Гражданская война на Северном Кавказе (стр. 3 )

Апология контрреволюционной деятельности и анти­народного характера буржуазно-националистического органа так называемого «Центрального Комитета Се-

6 Hazer Hizal Ahmet. Kuzey kafkasya. (Hurriyet ve istiklal davasi). Ankara, 1961, s. 60—61.

40

верного Кавказа» прослеживалась и в работах кавказ­ских белоэмигрантов, таких как Рамазан Трахо. На­пример, в работе «Черкесы», вышедшей еще в 1961 г. в Мюнхене, он писал: «С весны 1918 г. на Северный Кавказ стала надвигаться большая опасность с двух сторон. С одной стороны, близкий товарищ Ленина - дагестанец Джелал Коркмасов, с большим отрядом красноармейцев из Астрахани шел на Петровск, с дру­гой стороны, с запада белые генералы стремились за­нять земли— нефтяные промыслы Хадыжи, Майкопа и др. Северокавказскому Центральному Комитету ни­чего другого не оставалось, как искать помощи извне. Поэтому ему пришлось установить связь с представи­телями Оттоманской Турции»7.

О том, что планы «Горского правительства» и турец­ких интервентов создать вооруженные силы из кавказ­ских горцев были сорваны в Дагестане и других облас­тях, свидетельствует признание того же Р. Трахо, который с сожалением писал: «На основании соглаше­ния двух правительств турецкие силы должны были заняться комплектованием и созданием северокавказ­ских военных сил, но вместо этого турецким солдатам пришлось самим вести бои под Дербентом, Петровском, Хасавюртом»8.

Таким образом версия о расположении народов Да­гестана и Северного Кавказа к интервентам отметается самими буржуазными авторами.

С другой стороны буржуазные «советологи» изобра­жают социалистическую революцию как нечто чуждое трудящимся горцам и казачеству. Они утверждают, что «социалистическая революция искусственно перенесена на Северный Кавказ из Центральной России», что «борьба горской бедноты против царизма, помещиков, капиталистов, т. е. за социальное и национальное осво­бождение является борьбой против русских вообще», что «гражданская война после 1917 г. являлась исклю­чительно межнациональной войной».

Описывая события января 1918 г. в Северной Осетии и Ингушетии, американский историк Р. Пайпс дает им примитивную оценку, явно фальсифицируя их. Он пи-

7 Черкесы. Мюнхен,

8 Там же, с. 62.

1961, с. 60.

41

шет: «Русские казаки и иногородцы сейчас забыли о своих противоречиях и объединились для того, чтобы защищаться от общей опасности. В начале 1918 года в Терской области вспыхнула ожесточенная борьба между мусульманами и русскими. Этой борьбой немед­ленно воспользовались большевики, которые, получив поддержку значительной части иногородцев и русских солдат, возвращавшихся домой с турецкого фронта, организовали сопротивление русских против коренного населения»9. И далее Р. Пайпс, игнорируя общеизвест­ные факты, утверждает, что «Большевики сначала захватили власть в Терской области, а затем в Баку, используя национальную вражду, распространенную в этих районах»10. В доказательство своей концепции об антагонизме между русским населением и горцами Р. Пайпс ссылается на весьма-сомнительный аргумент. Он приводит следующее заявление Узун Хаджи: «Я пряду веревку, чтобы с помощью ее повесить всех ин­женеров, студентов и вообще всех, кто пишет слева на­право»11, т. е. русских и их сторонников. Несостоятель­ность данной концепции легко доказать, если даже обратиться к некоторым сочинениям самих буржуазных историков. Так, один из них, американский историк кон­сервативного направления Ричард Лаккетт в работе «Белые генералы. Обзор белогвардейского движения и русская гражданская война» (Нью-Йорк, 1971) призна­вал, что «Решение Деникина перевести штаб в Таган­рог... превратило Екатеринодар в центр фракционализ-ма и националистической агитации. Волнения на Куба­ни вскоре перекинулись на Кавказ, где восстали мусульманские народы; это были первые симптомы по­следовательной деморализации тыла»12.

Аналогичные схемы можно встретить и у других за­падных советологов: английских, американских и канад­ских (А. Конквест, Н. Роберт, М. Довелл, Л. Кип и др.), турецких (Халук Гюрсель, Hyp Риза, Доган Авджиуоглу, Акдес Курат, Дерин Четин и др.). Боль-

9 Pipes R. The Formation of the Soviet munism and nationalism. 1917—1923. Cambridge, Massachusetts, 1954, p. 98.

10 Pipes R. Op Cit., p. 195.

и Pipes R. Op. Cit., p. 97.

