Гражданская война на Северном Кавказе (стр. 4 )

4 История Коммунистической партии Советского Союза, т. 3, кн. 2-ая (март 1918—1920), М., 1968, с. 520.

•

разевавшихся «самостоятельных» государствах в пре­делах бывшей Российской империи, коммунистические организации работали в виде самостоятельных комму­нистических партий. Особенно важен подобный способ организации на Востоке, ввиду того, что завоевание доверия народов, живущих в Азии или в преддвериях Азии, составляет одну из основных задач Советской России и РКП5.

Для осуществления Директив ЦК РКП (б), указаний

B. И. Ленина на Кавказ направлялись ответственные партийные работники. Так, в конце июля 1919 г. по ука­занию ЦК РКП (б), Реввоенсовет XI Красной Армии отправил из Астрахани на Кавказ на подпольную рабо­ту группу видных партийных организаторов и агитато­ров из 32 человек6. Сообщая об этом, 30 июля 1919 г. писал ЦК РКП (б): «Работников в За­кавказье отправлено довольно много: из ответственных товарищей посланы Буниат-Заде, Султанов, Нанейшви-ли, Кванталиани»7.

Осенью 1919 г. ЦК РКП (б) провел партийную моби­лизацию и из мобилизованных 60 человек направил для работы на Кавказ. Посланцы ЦК, партийные работ­ники, командируемые на подпольную работу, направля­лись во все районы Кавказа. Сообщая об этом,

C. М. Киров в сентябре 1919 года писал в ЦК РКП (б): «По вашему требованию нами направлены люди в Баку, Дагестан, на Северный Кавказ и Закавказье, в Гурьев и Мугань, в Армавир, на восточное побережье Черного моря. Результаты их работы уже видны. Вся террито­рия, куда выехали наши люди, пылает заревом парти­занского движения»8.

Проводником Ленинской линии ЦК РКП (б) на Кав­казе в первой половине 1919 г. был посланец партии, Чрезвычайный комиссар Юга . Орджоникид­зе. После падения Советской власти на Северном Кав­казе в начале февраля 1919 г. он вел подпольную работу в Ингушетии, в горной Чечне, а в середине апреля

s История КПСС, т. 3, кн. 2-я, с. 520.

6 ЦПА НМЛ, ф. 124, оп. 1, д. 279, л. 4.

7 ЦПА НМЛ, ф. 17, оп. 6, д. 95, л. 22.

8 ЦПА НМЛ, ф. 55, д. 5, л. 5. Борьба за Советскую власть в Азербайджане. Сборник, с. 180.

60

1919 г. нелегально перешел в Закавказье. «Во время нашего пребывания в Тифлисе, — писала 3. Г. Орджо­никидзе, — Серго неоднократно собирал членов подполь­ного Кавказского крайкома партии и давал им указа­ния о дальнейшей борьбе с меньшевиками»9. В мае 1919 г. под руководством был про­веден в Баку пленум Кавказского крайкома РКП (б), на котором были приняты важные решения о разверты­вании революцонной работы на Кавказе, усилении пар­тизанского движения в Дагестане и на Северном Кавказе.

ЦК'РКП (б) и лично с большим вни­манием следили за событиями, развернувшимися в тылу английских интервентов, деникинской армии на Кавказе. Они неустанно требовали от соответствующих военных и гражданских организаций снабжения повстанческих войск оружием и деньгами. О размерах этой помощи можно судить по переписке с ЦК РКП (б) и Краевым комитетом РКП (б). По имеющимся в нашем распоряжении сведениям только в первой декаде де­кабря 1919 г. в помощь Кавказскому партийному под­полью было отправлено 20 млн. рублей.

По указанию ЦК РКП (б) Реввоенсовет XI Красной Армии принял специальное постановление, по которому содержание, частей восставших горцев Дагестана и Се­верного Кавказа было принято на бюджет XI Красной Армии и средства эти передавались Крайкому РКП (б).

ЦК партии п Советское правительство во главе с принимали меры для оказания и воен­ной помощи пародам Кавказа. Для восставших горцев из Астрахани в сентябре 1919 г. была отправлена партия • оружия: 500 винтовок, 13 пулеметов н несколько пудов взрывчатки.

