Этнология Восточной Азии (стр. 5 )

Если могила предков, родителей находилась недалеко, то шли туда делать повторные поминания и жертвоприношения. Лишь только после этого начинались визиты, увеселения. Принято было дарить знакомым сласти. Детям - сласти и игрушки, бедным родственникам - деньги. Как бы ни была бедна семья, в этот день она старалась приготовить все, что требовал обычай. Особенно почитались первый и пятнадцатый день. Монахи ходили по домам, гадалки за небольшую плату гадали о предстоящей судьбе, совершали очистительные обряды. В Сеуле было принято всю ночь ходить по мостам. В сумерках большие группы парней и девушек взбирались на вершину ближайшей горы встречать луну. Того, кто первым увидит ее, ожидала удача.

Любимым развлечением мальчиков было запуск змей, а девочек прыжки на досках.  Существовало много суеверий, связанных с определенными днями. Каждый день назывался именем соответствующего животного: мыши, быка, тигра, зайца, дракона, змеи, лошади, овцы, обезьяны, собаки и свиньи. Во второй день нового года прятали всю обувь. Особый колорит празднику «сольлар» придавали факельные ночные шествия, битва с факелами, шествия ряженных в фантастических масках, бой камнями, перетягивание каната, в которых состязались целые деревни, а в городах - кварталы. Конечно, многое сегодня осталось в истории, и, тем не менее, часть обычаев и традиций дошли и до наших дней.

«Хансик»- день памяти предков и усопших родителей, большой весенний корейский праздник, отмечаемый раз в году на 105 день после зимнего солнцестояния (с 22 на 23 декабря), который по солнечному календарю приходится на 5,6 апреля или на первый или второй месяц лунного календаря. В этот день важное место занимает обряд поминовения предков, усопших родителей. Он приходится на 5,6 (редко на 7) апреля по григорианскому календарю. Обычно все ходят 5 апреля, а кто не успел по каким-то причинам, могут пойти 6 апреля. Иногда его называют «днем холодной пищи» (этот праздник пришел из Китая). Потому что в этот день не принято готовить пищу на огне. Но корейцы со временем стали вкладывать в него другой смысл - приход времени весенних полевых работ.

 Согласно древней легенде, у одного китайского императора Мунгона был верный слуга Кэ Чжа Чу. Однажды, спасаясь во время набега от врагов, захвативших его страну, императору пришлось отсиживаться от их мести в горах. Кушать было нечего, начался голод и тогда Кэ Чжа Чу стал отрезать от своего бедра кусочки мяса и варить ему суп, чтобы король выжил. Собрав силы, король вернул себе страну. По возвращении домой он щедро наградил всех своих слуг, а про верного слугу, из-за интриг придворных, забыл. Тот обиделся и ушел жить с матерью в лес. Король вспомнил о верном слуге и приказал ему вернуться обратно, но тот отказался даже выйти из леса. В отместку за неподчинение король приказал сжечь лес. Кэ Чжа Чу с матерью сгорел в огне. Раскаявшись в содеянном поступке, император Мунгон приказал, чтобы отныне в этот день не жгли огонь.

  Есть и другая версия, согласно которой из-за жары часть урожая гибла в огне. Видимо поэтому, согласно историческим записям, король Сечжон (на 13 год правления), издал указ, который говорил о том, что в день «хансик» нужно осторожно обращаться с огнем, из-за множества ветров.

 Во время подготовки к празднику «хансик» необходимо было обратить внимание на следующее: одежду, приготовление ритуальной еды, поминальные обряды на могиле и вдали, молитву, обустройство могилы и жертвенного места. Рано утром вся семья приходит на могилу и приводит ее в порядок: убирает мусор, опавшие листья, скашивает траву, чистит памятники, приводит в порядок надгробные плиты и совершают поминальные обряды.

  «День рождения Будды» - восьмой день четвёртого месяца по лунному календарю. В буддийских монастырях проходят торжественные церемонии, а к вечеру праздник завершается красивыми шествиями с зажженными фонарями. Это очень зрелищно и красочно. Буддизму в Корее свыше 1500 лет, его исповедуют свыше 10 млн. человек. За границей его называют иногда «праздник фонарей», что связано с обычаем вывешивать в этот день огромное количество фонарей. Их формы могут быть самыми различными. Так как каждый фонарик именной, то монахи надеются обеспечить удачу и счастье тому, в честь кого вывешивается этот фонарь.

