Секторные экономические инструменты и варианты обязательств по ограничению выбросов парниковых газов (стр. 4 )

Хотя Россия занимает шестое место по производству цемента (данные 2006 г.), но это лишь 2,1%, а в целом в отрасли доминирует Китай, на долю которого приходится 47,1% мирового производства. На втором месте Индия с 6%, затем США с 4% мирового производства. Этот факт неизбежно сделает отраслевые обязательства по снижению выбросов СО2 «китайскими». С одной стороны, это хорошо, так как вовлечет эту страну в реальные обязательства по снижению выбросов. С другой стороны, Китай будет доминировать в отраслевой системе торговли, что чревато непредсказуемыми воздействиями на рынок.

Казалось бы у стран СНГ есть явное преимущество по общему удельному выбросу СО2, но это, прежде всего, результат значительной доли низкосортной продукции, а не современных технологий, поэтому, вероятно, на данный факт полагаться нельзя.

Вероятно, единственным выигрышным для России и стран СНГ вариантом отраслевых обязательств может быть «динамический» подход, основанный на процентном снижении выбросов от имеющегося уровня, то есть «разыгрывание» нашего уникального потенциала энергосбережения при производстве клинкера. Вероятно, такой вариант может быть приемлем и для Китая и США, но встретит возражения Японии и стран ЕС.

3.2 Черная металлургия

Данная отрасль занимает в мире второе место среди наиболее энергоемких секторов промышленного производства. Черная металлургия в 2005 г. потребила 23 ЭДж (порядка 800 млн. т у. т. или около 80% всего потребления энергии в России). Она уступает лишь химии и нефтехимии (34 ЭДж), но намного опережает идущее третьим производство цемента (9 ЭДж). Четыре главных производителя: Китай, Япония, США и Россия дают 57% всего производства стали, составляющего около 1250 млн. т/г.

Процесс производства стали состоит из многих этапов, начиная от добычи и обогащения руды, подготовки сырья (агломерации и производства окатышей), производства кокса, чугуна и затем собственно стали. Из железной руды в доменных печах выплавляется передельный чугун, идущий в переработку (передел) на сталь. Так производится 60% стали. Около 5% приходится на современный метод прямого получения железа непосредственно из рудных материалов, минуя стадию выплавки чугуна в доменных печах (Direct Reduced Iron – DRI или железо прямого восстановления). Остальные 35% производится из металлолома. Использование металлолома способно оказать значительное влияние на потребление энергии и выбросы СО2. За последние 30 лет его использование в абсолютном выражении возросло в 1,5 раза (как и производство стали в целом), но в процентном выражении несколько понизилось.

В контексте обсуждения секторных обязательств, вероятно, имеет смысл, прежде всего, рассмотреть конечный этап - технологии производства стали. В большинстве случаев на семинарах и при неформальном обсуждении объектами обязательств называют именно металлургические комбинаты, что «отодвигает» подготовку сырья и производство кокса на второй план. При этом различия в производстве чугуна – доменной выплавке, как правило, гораздо меньше, чем различия на этапе производства стали.

В сталеплавильных печах с подачей кислорода (кислородных конверторах) выплавляется более 65% (2006 г.), в электродуговых печах 32% и в мартеновских печах около 2,5% стали. Однако последняя, наиболее отсталая технология широко распространена на Украине и в России.

Страна	Доля в мировом производстве, проценты, 2006 г.	Технологии производства стали, в процентах от национального производства
Кислородный конвертер, (обычно из руды, 13-14 ГДж/т)	Электродуговая плавка, (при исп. металлолома, 4-6 ГДж/т)	Мартеновские печи, > 20 ГДж/т
Китай	34,0	87	13	0
Япония	9,3	74	26	0
США	7,9	43,1	56,9	0
Россия	5,7	61,6	18,4	20
Ю. Корея	3,9	54,3	45,7	0
Германия	3,8	68,9	31,1	0
Индия	3,5	47,3	50,5	2,3
Украина	3,3	56,4	9,8	33,8
Италия	2,5	37,4	62,6	0
Бразилия	2,5	73,9	24,4	0

Наилучшие результаты дает электродуговая плавка из металлолома или же из железа прямого восстановления. Результат по энергоэффективности может быть в 3 раза лучше, чем при наиболее распространенном использовании кислородных конверторов и чугуна из рудного сырья. Таким образом, при производстве стали важна не только технология, но и доступность сырья, в частности металлолома, а также руды пригодной для получения недорогого железа прямого восстановления.