При помощи посланцев ЦК РКП (б), огромной воен­ной, финансовой и политической поддержке Советской России, партийные организации и трудящиеся Дагеста­на и Северного Кавказа усиливали свои удары по дени-кинским белогвардейским бандам: они открыли второй фронт в тылу Деникина, отвлекая значительные силы врага от главного фронта против Советской республики

9 Орджоникидзе 3. Г. «Путь большевика». Москва, 1967 г., с. 257—268.

Л

61

и, облегчая тем самым, борьбу славной Красной Армии против деникинцев.

Руководство Кавказским подпольем осуществлялось и по линии Центрального бюро коммунистических ор­ганизаций народов Востока, избранного I съездом этих организаций в Москве в ноябре 1918 года.

Под руководством Центрального Комитета РКП (б) Центральное бюро коммунистических организаций Востока было призвано координировать партийную ра­боту через краевые, областные организации восточных районов страны и сопредельных государств Востока. В задачу Центрального бюро входило также издание на языках народов Востока национальных газет, журналов, брошюр, листовок и т. д.

Центральное бюро проводило значительную работу по пропаганде социалистических идей среди трудящих­ся Кавказа. Для этой цели азербайджанская секция и секция горцев Кавказа печатали и распространяли политическую литературу на языках народов Кавказа, направляли на Кавказ кадры организаторов.

Отдел стран мусульманского Востока Наркомата иностранных дел РСФСР держал тесную связь с ком­мунистами Кавказа, сообщал директивы ЦК РКП (б) и требовал своевременно. информировать ЦК РКП (б) и Советское правительство о положении на Кавказе. Как писал заведующий отделом Нариманов в ЦК РКП (б), в распоряжении отдела имелись ценные мате­риалы, по которым можно было представить положение на Кавказе и наметить правильную линию 10. Комму­нисты Кавказа через отдел информировали ЦК о поли­тической обстановке в крае, обращались с просьбами об оказании помощи партийными работниками, полити­ческой литературой и т. д.

Большую помощь Кавказскому партийному под­полью оказывал наркомат по делам национальностей. Говоря о деятельности и роли этого наркомата газета «Жизнь национальностей» писала: «Достаточно указать то, что в случае отсутствия комиссариата по делам на­циональностей, коммунисты-мусульмане («Гуммет», «Фарук», «Адалст», «Бирлик»), коммунисты Армении, коммунисты Грузии не имели бы возможности выяснять

и пропаганды больше-1918 года за подписью

те вопросы, кои важны для освещения Кавказа, для революционирования Кавказа и для борьбы с кавказ­ской контрреволюцией»1'.

Для широкой агитации вистских идей еще 4 итоля был издан декрет Совнаркома РСФСР о создании при Наркомнаце отдела по делам горцев Кавказа 12, что имело большое значение для мобилиза­ции и приобщении широких масс горцев к борьбе за победу и упрочение Советской власти на Кавказе.

Помощь ЦК РКП (б) и Советского правительства сыграла исключительно важную роль в развертывании борьбы трудящихся Кавказа против внутренней контр­революции и иностранной интервенции.

Всемирно-историческая победа Советского государст­ва над интервентами и внутренней контрреволюцией явилась результатом совместных усилий всех народов нашей страны, руководства этой борьбой Коммунисти­ческой партии, ее Центрального Комитета во главе с .

ЦПА НМЛ, ф. 17, он. 4, д. 14, л. 24.

11 Жизнь национальностей, 1919 г., 25 мая.

12 Известия ВЦИК 1918 г., 4 июля.

62

63

А. К.-М. Исрапилов

(Махачкала)

РЕВКОМЫ СЕВЕРНОГО КАВКАЗА В ГОДЫ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ

Полное и всестороннее освещение истории Великой Октябрьской социалистической р-еволюции и граждан­ской войны в нашей стране невозможно без выяснения роли революционных комитетов (ревкомов), которые сыграли выдающуюся роль в защите завоеваний Ок­тября, в осуществлении первых социалистических преоб­разований.