«Тано» - большой летний корейский шаманский праздник, отмечаемый раз в году на 5 день 5 месяца по лунному календарю. Он имеет также древнее название «сезон знойного полдня», а по сезонному сельскохозяйственному календарю, который и сейчас широко используется. Он не является в Корее праздничным выходным днем, и поэтому его популярность падает и несравнима с «сольлар» и «чхусок».

 «Тано» является отголоском шаманизма, распространенного в древности, да и сейчас в отдаленных районах Кореи шаманизм имеет место. В этот день, также как и на празднике «хансик», важное место занимает обряд поминовения усопших родителей и предков, как и на остальные праздники – «сольлар», «хансик», «чхусок».

Смысл праздника «тано» состоял в том, что крестьяне к этому времени заканчивали свои посевные работы, были видны всходы риса, других сельскохозяйственных культур. Они собирались вместе, отдыхая от весенних работ, плясали, пели и соревновались. Готовили на лоне природы свои любимые блюда и угощали ими своих друзей, соседей. Затем начинали готовиться к летним работам, ведь впереди ждал важный этап, тщательный уход за всходами риса и уборка осенью урожая. В основном «тано» празднуется как «сольлар». Согласно древним летописям XVI в., люди в этот день откладывали все дела, устраивали пиры и гуляния как на Новый год, ходили в гости друг к другу. Дети с утра вставали пораньше, чтобы отдать поклоны родителям, затем бежали отдать поклоны к тетям, дядям и в ответ получали подарки, сладости или деньги. Шаманы устраивали шумные пляски в масках, выгоняя злых духов из деревни и приглашая добрых, прося последних подарить осенью богатый урожай. Гуляния могли быть очень масштабными, танцы и пляски могли длиться несколько дней, при этом сопровождались заклинаниями и молитвами. Одним из таких обрядов является Пельсингут, обряд поклонения духу горы, совершаемый в Канныне (ныне широко известном месте Кореи), провинции Канвондо. В настоящее время там проводятся большие шаманские праздники. Наиболее важным моментом в этот праздник было то, что к этому времени завершались все важные весенние полевые работы. Мужчины соревновались в борьбе «сирым», победитель получал в качестве приза быка. Девушки и женщины соревновались на качелях. Победительница получала золотое кольцо или посуду. В далеком прошлом в этот день принято было дарить другу друг веера.

    «Чхусок» - 15-й день восьмого месяца по лунному календарю. Этот день обычно знаменует окончание уборки урожая, он считается праздником урожая и благодарения. У него есть и другое название «хангави» - «день ножниц». Это один из самых больших праздников в году и отмечается столь же широко как Новый год. В этот день устраиваются массовые гуляния, концерты, готовят самые изысканные блюда из продуктов нового урожая, а родственники посещают фамильные захоронения, убираются на кладбищах, пропалывают выросшую за лето траву, приводят в порядок памятники.

  Исторически этот праздник связан с урожаем. По традиции, в этот день вся семья собирается в семье старейшего из родственников клана. Специфическим видом праздничной еды, именно в дни «чхусок», является сонпхён. Считается, что девушка, умеющая делать красивые сонпхёны, будет рожать красивых дочерей. В этот день давали отдых невесткам, отпускали домой. Преданная дочь шла домой к родителям с курицей. Любящие тещи обязательно угощали зятьев мясом курицы несушки, а не петуха. Еще одним важным атрибутом праздничного стола является вино из риса нового урожая «пэкчу».

Одной из народных забав, характерных для празднества, является традиционная борьба «ссирым». В поединках принимают участие самые сильные люди деревни, которые на глазах у всех соревнуются в силе и ловкости. Победитель зарабатывает славу настоящего богатыря и уносит с собой награду: моток ткани, меру риса или теленка. В настоящее время проводится национальное первенство по борьбе «ссирым».

Одним из элементов праздника являлись песенные хороводы «кангансульлэ». Замужние женщины и девушки србираются вместе и водят хороводы. В эпоху Чосон во время войны с Японией женщины и девушки, нарядившись в военное платье, поднялись в гору и водили там хороводы, чтобы у врага создалось ложное впечатление о силах противника. В соответствии с традицией, в чхусок все домочадцы и слуги получали в подарок от главы семьи новую одежду. Этот обычай получил название «чхусокпим».

