на профессиональные аспекты моей жизни огромно (стр. 2 )

6. Якось в університеті працівники святкували 8 Березня. Усі чоловіки на чолі з тодішнім проректором організувати хор під назвою "Хор колишніх хлопчиків" і подарували жінкам свої пісні. А по закінченню святкувань наша кафедра не раз збиралася разом з проф. О. М. Мороховським, він грав на гітарі, а ми співали, як він казав, "трактирную меланхолию".

Поздравление на один из прижизненных юбилеев проф. А. Н. Мороховского

Казалось, что сам Бог супругов Мороховских к нам направил.

И вскоре Александр Николаевич нашу кафедру возглавил.

Мы вместе трудились давно,

Но годы бегут все быстрей.

И вот в ноябре этого года

У нашего экс-шефа снова юбилей.

Вместе на работу мы шагали,

Праздников и будней череда.

И в делах, заботах мы не замечали,

Как бегут предательски года.

Шеф лектором прекрасным стал,

Трудов научных он немало написал,

И нас трудиться вдохновлял,

А иногда так просто заставлял.

Может быть, и правда, что сюжет банальный,

В двух словах житейский трафарет:

Школа, университет, наука,

Но потом какой заметный след!

Если бы спросили Вас тогда,

Какая характерная черта

Вас поражает в юбиляре?

Наверное сказали бы:

Серьезность? Да!

Ученость? Да!

Но чувство юмора – всегда!

Отрывки интервью, взятого Надежной Ивановной у Александра Николаевича ранее в юбилейный год

Н. И.: Когда Вы твердо решили, что станете доктором филологических наук? Не было ли у Вас намерения стать доктором каких-нибудь других наук?

А. Н.: Нет, конечно. Я мечтал стать филологом, как только вымолвил первое слово.

Н. И.: Ваше первое научное открытие?

А. Н.: Сначала было слово, но когда нашло вдохновение, я исследовал и предложение.

Н. И.: Участвует ли Ваша супруга в Вашем творческом процессе?

А. Н.: Да, до публикации критикует за то, что много написал, а после – за то, что мало.

Н. И.: Как Вы отличаете творческую от нетворческой работы?

А. Н.: Получаю гонорар – творческая, зарплату – нетворческая.

Н. И.: Ваш творческий метод? Известно, что Бальзак пил кофе, Байрон – любил женщин и

галеты, Пушкин – женщин и вино, Чехов, сочиняя, ходил, Гоголь и Хемингуэй – писали стоя, Агата Кристи любила яблоки и ванну. Какой же продукт Вы взяли на вооружение?

А. Н.: Всегда предпочитаю коньяк.

Н. И.: Хотелось бы узнать Ваше мнение по некоторым вопросам. Как нам известно, в науке еще

встречаются отдельные пробелы, недостатки. Что Вы скажете по этому поводу?

А. Н.: Лучше бороться с чужими недостатками.

Н. И.: Всем известно, что Вы неоднократно редактировали сборники научных статей.

Хотелось бы узнать, как мы говорим и как мы пишем?

А. Н.: О, говорите вы очень хорошо, особенно в этой комнате (помещение кафедры) на переменах, а пишете хуже.

Н. И.: Ваш любимый афоризм (свой или чужой)?

А. Н.: Давайте переживать неприятности по мере их поступления
(писатель-сатирик ).

Н. И.: Хватает ли у Вас чувства юмора, когда Вы пишете хвалебные рецензии на чужие научные статьи?

А. Н.: У меня даже хватает чувства юмора, когда я читаю хвалебные рецензии на свои научные статьи.

Н. И.: Вот уже много десятилетий мы идем к светлому будущему всего человечества. Почему же мы пока туда не дошли?

А. Н.: Мы шли другим путем.

Н. И.: Задайте себе самый приятный вопрос.

А. Н.: Хотели бы Вы написать что-нибудь грандиозное, из ряда вон?

– Да.

– Собираетесь?

– Нет.

– Спасибо за вопросы. У меня еще остались ответы.

1. Возглавив кафедру лексикологии и стилистики, сумел создать доброжелательную, дружескую и, вместе с тем, чрезвычайно творческую атмосферу. Он обладал уникальной способностью избегать конфликтных ситуаций, всегда был тактичен, лоялен и справедлив. Отличительной чертой Александра Николаевича как руководителя была его доброта и внимание к коллегам: он никогда не отказывал в помощи, если мы в ней нуждались, будь-то вопрос по работе или личного характера.