С началом гражданской войны возникла необхо­димость в создании во многих районах страны, в том числе на Северном Кавказе, чрезвычайных органов дик­татуры пролетариата — ревкомов с учетом опыта дея­тельности военно-революционных комитетов периода подготовки и проведения Октябрьской революции.

Организация ревкомов была обусловлена конкретно-историческими условиями. С началом гражданской вой­ны и иностранной военной интервенции усилилось сопро­тивление эксплуататорских классов, резко обострилась классовая борьба. Коммунистическая партия и Совет­ское государство вынуждены были перестроить экономи­ческую и политическую жизнь страны на военный лад, проводить политику «военного коммунизма», изменить методы и организационные формы работы государствен­ного аппарата, приспособив его к суровым условиям гражданской войны. В письме ЦК РКП (б) «Все на борьбу с Деникиным!», написанном и опубликованном в печати 9 июля 1919 г., в частности, говорилось: «Советская республика осаждена врагом. Она должна быть единым военным лагерем не на сло-

вах, а на деле. Всю работу всех учреждений приспосо­бить к войне и перестроить по военному!»1.

В связи с изменением военно-политической обстанов­ки в стране считал необходимым создание ревкомов в районах, охваченных гражданской войной и иностранной военной интервенцией, а также на всей территории, освобождаемой от внутренней и внешней контрреволюции.

Осенью 1919 г., когда на Северном Кавказе развер­нулось антиденикинское вооруженное восстание, орга­низаторами и руководителями восстания выступили революционные комитеты, революционные советы, штабы обороны и другие чрезвычайные органы воору­женной борьбы, созданные по инициативе большевиков.

В округах Дагестана антиденикипские выступления возглавили штабы и советы обороны, революционные комитеты. Борьбой трудящихся Дагестана руководили Дагобком РКП (б) и Совет обороны Дагестана.

На Тереке были организованы Осетинский, Кабар­динский, Балкарский, Ингушский революционные коми­теты, деятельность которых координировал штаб Терской областной группы красных повстанческих войск, созданный решением Кавказского краевого комитета РКП (б). Ревкомы действовали и в националь­ных районах Кубани и Ставрополья. Общее руководство борьбой трудящихся Северного Кавказа против внут­ренней и внешней контрреволюции осуществляли ЦК РКП (б), Советское правительство, во главе с , а также Кавказский краевой комитет РКП(б).

Революционные комитеты, советы и штабы обороны, будучи органами революционной власти, занимались формированием партизанских отрядов и организацией 18 их снабжения продовольствием, снаряжением, вооруже­нием, руководили военными действиями, устанавливали революционный порядок в освобожденных районах, про­водили первые революционные преобразования в инте­ресах трудящихся.

К концу марта 1920 г. в результате совместных дейст­вий войск Кавказского фронта и партизанских отрядов были полностью разгромлены основные силы контрре-

1 Поли. собр. соч., т. 39, с. 45. 5 Заказ 709

волюции и восстановлена Советская власть на Север­ном Кавказе. Во всех освобожденных районах в соот­ветствии с «Положением о революционных комитетах» от 01.01.01 г. были учреждены Северо-Кавказ­ский, а также областные, окружные, городские, участ­ковые, сельские и станичные ревкомы в качестве вре­менных органов Советской власти.

8 апреля 1920 г. Северо-Кавказский ревком издал приказ о создании Терского областного ревкома, кото­рый утвердил новый состав Осетинского, Ингушского, Чеченского, Кабардино-Балкарского ревкомов. В мар­те— апреле 1920 г. ревкомы были организованы в Адыгее и Карачаево-Черкессии.

Высшим органом Советской власти в Дагестане стал Дагревком, созданный 11 апреля 1920 г. Ревкомы были учреждены во всех городах, округах, участках, селах (аулах) Дагестана.