12 Luckett R. The White Generals. An Account of the White Movement and the Russian Civil War. New York, 1971, p. 288,

42

шинство консервативных историков Запада склонно к схемам типа «горские общества к моменту социали­стической революции не были еще пробуждены к со­циальной борьбе», «Советская власть на. Северном Кав­казе была привнесена извне, на штыках Красной Армии»13 (А. Беннигсен, Ш. Лемерсье-Келькеже), «Гражданская война в СССР (в том числе на Северном Кавказе) являлась «неизбежным следствием установле­ния власти Советов», а «вооруженное восстание 7 ноября 1917 г.» — «бескровным началом гражданской войны (Дж. Бредли и др.).

Эти историки своими антиисторическими схемами и построениями верно служат политико-идеологическим целям современной империалистической буржуазии.

Названные крайне правые «советологи» США, ФРГ, Канады, Турции стремятся скрыть традиционные захват­нические интересы Англии, Германии и Турции на Кав­казе, реакционный характер вооруженной интервенции на Северном Кавказе. Профессор Индианского университета Барбара Джелавич в монографии «Санкт-Петербург и Москва. Царская и советская внешняя политика 1814—• 1974» (охватывает период за 160 лет), вышедшей в Нью-Йорке в 1974 г., признает, что «Британия, следуя своим традиционным интересам в Центральной Азии, получила район Дона и Кавказа, тем самым приобретая контроль над нефтяными запасами этой области»14.

Агрессивные цели британского империализма на Кав­казе с предельной ясностью можно проследить в работах даже самых консервативных американских и английских буржуазных историков. В частности американский историк Грехем Стефенсон в сочинении «Россия с 1812 по 1945 г. История», вышедшем в Нью-Йорке и Вашингтоне в 1970 году, пишет «Англичане были больше заинтересо­ваны в будущем Азиатской части России... Из этого Бри­тания могла извлечь безопасность для Индии, установив марионеточный режим в Центральной Азии; она могла бы даже добиться контроля над кавказской нефтью...»15.

13 Benningsen A. Ch. Lemercier-Quelqueyey. Islam in the Soviet Union. London, 1967, p. 81.

I* Jelavich B. St. Petersburg and Moscow. Tsarist and Soviet Foreign Policy. 1814—1974. Blomington — London, 1974, p. 303.

is Stephenson *****ssia from 1812 to 1945. A History. New York — Washington, 1970, p. 322.

43

Из работ 70-х гг., в которых извращается и фальси­фицируется история народов Северного Кавказа, можно выделить сочинения Л. Шапиро («Тоталитаризм»), А. Климена («Советская Россия и Средний Восток»), А. Беннигсена («Ислам, национальный коммунизм и Советский Союз»), К. Хиллебрандта («Германия, Совет­ский Союз и международная система»), С, Герасимоса («Турецко-советские отношения») и др.16

За неимением фактов буржуазные «советологи» разглагольствуют относительно того, что якобы нацио­нальная политика КПСС представляет собой нечто «искусственное» и «чуждое» интересам нерусских наро­дов. В частности, такая трактовка прослеживается в американском издании «Советские национальные про­блемы» за 1971 год17.

Реакционным, антисоветским и антикоммунистиче­ским духом пропитаны работы многих современных за­падногерманских буржуазных историков и бывших деятелей вермахта, выступающих с клеветой на историю народов СССР, в том числе народов Кавказа; искажаю­щих ход гражданской войны в СССР, в частности, на Северном Кавказе, апологезирующих бесчинства и зло­деяния германских и турецких войск, фальсифицирую­щих содержание империалистической национальной политики на временно оккупированной территории Се­верного Кавказа. Эти вопросы нашли отражение в со­чинениях «Раздел Европы. История советской экспансии в 1918—1945 гг.»18 Вагнера, «Большевизм 1917—1967. Вторая революция и советская империя. Европа» 19. Специально событиям граждан­ской войны в СССР, в том числе на Северном Кавказе,

is Schapiro L. Totalitarism. New York, 1972; Klieman A. S. Soviet Russia and the Middle East. Baltimore — London, 1970; Ben-nigsen Alexandre A. Muslim national communism in the Soviet Union: A revolutionary strategy for the colonial world. Chicago, London, 1979; Hillebrandt K. Das Deutsche Reich und die Sowyetunion im internationalen System, 1918—1932: Legizimitat oder Revolution? Wiesbaden, 1977; Stefanos Yerasimos. Turk-Soviet iliskileri. Istanbul, 1978 и др.

!? «Soviet Nationality problems». Ed. E. Allwort. New York, 1971.

