôtnota
żwawość,	welechnota, chutkosc, rёsznota, chiżota, żёwosc, swôrnosc, drôw
mœžnosc	dzielność	dzyrzkosc, bёlnota, zuchternosc, bodrosc, odwôżnota, chłopskosc
wyborność	widzałosc, ocznota, paradnosc, arastnosc, dukantnosc, strogosc
przedniość	ocznota, dobri zort

Таблица 12.

Итак, рассмотренный комплекс существительных на -osc и -ota в словаре Рамулта демонстрирует явную тенденцию к кодификации форм, полностью то­жде­ствен­ных польским существительным. Основные различия между словами двух языков лежат у него в области фонетики. Анализ этого лексического материала об­на­ру­живает большее сходство КЯа Рамулта с польским языком, чем с кашубским же языком Трепчика. Однако неверно было бы определить нормотворческую кон­цепцию Рамулта для этого класса лексики просто как стремление к со­хра­не­нию/ установлению кашубско-польского тождества. Для ее раскрытия необходим ана­лиз тех 36% случаев, когда этого тождества нет. Если причина не­то­жде­ствен­но­сти части таких пар (ок. 62%) в том, что тождества нет уже на уровне про­из­во­дя­щего, т. е. корпус демонстрирует разнокоренные пары (39 случаев), то отсутствие тождества в остальных случаях (соответственно, ок. 38%) требует отдельного ис­следования: почему эти лексемы демонстрируют оригинальность? Что пре­пят­ствует подчинению их общей тенденции?

Кашубские словари Рамулта и Трепчика демонстрируют больше различий, чем сходства. Объяснение и здесь, на первый взгляд, может показаться очевидным: в соответствии со своими установками на расподобление кашубского и польского языков Трепчик отвергает польские формы, а, поскольку кашубские формы Ра­мулта тождественны им, лексикон Трепчика удаляется и от словаря Рамулта. Та­кое утверждение, однако, справедливо лишь отчасти, так как, во-первых, как хо­рошо видно на приведенном выше рисунке, четвертая часть слов Рамулта Треп­чиком не принята, хотя в польском языке таких форм нет. Во-вторых, в этой ча­сти словаря лексемы Трепчика могут совпадать с польскими; в-третьих, в 26% случаев что-то заставило Трепчика принять «польские формы». Соответственно прежде чем объяснить расхождения между словами Рамулта и образованиями Трепчика, необходим отдельный анализ последних14. Особый интерес пред­став­ляют те 11% словарного корпуса, которые обнаруживают устойчивость в пре­де­лах обоих словарей, вне зависимости от польского языка и нормотворческих кон­цепций лексикографов. Для рассматриваемых словарей эта часть корпуса пред­ставляет собой «оригинальную кашубскую константу нормы».

Для объяснения вариативности за пределами константной зоны необходимы дальнейшие исследования, которые позволят раскрыть природу выявленных проти­воречий и ответить на вопросы, которые возникли в ходе представленного анализа.

ПРИМЕЧАНИЯ

[1] Разумеется, обнаруживаемые таким образом границы приблизительны: для выявления точных показателей необходим максимум всех возможных кодификаций. Исследова­тель же в лучшем случае располагает всеми проектами, которые были, но не теми, ко­то­рые могут быть.

2 Эта грамматика долгое время оставалась неизвестной исследователям, но, по счастью, в 1994 г. в Архиве РАН в С.-Петербурге рукопись обнаружил проф. и со­вместно с проф. В. Лефельдтом опубликовал ее (Цейнова 1998; см. также: Дуличенко 1996, 117–133).

3 То обстоятельство, что сам Рамулт не позиционирует этого, объясняется, во-первых, условиями создания словаря: автор готовил его для конкурса им. , целью ко­торого было стимулировать собрание новых и ранее незаписанных слов или их зна­че­ний, а также других материалов польского языкового ареала. В этом контексте многие решения Рамулта уже были чрезвычайно рискованными. Об отношении к ним членов конкурсной комиссии см., напр.: Тредер 2003б, 448. Не следует, однако, преувеличивать «конспиративные» устремления Рамулта ― едва ли ему пришлось кривить душой: не следует упускать из виду ― и это во-вторых, ― что принципиальное разделение по­ня­тий язык и литературный язык появилось в лингвистике значительно позже. В XIX в. они не представляют оппозиции друг по отношению к другу, более того, они могут упо­требляться наряду с наречие и целым рядом других синонимов. Подробнее об этом и возникших вследствие этого недоразумениях вокруг кашубской проблематики см. Ро­манчик 2003, 119–133.

4 Надо заметить, что на сегодняшний день это и наиболее значимые статьи по данному вопросу, хотя во многом представляют собой обобщение опубликованных ранее: Тре­дер 1992б; 1995а; 1995б; 1996.

5 В графической системе Рамулта формант -osc может передаваться также как -œsc, -ota — как -œta (после основ на согласные k, g, х, f, p, b, w, m).

6 Напр., слово bёlnota является, по Трепчику, кашубским соответствием на польские сло­ва cnota, cnotliwość, dzielność, dziarskość. Соответственно, если считается общее число эквивалентов, то единица bёlnota учитывается в каждом из четырех случаев, т. е. это 4; если подсчитывается численность лексических единиц, то единица bёlnota учитывается один раз, т. е. — 1. Отсюда разница показателей 810 и 565.

7 Весь материал здесь и далее приводится в оригинальной графике.

8 Форма здесь понимается прежде всего как словообразовательная структура. Графические, орфографические, системные фонетические различия во внимание не принимаются.

9 Преимущественно корпус представлен nomina essendi, однако очевиден и выход из это­го разряда ― чаще всего в разряд nomina attributivа; разумеется, такой переход сопро­во­ждается утратой абстрактности. Реже представлены другие лексико-грамматические разряды существительных, напр., nomina collectiva. Однако чаще всего такие значения являются вторичными и омонимичными nomina essendi, что и позволяет нам при опи­сании несколько упрощать действительную ситуацию.