Создание ревкомов в качестве временных органов диктатуры пролетариата па Северном Кавказе на за­вершающем этапе гражданской войны было обуслов­лено следующими причинами:

Во-первых, после временного падения Советской власти все существовавшие в регионе Советы были ликвидированы, а для организации новых Советов ра­бочих, крестьянских и красноармейских депутатов необ­ходимо было определенное время, чтобы подготовить и осуществить целый ряд политических и социально-эко­номических преобразований.

Во-вторых, к моменту восстановления Советской власти в различных районах даже одной и той же об­ласти, функционировали различные органы власти. Необходимо было создать единую и стройную систему местных и центральных органов государственной власти.

В-третьих, в ряде мест в состав органов власти, воз­никших в ходе всенародной антиденикинской борьбы, проникли представители мусульманского духовенства, мелкобуржуазных слоев, различных антисоветских по­литических течений, которые не могли быть подлинными выразителями интересов трудящихся. Поэтому необхо­димо было очистить эти органы власти от клерикальных и буржуазно-националистических элементов, всплыв-66

ших на поверхность в ходе антиденикмнского восстания и примкнувших к нему.

В четвертых, военно-политическая обстановка на Се­верном Кавказе после восстановления'Советской власти оставалась чрезвычайно напряженной. Хотя главные силы контрреволюции были разгромлены, в ряде райо­нов продолжали действовать остатки контрреволюци­онных банд.

В-пятых, в Закавказье у власти еще удерживались мусаватисты, меньшевики и дашнаки, которые не пре­кращали подрывную деятельность против Советской власти.

В-шестых, большевистские партийные организации, в особенности в горных районах, были малочисленными, комсомольские и профсоюзные организации только что создавались. Не хватало партийных, советских и хозяй­ственных работников.

В-седьмых, мусульманское духовенство и буржуазно-националистические элементы всячески пытались проти­водействовать осуществлению социалистических преоб­разований. Значительная часть горской и казачьей бед­ноты все еще оставалась под их влиянием.

В таких условиях успешное решение задач государ­ственного, хозяйственного и культурного строительства зависело от характера органов власти. Ревкомы, наде­ленные широкими полномочиями и обладавшие мобиль­ностью и оперативностью, представляли собой наиболее целесообразную форму революционной власти, способ­ную успешно решить задачи, связанные с организацией разгрома остатков контрреволюции, проведением рево­люционных преобразований и созданием выборного со­ветского государственного аппарата, оградив его от проникновения чуждых элементов.

С подавлением антисоветских вооруженных выступ­лений, ростом классового самосознания и политической активности широких народных масс военно-администра­тивные методы, принцип назначаемости органов власти, не соответствовали новым условиям. Необходимо было перейти от ревкомов к выборным, постоянным органам власти — к Советам. Переход от ревкомов к Советам рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов в различных районах - Северного Кавказа происходил в разное время' ввиду того, что условия для такого пере-

5» 67

хода в разных районах региона созревались разновре­менно. Так, на Тереке ревкомы были заменены постоян­ными органами власти — Советами к августу 1920 г., на Кубани и Ставрополье — к концу 1920 г., в Дагестане — к концу 1921 г.

Ревкомы, являясь органами революционной власти, сыграли огромную роль в разгроме контрреволюции и подавлении сопротивления свергнутых эксплуататорских классов, в установлении революционного порядка, в создании нового государственного аппарата и нацио­нальной государственности народов Северного Кавказа, в укреплении союза и дружбы между трудящимися всех национальностей, в проведении первых социалистиче­ских преобразований.

(Ростов-на-Дону)

ТАКТИКА КОМПРОМИССОВ

В БОРЬБЕ ЗА ВЛАСТЬ СОВЕТОВ

НА СЕВЕРНОМ КАВКАЗЕ

В силу особенностей конкретно-исторической обста­новки в России в период подготовки и проведения Ве­ликой Октябрьской социалистической революции особое значение имела борьба большевиков против мелкобур­жуазных партий. учил, что в определенной объективно сложившейся ситуации становится жизнен­но необходимой такая форма классовой борьбы проле­тариата, как компромисс пролетарской партии с раз­личными непролетарскими организациями и даже про­тивниками рабочего класса. В статье «О компромиссах», указывал, что обычное обывательское представление о большевистской партии как о партии, никогда не согласной ни на какие компромиссы,, было абсолютно беспочвенным. Дело не в том, чтобы отказы­ваться от всяких компромиссов, а в том, чтобы и через них «уметь провести верность своим принципам, своему классу, своей революционной задаче, своему делу под­готовки революции и воспитания масс народа к победе в революции»1.

