…ала-кузé кéлгын висéн ончалмыжáт (Маринан) Айметлáн поснáк келшá (Бик 1976:9).

’…её (Марины) глубокий оценивающий взгляд особенно нравится Аймету’.

3) многократный повтор гласного е, гласного а и гласных о, ö, у/ÿ под ударением:

Кóрнышто вашлийме гóдым вýйжым тýпынь óк ыште гын, тáлгыде имнят, лÿдын öрдыжкö тöрштá, урéм покшéлне кийыше пият тýдым эртéн кайымéшкыже оптáш óк тошт, капкá йымáк пурéн вéле опталтá (Орай 1978:110).

’При встрече на дороге – если он не повернет голову – даже жеребенок-стригунок, испугавшись, отпрыгнет в сторону, даже собака, лежащая посреди улицы, не посмеет лаять при нем, и только потявкивает из-под ворот’.

Не менее распространен повтор одинаковых звуков при описании действий или состояний героев, который в свою очередь помогает создать такой стилистический прием, как ономатопея (звукоподражание).

Структурно звукоподражательные слова в исследуемых материалах подразделяются на простые, сложные и составные. Простые состоят из одного слова, например:

Маринан могыржылан шыр чучеш (Осып 1975:28).

’Марина заволновалась’.

Сложные звукоподражательные слова представлены из полностью одинаковых лексем, например:

Ведыркан Мекеат тыштак. Мÿшкыржым кадыртен шогалын да лук-лук-лук воштылалыштеш (Орай 1978:146).

’И Ведыркан Меке тоже здесь. Выпятил живот и посмеивается – ха-ха-ха’.

Составные звукоподражательные слова включают в свой состав несколько повторяющихся слов, связующим звеном которых является сочинительный союз, например:

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?

Мексон тудым кÿвареш шарен пыштенат, товартош дене шолт да шолт кыра. (Асаев 1971:250).

’Мексон, разложив его на полу, громко колотит обухом топора – тук да тук’.

Одно звукоподражательное слово может иметь от трех до восьми фонем. Наиболее распространенные группы включают в себя: полные, двойные трехфонемные, полные двойные четырехфонемные, полные двойные шестифонемные.

При описании словесного портрета героев романа при помощи звукоподражательных слов могут передаваться пестрота цвета одежды и обуви, движения и жесты. С помощью ономатопеи они сравниваются со звуками неживой природы, инструментов домашнего обихода, пением птиц, криками животных.

Особенностью выразительных средств фонологического уровня, участвующих в создании словесных портретов марийского романа, является появление такого лингвистического феномена, как «расширение», к которому мы относим увеличение количества конечных согласных или конечного слога в звукоподражательных словах, способствующие более яркому описанию некоторых психических состояний героев художественных произведений, например:

Кужун да келгын шонымо дене Анатолийын ушыжо выж-вуж-ж-ж шаланен кайыш (Лекайн, 3т, 1988:364).

’От долгих и глубоких раздумий голова Анатолия закружилась’.

Все вышеуказанные стилистические приемы: аллитерация (повтор согласных) и ассонанс (повтор гласных звуков), повтор одинаковых фонем помогают создать морфологическую, или неточную, рифму, аллитерационную рифму, ассонансную рифму, комбинированную с аллитерацией согласных.

Второй раздел главы посвящен анализу синтаксических стилистических приемов. В рассмотренных романах при создании словесного портрета наиболее часто встречаются такие выразительные средства синтаксического уровня, как параллелизм (полный, частичный), стилистическая инверсия, перечисление, повтор, пропуск логически необходимых элементов, асиндетон, полисиндетон, риторический вопрос и риторическое восклицание. Данное перечисление представлено в порядке убывания частотности применения приемов.

Среди параллельных конструкций, как полных, так и частичных, выделяются несколько структурных моделей. Самые распространенные модели полного параллелизма в исследованных романах – Adj+Adj; Adj+N, которые могут повторяться внутри одного отрывка от двух до четырех раз, например:

*Какши чуриян, кужу капан* бригадир кугу йÿкын пелештыш (Мурзашев 1999:82).	’… громким голосом произнес высокого роста бригадир с худощавым лицом’.
*Марда капан, шемалгырак тÿсан, тыртыш шÿргывылышан** рвезе (Лекайн 1987:302).*	’Среднего роста, смуглый, круглолицый парень’.
Тудо (следователь) Алексей дене икта‰ашрак. Икмарда капан, чуякарак шÿргывылышан, … кÿляш ÿпан, шара шинчан* пöръе‰ (Попов 1999:53)*.	’Он с Алексеем примерно одного возраста. Мужчина среднего роста, с овальным лицом, прямыми кудельного цвета волосами, светлыми глазами’.

