К вопросу о модельном эксперименте в археологии (стр. 1 )

АРХЕОЛОГИЯ И ЭКСПЕРИМЕНТ

К ВОПРОСУ О МОДЕЛЬНОМ ЭКСПЕРИМЕНТЕ В АРХЕОЛОГИИ (ОПЫТ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ФИЗИЧЕСКОГО МОДЕЛИРОВАНИЯ ДЛЯ РЕКОНСТРУКЦИИ ОТДЕЛЬНЫХ ЭТАПОВ ГОНЧАРНОГО РЕМЕСЛА ЗОЛОТООРДЫНСКОГО АЗАКА)1

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: эксперимент, физическое моделирование, глина, золотоордынский Азак, фор­мовочная масса, естественные и искусственные примеси, скульптурная лепка, гончарный круг, пла­стическое формование, воздушная сушка, полосчатое лощение, ангоб, температура и время обжи­га, керамический черепок.

Существует немало определений, что такое «эксперимент», какова его структура и роль в ар­хеологической науке [Рузавин, 1974, с. 67-84; Коробкова, 1975, с. 44-47; Шер, 1976, с.73-74; Гричан, Симанов, 1978, с. 299; Коробкова, 1975, с. 44-49; она же, 1978, с. 55-60; Быков, 1989; Васильева, Са-лугина, 19996, с. 182-183, и др.]. Много лет занимающиеся экспериментальным изучением древнего гончарства и предложили придерживаться наиболее распространён­ной точки зрения на эксперимент - как на особый метод научного исследования, который должен быть особым образом организован. В методологии науки его относят к методам эмпирического уров­ня исследования. Все существующие концепции признают за ним следующие основные особенности: активное практическое воздействие на изучаемые явления и процессы и контролируемость данного воздействия. К эксперименту предъявляется целый ряд обязательных требований: постановка про­блемы, наличие предшествующих теоретических разработок, на основе которых выдвигается гипоте­за, выявление существенных и несущественных факторов, изменение одного из факторов при посто­янстве другого, тщательность фиксации результатов [Рузавин, 1974, с. 70-77]. В задачи эксперимента входит: значительно расширить доказательную базу исследования, подтвердить или опровергнуть возникшие в ходе работы гипотезы, помочь правильно интерпретировать результаты визуального изучения объекта исследования и выстроить систему доказательств.

Бинокулярную микроскопию, трассологические исследования керамики и физическое модели­рование древнего процесса её производства (или модельный эксперимент) учёные относят к разряду «внутренних» экспериментальных методов археологической науки. Другие методы естественных на­ук определяются как «внешние». Основная их часть - это прямые поисковые эксперименты. Спектр таких методов по мере совершенствования технической базы физико-химических исследований по­стоянно расширяется. Они позволяют значительно увеличить информативные возможности материа­ла и осветить те его стороны, которые недоступны визуальному наблюдению.

Для изучения археологической керамики исследователи широко применяют как давно извест­ные (в основном эмпирические)2, так и относительно новые естественнонаучные методы.3 В литера­туре они неоднократно характеризовались [Юрчак, 1955, с. 1-72; Августиник, 1956, с. 149-156; Сай-ко, 1966, с. 10-11; Сайко, Кузнецова, 1977, с. 6-21; Сайко, 1982, с. 53-69; Бриндли, 1985, с. 69; Седо­ва, 1986, с. 75-85; Васильева, Салугина, 1997, с. 27-29; Цетлин, 1997, с. 84-87 и др.]. Обязательным условием любого современного естественно-научного исследования становится принцип неразруши­мости анализируемого объекта. Продолжают быть актуальными проблема достоверности заключений учёных-естественников и проблема стандартизации и нормирования оценок показателей изучаемых объектов, полученных в разных лабораториях. Применение только одного метода в силу присущих керамике особенностей (субмикроскопическая структура, несовершенство кристаллических фаз, по­лиминеральный состав, большое сходство по качественному составу и разница по количественному и т. д.) зачастую не даёт по-настоящему объективной картины.