В борьбе за утверждение диктатуры пролетариата большевистские организации Северного Кавказа не­однократно использовали тактику компромиссов и соглашений с непролетарскими партиями и даже му­сульманским духовенством. Необходимость соглашений обусловливалась малочисленностью пролетариата в крае и сложностью борьбы его авангарда, чрезвычайной

/7олп. собр. соч., т. 34, с. 133.

09

пестротой массы мелкобуржуазных элементов, сложны­ми сословными и национальными взаимоотношениями.

Многие вопросы тактики большевистских организа­ций Дона и Северного Кавказа в борьбе за власть Со­ветов в значительной степени исследованы, в нашей исто­рической литературе2. Однако, то, что касается блока, компромиссов, соглашений большевиков с мелкобур­жуазными партиями в национальных районах Северного Кавказа изучено все ещё недостаточно. Ярким приме­ром политического блока, компромисса был социалисти­ческий блок на Тереке в начале 1918 г.

Положение здесь в это время сложилось крайне опасное. Контрреволюция готовилась в развязанной ею межнациональной войне потопить в крови растущее революционное движение.

Большевики во главе с и -чидзе, учитывая сложившуюся политическую обстанов­ку, искали новые формы и методы борьбы с контррево­люцией. Они понимали, что вывести Терскую область из кровавого тупика можно только путём сплочения всех её демократических сил, трудящихся масс всех на­циональностей. Их усилия были направлены на созда­ние единого революционного народного фронта. 15 ян­варя во Владикавказе состоялось совещание большеви­ков и безоговорочно поддерживавших их керменистов с представителями меньшевиков и грузинских федералистов. На этом совещании было решено обра­зовать интерпартийное бюро, в состав которого вошли

2 Очерки истории партийных организаций Дона, ч. I, Ростов н/Д, 1973; Очерки истории Северо-Осетинской партийной организа­ции. Орджоникидзе, 1969; Очерки истории Кабардино-Балкарской организации КПСС. Нальчик, 1971; Герои­ческие годы. Ростов н/Д, 1964; Крах калединщины. . М., 1975; Банкротство мелкобуржуазных партий на Дону. Ростов н/Д, 1979; , ; Каш-киев Б. О., Борьба за победу и упрочение Советской власти в Дагестане. Махачкала, 1960; Октябрь на Тереке и в Дагестане. Махачкала, 1965; Очерк ис­тории революционного движения в Северной Осетии. Орджоникидзе, 1963; X. Совместная борьба народов Терека за власть Со­ветов. Нальчик, 1975; Кавказский крайком РКП (б) и Октябрь на Северном Кавказе. Орджоникидзе, 1979; Большевистские организации Дона и Северного Кавказа в борьбе за власть Советов. Ростов н/Д, 1972; Октябрь на Дону и Северном Кавказе. Ростов н/Д, 1977; и др.

70

представители всех партий, которым угрожала контр­революция3. Так возникла идея социалистического блока, много сделавшего под руководством большеви-' ков для предотвращения межнациональной войны каза­ков и горцев.

В январе 1918 г. по инициативе контрреволюционного казачьего Моздокского военно-революционного совета в Моздоке был созван съезд народов Терской области для организации новой общеобластной власти и для развязывания «законной» войны против ингушей и че­ченцев.

Большевикам предстояло выработать правильную тактику по отношению к этому съезду. В случае отказа большевиков от участия в его работе, контрреволюция получила бы возможность официального, одобренного съездом начала войны и перевода классового револю­ционного движения на рельсы межнациональной борь­бы. Этого нельзя было допускать. Чтобы сорвать провокационный манёвр казачьей контрреволюции, терские большевики решили участвовать в работе съезда.

