Русская усадьба XVIII – начала XXI вв. проблемы изучения, реставрации и музеефикации (стр. 7 )

В 1980-е г. в нашей стране стало развиваться музейно-педаго-гическое движение «музейный всеобуч», основоположником и подвиж-ником которого является . Это движение было поддержано в музее в период резкого падения посещаемости, после демонтажа лите-ратурной экспозиции в Большом доме, закрытом на длительную рестав-рацию в 1991 г.

В начале 1990-х гг. в связи с социально-экономическими катаклиз-мами в стране приостановилось развитие внутреннего туризма. В общест-венной и культурной жизни происходила переоценка исторических собы-тий и явлений, рушились идеологические стереотипы восприятия крупных исторических личностей и деятелей. Интерес к жизни и творчеству Некра-сова, «пламенного революционного певца народного горя», заметно сни-зился. Произведения поэта стали «вымываться» из школьной программы.

Для музея наступили трудные времена. Экскурсионный поток зна-чительно сократился. В 1992 г. в музее были открыты для посещения только «Личные комнаты поэта» в Восточном флигеле и выставочные залы в Западном флигеле усадьбы. Общая посещаемость упала более чем в три раза по сравнению с 1991 г. и составила 22,5 тыс. человек.

В 1991 г. в музее зарождается новое направление культурно-образо-вательной деятельности – проведение образовательных занятий с посто-янной детской аудиторией по системе «музейного всеобуча». Сначала работа велась сотрудником отдела научной пропаганды с учащимися начальных классов Карабихской восьмилетней школы (18 детей). Посте-пенно число детей, обучающихся в музее, значительно выросло, к работе были привлечены несколько сотрудников из разных отделов музея. Обу-чение проводилось по двухгодичной программе «Здравствуй, музей!», принципиальным отличием которой стало внедрение методики работы с музейным предметом и организация активной познавательной деятель-ности детей в музейном пространстве. Учащиеся знакомились с задачами и формами работы музея, с видами музейных коллекций, с музейными профессиями и т. д. В 1994/1995 учебном году занятия посещали 103 ученика начальных классов трёх окрестных школ. Вскоре назрела необхо-димость разработки новых циклов занятий для продолжения обучения детей, уже посетивших программу «Здравствуй, музей!».

В 1996 г. музей встретил 175-летие со дня рождения поэта и своё 50-летие ещё более катастрофическим падением посещаемости до 9 тысяч человек в год, что ниже уровня 1949 г. После аварии отопительной сис-темы в феврале Восточный флигель был закрыт на реставрацию, продол-жающуюся до сегодняшнего дня. Мемориальный музей лишился мемо-риальной экспозиции – важнейшего источника мотивации посещения Карабихи. Перед коллективом встала задача сохранить место музея в куль-турном пространстве региона, вернуть внимание и любовь местного сооб-щества, удержать свои пошатнувшиеся позиции на туристическом рынке. Для решения этой задачи было выбрано несколько направлений: активная выставочная деятельность, развитие музейной педагогики и работа с мест-ным населением; активная работа с общественностью, СМИ, организация социально значимых акций и массовых мероприятий.

Структурный состав аудитории к этому времени претерпел сущест-венные изменения. Произошло резкое падение численности взрослых посетителей. При этом если ранее 85% взрослых являлись организо-ванными посетителями, то в середине 1990-х гг. они составили только 33%. Школьники в 1994–1996 гг. составляли в среднем 80% от общего числа посетителей, тогда как в 1989–1991 гг. лишь 44%. Самый главный фактор, влияющий на динамику посещаемости музея, – активность школь-ных групп. Пик сезонной посещаемости теперь приходился на школьные каникулы в течение учебного года и на последнюю декаду мая.

В этот период общероссийская тенденция переориентации музеев на детей и семью, самые стабильные группы в структуре аудитории, в Кара-бихе проявила себя весьма показательно. Музейно-педагогические начина-ния получили своё дальнейшее развитие: внедрялись новые формы работы, расширялось и углублялось тематическое содержание музейных программ, адресованных детской аудитории. Были разработаны и внедрены новые культурно-образовательные программы: цикл праздничных театрализо-ванных программ «Праздники радости» для учащихся 1–4-х классов (авторы: , ), литературно-музыкальный цикл занятий «Времена года» (авторы: , ) для учащихся 5–7-х классов. В 1995/1996 учебном году по системе музейного всеобуча занимались уже 227 детей, что в 12 раз превышало уровень 1991 г. Посещения обучающихся по музейным программам составляли в 1996 г. 14% от всех организованных школьников.

Процесс осознания необходимости применения музейно-педагоги-ческих методик, разработки адресных программ для детской и семейной аудиторий оказывал влияние на все основные виды культурно-образо-вательной деятельности отдела научной пропаганды, получившего в 1996 г. название «отдел музейного маркетинга и массовой работы». В 1995 г. впервые была организована «детская площадка праздника поэзии». С этого момента детская программа Некрасовского праздника стала его неотъем-лемой частью, своеобразной визитной карточкой Карабихи. На следующем празднике была открыта выставка для детей «Команда косая» совместно с Центром музейных инициатив г. Кунцево Московская обл." href="/text/category/moskovskaya_obl_/" rel="bookmark">Московской области. Это было первое (экспозиционное) обращение к «мазаевской» тематике. В эти же годы разработана и внедрена экскурсия «Заповедный уголок» с элемен-тами игровых заданий по паркам усадьбы для младших школьников, востребованная по сей день. К 175-летию со дня рождения поэта был про-ведён Областной конкурс детских рисунков по мотивам его произведений. Итоги подведены на Областном детском Некрасовском празднике в мае 1996 г., собравшем в Карабихе около 350 учащихся из городов и районов области. Это был первый опыт музея по проведению крупного массового мероприятия для детей.

Занятия с постоянной детской аудиторией по системе «музейного всеобуча» проводились на базе начальных и 5–6-х классов окрестных школ на безвозмездной основе. Наряду с этим, программы из цикла «Праздники радости», особенно Рождество и Масленица, постепенно стали выделяться в самостоятельную востребованную коммерческую услугу для школ горо-да, области и соседних областей. Музейно-педагогический опыт и мето-дики начали оказывать влияние на формирование спектра адресных услуг и целевой аудитории музея.

Таким образом, в период с 1991 по 1998 гг. в музее сформировалось самостоятельное направление культурно-образовательной работы с дет-ской и семейной аудиториями с использованием музейно-педагогических методик. Именно в эти годы были найдены основные подходы в работе с данными аудиториями, созданы и внедрены авторские культурно-образо-вательные программы, составляющие основу пакета музейных услуг, отра-ботаны формы, приёмы, принципы организации работы, широко приме-няемые музеем сегодня.

К концу 1998 – началу 1999 гг. стало очевидным, что необходим качественно новый подход к решению проблемы «Ребёнок в музее», кото-рая в Карабихе была особенно актуальной в силу поступательно разви-вающейся музейно-педагогической деятельности на фоне острой нехватки экспозиционных пространств. Имеющиеся временные экспозиции музея были традиционно ориентированы на взрослого посетителя и не рассчи-таны на детское восприятие, требующее специального подхода к экспози-ционным решениям и дизайну. Пришло время принципиально новых по своему характеру экспозиционных адресных проектов, ориентированных на ребёнка, позволяющих сочетать его познавательную, игровую и твор-ческую деятельность.

Идея создания первого в Ярославская обл." href="/text/category/yaroslavskaya_obl_/" rel="bookmark">Ярославской области детского литератур-ного интерактивного музея – «Музея Деда Мазая» – на основе интерпре-тации музейными средствами богатого литературного некрасовского наследия для детей получила поддержку Фонда Президента Российской Федерации, Фонда Института «Открытое общество» и ярославских спон-соров (автор и руководитель проекта: ). Работа по созда-нию музея началась в апреле 1999 г., открылся он 10 декабря в день рож-дения поэта. В те жаркие дни ещё не вполне ясным было значение этого события. Казалось бы, появилась небольшая музейная экспозиция для детей – адресная интерактивная экспозиция в сельском литературно-мемориальном музее в один из сложнейших этапов его истории. Но всё это воспринимается несколько иначе, если учесть, что произошло это ровно 100 лет спустя после создания первого в мире детского музея в 1899 г. в Бруклине (США). Это ли не победа «нового создания культуры чело-вечества – …детского музея, обслуживающего интересы «маленького народа» так же широко, как это делают современные общие музеи для взрослых»? Победа, которую предсказывал наш соотечественник А. У. Зе-ленко еще в 1928 году[222].

«Музей Деда Мазая» – музей для самых маленьких посетителей, детей от 5 до 11 лет. В нём музейными средствами создана специальная игровая среда, где ребёнок чувствует себя уютно и свободно. Играя, ребёнок познает мир, красоту поэтического слова, учится творить добро. И всё это ему помогают делать некрасовские герои – кукольные персонажи. Сюжетная линия экспозиции строится на основе замечательного цикла стихов «Русским детям»: «Дедушка Мазай и зайцы», «Крестьянские дети», «Дядюшка Яков» и др. Колоритный и наиболее запо-минающийся образ Деда Мазая, не утративший своей притягательности и в наши дни, помогает музейным педагогам вовлечь детей в путешествие по «Стране некрасовских героев». Экскурсия начинается весьма необычно: через дупло огромного дерева дети попадают в комнату древностей, где среди старинных вещей в плетёном сундучке они находят сборник стихов «Русским детям» (копия издания 1881 г.). Происходит «чудо»: книга «вырастает» до огромных размеров. Осторожно дети пере-листывают страницы книги-великана, и она впускает их в свой удивитель-ный мир.

После открытия детского музея общая посещаемость музея-заповед-ника «Карабиха» выросла в 1,5 раза. Только за первые 2 месяца детский музей посетили 1 500 чел. Доходы ГЛММЗ «Карабиха» в 2000 году вырос-ли в 3 раза по сравнению с 1999 г. Постепенно возобновился и тури-стический поток: в 2000 г. одиночные посетители составляли 1 725 чел., из них 50% – дети, организованные –чел., из них 92% – дети. Про-граммы «Музея Деда Мазая» посетили 3 900 детей, а это 74% от всех организованных школьников в 2000 г.

В 2005 г. прошла презентация новой туристской детской программы «В гости к Дедушке Мазаю», где дети не только посещают музей, играют в старинные русские игры, но и встречаются с самим дедушкой Мазаем, узнают, как нужно бережно относиться ко всему живому. Юные путе-шественники обещают старому охотнику «любить и охранять природу, помогать всем, кто нуждается в помощи, быть честными и добрыми». В этом же году программа стала финалистом Всероссийского конкурса детских программ фестиваля «Детские дни в Петербурге», в июле 2006 г. признана лучшей музейной туристской программой для детей и семейных посетителей. Сегодня «В гости к дедушке Мазаю» уступает по своей популярности только праздничной театрализованной программе «Рожде-ство в Карабихе». Детские программы на базе «Музея Деда Мазая» посе-щают 18% от числа всех организованных посетителей музея.

Маленький детский музей не является самостоятельным структур-ным подразделением музея-усадьбы. Это особый мир, созданный музей-ными педагогами, детским психологом, театральными художниками по мотивам произведений великого русского поэта, развёрнутый на площади 40 кв. м. Это один из самых популярных объектов на территории усадьбы у разных возрастных групп посетителей, уникальный объект в целом на туристском рынке региона. Его создание способствовало привлечению внимания общественности к музею-усадьбе «Карабиха», обращению к творчеству на качественно новом уровне, внедрению твор-ческого наследия поэта в современный культурный контекст, в музейно-педагогическую и, в целом, в педагогическую практику. Наконец, это была одна из немногих попыток создания интерактивной литературной сце-нарной экспозиции, адресованной современному ребёнку.

Реализация проекта создания «Музея Деда Мазая» стала новым этапом музейно-педагогической деятельности музея. В этом году детский музей готовится принять своего 50-тысячного посетителя, а «взрослый» музей стоит перед необходимостью создания Детского музейного куль-турно-образовательного туристского центра, который освоит новое музей-ное пространство, расширит тематику, формы работы с детской, семейной аудиторией и придаст новое дыхание поступательному развитию музея.

Из опыта музейно-педагогической работы

Государственного литературно-мемориального

музея-заповедника (Мелихово)

«Кто не видел экскурсии, где толпа детей ходит за экскурсоводом, говорящим металлическим голосом, где ничего не видно и почти ничего не слышно, а главное – почти никому и ничего не интересно?

Говоря языком науки: двойное объектное отношение – детей к экс-понатам, экскурсовода к детям.

Но существует и другое, новое поветрие в детско-музейном деле, название чему – «интерактив…». Так констатирует сегодняшнюю ситуа-цию писатель, корреспондент «Учительской газеты» Евгений Александ-рович Беляков. Свою статью «"Сундук земской учительницы" (Метод быстрого перемещения в XIX век)»[223] под рубрикой «Музейная педа-гогика» он посвятил музейному занятию, которое я проводила в мелихов-ской школе ГЛММЗ .

Музей воспитывает образами. Формирует целостную картину мира, события, времени и места. Дом, усадьба, село, школа, церковь, амбула-тория, пожарный сарай, пруд, сад, аллея…

Художественные произведения, подвижничество, сама жизнь Анто-на Павловича дают богатейший материал для организации воспитатель-ного процесса в музее.

Ребёнок видит, фиксирует экспонаты не сами по себе, а в контексте: «…так называемого, принципа двойного контекста. Сюжет, заданный сце-нарием музейного педагога, взаимодействует с музейным пространством, рождая в душе ребёнка необыкновенные, незабываемые переживания»[224]. Ребёнок знакомится и исследует исторические документы, музейные пред-меты.

Как ненавязчиво помочь юному посетителю «расшифровать» экспо-зицию? Научить его читать музей, как книгу. Чтобы он испытал в музее яркие эмоции, переживания. Чтобы жизнь семьи Антона Павловича в Мелихове, образы его героев волновали юных посетителей музея. Музей-ный педагог обращается к чувствам, душе, жизненному опыту ребёнка, поэтому способ подачи чеховского наследия в музее иной, чем в театре или литературоведении.

Музейных педагогов называют мастерами высшего пилотажа в му-зейном деле. Надо знать всё. Для этого нужно быть и исследователем, и экспозиционером, и коммуникатором. Знать музееведение, историю мате-риальной культуры, педагогику, психологию.

Современные психологи всё чаще подчеркивают значение получения информации (особенно для молодёжной аудитории) по разным «комму-никативным каналам». Как говорится, чтобы «работали все рецепторы». В основе познания лежит чувственное восприятие, интеллект тесно связан с эмоциональностью. Решающим условием воспитания эмоциональности является личный пример. Если музейный педагог эмоционально холоден, то и юные посетители музея останутся равнодушны. Мы стараемся зара-зить ребят интересом к Чехову, ведь они теперь меньше читают.

Выдающийся психолог Лев Семёнович Выготский говорил о том, что в основу воспитательного процесса должна быть положена личная дея-тельность ученика. Педагогу нужно направлять и регулировать эту дея-тельность: «Заинтересуй его! Чтобы у него были напряжены все его силы – разум, интеллект, чувства!» Его подходы позволяют добиться того, чтобы дети сами пошли по экспозиции. В основе познания лежит и интерес. Выготский отмечал, что освоение окружающего мира происходит в сопри-косновении с живой природой, с вещами.

Научно-просветительский отдел ГЛММЗ успешно осваивает инновационные формы музейной работы, основанные на вза-имодействии сюжетно-образной музейной среды – экспозиции, музейного предмета – экспоната, музейного работника – экскурсовода, педагога и посетителя – экскурсанта.

Для формирования системы работы музея с посетителями была раз-работана Концепция развития музейной педагогики в Чеховском районе (на примере Мелихова). Эта разработка вызвала интерес и поддержку участни-ков Всероссийского семинара «Музей и подрастающее поколение» (2001 г.).

Интерактивные музейные программы ориентированы на разные возрастные категории: от воспитанников дошкольных учреждений до молодожёнов.

90% из названных интерактивных, образовательных, музейно-педа-гогических программ для детей и молодёжи проходит в мемориальных экспозициях Музея-заповедника : в главном доме , во флигеле-кухне и людской, в мелиховской земской школе, на интер-активных музейных выставках.

Пакет программ работы с посетителями разрабатывается и осуще-ствляется с использованием постулатов музейной педагогики, в частности, с задействованием всех органов чувств ребёнка, учитывая разницу в вос-приятии. Например: на обоняние – ароматы духов, чеховских цветников, ладан отца Чехова; осязание – манипулирование типологическими пред-метами из Интерактивного фонда; слух услаждают голоса птиц, шелест листвы чеховских тополей, народных инструментов, звуки рояля чехов-ской гостиной; разнообразие вкусовых ощущений – пирожки в школе, любимые чеховские мелкие баранки от Филиппова, леденцы в столовой чеховского дома, варенье и чай в людской; обозримые пейзажи парка, сада, чтение отрывков чеховских произведений, писем, воспоминаний, дневника отца Чехова и т. д. Всё это призвано вызвать эмоциональное переживание информации.

Все разработки объединены не только тематикой – жизнь семьи Че-ховых и её окружения в усадьбе Мелихово, но и основным методическим приёмом – погружение в далёкую историческую эпоху конца ХIХ в. с помощью интерактивной деятельности в музейно-образной среде. Это ролевая игра «Земское училище»; подготовка к чаепитию и хоровод; рабо-та на самопрялке и определение зерновых культур, игра в лото и в рюхи, чаепитие; крокет, лото, «Охотник – рыбак», «Знакомство», «Компли-мент», «Объяснение», крестьянские, народные, любимые игры чеховской семьи и игры из чеховских произведений. «Проживание» ситуаций, само-стоятельное решение по сложным жизненным обстоятельствам «а как бы я поступил на месте чеховского героя». Такие переживания вызывают гамму эмпатических (сопереживательных) эмоций. Таким образом, ребёнок при-нимает активное участие в исторических событиях, в архитектурно-худо-жественном и литературно-мемориальном пространстве.

На всех занятиях широко используются тексты из произведений Че-хова, привлекается документальный материал: отрывки из писем и запис-ных книжек писателя, из дневников и воспоминаний его друзей и близких. Ничто лучше не характеризует эпоху, как живой, яркий литературный текст. О каждодневных заботах и характере взаимоотношений в семье замечательно свидетельствуют строки писем и шуточных документов. А воспоминания, написанные позже, наполнены раздумьями и аналитиче-скими характеристиками облика писателя. Всё это является важной состав-ляющей любых литературных занятий, экскурсий.

Проиллюстрируем некоторые занятия.

«Музей в рюкзаке» – так в детских образовательных и культурных учреждениях Чеховского района «окрестили» выездное интерактивное занятие «В лесу прифронтовом». Оно посвящено защитникам Москвы 1941 года, в частности, создателю музея .

Дети разбирают солдатский вещмешок. Размышляют на темы: «Че-ловек и Война», «Художник на войне». Как оказался, например, в коман-дирском планшете томик стихов Пушкина. Стихи помогали воевать, и вы-живать. «Стихия поэзии способна была пересилить стихию голода», – го-ворил ёв о блокадном Ленинграде.

«На уроке в Мелиховской школе, – писала газета «Пионерская правда»[225], – ребята сами выбирают учителя, попечителя школы и сторожа, составляют расписание уроков по всем дисциплинам, выполняют задания мелком на грифельной доске…».

На занятиях используется театрализация, костюмированные сюжет-но-ролевые игры, практическая деятельность: работа на самопрялке, уме-ние достать дрова из дровяника, банку варенья из погреба, пойти по воду с коромыслом и т. д. Становятся доступнее и понятнее такие категории, как, например, век, поколение, круг года, круг жизни человека, суточный круг.

Интерактивные занятия «Чаепитие в Мелихове», «Заботы и радости чеховской людской» популярны, в частности, у учащихся Столбовской школы. На одном из занятий была сделана фотосессия. После мелиховских занятий ребята делают инсценировки чеховских рассказов (школьный театральный фестиваль), иллюстрируют его произведения (выставка), пишут рефераты, творческие работы. Ученица 4 «Б» класса Столбовской школы Н. Ракова сделала рукописную книжку-малышку «Поездка в Мелихово».

Мы стремимся к тому, чтобы музейная экспозиция стала местом исследовательской, творческой деятельности. Третий год чеховские школь-ники становятся участниками Чеховских чтений «Чехов и его мир», которые проводятся Государственным литературным музеем и Мелихов-ским музеем. Большой дом Чеховых, усадьба, село Мелихово становятся объектами изучения ребят.

Мы – организаторы занятий – искренне верим, что радостные пере-живания, испытанные в Чеховском музее на музейных занятиях, станут для ребят и открытием Мелиховского мира Чехова и яркими воспомина-ниями детства и юности.

Публикации

«Дело о дворянстве г. г. Леонтьевых»

«Дело о дворянстве г. г. Леонтьевых» находится на хранении в Государственном архиве Ярославской области (далее – ГАЯО). Документы этого дела имеют непосредственное отношение к родословной Констан-тина Николаевича Леонтьева. Начинается оно «Объявлением» бригадира Михаила Ивановича Леонтьева (двоюродного деда писателя), которое датируется 25 января 1794 г. В этом «Объявлении» пишет: «Представить честь имею при сем доказательства о роде предков моих, – и прошу буде оные найдутся достаточны, то меня и род мой по силе 85й статьи высочайшей грамоты внести в дворянскую родословную книгу»[226].

К «Объявлению» прилагается «Список дворянина Михайлы Иванова сына Леонтьева недвижимым владеющего», в котором тот сообщает о себе такие сведения: «38 года», «Холост», «За мною состоит по последней ревизии наследственных Петровской округи в селе Воронине с деревнями мужеска пола 156 душ», «Жительство имею Петровской округи в оном селе Воронине», «Бригадир в отставке»[227].

Следующее приложение к «Объявлению» – «Поколенная роспись фамилии Леонтьевых»[228] (см. приложение 1в конце статьи).

А далее следуют на сорока с лишним листах копии с документов на владение поместьями более старших поколений Леонтьевых. С этих доку-ментов неоднократно делались копии и выписки, читать их поэтому довольно затруднительно. Однако о предках Леонтьева даёт представление описание «Поколенной росписи рода Леонтьевых», которую приложил Иван Борисович Леонтьев к прошению от 01.01.01 г. о причислении его к роду Леонтьевых:

«№ 1. Гаврило Леонтьев служил дьяком за ним состояло поместье в Белевском уезде в журановском стану жеребей деревни передела в 7151 году.

№ 2 Иван Гавриловы дети служили

№ 3 Борис Стольниками

За ними в 7186 году в ростовских переписных книгах переписи Евсея Бартенева да подъячего Дмитрия ратманова написано поместье…

№ 4 Петр Борисов за ним в 7199 году отказано было отца его поместье.

№ 5 Иван Петров имел чин генерал поручика и за ним по генеральному земель размежеванию в 1771 году значилось имение…»[229].

31 июля 1794 года был выдан следующий документ:

«Ярославского наместничества

От Губернского Предводителя Дворянства и уездных Дворянских Депутатов, собранных для составления дворянской родословной книги,

Данная дворянину Бригадиру Михайле Ивановичу Леонтьеву

Рассмотрев на основании Всемилостивейшее пожалованной ЕЯ ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА в 1785 году Апреля 21 дня Дворян-ству Грамоты представленные от него Леонтьева о дворянском его достоинстве доказательства признали оныя согласными с предписанными на то правилами в следствие коих по силе восемьдесят второй статьи объявленной Грамоты он и род внесен в Дворянскую родословную Ярос-лавского Наместничества Книгу в шестую ее часть. В свидетельство чего Мы Губернский Предводитель Дворянства и Депутаты во исполнение Высочайшего ЕЯ ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА соизволения дали ему сию Грамоту за подписанием нашим утвердив оную печатью Дворян-ского собрания Ярославского Наместничества 31 числа июля 1794 года»[230].

Хлопоты о внесении рода Леонтьевых в шестую часть дворянской родословной книги имели большое значение для всех младших поколений этой фамилии: почти все они ссылались на собранные документы, обращаясь с просьбой о выдаче свидетель-ства на дворянство.

В этом «Деле…» первым, кто обратился с такой просьбой, был – отец писателя. Вот это прошение:

«Подано февраля

В Ярославское дворянское

Депутатское собрание

Гвардии прапорщика Николая

Борисова Сына Леонтьева

Прошение

По представленным в оное собрание от родного дяди моего Брига-дира Михайла Ивановича Леонтьева в 1794 году доказательствам, род наш записан в дворянскую родословную Ярославской губернии книгу, в 6-ю ее часть; а так как ныне имею я намерение переместиться в сословие дворян Калужской Губернии и получить от тамошняго дворянского собрания на имя свое грамоту; почему Ярославское дворянское собрание покорнейше и прошу, – дабы благоволило с представленных в оное от помянутого дяди моего Бригадира Михайла Ивановича Леонтьева доказательств равно и с протокола по коему род наш внесен в родословную книгу Ярославской губернии, снабдить меня Копиями и препроводить оные прямо от лица своего в таковое же Калужское дворянское депутатское собрание. – На что прилагаю у сего и следующие за бумагу гербовую 25 рублей деньги.

К сему прошению гвардии прапорщик Николай Борисов сын Леонтьев руку приложил»[231].

К имеет непосредственное отношение и документ, который в описи назван так: «Указ Временного Присутствия Герольдии за № 000 с копией списка за 1837 г». Приводим его:

«Производившееся в Калужском дворянском депутатском собрании дело, начавшееся по отношению Мещовского уездного предводителя дворянства от 01.01.01 года за № 44 о внесении Мещовского помещика гвардии прапорщика Николая Борисова Леонтьева сыновей: Петра, Бориса, Владимира и Александра Калужской губернии в туже часть Дворянской Родословной книги, в которую он сам с отцом его Коллежским советником Борисом Ивановым Леонтьевым внесен в 1804 году помянутые сыновья Николая Борисова Леонтьева в Метрических книгах рожденными записаны Петр 1813 Генваря 12, Борис 1817 февраля 14, Владимир 1818 июля 11 и Александр 1819 годов декабря 15 числа о чем удостоверили Дворянское Депутатское собрание о последних трех сыновьях Калужская Духовная Консистория отношением от 9го августа 1826 года за № 000м а о старшем сыне Петре Ярославская Духовная Консистория отношением от 01.01.01 года за № 000м. Между тем правящий должность Мещовского Уездного Предводителя дворянства тамошний уездный судья при отношении от 8 ноября 1826 года за № 000 доставил в Депутатское Собрание: а) Аттестат, данный просителю Николаю Борисову Леонтьеву 25 июня 1814 года за № 000 от полковника и кавалера Шепелёва в том что он Леонтьев во время служения Калужского военного ополчения 1й Колонны в 5м Пешем Казачьем полку Батальонным адъютантом должность свою исполнял с усердием и был в Походах и б) Предписание к нему просителю Леонтьеву от командира 2го Пехотного Корпуса князя Горчакова в 1825 году июля 23 числа за № 000 с удостоверением, что Государь Император по ходатайству Его Сиятельства Высочайше повелеть соизволил ему Леонтьеву разрешить определение в гражданскую службу. А Инспекторский Департамент Главного Штаба Его Императорского Величества при отношении от 01.01.01 года за № 000 доставил в оное Собрание копию с указа Государственной Военной Коллегии от 01.01.01 года за № 000м об отставке от службы гвардии прапорщика Николая Борисова Леонтьева, из Указа сего видно что он Леонтьев в службу вступил в Лейб Гвардии Измайловский полк из дворян, подпрапорщиком 802 Октября 13 Награжден Портупей Прапорщиком 803 февраля 25, Прапорщиком 804 марта 14, в походах и штрафах не бывал а 13 октября того же года по Высочайшему приказу, за неприличные званию его поступки отставлен от службы. На основании вышеизложенного Калужское Дворянское Депутат-ское Собрание учинило по делам своим справку по коей оказалось что коллежский советник Борис Иванов Леонтьев с сыновьями Николаем, Сергеем, Петром и Иваном внесен в шестую часть Дворянской Родо-словной книги Калужской Губернии и выдана ему на сие достоинство грамота 22 декабря 1806 года. В следствии определения состоявшегося 24 декабря 1804 года: по представленной от него в оное собрание грамоту данной 31 июля 1794 года из Ярославского Дворянского Депутатского собрания родному брату его Бригадиру Михайле Иванову Леонтьеву в том, что он по представленным о дворянстве рода его доказательствам внесен в 6ю часть Дворянской Родословной книги Ярославской губернии и что он Борис Иванов Леонтьев происходит из одного рода с Михайлом Ивановым Леонтьевым и его родной брат так же что от законного супружества его Бориса Леонтьева действительно рождены сыновья Николай, Сергей, Петр и Иван; представил данное ему от дворян свидетельство. И по учинении таковой справки Депутатское Собрание по определению, состоявшемуся 19 декабря 1827 года /за подписом девяти членов/ Гвардии Прапорщика Николая Борисова Леонтьева сыновей Петра, Бориса, Владимира и Александра внесло при нем в шестую часть Дворянской Родословной книги Калужской Губернии в графе о вновь рожденных, и выдало каждому из них порознь свидетельства на дворянство 6 февраля 1827 года за №№ 57, 58, 59, и 60. Комиссия же сия по рассмотрении производившегося в Калужском Дворянском Собрании в 1804 года дела о дворянстве Коллеж-ского Советника Бориса Иванова Леонтьева по журналу состоявшемуся 17 августа прошлого 1836 года заключила, как Коллежский Леонтьев внесен в шестую часть Дворянской родословной книги Калужской губернии по одной грамоте, данной из Ярославского Дворян-ского Депутатского Собрания родному брату его Бригадиру Михайле Иванову Леонтьеву, следовательно правильном род Леонтьевых признан в дворянском достоинстве и внесен в шестую часть Родословной книги, должно быть рассмотрено учрежденною в Ярославле Комиссиею а здешней Комиссии по не имению в виду о сем документов рассматривать нечего: О чем в начале будущего года донести Герольдии, а в Ярославскую Комиссию к сведению о сем сообщить с тем чтобы оная разсмотрела сие дело по имеющимся в тамошнем Дворянском Депутатском Собрании документов В следствие такового заключения сей комиссии было сообщено в комиссию учрежденную для ревизии действий Ярославского Дворянского Депутатского Собрания в ноябре 1836 года за № 88 и донесено Правительствующего Сената Герольдии 24 мая 1837 года за № 60. Наконец Комиссия учрежденная для ревизии действий Ярославского Дворянского Депутатского Собрания отношением от 01.01.01 года за № 96 уведомила, что 20 октября того ж 1836 года было рассмотрено ею дело о внесении Бригадира Михайла Иванова Леонтьева Ярославской губернии в шестую часть Дворянской Родословной книги по представ-ленным от него нижеследующим доказательствам: а) Девять списков с отказных книг Первой 6 июля с Муромских второй 7 июля московских третий 8 июля 7197 года Дмитровским четвертый 17 декабря 7198го Алексинским, пятый 23 Сентября 7199 можайским /Коломенским/, шестым в Декабре 7199 Коломенских, седьмой 12 декабря 7200 Ростовских, Осьмой 30 Октября 7201 Вортинским и Белевским и девятый 14 июля 1700 годов Масальских, – об отказе за стольника Петра Борисова Леонтьева разных поместьев и Вотчин после отца его Бориса Гаврилова Леонтьева б) Выпись данная в 206м году из Поместного Приказа с Московских Писцовых и Межевых книг 193 и 194 годов служъ Стольнику Петру Леонтьеву на его поместье, доставшееся по наследству от помянутого отца Бориса Леонтьева и в) Список его просителя Бригадира Леонтьева и поколенная роспись рода Леонтьевых, в коей Первый Показан Гаврила от него Иван и Борис: первый бездетен от Бориса Петр от Петра Иван а от сего между прочими Михайло Проситель и брат его родной Борис. Михайло бездетен, а Бориса сыновья Николай, Сергей и Иван, но сей список и Поколенная роспись подписаны Михайлом Леонтьевым, грамота же ему Леонтьеву выдана 31 июля 1794 года за № 000. Поелику же из энтих доказательств нет видимости что Бригадир Михайла Леонтьев происходит от Бориса и Петра Леонтьевых и к делу не представлено ни повеленного 42 статьею свидетельств о принадлежности его к роду их Бориса и Петра, ни документов по 43 статье о службе Отца его и по 109 статье продолжения 9го тома Свода законов о службе самого просителя. Приговор же о внесении его в Родословную книгу в противность 972 статье подписан только четырьмя членами собрания а девять не подписали то Ярославская Комиссия заключила оное дело почисля Обревизованным включить его бригадира Михайла Леонтьева в список тех дворян, записанных в Родословную книгу, коих право оказывается сомнительным, для донесения о том в свое время Герольдии. По получении такового Отношения Ярославской комиссии, Комиссия сия по Журналу состоявше-муся 4 Декабря 1836 года заключила как из Высочайше утвержденного 20 апреля 1834 года Мнения Государственного Совета видно, что комиссии, учрежденные для ревизии Дворянского Депутатского Собрания обязаны по окончанию Каждого года доносить о действиях своих Правительствующего Сената Герольдии; – а потому вновь сообщить в Ярославскую Комиссию /и сообщено 13 Генваря 1837 года за № 6/ и просить когда Герольдиею будет рассмотрено дело производившееся в Ярославском Дворянском Депутатском Собрании относительно внесения Бригадира Михайлы Иванова Леонтьева в шестую часть Родословной книги Ярославской губернии, – тогда уведомить Калужское Дворянское Депутатское Собрание вполне ли утвердится мнение оной Комиссии состоявшееся 20 октября 1836 года, где права рода Леонтьевых на древнее дворянство признаны сомнительными; или в мнении сем последует со стороны Герольдии какое либо изменение и в чем именно? и о таковом заключении сей Комиссии для сведения сообщено Калужскому Дворянскому Депутатскому Собранию 13 Генваря 1837 года за № 7»[232].

Приведённый документ обозначает этапы недолгой военной карьеры Николая Борисовича Леонтьева, содержит некоторые даты, относящиеся к предкам – упоминаются списки с отказных книг 7197 (т. е. 1689 г.) и более поздних годов, указывается, что стольнику Борису Леонтьеву наследовал его сын, тоже стольник, Петр. Представляется также немаловажным и то, что старший сын Николая Борисовича Леонтьева Петр был крещён в Ярос-лавской губернии – думается, это указание на то, что семейство Николая Борисовича какой-то период времени пребывало в этой губернии, скорее всего во время войны с французами, когда сам он свершал походы в составе ополчения.