18 Wagner W. Die Teilung Europas. Geschichte der sowyetischen Expansion 1918—1945. Stuttgart, 1959.

19 Flechtheim O. K. Bolschewismus. 1917—1967. Von der Welt-revolution zum Sowyetimperium. Frankfurt я. М., 1963.

44

восхвалению экспансии германского империализма на Востоке и па Северном Кавказе, апологии и фальсифи­кации содержания политики и планов Германии, связанных с далеко идущими целями экспансии герман­ского империализма в страны Ближнего и Среднего Востока, посвящены работы реакционных западногер­манских буржуазных историков Г. фон Рауха, Г. Штокля и др.20 В их работах прослеживаются схемы типа «Союзники не имели намерения продлевать крово­пролитие в России»21, «интервенты нигде не имели серьезных боев с Красной Армией»22 и др.

60-летняя история советских республик и областей Северного Кавказа, реальная действительность их бур­ного политического, социального, экономического и культурного развития — самое аргументированное дока­зательство несостоятельности и антиисторичности фаль­сифицированной интерпретации истории гражданской войны и борьбы за Советскую власть на Северном Кавказе.

Политические и пропагандистские цели зарубежной буржуазной историографии заключаются в том, чтобы фальсификацией истории революционной борьбы совет­ских народов, в том числе народов Северного Кавказа, Закавказья и Средней Азии дезориентировать народы Азии, Африки и Латинской Америки, которые борются за свою независимость.

Перед советскими историками вообще и кавказове­дами, в частности, стоят большие задачи Весьма важная из них — дальнейшее изучение современной и новейшей буржуазной историографии гражданской войны на Се­верном Кавказе, целенаправленная, научно-аргументи­рованная критика однобоких, тенденциозных схем и построений западных «советологов», «русистов», «кавка­зоведов», разоблачение открытых и завуалированных фальсификаторов всех направлений.

Для того, чтобы быть во всеоружии и в состоянии опровергать любые, самые утонченные формы фальси-

20 von Rauch Q. Geschichte der Sovietunion. Stuttgart, 1969; Stokl *****ssische Geschichte von den Anfangen bis zur Gegenwart, Stuttgart, 1962.

21 v. Rauch G. Op. Git., s. 140.

22 Stokl G. Op. Git, s. 673.

45

фикаций, советские ученые должны расширить масшта­бы дальнейших исследований проблемы, активизировать поиски новых документальных материалов периода гражданской войны и иностранной военной интервен­ции. Долг советских историков — и впредь вести актив­ную наступательную борьбу, не оставлять без достойно­го отпора ни одного зарубежного буржуазного издания, фальсифицирующего героическую историю гражданской войны в СССР, в том числе на Северном Кавказе.

(Махачкала)

НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ

ИСТОРИИ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ

В ДАГЕСТАНЕ

Борьба трудящихся Дагестана за власть Советов проходила в сложнейших социально-политических и эко­номических условиях. Социально-экономическое и поли­тическое развитие Дагестана накануне Октября харак­теризовалось переплетением патриархально-феодальных отношений с капиталистическими.

Подавляющая часть населения была занята в сель­ском хозяйстве. Лучшие пахотные земли, летние паст­бища, кутаны, леса, реки, рыбные промыслы находились в руках помещиков, кулаков и мусульманского духо­венства. Основная масса крестьянства была малозе­мельной, безземельной и бесскотиой.

Рабочий класс Дагестана; сосредоточенный в горо­дах Порт-Петровске, Дербенте, Темир-Хан-Шуре, на железнодорожном транспорте, в порту и в рыбной про­мышленности, был малочислен.

Небольшую прослойку составляла интеллигенция, вышедшая преимущественно из имущих классов.

В годы гражданской войны в Дагестане сложились различные политические организации, отражавшие инте­ресы различных классов и социальных групп: Дагестан­ская организация РКП (б), Дагестанский мусульман­ский национальный комитет, организации кадетов, эсе­ров, меньшевиков, мусаватистов, иттихадистов, даш­наков.

Буржуазно-националистическая историография от­рицает участие революционных, национальных сил в борьбе за диктатуру пролетариата в 1917—1920 гг., отрицает наличие здесь предпосылок социалистической

47

революции, искажает героическую историю совместной борьбы трудящихся горцев, русского и других народов пашей страны за власть Советов.

Гражданская война в Дагестане имеет, примерно, следующую периодизацию:

I. Май — август 1918 г. — период существования Со­ветской власти на части территории Дагестана, борьбы против горской контрреволюции,

II. август 1918 —март 1920гг.:

а) август — октябрь 1918 г. — борьба трудящихся против бичераховщины и военной диктатуры Бичерахо-ва-Тарковского;

б) октябрь — декабрь 1918 г. — борьба против гер­мано-турецких интервентов;

в) декабрь 1918 г. — апрель 1919 г. — борьба против англо-американских оккупантов;

г) май 1919 г. — март 1920 г. -- борьба против де­никинщины и за восстановление Советской власти;

д) сентябрь 1920 — май 1921 г. -- борьба ' против антисоветского мятежа Гоцинского.

Советская власть на Северном Кавказе была уста­новлена несколько позднее, чем в Центральной России. Па развертывании событий на Северном Кавказе в пе­риод борьбы за диктатуру пролетариата сказались. особенности и уровень социально-экономического раз­вития края. Экономическая и социально-политическая отсталость, разобщенность горских народов, националь­ная пестрота, подверженность влиянию религиозной идеологии создавали серьезные трудности в борьбе за социальное и национальное освобождение. Власть Со­ветов утверждалась здесь в ходе упорной вооруженной борьбы с реакционными силами ­лов и духовенства, а также с контрреволюцией всех ви­дов, поддерживаемой международным империализмом.

Трудящиеся Дагестана испытали гнет объединенных сил иностранных военных интервентов и внутренней контрреволюции. Здесь были и германо-турецкие интер­венты, и англо-американские белогвардейские бичера-ховские наймиты, и англо-американские оккупанты, и деникинские головорезы. И все они находили здесь своего союзника в лице феодально-клерикальной, бур­жуазно-националистической контрреволюции.

Борьбу трудящихся Дагестана против интервентов и 48

белогвардейцев возглавил Дагестанский областной ко­митет РКП (б), созданный на Кумторкалинской партий­ной конференции в феврале 1919 года. Для непосред­ственного руководства подготовкой вооруженного вос­стания против горского правительства был организован Военный совет.

С созданием обкома РКП (б) ожило партийное под­полье. Кумторкала стала подлинно революционным штабом, центром коммунистической агитации и пропа­ганды. Сюда стекались со всех аулов партийные това­рищи, испытанные революционеры; здесь получали они указания, распоряжения и отсюда разъезжались уполно­моченные обкома партии и Военного Совета в аулы поднимать бедноту на борьбу с помещиками и капита­листами. Дагестанский обком РКП (б) руководил ра­ботой Военного Совета, созданием вооруженных сил для всенародногро восстания против Горского правительства.

Обкому партии удалось привлечь на сторону Совет­ской власти значительную часть всадников и младших офицеров дагестанских конных полков, находившихся на службе «Горского правительства».

Документы с достоверностью свидетельствуют о громадной политико-воспитательной и военно-организа­торской работе, проделанной Дагестанским подпольным обкомом РКП (б) по подготовке восстания.

Председатель Дагестанского обкома РКП (б) У. Буй-накский в письме и другим товари­щам из Терского Народного Совета о подготовке воору­женного восстания трудящихся Дагестана против Гор­ского правительства сообщал: «Я в Петровске, Киров в Астрахани. От нашего общего имени и по поручению Реввоенсовета XI армии сообщаю вам: Порт-Петровск и Темирханшура — накануне Советской власти. Нам совершенно необходимо знать точное положение вещей в вашем крае. Как только мы выступим и займем Темир-ханшуру и Порт-Петровск, то тотчас же двинем наши силы к вам на помощь. Силы у нас солидные. Помощь наша в самое ближайшее время будет реальнейшая».

Учитывая военно-политическую слабость и непопу­лярность среди широких народных масс «Горского пра­вительства», его свержение было делом вполне реаль­ным. Но Горское правительство опиралось на вооружен­ные силы англо-американских интервентов и деникин-

4 Заказ 709

49

ские штыки. Было ясно, что отряд деникинского генера­ла Пржевальского в районе Порт-Петровска, а также интервенты, располагавшие крупными военными сила­ми вплоть да танков и артиллерии, не останутся без­участными к восстанию горцев.

Командующий английскими войсками в Порт-Петров-ске в письме от 01.01.01 года настаивал на не­медленных действиях против большевиков в городах и селах, требовал разгромить и обезглавить подпольный обком партии.

13 мая 1919 года члены Дагестанского подпольного обкома РКП (б) и другие коммунисты, собравшиеся на объединенное заседание обкома партии и Военного Со­вета в Темир-Хан-Шуре были арестованы.

Член Кавказского крайкома РКП (б) сообщал: «Момент был удачный для переворота, англи­чане чувствовали, что надвигается гроза, и предъявляли ультиматум правительству (горскому — Б. К.) — бо­роться против большевиков... Мы ускорили свою бакин­скую забастовку, англичанам не дали перебросить войска. Но областной комитет (Дагестанский — Б. К.)... откладывал момент переворота, чем и воспользовалось правительство: заключило соглашение с Деникиным и англичанами и, врасплох арестовало в Темирханшуре почти всех наших товарищей — руководителей движе­ния, всего 28 человек, препроводило в Порт-Петровск... Нами посланы уже туда товарищи для выяснения по­ложения, восстановления организации и принятия мер к освобождению».

Однако попытки освободить арестованных дагестан­ских коммунистов окончились неудачей.

В сентябре 1919 года Дагестанский областной ко­митет РКП (б) был воссоздан. Обком возглавил борьбу трудящихся масс за восстановление Советской власти. Эта борьба завершилась полным разгромом интервен­тов и белогвардейцев и окончательным установлением Советской власти в Дагестане.

Под руководством Коммунистической партии за ко­роткий исторический срок народы Дагестана прошли славный путь от патриархально-феодального уклада жизни к вершинам социализма. В братской семье наро­дов нашей страны они уверенно идут к заветной цел-и—• к коммунизму.

50

(Махачкала)

ОСОБЕННОСТИ, ХАРАКТЕР

И ДВИЖУЩИЕ СИЛЫ

АНТИДЕНИКИНСКОГО ВОССТАНИЯ

В ДАГЕСТАНЕ В 1919—1920 гг.

1919 г. белогвардейские войска Деникина захватили Терек и Дагестан. Начался новый этап в ходе граждан­ской войны в национальных районах Северного Кавказа. Трудящиеся горцы поднялись на решительную борьбу против белогвардейцев.

, большевики Северного Кавказа дали глубокий анализ характеру и движущим силам восста­ния и определили основные задачи борьбы против дени­кинщины. «Для нашей партии, — писал в ноябре 1919 г. , один из руководителей Кавказского Краевого комитета РКП (б), — очень важно и необхо­димо выяснить характер движения горцев, ибо только после этого можно установить и выявить правильное отношение к движению горцев и их настоящему вос­станию»1.

Для определения причин, особенностей, характера, движущих сил антиденикинского восстания на Северном Кавказе, огромное значение имели статьи, выступления, телеграммы , а также его соратников, не­посредственно осуществлявших решения ЦК РКП (б).

В восстании против Деникина в Дагестане ведущую роль играли рабочие Порт-Петровска, Дербента, Темир-Хан-Шуры. Одни из них боролись в городах, а другие находились в округах, в рядах восставшего народа. В антиденикинском движении активное участие принимали местные рабочие, отходники, кустари, ремесленники, вер-

Правда, 1919 г., 14 ноября.

51

нувшиеся в аулы из городов и промышленных центров России и Кавказа в годы гражданской войны. Они вели за собой горскую трудовую массу и придавали движе­нию организованный характер. Отмечая эту роль газета «Молот» 2 августа 1919 г. писала: «В Дагестане есть незначительный класс пролетариев, мелких ремеслен­ников и безземельных сельчан, которые силой вещей уже давно в рядах Красной Армии, созданной в неко­торых округах и служащей опорой для тех ячеек Совет­ской власти, которые существуют в Самурском, Кази-кумухском и других округах».

Активной силой антиденикинского восстания явля­лись крестьянские массы, составлявшие подавляющее большинство населения. Горское крестьянство было заинтересовано в разгроме Деникина потому, что он восстанавливал старые порядки, земли возвращал бе­кам, помещикам, кулакам, жестоко подавлял аграрные выступления. Уже в сентябре 1919 г. число восставших в Дагестане достигло 7 тыс., в Чечне 5 тыс. человек. Активное участие крестьян Дагестана в восстании отмечал в своих письмах, речах и телеграм­мах. «Мы имеем сообщение о событиях на Кавказе, - сказано в речи > 24 октября 1919 г., -- где горцы, доведенные до отчаяния, бросились в наступле­ние и обобрали полки Шкуро, отняв у них винтовки и снаряжение»2.

В антиденикинском восстании огромную роль сыгра­ли красноармейцы. На Дербентском фронте находился первый Дербентский советский полк (800 чел.), состояв­ший из красноармейцев, прибывших сюда через Тбили­си и Баку после временного падения Советской власти на Северном Кавказе. Второй, Дагестанский сводный полк (400 чел.), состоявший из красноармейцев и пере­шедших па сторону восставших деникинских солдат, действовал на Темир-Хан-Шуринском фронте. «В горах среди горцев, -- писал , -- еще остались русские красноармейцы. Не мало пошло и доброволь­цев па помощь восставшему народу. Горцы-мусульмане не только давали приют, но с распростертыми объятиями принимали русских большевиков, относясь к ним с осо-

2 Поли. собр. соч., т. 39, с. 244.

52

бой любовью и признательностью, идя с ними рука об руку в бой с русскими генералами и офицерами»3.

Борьбой рабочих и трудящихся крестьян Дагестана руководил Дагестанский областной комитет РКП (б). «Коммунистическая партия в Дагестане, — сказано в докладе Кавказского Краевого Комитета в октябре 1919 г., — в настоящий момент еще слабо организована. Областной комитет только что вернулся и приступил к работе. Но настроение широких масс крестьянства плоскостных и ближайших горных округов, безусловно, большевистское. В этих округах (Кюринском, Самур­ском, Кайтаго-Табасаранском и Темир-Хан-Шуринском) крестьянство связывает восстание против казаков с борьбой против помещиков, беков за землю, стоит на точке зрения гражданской войны и уже сейчас готово идти за большевистскими лозунгами. В широких массах крестьянства плоскостных округов коммунистическая партия имеет твердую опору»4.

В борьбе против Деникина объединились самые раз­личные политические силы, преследовавшие нередко противоположные цели и задачи.

В антиденикинском восстании в Дагестане принимали участие турецкие офицеры, возглавляемые Нури-Пашой и Казимбеем. Под видом помощи единоверным мусуль­манам, они опирались на местные пантюркистские и па-нисламистские силы, вели борьбу за отделение Северно­го Кавказа от России и присоединение его к Турции.

«Меджлис горских народов Кавказа», сформирован­ный в 1919 г. в Тифлисе из членов распавшегося нацио­налистического Горского правительства, стремился за­хватить руководство восстанием в свои руки, восстано­вить Горское правительство, чтобы направить Дагестан по пути капиталистического развития.

В антиденикинском восстании участвовали и отряды Грузинского меньшевистского правительства, которое стремилось расширить свои территории. Газета «Жизнь национальностей» так характеризовала политику гру­зинских меньшевиков в Дагестане в тот период: «Вожди грузинской республики стараются связаться с свободо­любивыми обитателями аулов. II. Жордания, Церетели

3 Правда, 1919 г., 14 ноября.

4 Архив Ростовского обкома КПСС, ф. 12, оп. 24, д. 7, л. 10.

53

и др. оказывают тайную (боятся гнева Деникина) под­держку победоносным дагестанцам. Грузинское прави­тельство опасается нарушения политического равновесия на Кавказе, т. е. усиления добровольческой армии... Все это, конечно, в порядке вещей и продиктовано Тифлису чувством самосохранения. Самое главное, конечно, то, что под шумок событий кавказские столпы меньшевизма суют восставшему народу Дагестана соглашателей и вы­разителей чаяний мелкой буржуазии: Ах. Цаликова, Капланова. Эти единомышленники Жордания, Гегечко-ри живо состряпали Горский меджлис и преподнесли народу, взявшемуся ради своего раскрепощения за ору­жие Горский меджлис — это род сейма или учредитель­ного собрания. Его роль быть плотиной против револю­ционного потока и таким путем ввести этот движущийся поток в определенное русло парламентаризма»5. Усили­вавшийся революционный характер восстания заставил грузинских меньшевиков отшатнуться от него6.

Муссаватисты также стремились использовать вос­стание народов Северного Кавказа в своих интересах. в телеграмме писал: «Азер­байджанская партия мусульманских крупных капита­листов, помещиков и клерикалов «Иттихад» с целью использования горцев для панисламистского движения в политических кругах, выступала с требованием к пра­вительству оказать активную вооруженную поддержку единоверцам-горцам»7.

На характер и движущие силы восстания оказало свое влияние мусульманское духовенство. После окку­пации Дагестана Деникиным произошел раскол в лагере клерикально-феодальной контрреволюции. Н. Гоцинский поддерживал Деникина. В лице белогвардейских гене­ралов он видел реальную силу способную свергнуть Советскую власть в России. Узун-Гаджи боролся против Деникина с целью создания эмирства на Северном Кавказе под эгидой Турции.

Часть мусульманского духовенства перешла на сторону Деникина и призывала народы Северного Кав­каза взяться за оружие и «идти рука об руку вместе

5 Жизнь национальностей, 1919 г., 26 окт.

6 Беднота, 1919 г., 8 окт.

^ Статьи и речи, документы, т. I, M., 1936, с. 148.

54

с Добровольческой армией». Члены национального собрания мусульман внутренней России в июне 1919 г. просили Деникина о предоставлении культурно-нацио­нальной автономии мусульманам Поволжья, Крыма, Кавказа, Туркестана.

