Идеология толерантности в контексте философии «Другого» (М. Хайдеггер и Э. Левинас) (стр. 4 )

Поскольку существа атомарны, и диалог для них невозможен, единственный способ их со-существования, отражающий такое понимание бытия, есть война Я с другими за право вместить в себя всех и обрести себя. Отсутствие общего основания в виде абсолютных ценностей полагает, что мир исходит не из Порядка, «в котором существуют самотождественные истины и выстраиваются иерархии, а из Хаоса, где пульсирует изменчивая жизнь, где вместо слов и вещей мы находим следы, а познание превращается в различение из-за невозможности найти и фиксировать окончательное значение».40

Итак, возвращение человека к бытию, или архаизация человека по Хайдеггеру, возможно через принятие того, что отрицает христианская этика: безличностность, страх и ужас бытия, отрицание морального императива, атомарность, войну, вседозволенность Я-мира, свободное субъективное конституирование добра и зла, и другое. Поскольку христианской этикой пронизана вся культура Западной цивилизации, то нужно снять покровы культуры и традиций, оголить самое человека, это и будет чистый человек, как феномен – нечто «себя-так-само-по-себе-кажущее».41 Это то, что «принадлежит к способу выявления и экспликации» через «изначальное» и «интуитивное» схватывание.42 Я толкует себя из самого себя и в соответствии с этим толкованием живет и действует, что и составляет его истинное бытие. Любые другие толкования Я и бытия не есть его толкования, они мешают Я быть, заслоняя его от себя. Отсюда Хайдеггер намечает две точки движения к бытию: освобождение от всяческих культурных, религиозных покровов в следовании внутреннему зову Я как действительному направлению поиска бытия; и как образец чистого Я, феномена Я – архаичный человек: человек до культуры и вне культуры, еще не облаченный в ее покровы, и не спрятавший в ней и за ней самого себя: «ориентация анализа присутствия на «жизнь первобытных народов», поскольку «первобытные феномены часто менее скрыты и усложнены каким-то уже далеко зашедшим самотолкованием соотв. присутствия».43 В этом сосредоточено отрицание Хайдеггером культуры и истории, и призыв построить новую историю, начав ее с самого начала и идя другим путем.

Основанием нового пути человечества выступает концепция нового Другого – архаичного человека, человека до - и вне - культуры. Этот Другой, пишет , «не подпадая ни под какую категорию, утверждает себя в своей инаковости. Он доинтеллектуален, прежде культуры, в которой формируются субъекты».44 Другой есть «анархическая древность».45 Другой противопоставлен тождественному (образу человека христианской цивилизации, личность которого исходит от света божественной личности). Но уже не тождественный, а Другой является истоком новой цивилизации: по Левинасу «субъективность структурирована как иное в тождественном». «Бытие приобретает смысл, исходя из …замены Тождественного Иным». 46

Богоборчество и человекоборчество ведут к архаизации человека. Архаизация по Хайдеггеру есть возвращение к начальной точке человеческого прошлого, дабы начать историю по новому пути, отказаться от христианской цивилизации. Это отказ от абсолютных ценностей во имя ценности-для-меня, стремление к трансцендентальному одиночеству, расширению себя до границ мира. Превратив Бога в ничто, человек превращается в заблудшее трагичное существо, не знающее любви и заботы других, которых отверг, которых перестал понимать. Архаичный дазайн Хайдеггера, лишенный божественного лика и одухотворенного лица бытия, замыкается в себе. Основанием нового пути человечества выступает концепция иного Другого – архаичного человека вне культуры. Другой противопоставлен тождественному (образу человека христианской цивилизации, личность которого исходит от света божественной личности). Так Я становится Иным – христианское Я заменяется архаичным Я.

3. Оппозиция Я – Другой в идеологии толерантности

Формы отношений «Я – Другой» имеют свою ценностную доминанту. Отношение «Архаичное Я – Другой-соперник» строится на эгоцентризме, вседозволенности: добро и зло определяются субъектом, сильнейший детерминирует остальных. В отношении «Фрагментарное Я – Другой-посредник» духовные ценности из вне регламентируются субъекту. «Союз Я и другого в христианстве» предполагает свободу ценностного выбора человека. Созданный по подобию Божьему, он причастен к абсолютному добру. Но он волен принять или же отвергнуть его. Зло порождается созданиями Божьими, в их отпадении от Бога в дарованной им свободе воли. Добро – это путь к Богу, в преодолении зла внутри себя. Первые два отношения имеют сходство: ценностные ориентиры человека определяет некто извне; этот некто самостоятельно конституирует добро и зло. Поэтому два данных типа взаимосвязаны: некто конституирует ценности, посредник доносит их до остальных. Некто по Хайдеггеру – это христианство, от ценностей которого призвано освободить человечество архаичное Я. Но, по сути, наоборот: некто – это архаичное Я, вместе с посредником разрушающее человека, противостоять коим может только христианство, ибо оно отрицает конституирование добра отдельным субъектом и навязывание ценностей другим.

