Курсовая работа Тема: Показатель ассоциативной множественности -ana / - ene в нанайском языке (стр. 6 )

       В языках мира форма ассоциативной множественности чаще всего распространяется на имена, обозначающие родственников и другие лица (местоимения пока не рассматриваются). Употребление с наименованиями животных и неодушевленных объектов встречается гораздо реже. По мнению , в таких случаях надо говорить не об ассоциативной множественности, а о симилятивной репрезентативности, поскольку ассоциативная множественность, как было сказано выше, характеризуется устойчивыми совокупностями, а «устойчивые совокупности регулярно образуются только личными референтами» [Даниэль 2000: 78]. Для иллюстрации данного явления приводит японский пример структуры ‘телевизор’-PL, который означает ‘телевизор и другие приборы’.

       Для нанайского языка такое явление не характерно совсем. Выяснилось, что суффикс –ana не может употребляться с именами, не обозначающими лица. Более того, по словам носителя, этот суффикс не может присоединяться даже к названиям животных, которые оказываются героями какой-нибудь сказки и поэтому ведут себя как люди17. Употребление этого суффикса с наименованиями различного рода неодушевленных объектов и животных в текстах не встречалось и было запрещено носителем нанайского языка.

Выводы

       Происхождение нанайского суффикса - ana остается до конца не выясненным. Есть предположения, которые еще необходимо подтверждать более весомыми аргументами. Они были подробно рассмотрены во второй части данной работы. На основании некоторых особенностей употребления этого показателя можно попытаться ответить на вопрос: является ли суффикс –ana одним из показателей категории числа или же его следует считать показателем другой, отдельной категории?

       С одной стороны, показатель обладает некоторыми свойствами, которые могли бы послужить аргументом в пользу того, что это показатель отдельной категории:

- этот показатель обладает особенным базовым значением, отличным от базового значения граммем числа (количество объектов: например, один – два – три – много),

- встречается чаще всего в определенной (звательной) функции,

- в некоторых словах возможен как суффикс –ana, так и суффикс –sal в зависимости от контекста, но эта группа слов не велика.

С другой стороны, этот показатель обладает и рядом других особенных свойств:

может употребляться как в значении ассоциативной, так и в значении аддитивной множественности; не сочетается с показателем множественного числа –sal; в референцию обязательно входит совокупность из нескольких лиц; исключение фокусного референта невозможно; подлежащее с показателем –ana требует сказуемого во множественном числе.

Вышеперечисленные, а также и другие, менее значительные, свойства говорят о том, что показатель –ana имеет смысл трактовать как один из показателей категории числа с присущими ему особенностями употребления: ограничением употребления категорией «лицо – не лицо», тенденцией его употребления в одной определенной функции. И судя по всему, каждой лексеме соответствует свой показатель множественного числа (-ana либо –sal). По крайней мере, наблюдается такая тенденция. Что касается тех слов, которые могут принимать на себя оба показателя, то они практически ни разу не встречались в текстах, поэтому говорить что-то определенное про них пока рано. Но можно предположить, что среди них тоже есть такая тенденция: каждое слово стремится приобрести либо показатель –ana, либо показатель –sal уже скорее в зависимости от самой лексемы, чем от контекста. Однако для подтверждения или опровержения этой гипотезы необходимо больше материала, который пока отсутствует.

Если придерживаться этого подхода, то по классификации [Moravcsik, Daniel] нанайский язык с некоторыми оговорками действительно относится к языкам, в которых ассоциативная и аддитивная множественность выражаются одним показателем.

Библиография

[Аврорин 1959, 1961] – Аврорин, нанайского языка. В 2 т. М., Л., 1959, 1961.

[Аврорин 1986] – Аврорин, по нанайскому языку и фольклору. Л., 1986. [Василевич 1958] – Василевич, -русский словарь. М., 1958.

[Даниэль 2000] – Даниэль, ассоциативной множественности. Кандидатская диссертация. Рукопись. М., 2000.

[Даниэль 2007] – Даниэль, значения категории числа в татарском и некоторых других тюркских языках // , , и (ред.). Исследования по синтаксису и грамматической семантике мишарского диалекта татарского языка. Казань, 2007.

[Оненко 1979] – Оненко, С. Н., , . Нанайский язык. Учебник и книга для чтения в 1 классе нанайской начальной школы. Л., 1979.

[Оненко 1980] – Оненко, -русский словарь. М., 1980.

[Оненко 1986] – Оненко, -нанайский словарь. М., 1986.

[Петрова 1941] – Петрова, грамматики нанайского языка. Л., 1941.

[Петрова 1957] – Петрова, слово. Книга для чтения во втором классе нанайской начальной школы. Л., 1957.

[Петрова 1960] – Петрова, -русский словарь. Л., 1960.

[Плунгян 2003] – Плунгян, морфология: Введение в проблематику. М.: Эдиториал УРСС, 2003.

[Рамстедт 1957] – Рамстедт, в алтайское языкознание / Пер. с немецкого. М., 1957.

[Санжеев 1983] – Санжеев, Г. Д. (ред.). Грамматика калмыцкого языка. Фонетика и морфология. Элиста: Калмыцкое книжное издательство, 1983.

[Сем 1997] – Сем, язык // Алпатов, В. М. и др. (ред.). Языки мира. Монгольские языки. Тунгусо-манчжурские языки. Японский язык. Корейский язык. М.: Индрик, 1997. 173 – 188.

[Суник 1958] – Суник, -урмийский диалект. Исследования и материалы по нанайскому языку. Л., 1958.

[Суник 1982] – Суник, в тунгусо-маньчжурских языках. Л.: Наука, 1982.

[Цинциус 1946] – Цинциус, число имени в тунгусо-маньчжурских языках. – Учен. зап. ЛГУ, сер. филол. наук, 1946, № 69, вып. 10.

[Corbett 2000] – Corbett, G. G. Number. Cambridge: Cambridge University Press, 2000.

[Daniel, Moravcsik 2005] – Daniel, M., Moravcsik, E. The Associative Plural. In: Martin Haspelmath & Matthew S. Dryer & David Gil & Bernard Comrie (eds.) The World Atlas of Language Structures. Oxford: Oxford University Press, 2005. 150 – 153.

[Derbyshire 1985] – Derbyshire, Desmond C. Hixkaryana and Linguistic Typology. Dallas: Summer Institute of Linguistics. 1985.

[Grube 1900] – Grube, W. Goldisch-Duetsches Wцrterverzeichniss mit vergleichender Berucksichtigung der ubrigen tungusischen Dialekte. St.-Pb., 1900.

[Menges 1952] – Menges, Karl H. Zu einigen Problemen der tungusischen Grammatik. Ural-Altaische Jahrbьcher 24, 1952. 112-121.

[Moravcsik 1994] – Moravcsik, Edith. Group plural – associative plural or cohort plural. Email document, LINGUIST List: Vol-5-681. 11 June 1994. ISSN: 1068-4875.

[Poppe 1952: 74] – Poppe, N. N. Plural-suffixes in the Altaic Languages. In: Ural-Altaische Jahrbьcher, 1952, vol. XXIV, № 3-4.

[Silverstein 1976] – Silverstein, Michael. Hierarchy of features and ergativity. In: R. M.W. Dixon (ed.). Grammatical categories in Australian languages. 112-171. New-York: Humanities Press. 1976.

[van Driem 1993] – van Driem, George. A Grammar of Dumi. Berlin, New York: Mouton de Gruyter, 1993.

1 “(i) X’s family (ii) X’s friends, or familiar associates, or (iii) an occasional group that X is a member of” [Daniel, Moravcsik 2005: 150].

2 Пример (4) по [Daniel, Moravcsik 2005: 151] взят из  [Derbyshire 1985: 132-133]. Перевод мой – С. О.

3 Примеры (5) и (6) приводятся по [Corbett 2000: 102] и [Corbett 2000: 108] соответственно. Перевод мой – С. О.

4 Пример (7) по [Daniel, Moravcsik 2005: 151]. Перевод мой – С. О.

5 Пример (8) взят из [Corbett 2000: 192]. Перевод мой, выделено мной – С. О.

6 Пример взят из [Аврорин 1959: 112]. Глоссирование мое – С. О.

7 Примеры (14) и (15) взяты из [Poppe 1952: 74]. Перевод и глоссирование мое – С. О.

8 Гольдский – старое название нанайского языка.

9 Пример (16) взят из [Суник 1982: 33]. Глоссирование мое – С. О.

10 «Das Suffix - na(n)/-nд(n)/-ne(n) ist kein echtes Pluralsuffix, sondern bezeichnet einfach das Zusammensein, das zu-einer-Gruppe-Gehцren, und eine solche Gruppe kann, wie aus obigen Beispielen ersichtlich, aus nur zwei Personen bestehen. So wird das Suffix in einigen Dialekten bereits seine Numerusfunktion eingebьЯt haben und im SprachbewuЯtsem mit der groЯen Zahl der Kasus-suffixe zusammengefallen sein. Sein Gebrauch scheint auf die Bezeichnungen fьr lebende Wesen beschrдnkt zu sein. Fьr die Mehrzahl der tungusischen Dialekte kann das Suffix doch noch als Numerussuffix betrachtet werden, als Suffix eines numerus collectivus, nicht nur wegen seiner semantischen Funktion, sondern auch wegen seiner morphologischen Behandlung, da es in den ineisten Dialekten den Kasussuffixen vorausgeht» [Menges 1952: 112-121].

11 Значение чаще всего выводилось из контекста.

12 Мерген – эпический герой нанайского фольклора.

13 выделяет два типа основ у терминов родства. Звательная форма употребляется «только при прямом обращении», повествовательная форма употребляется «тогда, когда обозначаемое этим термином лицо является объектом повествования». При этом звательная форма практически никогда не имеет показателей притяжательности, поскольку при обращении и так понятно, по отношению к кому данное лицо находится в обозначаемых родственных отношениях [Аврорин 1959: 123].

14 В таком случае, это еще один факт в пользу того, что показатель –ana является вариантом показателя множественного числа.

15 Этот случай уже упоминался выше, но не был подробно расписан.

16 “speaker > addressee > 3rd person > kin > human > animate > inanimate”

  (1st person  (2nd person

  pronouns)  pronouns)

[Corbett 2000: 56]

17 Этот факт может быть аргументом в пользу предположения , и др. о том, что происхождение рассматриваемого суффикса восходит к слову nai ‘человек’.