Современная Германия (стр. 4 )

Число желающих выехать из ГДР росло в геометрической прогрессии. К лету 1989 г. около 125 тыс. человек ожидали разрешения на выезд, большинством из них были молодые, хорошо образованные люди, пытающиеся найти «лучшую долю» по ту сторону стены. Официальная пропаганда оценивала массовое стремление к выезду как «провокацию со стороны Запада, направленную против социализма»[31]. В январе 1989 г. Хонеккер заявил о том, что «Берлинская стена останется еще в течение 50 или даже 100 лет, до тех пор, пока не будут устранены причины ее появления», имея в виду несовместимость политических систем Востока и Запада[32]. Осознание того, что от руководства ГДР бесполезно ожидать реформ, привело народ к радикальным способам действий. Тысячи восточных немцев летом 1989 г. осаждали посольства ФРГ в соседних Чехословакии и Венгрии, где компартии уже были отстранены от власти, пытаясь получить политическое убежище и выехать на Запад. Массовое бегство из страны, остановить которое СЕПГ не могла, дискредитировало ГДР в международном масштабе, стало наглядным доказательством застоя системы и одной из причин ее краха.

В экономическом плане проявлялся кризис системы хозяйствования, которая не выдерживала бремени внешнего долга. Взамен структурным, рыночным кризисам ФРГ, ГДР постиг экономический кризис присущий всем странам социалистического блока с плановой экономикой. Под вопросом оказалась платежеспособность ГДР. Этим ставились под угрозу реальные социальные гарантии - полная занятость, бесплатные образование и медицинское обслуживание, обеспечение жильем, пенсии, которые играли существенную роль в повседневной жизни и были важным аргументом в «историческом соревновании» с ФРГ.

Режим СЕПГ оказался не в состоянии реагировать на изменения общественных условий, показал неспособность к модернизации, которая стала объективной мировой тенденцией, чего в принципе и следовало ожидать от режима казарменного социализма. По сравнению с другими странами Восточной Европы, захваченными процессом либерализации, ГДР оставалась оплотом доказавшего свою несостоятельность «реального социализма». Важную роль сыграли и другие внешнеполитические факторы, в частности влияние интернациональной культуры, новых идей и форм в развитии цивилизации, от которых было невозможно отгородиться в условиях современных СМИ и информационных технологий.

§2. Причины и предпосылки кризиса ГДР.

Германский вопрос после окончания Второй Мировой Войны оставался открытым, отягощая международные отношения. Однако это не было противостоянием Германии с остальным миром, а противостоянием капиталистического Запада и бюрократической системы Союза, противоборством двух противоположных общественно-политических и социально-экономических мировых систем.

Речь шла о сохранении и расширении сфер влияния. Цивилизованная форма этой конфронтации отразилась в заключительном акте СБСЕ (Совещание по безопасности и сотрудничеству в Европе). С точки зрения Запада, Хельсинкский процесс должен был привести к коренным преобразованиям в Восточной Европе, обеспечить изменение не только общественно-политического строя, но и экономической системы, переориентировать эти страны на нормы и принципы западной демократии. Геншер (МИД ФРГ) пишет в своих воспоминаниях, что именно хельсинкский процесс позволил преодолеть конфликт между Западом и Востоком, создать единую свободную Европу, а СБСЕ позволил решить национальную задачу немцев добиться воссоединения Германии[33].

Одной из наиболее важных причин распада ГДР стали глубинные изменения в экономическом и политическом положении, в том числе в общественной ситуации в Советском Союзе и в государствах Восточной Европы, которые постепенно нарастали ко второй половине 80-х годов. К сожалению, руководители этих стран не сумели хотя бы приблизительно оценить характер и последствия происходящего, предугадать, к чему приведет поразительное бездействие 70-80-х и запоздалая, но все-таки вялая активность на рубеже 90-х годов[34].

В ГДР даже и думать было запрещено о таких понятиях как демократизация, гласность, перестройка, тогда как в Восточной Европе и на территории СССР эти понятия широко использовались в публицистике и средствах массовой информации. Ответом на гласность советского союза стал запрет или строжайшая цензура любых печатных материалов, поступавших из СССР. Немецкая оппозиция парировала этот выпад власти разрешением евангелической церковью диссидентам печатать свои произведения в церковных изданиях.

Параллельно с этим нарастали кризисные явления в экономике. Быстрыми темпами росла задолженность ГДР Западу. Снижение эффективности народного хозяйства вело к росту социальной напряженности. А руководство страны жило в оторванном от народа состоянии и продолжало проводить свою политику. Произошел окончательный разрыв партийно-государственного аппарата с передовой, демократически настроенной частью партии и народа.

Масло в огонь подлили и результаты коммунальных выборов мая 89 года - правительство ГДР было обвинено в грубейшей фальсификации итогов.