Все традиционные праздники проводятся в определенный период года: «сольлар» - зимой (проводы ушедшего года и встреча Нового года), «хансик» - весной (начало весенних работ и поминовение родителей, предков), «чхусок» - осенью (сбор урожая), а «тано» - летом (завершение весенних работ на полях и подготовка к летним работам). В каждом из этих праздников день начинается с поминовения родителей, предков и затем переходят к веселью.

Контрольные вопросы:

1.  Проследите этногенез и этническую историю корейцев.

2.  Укажите особенности корейского национального костюма.

3.  Выделите особенности корейского традиционного жилища.

4.  Назовите наиболее важные традиционные праздники корейцев.

Темы для индивидуальных заданий

1.  Корейцы в России.

2.  Новый год у корейцев.

3.  Семейные обычаи и обряды у корейцев.

4.  Первые корейские государства.

5.  Корея и Китай: проблема этнокультурных контактов.

6.  Культ предков у корейцев.

Тема 3. Этнология Японии

1.  Этногенез и этническая история.

2.  Хозяйство японцев.

3.  Пища японцев.

4.  Традиционное жилище.

5.  Одежда.

6.  Семья.

7.  Японский национальный характер.

8.  Праздники.

9.  Этнографические группы.

3.1. Этногенез и этническая история

По данным археологии, люди проникли на Японские острова довольно рано, но наиболее изу­ченные археологические памят­ники, уже содержащие керамику, относятся к сравнительно недав­нему времени — примерно 10 тыс. лет назад. Не исключено, что их оставили предки айнов — народа, живущего сейчас на севере ост­рова Хоккайдо. Их около 16 тыс. человек и к нашему времени они уже практически утратили свою самобытную культуру. Исследование класси­ческой культуры айнов показало, что их далекие предки были свя­заны с более южными региона­ми Восточной и Юго-Восточной Азии. Во II тыс. до н. э. юг японских островов засе­лили люди, говорившие на языках австронезийской группы. На островах Кюсю, Сикоку и на юге Хонсю айны жили бок о бок с австронезийскими племенами, с которыми интенсивно смешивались.

Носители собственно древнеяпонского язы­ка переселились на японские острова из Кореи в V в. до н. э., племена культуры яей, и вплоть до 4 в. н. э. происходил процесс культурного взаимодействия и смешения этих пришлых племен с местным австронезийско-айнским населением. В 4 в. первое японское «царство» Ямато утверждает свое господство над центральной и южной Японией. В 6-7 вв. в состав формирующейся японской народности влилось значительное число переселенцев из Кореи и Китая. Формирование японского этноса завершилось в основном в 8 в. н. э., когда были окончательно ассимилированы последние австронезийские племена на юге Кюсю (племена кумасо, или хаято). С этого времени и вплоть до XIX в. Япония практически не испытывала ни крупных внешних войн и завоеваний, ни новых существенных переселений.

В то же время приток культурных влияний извне, в основном из Китая и через Китай из более отдаленных стран, в частности из Индии и Центральной Азии, в той или иной мере продолжался; это были как достижения в материальной сфере, новые технологии и сельскохозяйственные культуры, так и новые компоненты духовной культуры, в частности разные направления буддийской и конфуцианской мысли.

Период с конца XII в. и до буржуазной революции Мэйдзи 1868 г. можно назвать эпохой классического феодализма в Японии. В это время власть императора стала чисто номинальной, реально от его имени правили военные правители – сегуны, представители соперничавших между собой за власть влиятельных княжеских династий. В эпоху правления сегунов из династии Токугава () был положен конец междоусобным войнам. Это был период не только наиболее спокойного развития японской культуры и экономики, но и наибольшей международной изоляции, когда в страну разрешалось прибывать только одному кораблю из Голландии и нескольким – из Китая, плавания японцев за пределы архипелага были запрещены. Именно в это время в 17-18 вв. окончательно сложились черты японской традиционной культуры, которые зафиксировали европейские наблюдав. и которые в той или иной мере продолжают сохраняться в повседневном быту японцев по сей день.

Современная Япония — однонациональная стра­на. Около 99% ее населения — японцы. Среди них выделяют несколько этнографических групп, некогда имевших свои культурные особенности. В значитель­ной мере их сохранила одна из таких групп на остро­вах Рюкю. Корейцы – 0,5 %, китайцы и айны – 0,5%.

Язык, письменность

Языковая ситуация в Японии очень сложна: в стране существует три больших группы диалектов и множество говоров. Каждый японец обычно знает по крайней мере два разговорных языка: во-первых, государственный и литературный язык, которым владеют практически все японцы, и, во-вторых, свой местный диалект. Сложность в общении состоит в том, что диалекты очень различают­ся фонетически.