Относится ли идеология толерантности к существующим формам и ценностям, или презентует новый тип? Толерантность, пишет , – «это терпимое отношение к проявлениям другого, иного».47 К какому другому, спросим мы? Другой в контексте христианского Я не подходит, ибо другой человек – твой ближний, поэтому терпеть его не нужно. Другой-посредник также отпадает, это усредненный образ человека, предназначенный для упразднения конфликтов. Остается Другой-соперник (архаичное Я), в его обновленном виде. К нему и нужно проявлять терпение, точнее, к его стремлению поглотить тебя. Исходя из вышесказанного, мы предполагаем, что союз архаичного Я и Другого-посредника регламентируется идеологией толерантности: архаичное Я конституирует понимание добра и зла, и через Другого-посредника навязывает их фрагментарному Я. А возникающие на этой почве конфликты толерантность разрешает посредством приведения культурного разнообразия человечества к единообразию регламентированного отдельной группой образца.

«Толерантность – это добродетель, которая делает возможным достижение мира и способствует замене культуры войны культурой мира», сказано в Декларации принципов толерантности, утвержденной резолюцией 5.61 генеральной конференции Юнеско от 01.01.01 года. В Декларации сказано, что толерантность является флагманом мира, спасая человечество от войны; корнем войны выступает неспособность людей договориться по причине их разности; отсюда миссия толерантности в разрешении конфликтов при сохранении разности. Что есть разность? «Люди, будьте терпимы друг к другу, к своим различиям, к своей непохожести друг на друга, к наличию у вас разных взглядов. Живите дружно, договаривайтесь друг с другом в тех случаях, когда вам нужно совместно решать общие проблемы, находите решение, устраивающее разные социальные группы, разные общества, в тех случаях, когда их интересы сталкиваются».48 По , разность есть конфликт интересов. Переводя на язык Хайдеггера: конфликты происходят на границах Я-миров, имеющих свои ценности и интересы. Значит, разность – это  неприкосновенность границ и произвольность добра и зла Я-территорий.

Но разность расы, пола, языка, национальной принадлежности, религии или состояния здоровья, социокультурных укладов «содержит в себе конфликты и напряженность», пишет . Поэтому толерантность должна стать единой нормой, ибо «не существует монопольной мировоззренческой системы, так же как не существует совокупности общепринятых этических и нравственных принципов».49 Какую же разность защищает толерантность? Быть отличным от других и хорошо, и плохо одновременно. Что это за единые нормы, и кто – их создатель? Толерантность здесь совершает парадоксальный скачок от утверждения свободных Я-миров к утверждению власти сильнейшего Я, которое создает нормы для всех. Т. е., идеология толерантности провозглашает власть архаичного Я. Чтобы разрешить конфликты, нужно сделать всех одинаковыми, утвердить власть одного. Для этого необходимо отвергнуть традиционные ценности и религии (нигилизм Хайдеггера) через навязывание всем ценностей одной группы. Это достигается посредством идеи защиты меньшинств.

В Декларации сказано: «испытывая чувство тревоги в связи с участившимися в последнее время актами нетерпимости, насилия, терроризма, ксенофобии, агрессивного национализма, расизма, антисемитизма, отчуждения, маргинализации и дискриминации по отношению к национальным, этническим, религиозным и языковым меньшинствам, беженцам, рабочим-мигрантам, иммигрантам и социально наименее защищенным группам в обществах, а также актами насилия и запугивания в отношении отдельных лиц, осуществляющих свое право на свободу мнений и выражение убеждений, представляющими угрозу делу укреплению мира и демократии на национальном и международном уровнях…», (курсив мой – ). В этом длинном перечне слов содержится одна мысль: нетерпимость к меньшинствам и отдельным свободомыслящим человекам препятствуют демократии. И это есть истинная причина войн и конфликтов, с которой борется толерантность. Собственно, мнение меньшинства и будет однообразием, которое разрешит конфликт многообразия, с точки зрения толерантности.

Действительно, социальное большинство и меньшинство противопоставлены и взаимоаннигилируют друг друга, поскольку разделяют разные нормы и правила. Например, не может существовать в одном обществе на правах норм однополый брак и семья, поскольку первое исторически характерно для заката культуры, когда человечество перестает думать о будущем, тогда как второе есть необходимое звено воспроизводства культуры. Или принятые большинством нравственные и культурные нормы создавались в течение веков общим трудом и согласием. Признание же идей отдельных групп, без добровольной поддержки большинства, и возведение их в статус нормы разрушает общность, лишая ее базовых оснований. Христианство дало миру основание диалога – любовь к Богу и ближнему. На этом до сих пор стоит европейская государственность. Но в ключе толерантности христианство – всего лишь одна из ценностных систем, равная, например, сатанизму. Поэтому толерантность направлена против христианской этики, ибо только она может противостоять желанию убивать, воровать, лгать. А что делать несогласным с новыми нормами? – терпеть.