Примеры частичных параллельных конструкций не имеют такой четкой структурной выраженности и включают в себя различные неповторяющиеся модели, например:

Лывырге кап-кылан, волгыдо ончалтышан Анюта Мигытан суртыштыжо эше первый ужмыж годымак Йыванлан четлык кöргыш логалше кайык семын чучын ыле (Юзыкайн 1978:140).

’Голубоглазая Анюта, с гибким станом, ещё на первой встрече в доме у Мигыты напомнила Йывану птицу, попавшую в клетку’.

Необычное размещение текстовых элементов при описании словесного портрета создает неожиданный ракурс в восприятии внешности героев, создавая еще один синтаксический стилистический прием - инверсию. В рассмотренном материале встречаются такие случаи стилистической инверсии (в рамках отдельного предложения):

Постпозиция определения по отношению к определяемому, например:

Сынже (Настасин) марийын. Ала шинчагомдышыжо пушкыдырак, ала ш¢ргыначкаже лывыргырак, но ончалтышыже нигуш ит кай – шкенанак (Александров-Арсак 2000:19).

’Внешностью – марийка (Настаси). То ли веки шелковистее, то ли щеки помягче, но взгляд бесспорно (букв.: никуда не ходи) – наш’.

Предшествование сказуемого перед подлежащим, например:

Тидланак огыл мо шочыт нуно, тыгайже, йытыраже (Александров-Арсак 2000:34).

’Не поэтому ли рождаются они, такие, красивые’?

Препозиция прямого дополнения по отношению к сказуемому (прямое дополнение стоит в начале предложения), например:

Метрийым шуко гана ужын (Зоя) гынат, шымлен ончалеш (Тимофеев 1973:16).

’ И хотя Зоя видела Метрия часто, посмотрела на него изучающе’.

Постпозиция обстоятельственных слов по отношению к сказуемому, например:

…Тыгодым пуйто рашкалтыш волгенче - ош тувыр-йолашым чийыше, … акрет кугыза толын шогале саде тумо воктеке (Юзыкайн 1978:116).

’В это время словно прогремел гром - к тому дубу подошел одетый во все белое древний… старик’.

Словесный портрет содержит в себе фотографические и характерологические данные героев романов, которые редко используются в одиночном описании. Чаще всего автор произведения предлагает несколько сходных характеристик героев, создавая тем самым такой стилистический прием, как перечисление, например:

Туге гынат, лу ийлан кугурак гай коеш, тÿсыжö, капше, койышыжо* витле ияшын палдырна (Ялкайн 1958:56).*	’И все же, выглядит на десять лет старше (Дарья Петровна), ее внешний вид, фигура, характер напоминают пятидесятилетнюю’.
…пÿреман тошто ош шовыржым чийыш, шÿкшö теркупшым шындыш... (Лекайн 1987: 187).	…надел старую белую поддевку со сборками, нахлобучил на голову худую (старую, ветхую) шляпу’.

Перечисляться могут все члены предложения: подлежащие, сказуемые, определения, дополнения, обстоятельства (образа действия). В компактном статическом фотографическом и характерологическом типах портрета в роли подлежащего могут выступать имена существительные, обозначающие отдельные черты внешности, части тела, предмета одежды и обуви и пр. Преобладание однородных сказуемых наблюдается в динамическом типе портрета компактного и рассредоточенного типов. Перечисление второстепенных членов предложения – определения, дополнения и обстоятельств – происходит вместе с перечислением подлежащих и сказуемых. Накопление количества эмоций, какого-то качества ведет к появлению дополнительного приема этого уровня – градации. В рассмотренном материале присутствуют и эмоциональная, и количественная типы градации.

Логическое перечисление может выражаться различными частями речи, определяя при этом различные отличительные качества описываемого героя. В предложении может быть повтор определений, сказуемых, например: