Ранний железный век и Средневековье в долине реки Буреи (стр. 6 )

2. Среди элементов, характеризующих преемственность польцевской (или урило-польцевской) и михайловской культур, по мнению автора, можно выделить лишь два: преемственность хозяйственных типов и сосуды вазовидной формы. К тому же известные на данный момент михайловские вазы появились не ранее середины IV века и просуществовали, по крайней мере, до VII века [, 1969, с. 86-92.; 1972, с. 208-317]. Польцевская культура исчезла в IV веке. Предполагаемый контакт польцевского и михайловского населения мог произойти на начальном этапе михайловской культуры – в III веке. Однако, михайловские вазы, датированные этим временем, пока не обнаружены.

3. Единственная исследованная группа памятников со следами проникновения польцевской культуры – Алексеевский Бугор. Часть керамики этих памятников имеет характерные польцевские черты (сосуд с озера Яма и другие) [Болотин, Сапунов, Зайцев, 1997, с. 155-159]. Но большинство фрагментов посуды относятся скорее к урильской культуре. Исследования на памятнике Букинский Ключ–1 и поселении Поярково–1 показали, что самый популярный декор Алексеевского Бугра – «подковообразные» или «скобковидные» вдавлевания орнаментирует сосуды урильской культуры и свидетельствует об определённой преемственности (а возможно, процессе слияния) местной урильской и пришлой талаканской культур и вероятном периоде времени их сосуществования. Таким образом, материал Алексеевского Бугра можно трактовать двояко: как первые обнаруженные следы миграции на рубеже эр польцевского населения в Западное Приамурье; как случайное проникновение в данный регион носителей польцевской культуры или характерной для неё тарной посуды.

4. Бурейские материалы указывают на последовательное существование урильской, талаканской и михайловской культур. Видимо, этнокультурная динамика долины Буреи была характерной для всего Западного Приамурья. Носителями михайловской археологической культуры были монголоязычные племена северной группы шивэй. Они являются потомками переселившихся в конце I тысячелетия до нашей эры с верховьев Амура и Забайкалья в Западное Приамурье монголоязычных племён талаканской культуры (возможно, ухуаней). Носители талаканской культуры, в свою очередь, сменили население урильской культуры раннего железного века, существовавшей в Западном Приамурье с XII века до нашей эры, приблизительно, до рубежа эр. Этническая принадлежность урильской культуры на современном этапе исследований определяется как палеоазиатская. Возможно, на завершающем этапе своего развития она сосуществовала с талаканской культурой.

Схема этнокультурной ситуации в раннем железном веке и раннем средневековье на территории Западного Приамурья, по нашему мнению, была следующей: население урильской культуры (XII–IV вв. до н. э.) (возможно, палеоазиаты) и часть населения польцевской культуры из Восточного Приамурья (VII в. до н. э. – III в. н. э.) (возможно, палеоазиаты) сформировали поздний этап урильской культуры (это – группа памятников Алексеесвкий Бугор, III в. до н. э. – II в. н. э.). Затем с ними в контакт вступили носители талаканской культуры (монголоязычное население, часть которого ухуани, IV в. до н. э. – III в. н. э.), результатом данного процесса стало образование михайловской культуры монголоязычных шивэй (III в. н. э. – VII-X вв. н. э.).

В VII–VIII веках в Западное Приамурье последовательно мигрируют тунгусоязычные племена: да шивэй, хэйшуй мохэ (найфельдская группа) и бохайские мохэ (основу которых составили сумо мохэ). Именно бохайские мохэ, сыгравшие решающую роль в ассимиляции михайловской культуры, образовали в местах прохождения этого процесса памятники троицкой группы мохэской культуры. Эта ситуация, видимо, отразилась в сооружении михайловским населением укреплённых валами и рвами городищ, самое крупное из которых – Михайловское городище на реке Завитой (более 300 жилищных западин) датируется VII веком. Позднее X века памятники михайловцев не обнаружены, что свидетельствует об исчезновении михайловской культуры и окончательной ассимиляции михайловского населения носителями мохэской культуры.

В заключении обобщены основные результаты и представлена реконструкция этнокультурных процессов в кон. II тыс. до н. э. – нач. II тыс. до н. э. в Западном Приамурье в целом и в долине Буреи в частности.

Этнокультурная принадлежность населения, заселявшего долину реки Буреи, является дискуссионной. Носителей урильской культуры исследователи относят либо к палеоазиатам, либо к предкам тунгусо-маньчжурского населения. Принадлежность талаканцев устанавливается косвенно, в связи предполагаемым родством с их потомками – михайловцами. Михайловское население также трактуется неоднозначно, как монголоязычные или как тунгусоязычные племена. По мнению автора, урильцы и, часть польцевских мигрантов из Восточного Приамурья, будучи родственными палеоазиатами, образовали конце I тыс. до н. э. конгломерат (группа памятников Алексеевский Бугор), попытавшийся продвинуться вверх по Амуру. Это продвижение остановила и обратила вспять мощная встречная миграция с северо-запада монголоязычного населения (часть которого, составляли летописные ухуани), оставившего памятники талаканской культуры.