* * *

Необходимость в физическом моделировании возникла в связи с тем, что при почти полном молчании письменных источников на целый ряд вопросов на пути реконструкции технологии гон­чарного ремесла Азака нельзя ответить, опираясь только на археологические материалы, специаль­ную литературу по керамике и данные этнографии. Была сделана попытка реально, пусть и в сильно упрощённом виде, в лабораторных условиях воссоздать технологический процесс и провести испы­тания и замеры технических параметров, изготовленных в ходе эксперимента моделей.

Во второй половине XX века трудами большой группы учёных-естественников и этнографов создана определённая методологическая и методическая база для проведения модельного экспери­мента по гончарной технологии [Августиник, 1956, с. 149-156; Алимова, 1979, с. 120-132; Короб­кова, 1975, с. 44-49; Цетлин, 1997, с. 84-90; Васильева, Салугина, 1997, с. 27-28, 132-137; Васильева, Салугина, 1999а, с. 234-248; Глушков, 1999, с. 167-180; Васильева, Салугина, 1999б, с. 167-197; и др.]. Ещё одно очень важное подспорье - наблюдения этнографов и специальные работы керамистов-технологов [Кверфельдт, 1947, с. 10-12; Майсурадзе, 1954, с. 10-22; Пещерева, 1957, с. 37-39; она же, 1959, с. 1-396; Бобринский, 1959, с. 228-242; он же, 1962, с. 32-37; он же, 1966, с. 141-149; он же, 1969, с. 69-72; он же, 1978, с. 1-272; он же, 1991, с. 1-215; он же, 1997, с. 133-140; Джаббаров, 1959, с. 388; Екимова, 1959, с. 352-354, 359-361; Маслова, 1962, с. 17-20; Китицина, 1964, с. 149-164; Лу­кич, 1979, с. 13-36, 136-165; Сайко, 1982, с. 34-36; Милюченков, 1984, с. 28-47; Агамалиева, 1987, с. 41-45; Ермаков, 1995, с. 315; Савиных, 1999, с. 5-39; и др.].

В изложении итогов экспериментов мы придерживались основных этапов технологического процесса кустарного производства гончарных изделий, неоднократно публиковавшихся в трудах [Бобринский, 1978, с. 14-15; он же, 1997, с. 92; он же, 1999, с. 9-10] и целого ряда других исследователей4. Сущность метода состоит в воспроизведении определённых характеристик древней керамики на специально созданных эталонах и переносе знаний об этих моделях на объект изучения - археологическую керамику. Полученные в ходе модельного эксперимента эталонные об­разцы были использованы в качестве сравнительного материла при исследованиях археологической керамики на водопоглощаемость [Перевозчиков, 2006, с. 563-576], при определении её плотности, удельного объёма [Перевозчиков, 2006, с. 602-604, 617-624] и химического состава (РСФА) [Пере­возчиков, Лопаткин, 2007, с. 134, 137, 155-157, рис. 17, 10, 11], при визуальном описании керамиче­ского черепка [Перевозчиков, 2006, с. 711-714, 728, 729, 732, 733].

* * *

Глинам посвящена не одна сотня монографий и тысячи статей по геологии, материаловедению, строительству, промышленности, кустарным промыслам, материальной культуре, искусству, этно­графии и археологии. Существует множество определений глины, её общих характеристик и класси­фикаций [Кверфельдт, 1947, с. 7-9; Августиник, 1957, с. 5- 6; Лукас, 1958, с. 554-555; Зальманг, 1959, с. 23-164; Будников, Бережной и др., 1962, с. 25-30; Габинет, Шестопалова, Эрн, 1970, с. 221­226; Кирсанов, 1970, с. 228-233; Петров, 1970, с. 207-213; Петров, 1971, с. 594; Бойко, Власов и др., 1975, с. 29; Сайко, 1982, с. 10-12; Акунова, Крапивин, 1984, с. 34-45; Кингери, 1984, с. 18; Бриндли, 1985, с. 68-69; Чернобров, 1989, с. 15-16; Васильева, Салугина, 1997, с. 5-6, 39-40; и др.].

Обобщённо - это пластический материал вторичного происхождения, образовавшийся в ре­зультате распада некоторых видов первичных пород и обладающий рядом полезных свойств: размо­кая в воде, может образовывать вязкое «тесто» , принимающее под давлением любую форму, которая сохраняется и при высыхании, а после обжига приобретает высокую механическую прочность, обла­дает термической устойчивостью, способностью поглощать и передавать тепловую энергию при на­гревании. К глинам принято относить породы, содержащие более 50% частиц < 0,01 мм и не меньше 25% частиц < 0,001 мм (породы, содержащие меньше 25% частиц < 0,001 мм и больше 50 % частиц > 0,01 мм, называют суглинками). Глины состоят из глинистого вещества и примесей. Глинистое веще­ство может слагаться из одного глинистого минерала (мономинеральные глины) или из смеси раз­личных глинистых минералов (полиминеральные глины), что наиболее характерно для легкоплавких глин5. Именно от количества, видов и дисперсности глинистых минералов, входящих в состав глин, зависят такие их свойства, как набухание, рабочая влажность и пластичность. В обычной гончарной глине полиминерального состава глинистых минералов - 45-60%, кварца - 25-35%, карбонатов - 2­8%, а содержание органических примесей колеблется от 3 до 20 %.

В геологии глины принято делить на вторично отложенные (перенесённые водой, ледником, ветром), первичные и остаточные (образования, оставшиеся на месте), метаморфизированные камне-подобные породы. Из вторичных высоким качеством (однородностью и пластичностью) обладают осадочные глины (озёрные, болотные и пойменные). Для них характерна большая примесь перегноя растений, придающая этим глинам тёмный (иногда даже чёрный) цвет с зеленоватым или голубова­тым оттенком. Особая группа - это лёссовые глины (алевриты), образовавшиеся в результате перено­са глинистых минералов ветром. Они характеризуются отсутствием слоистости, высокой пористо­стью и водопроницаемостью, большим содержанием примесей кварца и углекислого кальция. Лёссыи некоторые виды суглинков имеют рыхлое строение, при небольших усилиях они распадаются и достаточно хорошо размокают.

Минеральный состав глин лежит в основе их классификаций и, в конечном счёте, определяет технологическую ценность глинистых материалов. Среди последних преобладают каолинит6, мон­тмориллонит7, галлуазит, гидрослюды и др. Залегают глины от прослоек и линзочек малой мощности среди других пород до линзообразных, гнездовидных, плащеобразных и пластовых залежей большой мощности. Они могут отличаться специфическими технологическими особенностями не только в ка­ждом месторождении, но и в каждом слое одного месторождения.

По признаку пластичности различают три сорта глин: высоко-, средне - и низкопластичные. Пластичность глинам сообщают их тонкодисперсные компоненты. Высокопластичные - вязкие, «жирные», нежны на ощупь, хорошо тянутся и полируются; о пластичности обычно свидетельствует большой процент влаги. Но изделия из них разрушаются при воздушной сушке и высокотемператур­ном обжиге. Низкопластичные глины - песчанистые, «тощие», известны под названием «глей», в из­ломе матовы, шершавы на ощупь, в руках сыплются и практически не формуются; главное их досто­инство - огнеупорность. Глины средней пластичности являются наиболее оптимальными, могут ис­пользоваться для производства керамических изделий практически без добавок. Различают границы пластичности: нижняя характеризуется таким влагосодержанием, при котором скатанные из глины нити не способны соединяться друг с другом; верхняя определяется влагосодержанием, при котором начинает появляться текучесть. Глины, содержащие меньше 10-15% глинистых веществ, называют «тощими» суглинками, а в которых этих веществ более 20-30% - «жирными» суглинками. Если гли­ны содержат глинистых частиц размером менее 0,001 мм 10-30% - они вполне пригодны для произ­водства кирпича.