Хотя японский язык построен на той же иероглифической основе, что и китайский, общность двух языков ограничивается письменностью. Японцы не имели исконно японской письменности и свои древние хроники записывали китайским письмом. Китайские иероглифы в японском тексте читались на японский лад и нередко обозначали другие реалии, чем в тексте китайском. Это побудило японцев обратиться к слоговой азбуке. Созданная в X в. слоговая азбука (из 50 знаков) используется в основном для записи падежных окончаний, послелогов и иных грамматических пока­зателей[20].

3.2. Хозяйство японцев

Традиционным хозяйственным занятием японцев является пашенное земледелие. В Средние века в свя­зи с дроблением земельных наделов на мелкие участ­ки и обнищанием крестьян возродилось мотыжное земледелие. В традиционном сельском хозяйстве япон­цев очень много операций выполняется вручную. Выращивают также чай, овощи, цитрусовые, развито шелководство.

Большое место в жизнеобеспечении классическо­го японского общества занимает рыболовство. Здесь даже сложился особый хозяйственно-культурный тип прибрежных рыболовов и собирателей. При этом ры­баки всегда были одной из беднейших групп населе­ния. Как и в Корее, в Японии существует женская профессия нырялыциц за глубоководными моллюска­ми. С давних времен сохранился способ ловли рыбы с помощью дрессированных бакланов. На шею птице надевают кольцо, не позволяющее пойманной ею рыбе проскочить дальше шейного мешка, откуда ее и доста­ет хозяин птицы. Сейчас это скорее зрелище для тури­стов, нежели практический способ ловли.

3.3. Пища японцев

Больше всего своеобразия сохранила пища японцев. В ней выделяют две ча­сти: 1) сюсёку— «главную пищу», — состоящую из риса или каких-нибудь других круп и лапши, и 2) фукусё-ку— «дополнительную пищу», — куда входят различ­ные рыбные, овощные и мясные приправы. Мяса японцы употребляют очень немного. В прошлом, по­добно китайцам, они даже не доили коров и не пили молока. Основа питания японцев – рис – восходит к появившейся в Японии в энеолите культуре рисоводства. Первоначально набор культурных растений в Японии был невелик, как и само разнообразие пищи. Рис занимал больше места в питании, чем сегодня. Помимо отварного риса в раннем средневековье развились и получили широкое распространение блюда из толченого риса. Тогда они вносили некоторое разнообразие в питание, считались престижной пищей. В X-XV вв. в Японии интенсивно продолжался начавшийся еще в VI-VII вв. процесс освоения континентальных (китайских и корейских) культурных заимствований. За счет этого расширился ассортимент овощных культур, вошли в обиход соевые продукты.

Перечисленные три основных компонента японского хозяйственно-культурного типа (рыболовство и приморское собирательство, рисоводство, а также огородничество в широком смысле слова) и сегодня являются основой японской культуры питания. Принято считать, что сама японская семья и деревенская община с ее кооперативными началами сформировались в соответствии с требованиями, которые диктовались культурой возделывания риса. Из риса готовят главный алкогольный напиток – сакэ, зачастую выполняющий сакральную функцию в синтоистских обрядах, праздничные рисовые лепешки моти и их многочисленные разновидности. Рис – это «главный герой» и повседневного, и праздничного стола японцев.

Среди продуктов из риса наибольшим разнообразием форм и функций в японской культуре отличаются моти – толстые лепешки, как правило, небольшого размера, приготовленные из толченого вареного риса. Их едят как самостоятельное блюдо или используют в виде добавок в суп. Посыпанные сахаром или другими вкусовыми компонентами, моти могут рассматриваться как сладости. Разновидностей моти в японской кулинарной культуре очень много.

Важное место в хозяйственной и культурной жизни японцев издавна занимали возделывание зерновых и огородничество. После выделения рисосеяния в самостоятельную сферу культурно-хозяйственной деятельности японцев, все остальные «дары земли» стали также представлять собой самостоятельный пласт японского рациона питания. Причем, пласт этот всегда был многогранный и обширный. Условно в нем можно выделить блюда на основе зерновых культур, на основе бобовых, а также блюда овощного происхождения. Последнее определение также в высшей степени условно, так как под овощами в данном контексте должны пониматься и специфические части растений (стебли, корни, лепестки).