Изначально являясь кочевыми племенами, талаканцы не оставили крупных поселенческих комплексов, но отметили своё многочисленное присутствие в Западном Приамурье характерной керамикой. Оказавшись в новой для себя среде, они вынуждены были приспосабливаться к ней, прежде всего, перенимая хозяйственные навыки местного населения и смешиваясь с ним. Причём хозяйственные навыки перенимались, вероятно, сравнительно быстро, а вот культурный облик талаканцев изменялся медленнее. Этот постепенный процесс завершился появлением в конце II – начале III вв. михайловской культуры, носители которой были потомками талаканцев, унаследовавшими от них ряд культурных индикаторов (сходство сосудов, отсутствие погребений), а от местного позднеурильского населения – ведущие типы хозяйства.

Сопоставление современной и летописной географии позволяет определить носителей михайловской культуры как представителей монголоязычных племён северной группы шивэй. В VII-VIII веках ряд тунгусоязычных миграций в Западное Приамурье (да шивэй, хэйшуй мохэ и бохайских мохэ) положил начало ассимиляции михайловских племён, которая завершилась в X веке.

Список основных работ опубликованных по теме диссертации

(общий авторский вклад 4,1 п. л.)

Статьи в изданиях, рекомендованных ВАК:

1.  , , Ранний комплекс урильской культуры с Букинского Ключа на реке Бурее // Археология, этнография и антропология Евразии. – 2008. - № 4 (36). - С. 32-42. (авторский вклад 0,3 п. л.).

Статьи в сборниках научных трудов:

2.  О функциональном назначении лошадиных фаланг из средневековых памятников Приамурья: новые данные // Традиционная культура востока Азии. – Благовещенск: Изд-во АмГУ, 2001. – Вып. 3. - С. 138-143. (0,3 п. л.).

3.  , Общее и особенное в конструкции жилищ памятника Букинский Ключ-1 // Россия и Китай на дальневосточных рубежах. 3. – Благовещенск: Изд-во АмГУ, 2002. – С. 71-77. (авторский вклад 0,2 п. л.).

4.  Об исследованиях памятников раннего железного века в бассейне р. Буреи // Россия и Китай на дальневосточных рубежах. 3. - Благовещенск: Изд-во АмГУ, 2002. –C. 78-82. (0,3 п. л.).

5.  , , Новый памятник хэйшуй мохэ на Амуре // Проблемы археологии, этнографии, антропологии Сибири и сопредельных территорий (Материалы Годовой сессии Института археологии и этнографии СО РАН 2002 г.) – Новосибирск: Изд-во Ин-та археологии и этнографии СО РАН, 2002. – Т. 8. – C. 408-413. (авторский вклад 0,1 п. л.).

6.  Влияние природно-климатических условий на формирование культурно-хозяйственных комплексов в Западном Приамурье в конце 1 тыс. до н. э. – 1 тыс. н. э. // Археология и социокультурная антропология Дальнего Востока и сопредельных территорий. – Благовещенск: Изд-во БГПУ, 2003. - С. 230-238. (0,5 п. л.).

7.  Методологические аспекты средневековой археологии Западного Приамурья // Миграционные процессы на Дальнем Востоке (с древнейших времён до начала ХХ века). – Благовещенск: Изд-во БГПУ, 2004. - С. 357-362. (0,3 п. л.).

8.  Основные этапы в исследованиях археологических памятников бассейна реки Буреи // Учёные записки БГПУ. - Благовещенск, 2005. - Т. 22: Гуманитарные науки, ч. I. - С. 195-202. (0,3 п. л.).

9.  Долина реки Буреи в раннем средневековье (по материалам памятника Букинский Ключ-1) // Чтения памяти профессора Сычевского. - Благовещенск: Изд-во БГПУ, 2006. - Вып.6, ч. 2. - С. 96-112. (0,4 п. л.).

10.  . Электронная каталогизация археологического материала в музее и лаборатории БГПУ // Краеведение Приамурья. - 2007. - № 1. – С. 85-101. (0,5 п. л.).

11.  Материальная культура эпохи средневековья в долине реки Буреи // Традиционная культура востока Азии. – Благовещенск: Изд-во АмГУ, 2008. - Вып. 5. – С. 171-191. (0, 8 п. л.).

12.  , Хон Хён У, Бён Ён Хван, Пак Джон Сэн, , Исследование поселения Озеро Долгое в Амурской области в 2008 году // Проблемы археологии, этнографии, антропологии Сибири и сопредельных территорий (Материалы Годовой сессии Института археологии и этнографии СО РАН 2008 г.) – Новосибирск: Изд-во Ин-та археологии и этнографии СО РАН, 2008. – Т. XIV. – C. 229-233. (авторский вклад 0, 1 п. л.).

Ранний железный век и средневековье

в долине рЕКИ Буреи

(по материалам памятников Букинский Ключ–1 и Безумка)

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата исторических наук

Лицензия ЛР № 000 от 19 декабря 1997 г.

Подписано к печати Бумага тип. №1 Тираж 120 экз.

Формат бумаги 60´84 1/16 уч.-изд. л. 1,75 Заказ № 000

Типография Благовещенского гос. пед. университета.

675000, Амурская обл.,

04.