Кризис правящих СЕПГ и правительства ГДР разразился в конце лета. Он был вызван возмущением жителей страны ограничениями прав человека в ГДР. Одним из проявлений ограничений был практический запрет гражданам ГДР выезжать на Запад, в частности, в ФРГ. В начале мая Венгрия открыла границу с Австрией - тысячи людей ринулись через Венгрию в Австрию, а затем в ФРГ. В конце июля неофициальная статистика зафиксировала безвизовой выезд 150 граждан ГДР, к середине августа поток увеличился до 1600 человек, а к концу сентября количество уехавших составило 2500. Огромное количество не желавших возвращаться в ГДР оставались в Варшаве; они обращались в посольство ФРГ с просьбой предоставить им политическое убежище. Посольства не могли отказывать гражданам ГДР – хотя бы потому, что правительство Коля не желало отступать от позиции, когда любой гражданин ГДР имеет право на получение гражданства ФРГ. Посольство ФРГ обязано было оказать поддержку любому обратившемуся гражданину ГДР[35].

Далее нужно обратиться к исследованиям тех, кто непосредственно являлся наблюдателями и участниками германских событий. Надо отметить, что среди серьёзных научных исследователей данного вопроса наиболее активно в 1990-е гг. публикуются те, кто по долгу службы в 1989-90 гг. находился в Германии или имел к отношение к германской проблеме. Среди них , работавший в 1984-1991гг. начальником информационно-аналитического отдела аппарата советской внешней разведки в Берлине. Он выделяет субъективные и объективные факторы, сопутствующие объединению. С его точки зрения объективным было то, что две Германии рано или поздно объединились бы, спорить можно было только о скорости и условиях этого объединения. Ускорению этих процессов способствовало кризисное состояние экономики Германии, а также, подчёркивает автор, то, «что верхушка ГДР оказалась коррумпированной в не меньшей степени, чем её славянские и азиатские собратья». Это и вызвало самое широкое возмущение.

К числу субъективных факторов можно отнести роль Запада и роль руководства СССР - и . Первичным всё-таки было возмущение широких народных масс, выступавших против коррумпированного режима, хотя масштабы западного вмешательства были колоссальными, а мощный подрывной аппарат работал на максимальных оборотах.

Вся государственная машина ФРГ была направлена против ГДР. Западное телевидение и радио заранее оповещали слушателей ГДР о времени и местах сбора на митинг и о требующихся лозунгах. Телевидению, как средству агитации и пропаганды в то время уделялось большое внимание.

Здесь надо отметить, что телевизоры, выпускавшиеся в СССР и ГДР, были настроены на французскую систему SECAM, что затрудняло приём западногерманского ТВ. В начале 80-х в продаже в ГДР появились конвертеры для переключения телевизоров на PAL, а во второй половине 80-х телевизоры имели уже автоматическое переключение. Жители ГДР получили возможность смотреть западные каналы.

СМИ ГДР проигрывали Западу информационную войну, преувеличение успехов, преуменьшение трудностей, искажение фактов социалистической прессой вызвало рефлекс неприятия. Вместе с тем, обратной стороной такого восприятия было доверчивое отношение к передачам западного телевидения и радио, что обернулось немалыми отрицательными последствиями.

У восточногерманских обывателей утвердились крайне идеализированные представления о ФРГ и Западном Берлине. Именно эти наивные представления подтолкнули многих людей к поискам своего счастья в Западной Германии, а позднее стали причиной нетерпеливых требований скорейшего объединения с ФРГ.

Также, как уже отмечалось, активная работа ФРГ по присоединению ГДР сопровождалась необычайной пассивностью и безразличием руководителей Советского Союза к процессу германского объединения. В воспоминаниях посла СССР в ГДР отмечено, что в день открытия границы с Западным Берлином он неоднократно пытался связаться с Горбачёвым или Шеварднадзе, но руководители были заняты, времени для ГДР у них не находилось[36].

Бывший советник-посланник посольства СССР в ГДР Максимычев, будучи свидетелем происходивших событий, писал, что не только посол СССР, но и заместитель министра иностранных дел СССР не смог дозвониться до , и даже до заместителя Горбачева по соцстранам [37].

вынудила признать неизбежность объединения Германии не столько «восточная политика» ФРГ, сколько всеохватывающий кризис «социалистического содружества». В связи с этим нет достаточных оснований и для утверждения, что объединение Германии стало непосредственным результатом политического курса ФРГ. В данном случае было бы уместно напомнить известную максиму римского права: «Post hoc non propter hoc».

Воссоединение Германии немцы рассматривают, как подарок истории. Процесс слияния ФРГ и ГДР в единое государство проходил стихийно. Даже в конце 1989 года среди политической элиты ФРГ было распространено мнение, что объединение Германии - дело далекой исторической перспективы.

Когда 9 ноября 1989 года Берлинская стена была «открыта» и был снят контроль на пограничных переходах, то тысячи жителей Восточного Берлина устремились в западную часть города, а встречный поток западноберлинцев - в восточную. Подобное развитие событий застало врасплох даже правительство ФРГ, хотя оно давно добивалось открытия границы.