Наибольшее значение для японской системы питания имели блюда из муки зерновых. Как и рис, они относились к числу крахмалистых продуктов, и поэтому играли роль основных блюд. Речь идет, прежде всего, о разных видах лапши (удон), которая употребляется в супах, как составной компонент в сложных блюдах и как самостоятельное блюдо, обычно в жидком соусе, с добавлением различных приправ. С лапшой в японской кулинарии связано очень много терминов, часть из которых в обыденной жизни употребляется мало. Весьма непростой представляется и история названия разных видов лапши в разные периоды японской истории. Очевидно одно: японцы всегда четко разделяли лапшу из пшеничной и гречишной муки.

Считается, что удон, который японцы любят употреблять в качестве легкого обеда в закусочной и дома в воскресенье, происходит от такого вида китайских сладостей, как контон, которые подавались на придворных торжествах по случаю праздника урожая[21]. Из гречишной муки готовили лапшу-соба, развитие которой пошло по разным направлениям в зависимости от разнообразных вкусов. Теперь можно выбрать муси-соба (лапшу, которую после кипячения промывают в прохладной воде и подают горкой в корзинке) или какэ-соба (лапшу в большой миске, которую поливают горячим бульоном), а с недавних пор к этому выбору прибавилась и такая разновидность, как танэ-моно (лапша с верхушкой из тэмпура, зажаренной во фритюре, тофу, съедобными дикорастущими растениями, утятиной и т. д.). Сейчас в быту распространены полуфабрикаты лапши соба, высушенные или замороженные для увеличения срока хранения.

Зерновые культуры играют значительную роль в кулинарной культуре японцев, однако, такое же большое место в ней отводится и бобовым культурам. Из бобовых готовят различные вареные фасолевые похлебки, часто сладкие, с добавлением рисовых «галушек». Крупные бобы и мояси (проросшие зерна бобовых) кладутся в супы. Бобы входят как компонент в сладкие блюда – в мороженое и компоты из сахарного сиропа с кубиками желатина и вареными бобами или семенами лотоса, а также в другие изделия с добавлением сахара, желатина, пряностей. Красные бобы (адзуки мамэ) придают блюду не только специфический привкус, но и красный цвет. Однако при всем многообразии блюд из бобовых есть несколько таких, которые стали своеобразной «культурной меткой» Японии, завоевав популярность и в других странах мира. Речь идет о соевом соусе и бобовом твороге – тофу. Кухню Японии, страны, окруженной морями, невозможно представить себе без морепродуктов. Именно они являются источником животного белка на японском столе. При этом, разнообразие морских животных, идущих в пищу, довольно велико, а способы употребления морепродуктов и блюда, которые из них готовятся, весьма специфичны.

Для японцев главным в «рыбной» кулинарии является бульон – даси, о котором говорят, что он «ключ к японской кухне». Это бульон, вобравший в себя вкус и аромат водорослей комбу, сушеной рыбы бонито, сушеных мальков, сушеных грибов сиитакэ или других продуктов.

Большое значение для блюд из сырой рыбы или других морепродуктов всегда имели две вещи: их свежесть и умение разделать. Что касается свежести – непременного и незыблемого условия для блюд из сырых морепродуктов, то можно с уверенностью говорить о сформировавшемся в Японии на протяжении веков этикета продажи свежей рыбы. Четко выстроенная система взаимоотношений торговец – потребитель именно в «рыбном» деле достигла особых высот, так как за свежестью продукта и быстротой реализации стояло доброе имя торговца. Первые сведения о так называемых рыбных лавках – саканая (дзаканая) относятся к самому началу эпохи Эдо, т. е. к XVII в.

Японская кухня своей главной целью считает наслаждение пищей, которая сохранила вкус натуральных продуктов в том виде, в каком они существуют в природе, и требует применения наименьшего количества искусственных добавок. Японцы гордятся таким подходом к приготовлению пищи. А многие японские повара до сих пор считают, что самым важным в кулинарии является выбор свежих ингредиентов и сохранение их первозданного вкуса, а вовсе не техника приготовления. Мастерство кулинара в создании шедевра заключается в том, чтобы потратить как можно меньше времени на его изготовление. Можно сказать, что японская философия приготовления блюд основывается на принципе: лучший способ – это не готовить вообще.

Особое место в культуре Японии занимают традиционные напитки, прежде всего, рисовое вино (часто в нашей литературе его называют «рисовая водка») – сакэ и чай. В отличие от других напитков (сока, кофе, пива), которые пьют без всяких дополнительных условий, сакэ и чай, если они не являются простым дополнением к трапезе, оказываются в центре сложного церемониала, складывавшегося столетиями. Оба эти напитка – своеобразные культурные атрибуты, символы, знаки, за которыми стоит целый пласт японской эстетики и сложная философия. Достаточно вспомнить, что история рисового вина в Японии уходит корнями в глубокое прошлое. Его использовали еще два тысячелетия назад в качестве подношения богам. В древней Японии сакэ изготовляли в винокурнях при императорском дворе или при синтоистских храмах, а сам напиток был обязательным компонентом многих обрядов и праздников. Лишь с XII в. многие деревенские общины освоили производство собственного вина, и оно постепенно стало неотъемлемой частью японской национальной культуры.

Чай, который исстари являлся главным безалкогольным напитком Японии, также был центром особого вида церемонии, ставшей со временем практически самостоятельным искусством. Речь идет о тя-но-ю – церемониальном чаепитии, или чайной церемонии. Оно никогда не было приурочено к каким-либо датам, а проводилось в любое время года для изысканного времяпрепровождения и сопровождалось беседой на возвышенные темы в спокойной и отрешенной от мирской суеты обстановке.

Процедура чаепития, внедренная в Японии монахами секты Дзен, в современных условиях продолжает пользоваться широкой популярностью. Основные положения этой тонкой процедуры-искусства разъясняются на лекциях в университетах, на различных факультативах, на занятиях «кружков тяною», организуемых крупными фирмами и общественными организациями. Японцы признают и тщательно культивируют каноны чайной церемонии не только потому, что она дает им возможность эстетического наслаждения. В ритуале этой церемонии они ощущают самих себя: строгая регламентация поведения, точно установленные предлоги для церемонии, вполне определенная утварь и т. д. Для проведения чайной церемонии в большинстве случаев достаточно одного желания, однако есть поводы и ритуального плана. Хозяин посылает приглашение друзьям, и те за 2-3 дня до чая благодарят его за оказанное внимание. В день чаепития гости собираются за 15-20 минут до назначенного времени в специально отведенной комнате и выбирают почетного гостя (сёкяку), которым обычно становится человек более высокого положения или старший по возрасту. Они также определяют и последующую иерархию: кто будет вторым, третьим и т. д. Именно в таком порядке гости моют руки и входят в предназначенную для церемонии комнату и рассаживаются.

Официальному чаепитию в гостях предшествует кайсэки, т. е. угощение разнообразным набором еды: здесь и супы, и рис, и рыба, и картофель с приправой и т. д. Хозяин, угощая гостей, старается рассказать им какой-нибудь интересный случай или историю, он делает все возможное, чтобы сделать времяпрепровождение очень приятным. Для этого гостей угощают небольшой порцией сакэ. Едят всего понемногу, иначе нет смысла в чайной процедуре.

Чаепитие начинают с густого чая. Хозяин расставляет чашки так, чтобы они были у него под рукой, и начинает чайное действо. Сначала напиток готовится в одной большой чашке для всех гостей. По традиции гости пьют из нее, передавая чашку друг другу. Это должно вызывать чувство близости. Ритуал вполне определенный: первый гость берет фукуса (шелковый платок), укладывает его на ладонь левой руки, а правой ставит на нее чашку. Кивнув соседу – осаки-ни («раньше вас»), он отпивает три с половиной глотка, затем кладет фукуса на циновку, вытирает край чашки своим кайси (салфетка) и передает чашку второму гостю. Каждый повторяет ту же процедуру. Все выражают свое восхищение чашкой, первый от имени всех гостей просит рассказать ее историю. После крепкого чая подается жидкий чай, вносятся подушки и подносы с пирожными. Жидкий чай готовится для всех сразу в нескольких чашках. Гости могут пить, как им захочется.

В Японии существует много форм чайной церемонии, однако строго установлено лишь несколько: ночной чай, чай с восходом солнца, вечерний чай, утренний чай, послеобеденный чай, специальный чай. Ночной чай начинается при луне. Гости приходят примерно в половине двенадцатого и уходят не позже четырех часов ночи. Обычно заваривают порошкообразный чай. Приготавливается он на глазах гостей: листья освобождаются от прожилок и измельчают в порошок в ступе. Такой чай бывает очень крепким, его не подают на голодный желудок. Поэтому гостей сначала легко угощают различной едой. Чай «с восходом солнца» пьют около трех или четырех часов утра. Гости остаются при этом до шести часов. Вечерний чай начинается около шести часов вечера. Утренний чай практикуется в жаркую погоду, гости собираются к шести часам утра. Послеобеденный чай обычно подается только с пирожными примерно после часа дня. Специальное чаепитие (риндзитяною) организуется по каким-либо тожественным случаям: встреча с друзьями, праздники, смена времени года и т. д.

Японцы считают, что чайная церемония воспитывает простоту, естественность, опрятность. По-видимому, это так, но в чайной церемонии заключено и другое. Приобщая людей к точно установленному ритуалу, она приучает их к строгому порядку и безусловному исполнению социальных правил. Чайная церемония является одной из основ культивирования национальных чувств.

Чай в Японии пьют главным образом зеленый, т. е. полученный путем высушивания чайных листьев без существенной ферментации. Красный чай под европейским влиянием распространился лишь во второй половине XIX в. Существует много сортов зеленого чая, от высших, отличающихся тонким вкусом и ароматом, до самых грубых (бантя), состоящих из измельченных крупных листьев чая в смеси с поджаренными зернами риса. Естественно, что помимо высокоэстетической функции, проявлением которой как раз и служит чайная церемония, чай выполняет и свою обыденную, повседневную функцию в жизни каждого японца – чай непременно присутствует в любой трапезе.

Кроме того, нельзя забывать, что сакэ – это и ритуальный напиток, а также древний символ богатства и процветания. Наверное поэтому оплетенные соломой бочки с сакэ – непременный атрибут праздников, чемпионатов по национальным боевым искусствам, а также по борьбе сумо.

Особняком в японской культуре питания стоят сладости – о-каси, явление достаточно специфическое с точки зрения европейской кулинарии и не всегда подходящее по вкусу иностранцам. Однако при всей кажущейся второстепенности сладостей на японском столе, о-каси, также как и другие составляющие японской кухни, прошли сложный путь утверждения в рационе японцев, трансформировались под влиянием культурных и кулинарных факторов.

Интересно, что в облике сегодняшних японских сладостей явно просматриваются наслоения всех перечисленных этапов. Сегодняшняя «сладкая» кулинария японцев – это результат развития этой области питания за многие века, поиск наибольшего соответствия вкусу японцев путем адаптации и тщательного отбора. Это особенно очевидно при рассмотрении видоизменения «сладкого» стола в историческом аспекте.

Столовая утварь японцев является прямым отражением сложившейся веками традиции принятия пищи, при которой предполагается сидение на полу и возможность поднимать чашки и тарелочки, поднося их ко рту. Сидение на полу во время трапезы привело к созданию нескольких типов столиков, способствующих аккуратному принятию пищи в комнате, застеленной матами-татами, чистота которых всегда должна быть безупречной. Дозволенность поднимать посуду со стола привела, в свою очередь, к распространению большого числа маленьких по размеру предметов столовой утвари.

Японская трапеза, как и практически любая другая не обходится без стола. Столик и подставку для еды было принято называть сёкутаку, подразумевая, что форма и размер сёкутаку могут быть самыми разными. Среди столиков традиционно выделялись цукуэ, о-дзэн, тябудай, какэбан и тэбуру. Цукуэ – это маленькие и низкие (не выше 35 см) столики, за которыми японцы сидят, поджав ноги (коленями вперед и опираясь корпусом на пятки). Цукуэ характерны для домашнего быта, за ними обычно собирается вся семья. О-дзэн когда-то рассматривались как показатель достатка дома, и обладатели в домашнем хозяйстве двух-трех таких столиков гордились своим богатством. В старой Японии о-дзэн использовались в быту дворянства и аристократии. Это были еще меньшие по размеру столики, отличавшиеся от цукуэ закраинами по бортикам. О-дзэн является индивидуальной утварью, он исполняет также функцию подноса, на котором приносят еду и ставят перед обедающим. На парадных обедах перед каждым обедающим ставится по три таких столика с разными наборами блюд. Похожими по виду является тябудай – низенький столик для чая. Особенность его заключается в том, что у него четыре складные ножки, которые могут задвигаться попарно внутрь. С убранными ножками он принимает плоский вид и легко прислоняется к стене или помещается между шкафами, т. е. ставится на бок. Стандартная высота тябудай – 31 см. При этом за него легко садятся четыре человека.

На бытовом же уровне всем японцам хорошо известны некоторые ограничения в части поведения за столом. Многие из них связаны с палочками-хаси. Палочки держат в правой руке, а пиалу с рисом придерживают левой. Палочками берут попеременно комки риса и кусочки другой еды с разных тарелок, макают их в соус и подносят ко рту. Чтобы не закапать соусом стол и платье, в эти моменты иногда левой рукой под правой проносят чашку с рисом (если капнет, то на рис). Хорошим тоном считается есть так, чтобы только подносить палочки к губам, не забирая их в рот и ни в коем случае не облизывая. Закончив еду, палочки кладут поверх пиалы или же на специальную подставку. Суси можно брать и рукой. На палочки также нельзя ничего нанизывать, втыкать их в еду. Кроме того, нельзя при помощи палочек подвигать поближе далеко стоящую чашку.

Среди «запретов на еду» - сёкудзи-но кинки есть также несколько, связанных с рисом. Например, неудобно за столом съесть только одну чашку риса, надо хоть чуть-чуть съесть добавки. Нельзя наливать в чистый рис соевый соус – это признак бедности. Не допускается также оставлять остатки риса (или другой еды), взятой с собой в дорогу, в горах или где-то на природе: ее надо или доесть, или принести назад домой. При этом подчеркивается, что подобных ограничений на самом деле не так много и большая часть из них имеет локальную сферу применения.

3.4. Традиционное жилище

Традиционное сельское жилище японцев — одно­этажный каркасный дом с раздвижными стенами и полом, покрытым соломенными циновками татами, — и в наши дни остается без каких-либо существенных изменений. Японцы, как правило, не пользуются кроватями, а столы, стулья, кресла ставят только в гостиной. В основном японцы сидят на полу, на плоских подушечках, обедают за очень низкими столиками и спят на матрасах.

В традиционной Японии архитектура и стиль дома зависели от положения их владельца – зажиточные самураи использовали для постройки своих жилищ самые лучшие материалы и привлекали к работам самых искусных плотников. Дом такого самурая обычно был обнесён стеной с воротами, размер и украшение которых соответствовали положению хозяина дома в самурайской иерархии. В основании дом имел прямоугольник и был одноэтажным (сейчас традиционные дома всё-таки делают уже двухэтажными). Всю конструкцию приподнимали на сваях (на 60-70 см), что предохраняло её от сырости и плесени, а также от небольших толчков землетрясений. Главными героями в конструкции являются опорные столбы, которые врывали в землю или ставили на каменные «подушки». Важную роль в сооружении японского дома играет крыша – она значительно больше крыш, сооружаемых на Западе, и призвана защитить дом от палящих солнечных лучей и сильных дождей или снега.

Стены, обращённые к улице, зафиксированы и неподвижны, в то время как стены, выходящие во внутренний дворик, делались раздвижными. Внешние раздвижные стены – амадо – делались из твёрдых деревянных пластинок и в тёплое время года снимались насовсем. Существовали (и существуют) ещё одни перегородки, отделяющие жилые помещения от веранды, - сёдзи. Первоначально веранда (энгава) делалась для того, чтобы охранник (а впоследствии и все жители дома), обходя территорию, не нарушил покой дома и не повредил красоте сада, который является неотъемлемой частью японского дома. Когда снимаются или раздвигаются сёдзи и амадо, то интерьер дома образует единое целое с окружающей его природой. Рама и решётка сёзди делаются из дерева, а верхняя часть с наружной стороны оклеивается рисовой бумагой, пропускающей свет. Деление на комнаты происходит с помощью внутренних раздвижных стен - фусума, чья верхняя часть с двух сторон оклеивалась непрозрачной рисовой бумагой, чью поверхность нередко украшал рисунок. Из практичных соображений в нижней части рам бумага закрепляется бамбуковыми планками.

При входе в дом обязательно снимают обувь, которую можно оставить на специальном камне у входа. По деревянному полу веранды или комнат сейчас разрешается ходить в тапочках, но при входе на территорию, выстланную татами, нужно снять и тапочки. Татами представляют собой маты из прессованной рисовой соломы, обшитые травяными циновками и скреплённые по краям специальной плотной тканью (чаще всего чёрной). Татами всегда делаются прямоугольной формы, что делает их удобной единицей для измерения площади помещения. Размер татами различается в различных районах Японии, в частности, в Токио стандартом татами является следующий: 1,76х0,88 м.