Как научный руководитель Александр Николаевич был требовательным, но в то же время очень доброжелательным, корректным и, что самое примечательное, терпеливым по отношению к ошибкам и недостаткам своих учеников.

имел разносторонние научные интересы и был полон самых разнообразных творческих идей. Он читал лекции студентам, слушателям факультета повышения квалификации, аспирантам, а также организовал цикл лекций по интерпретации текста для нас, преподавателей, за что мы были ему безгранично благодарны.

Именно проф. был инициатором создания первого в Украине учебника по стилистике английского языка. Александр Николаевич вдохновил нас на написание этого учебника, каждый параграф которого тщательно обсуждался всем нашим творческим коллективом.

3. Среди нереализованного проф. А. Н. Мороховским, к сожалению, остался его учебник по интерпретации текста, над которым он достаточно долго трудился в последний период своего творческого и жизненного пути.

5. Мороховский – человек с большой буквы, настоящий ученый с широким кругом научных интересов, прекрасный лектор и наставник.

1. А. Н. Мороховский имел огромное влияние на мои научные, профессиональные и жизненные взгляды. Как заведующий кафедры он всегда заботился, чтобы в коллективе была дружелюбная атмосфера, и стремился, чтобы мы подходили к любой работе творчески. Он был харизматической личностью, справедливой и с чувством юмора.

2.  Н. Мороховского филологическая наука была смыслом всей его жизни. Ведь он написал выдающийся учебник по стилистике. Он жил этим. На мой взгляд, в то время у нас в вузе было две выдающиеся личности – Г. Г. Почепцов и А. Н. Мороховский.

3. Я не думаю, что у Александра Николаевича остались нереализованные планы. Очень жаль, что он так рано ушёл из жизни. Несомненно, он что-то ещё написал бы, ведь у него было столько разных идей. У меня остались только положительные эмоции об этом чудесном человеке. Он был необычайно общительным, всегда старался повысить уровень знаний преподавателей. Он создал прекрасный творческий коллектив, мы отмечали вместе все юбилеи. Как сейчас помню, он очень любил слоёные пирожки с мясом, и я всегда, по его просьбе, пекла их ему. Однажды его жена попросила меня испечь пирожки к его дню рождению. Он был очень рад.

5. Сущность харизматической личности Александра Николаевича заключалась, прежде всего, в его неординарном мышлении. У него всегда созревали новые идеи, которые он воплощал в жизнь. Если не хватало времени у самого, он давал задание кафедре их реализовывать.

6. Наша кафедра была первой, которая решила создать компьютерные программы. Мы писали тесты по рассказу "The Escape". Над этой работой трудился весь коллектив кафедры. Закончив работу, мы отправились домой, а на утро вся информация была стерта. К сожалению, программисту так и не удалось ее восстановить. "Ну что, будем снова начинать писать?" – спросил . И мы создали программу заново. Изначально эта программа предназначалась исключительно для повышения квалификации преподавателей вузов. Тогда, в силу сложившихся обстоятельств (раз уж надо было делать двойную работу), предложил использовать эту программу и для студентов. Так, благодаря А. Н. Мороховскому, у студентов появилась возможность самим работать и исправлять свои ошибки.

5. Александр Николаевич Мороховский! Это имя всегда приятно слышать и произносить. А произносим мы его не единожды каждый год, начиная лекции по стилистике английского языка, обучая анализу текста, указывая на его учебник, как своеобразную "библию".

Известность пришла к Александру Николаевичу еще в студенческие годы: он не был заводилой, но считался "мозгами" в группе, ему не завидовали, а просто уважали. За ним было всегда последнее слово, фраза, решение. По окончанию университета, он, тогда уже семейный молодой человек, был направлен в Самаркандский университет, где через пять месяцев возглавил филологический факультет. Эмилия Яковлевна и Александр Николаевич очень часто любили вспоминать те времена в Узбекистане. Эмилия Яковлевна была великим экспертом по национальной узбекской кухне, особенно хорош был её плов.

Александр Николаевич был очень деликатным, скромным человеком. Завоевать его доверие было не просто. Он никогда не акцентировал своего появления на работе, но его присутствие ощущали все. Он не был закрыт для коллег, но и не слыл душой компании. Аристократ в жизни и науке. Безумно жаль, что "Стилистика" на английском языке так и не увидела свет. Его уход из жизни был так внезапен (инфаркт − и нет), что поразил многих, как удар молнии.