Малочисленную фракцию большевиков на съезде возглавляли и . Её задачей было противопоставить казачьей и горской контррево­люции железное единение трудящихся всех националь­ностей, всех демократических сил. Большевики выдви­нули и осуществили предложение о создании социалисти­ческого блока — тактического объединения всех партий, которым угрожала контрреволюция. В состав социали­стического блока вошли большевики, революционно-демократичекая партия «Кермен», а так же, меньшеви­ки и эсеры, отказавшиеся в данный конкретный момент от соглашательства с буржуазией. При этом предпола­гались определенные уступки мелкобуржуазным пар­тиям, так как «если обе стороны ничего не выигрывают, то компромисс надо признать невозможным, и тогда не к чему говорить о нем»4.

, выступая на съезде, говорил: «...я дол­жен напомнить, что мы, социалисты разных течений,

3 См • 3. Революция на Тереке. Орджоникидзе, 1967, с. 87.

4 Поли. собр. соч., т. 34, с. 136.

71

пришли сюда на съезд вовсе не затем, чтобы демонстри­ровать перед съездом свои партийные различия. На­против, наша задача — показать съезду те точки сопри­косновения, которые нас объединяют, ибо мы знаем, что грозный момент, переживаемый нами, требует напряже­ния и объединения всех наших сил как авангарда демо­кратии. Нам здесь нужно объединиться и создать прочный кулак, чтобы избежать нависшей опасности»5.!

Ведущей силой блока являлись большевики.

Социалистический блок выдвинул лозунги объедине­ния всех революционных сил для отпора контрреволю­ции и немедленного прекращения межнациональной войны. Благодаря правильной тактике и исключитель­ной энергии, проявленной большевиками, на съезде была одержана важнейшая победа — предотвращено воору­женное выступление против чеченцев и ингушей.

Часть большевиков, присутствовавших на съезде, не вошла в социалистический блок и обвиняла С. М. Ки­рова, и других, в соглашательстве с мел­кобуржуазными партиями.

По настоянию социалистического блока съезд снял с повестки дня вопрос об отношении к Совету Народных Комиссаров, выдвинутый под влиянием агитации «левых». Большевики поддерживали это предложение, чтобы избежать раскола с большим трудом сколоченно­го большинства съезда, что в тех условиях привел бы неминуемо к торжеству офицерско-казачьей контррево­люции, разгрому большевиков.

Моздокский съезд показал правильность тактики большевиков, ставших организаторами демократическо­го фронта для борьбы против казачьей и горской контр­революции. Возглавляя социалистический блок, больше­вики держали курс на создание условий для провоз­глашения власти Советов на Тереке.

Казачья контрреволюция объясняла успех большеви­ков, тем, что «на съездах люди обыкновенно заражают­ся настроением», что «в своих представителях солдаты и рабочие дали самое лучшее, сильное и хитрое. Поэтому первую скрипку играл социалистический блок. Съезд по своим требованиям делился на правое и левое крыло. Представители блока говорили и для тех и для других.

Говорили красно и им хлопали справа и слева. У социа­листов на всякое ядие было готово противоядие. Стоит выступить какому-нибудь оратору и завоевать симпатии съезда, как блок сейчас же выпускает Кирова, который может говорить полтора часа, выступит ещё кто-нибудь, блок выпускает Буачидзе, который будет говорить ещё дольше, чем Киров... В результате успех социалистиче­ского блока был полный»6.

Второй съезд трудовых народов Терека собрался в Пятигорске 16 февраля 1918 г. Руководство съездом взял на себя социалистический блок, фактически же большевики, которые этот блок возглавляли. В докладе и заключительном слове был дан глубокий анализ текущего момента и перспектив дальнейшего развития революции на Тереке.

Обсуждение на съезде вопроса об организации новой революционной власти в Терской области убедительно показало, как глубоко проникли идеи Советской власти в сознание трудящихся масс. Представители всех наро­дов области заявили о признании власти Совнаркома. В связи с этим социалистическому блоку предстояло изменить достигнутую в Моздоке договоренность — обсуждать вопрос об отношении к Совнаркому после того, как будут решены насущные местные вопросы, и прежде всего земельный. Совет социалистического блока решил, что все входящие в блок партии должны изложить свою точку зрения в этом вопросе.