Выбросы СО2 при производстве стали по различным технологиям[4]

Технология	Примерные выбросы тСО2/т стали	Примечание
Металлолом – электродуговая печь	0,15	Ограничено доступностью металлолома
Железо прямого восстановления - электродуговая печь	0,8	Ограничено доступностью недорогого железа прямого восстановления
Усовершенствованная доменная печь – кислородный конвертер	1,5	Наиболее распространенная технология.
Типовая доменная печь - кислородный конвертер	1,75	Для России особенно важна утилизация доменного газа
Типовая доменная печь – мартеновская печь	2 – 2,5	Имеется практически только на Украине и в России

Таким образом, участие стран СНГ в секторных обязательствах на базе абсолютных значений удельных выбросов СО2 на единицу продукции проблематично. Данная отрасль является отсталой по сравнению с ситуацией в других странах, даже таких как Индия и Бразилия. Поэтому можно рассматривать лишь вариант секторных обязательств в процентах снижения удельных выбросов СО2 на тонну стали, то есть для черной металлургии мы приходим к тем же рекомендациям, как и для производства цемента.

Здесь у России, а особенно у Украины очень большие возможности. Потенциал снижения выбросов в мире в целом оценивается как 0,30 тСО2/т стали. Первое место по потенциалу снижения выбросов занимает Украина - 0,70 тСО2/т. Затем идут Индия - 0,61 тСО2/т; Бразилия и Китай по 0,48 тСО2/т. Потенциал России 0,35 тСО2/т или в 2 раза ниже, чем у Украины. Потенциал в ЮАР и Канаде равен 0,29 и 0,22 тСО2/т, в развитых странах Европы и в США примерно 0, 15 тСО2/т, а в Южной Корее и Японии еще в 2 раза меньше – 0,08 и 0,07 тСО2/т соответственно.

Отметим, что в потенциал включается и повышение энергоэффективности конечного производства стального проката, что логично, если обязательства «прилагаются» к конкретным металлургическим комбинатам. Здесь важно и как производится прокат, и каким он является. В России много может дать переход на непрерывное литье с получения профилей, близких к требуемым изделиям, и тонких поло, что избавляет от необходимости нагревать и охлаждать заготовки и сокращает циклы прокатки.

В целом возможности России по снижению выбросов СО2 в черной металлургии оцениваются как примерно 30 млн. т СО2 в год или около 1,5% всех выбросов парниковых газов в нашей стране. Более половины данного потенциала - >15 млн. т СО2/г связано с утилизацией доменного газа, включая и эффективную выработку из него энергии. Модернизация доменного производства и повышение эффективности управления доменным процессом может дать около 6 млн. т СО2/г. Такой же эффект даст переход с мартеновского производства на кислородно-конверторные печи. На Украине ситуация несколько иная, там главная часть потенциала связана с модернизацией доменного производства (16 млн. т СО2/г), затем идет переход на кислородно-конверторные печи, а в целом потенциал составляет около 35 млн. т СО2/г.

3.3 Обязательства в процентах снижения удельных выбросов на единицу продукции

Рассмотренные выше два примера наиболее «перспективных» секторов, обсуждающихся в процессе переговоров в РКИК ООН, указывают на, вероятно, общее правило. Для России и стран СНГ приемлемыми могут быть только отраслевые обязательства по улучшению удельной энергоэффективности производства. В целом именно в России за последние 5-8 лет произошло наибольшее, среди крупных стран мира снижение энергоемкости ВВП, хотя, увы, это был тренд «от очень плохих к просто плохим» показателям. Повлияло также изменение структуры ВВП и рост цен на нефть.

Приведем сугубо иллюстративный пример общего подхода к отраслевым обязательствам, вероятно, приемлемого для стран СНГ. Все производители некой продукции группы стран к 2020 г. снижают удельные выбросы на тонну продукции на 30% от сегодняшнего уровня. Это означает, что, если сейчас удельный выброс в Японии 0,8, в Бразилии 1,2, в России 1,5, а на Украине 2 тСО2/т, то к 2020 году удельный выброс в Японии должен составить 0,56, а на Украине 1,4 тСО2/т.

Мы видим, каково многообразие технологий и нюансов, поэтому, представляется, что более сложные «формулы» на международном уровне невозможны. Распределение того, за счет каких мер или каких технологий, например, Россия снизит удельный выброс с 1,5 до 1,05 тСО2/т, должно делаться на национальном уровне. Таким образом, мы приходим к идее внутрисекторного национального рыночного регулирования, призванного помочь бизнесу быстрее освоить новые технологии, а также увязанного, насколько это целесообразно, с аналогичными системами других стран.