В период антиденикинского восстания большим влиянием пользовался шейх-уль ислам Али-Гаджи Аку-шинский. Как сказано в докладе Кавказского Краевого комитета в ЦК РКП (б), «Наиболее видную роль на по­верхности играет клерикальная мусульманская партия, руководимая различными хаджи, из которых наиболее яркими являются Али-Гаджи Акушинский и Ибрагим-Гаджи Гунибский. Эта партия ведет восстание под ло­зунгом освобождения Дагестана от «неверных» гяуров-урусов и ставит своей целью освобождение Дагестанской территории от казаков, считая, что этим борьба будет закончена, и ввиду этого согласна на мир с казаками, при условии очищения ими Дербента, Темир-Хан-Шуры и Петровска»8.

Причины участия части мусульманского духовенства в антиденикинском восстании обоснованы в статье, опубликованной в газете «Жизнь национальностей». «Переходя к участию в революционном процессе горско­го духовенства, — сказано в ней, — не нужно забывать, что в Дагестане сохранились патриархальные отноше­ния между разными сословиями. Духовенство там слишком связано с окружающей массой обираемого п закабаленного народа. Оно, при всей своей консерватив­ности, вовлечено в бушующее море народного волнения. Затем духовных шейхов, кадиев и др. могли объединить с простым народом великодержавные претензии Деники­на и опасения реставрации монархии в Российском масштабе... Поэтому проповедн-ики в Дагестане так или иначе выступают заодно с мятежным народом. Эта координация шагов движущих сил революции трудящих­ся и духовенства — есть показатель того, как сильно скомпрометирована репутация реакционных верхов Да­гестана и насколько идея монархии изжила самоё себя 9.

Восстание народов Дагестана против Деникина было

8 Архив Ростовского обкома КПСС, ф. 12, оп. 24, д. 7, л. 5.

9 Жизнь национальностей, 1919 г., 26 окт. .

вызвано социальными причинами, стремлением горцев избавиться от социального и национального гнета. «Восстание в Дагестане и Чечне, — писала газета «Бед­нота — вызвано не специфическими местными условия­ми. Деникинская нагайка одинаково гуляет по плечам ингушей, кабардинцев, русских и дагестанцев. Восста­ние горцев, в частности, восстание в Дагестане и Чечне, обусловлено теми же причинами, которые действуют не с меньшей силой на всей территории белогвардейской власти»10.

Дагестанский областной комитет РКП (б) считал необходимым использовать все антиденикинские силы для создания единого фронта Такая тактика способство­вала вовлечению в движение широких народных масс.

Буржуазные националисты стремились представить антиденикинское восстание, как чисто национально-осво­бодительное движение, объединившее всех мусульман Дагестана. На классовый характер этого движения указывала в те дни Бакинская газета «Беднота». «Вос­стание на Северном Кавказе, — писала она, — содержит в себе элемент национально-освободительного движения, и классовой революционной борьбы. Последний мо­мент преобладает во всем повстанческом движении и придает ему резкий, неприятный для буржуазных нацио­налистов отпечаток. Дагестанские ханы на стороне Деникина, против них бьется горская беднота. Борьба идет внутри самого дагестанского народа»11.

Отмечая классовый характер антиденикинского вос­стания газета «Жизнь национальностей» писала: «Оста­навливаясь на характере этого движения, приходится констатировать, что в схватку вступила вся горская беднота. Знамя восстания находится в ее руках. Трудо­вой народ Дагестана, хотя и не дифференцировался в строго классовом отношении, тем не менее, элементы классовой борьбы горского революционного движения налицо. Факт перехода туземных верхов, офицеров и старых слуг абсолютизма на сторону Деникина указы­вает на элементы гражданской войны в среде горских племен. Горские князья и всяких рангов офицеры и крупные чиновники и т. д. шли за палачом Деникиным,

Ю Беднота, 1919 г., 8 окт. п Беднота, 1919 г., 8 окт.

56

находя в нем спасение своего господствующего поло­жения и престижа, а так же гарантии сохранения за со­бой своих запущенных имений и других богатств. Опа­сение потерять право господствовать и эксплуатировать темный и трудовой народ—вот что бросило паразити­ческие кучки из туземцев в объятия вождя монархии». «Отсюда ясно, — подчеркивалось в статье — что восста­ние горцев протекает под знаком борьбы классов, об­нищавших масс бедноты, с одной стороны, и праздных князьков, вольношатающихся офицеров и т. д., с другой. Это важное обстоятельство — начало гражданской вой­ны— дает нам ключ к пониманию событий, совершаю­щихся в тылу деникинского царства»12.

С приближением Красной Армии к Дагестану в рас­становке классовых сил антиденикинского движения произошли серьезные изменения. Буржуазно-национа­листические и клерикальные элементы стали отходить от единого антиденикинского фронта. Началось более четкое размежевание политических сил, участвующих в борьбе с белогвардейцами. Руководство антиденикин-ским движением полностью перешло в руки областного комитета РКП (б).

В конце марта 1920 г. совместная борьба красных партизан и частей Красной Армии завершилась полным разгромом деникинской белогвардейщины. В Дагестане окончательно установилась Советская власть.

12 Жизнь национальностей, 1919 г.; 26 окт.

57

(Махачкала)

РУКОВОДСТВО ЦК РКП(б)

КАВКАЗСКИМ ПАРТИЙНЫМ ПОДПОЛЬР. М

В 1919 ГОДУ

Рабочие и трудящееся крестьянство Кавказа, руко­водимые большевистскими организациями, вписали не­мало славных страниц в историю борьбы народов стра­ны против интервентов и внутренней контрреволюции.

Руководство ЦК РКП (б) деятельностью кавказского партийного подполья, борьбой трудящихся края за Со­ветскую власть осуществлялось через Реввоенсовет XI Армии, мусульманскую секцию при Астраханском губкоме РКП (б), Центральное бюро коммунистических организаций народов Востока, отдел по делам стран мусульманского Востока Наркоминдела РСФСР и Наркомнац РСФСР.

Об огромном внимании ЦК РКП (б), к судьбам народов Кавказа свидетельствует обширная переписка в 1919—1920 гг. между ЦК РКП (б), Лениным, с одной стороны, и , ­жоникидзе и Кавказским крайкомом РКП (б), с другой.

ЦК РКП (б) придавал огромное значение информа­ции, получаемой от коммунистов Кавказа, и в соответ­ствии с ней разрабатывал меры по оказанию помощи кавказскому партийному подполью. Секретарь ЦК РКП (б) в письме от имени ЦК РКП (б) 20 августа 1919 г. Кавказскому подпольному крайкому РКП (б) в Баку писала: «Дорогие товарищи! Ваше письмо-доклад получен нами своевременно. Все ваши сведения крайне ценны, и мы сможем при таком осве­домлении, конечно, гораздо точнее вести нашу линию по отношению к Закавказью»1.

1 ЦПА НМЛ, ф. 80, оп. 3, д. 2, л. 21.

58

В письме обращалось внимание Кавказского крайко­ма партии на необходимость оказания помощи восстав­шим горцам Дагестана и Северного Кавказа, коорди­нации действий закавказских коммунистов с комму­нистами Северного Кавказа в тылу Деникина.

О требовании ЦК РКП (б) разработать план работы крайкома партии в этом направлении писал в Баку : в письме в Кавказский краевой комитет от 01.01.01 г. говорилось: «Дорогие товарищи! Еще и еще раз напоминачо вам категорическое требование ЦеКа нашей партии о том, чтобы вы сообщали самым подробным образом ваши планы работы и состояние последней...»2

В соответствии с требованием ЦК РКП (б), по пору­чению Кавказского крайкома партии со­ставил подробные тезисы информационного доклада в ЦК РКП (б) под названием «К Кавказскому вопросу».

По поручению Кавказского крайкома РКП (б),

A. И. Микоян в конце сентября 1919 г. выехал в Москву •для доклада ЦК РКП (б) о положении дел на Кавказе. В конце октября 1919 г. был принят

B. И. Лениным. «Его,— пишет в своих вос­поминаниях, — все интересовало, он был воплощенное внимание, стремясь знать факты, факты. Потом он все это переваривал, передумывал, анализировал»3. ЦК РКП (б) провел с участием несколько объединенных заседаний Оргбюро и Политбюро, на ко­торых рассматривался комплекс вопросов, касающихся Кавказа, были намечены дальнейшие перспективы дея­тельности большевистских организаций Кавказа 4.

3 января 1920 г. Политбюро ЦК РКП (б) под пред­седательством приняло резолюцию о ком­мунистической работе на Кавказе. «Борьба с местным шовинизмом и создание благоприятных условий пропа­ганды социалистической революции среди наций, нахо­дившихся под игом российского царизма, — говорилось в ней, — делают необходимым, чтобы в фактически об-

2 ЦПА НМЛ, ф. 80, оп. 3, д. 4, л. 44.

3 Революционный и государственный гений Ленина.— Проблемы мира и социализма, 1969, № 9, с. 27, 28.