От большевистской фракции выступил ­зе. Отвечая тем, кто считал вхождение большевиков в социалистический блок соглашательской тактикой с теми, кто не хочет признать Советской власти, он ука­зывал: «Вы видите, — что сама жизнь показывает вам, что программу Советов необходимо признать, что только проведение программы большевиков может обеспечить ваши интересы»7. Входя в социалистический блок, большевики «именно в этом направлении и вели работу среди вас и говорили вам, что только в советской программе ваше счастье. Теперь вы на практике знаете,

Статьи, речи, документы, М.. 1936, т. I, с. 19.

72

6 Отчет заседаний Войскового круга Терского казачьего войска VI созыва с 11 по 24 февраля 1918 г. Владикавказ, 1918, с. 43—44.

7 Съезды народов Терека, Орджоникидзе, 1977, т. 1, с. 178.

73

кто мы и какова наша программа, признание которой вам диктует сама жизнь»8.

4 марта подавляющим большинством голосов съезд постановил признать власть Совнаркома. На следующий день был утвержден состав Терского народного Совета. Председателем его был избран Е. Богданов, председа­телем Терского Совнаркома — .

Меньшевики и правые эсеры в состав Терского на­родного Совета избраны не были. Этот факт означал конец социалистического блока в том виде, как он сло­жился в Моздоке и действовал в Пятигорске почти до конца съезда. Разрыв между правым крылом социали­стического блока (правыми эсерами и меньшевиками) и левым крылом (большевиками, керменистами, мень­шевиками интернационалистами и левыми эсерами) произошёл не только по вопросу о признании власти Совнаркома, но и по вопросу о Брестском мире и дру­гим острым политическим вопросам.

Руководствуясь интересами развития социалистиче­ской революции и упрочения новой власти на Тереке, большевики выдвинули и осуществили идею левого социалистического блока. На грозненской конференции терских большевиков, открывшейся 21 мая 1918 г.9", в докладе о тактике коммунистов на предстоящем Третьем съезде трудовых народов Терека говорил: «Жизнь изменяется, и плох тот политик, который заучит наши лозунги и везде и всюду применяет их... В каждом отдельном случае, считаясь с обстановкой и условиями, проводим и наши принципы... Народ за нами и не из-за наших красивых глаз, а потому, что мы, коммунисты, жизненная партия»10. указывал, что нельзя дальше блокироваться с меньшевиками и эсе­рами, перешедшими в лагерь контрреволюции и став­шими на путь открытой борьбы против Советской власти.

Конференция выразила полное доверие политике и тактике Терского Совнаркома, по докладу о линии по­ведения фракции коммунистов на областном съезде признала возможным блокироваться с меньшевиками-интернационалистами и левыми эсерами.

74

8 Там же, с. 178—179.

9 ЦПА НМЛ, ф. 80, оп. 2, д. 7, л. 1Терская правда, 26 мая 1918.

Третий съезд трудовых народов Терека открылся в Грозном в конце мая 1918 г. Решающей и направляю­щей силой на съезде была большевистская фракция. Она вела за собой горские фракции и фракцию иного­родних. Против большевиков выступал блок контррево­люционных и соглашательских фракций. Исходя из решения областной партийной конференции, большеви­ки создали левый социалистический блок, в который вошли меньшевики-интернационалисты и левые эсеры (керменисты к этому времени уже вошли в большевист­скую партию). Общей платформой блока было без­условное признание Советской власти и решительное проведение в жизнь всех её директив.

Левый социалистический блок расколол ряды мень­шевиков-интернационалистов и левых эсеров. Многие из них, убедившись в правоте ленинских идей, порвали со своими партиями и вступили в ряды Коммунистиче­ской партии.

Огромную помощь в выработке принципиальной так­тики терским большевикам оказывал Центральный Комитет партии, лично ".

Таким образом, практика революционной борьбы ещё раз подтвердила, что для марксистско-ленинской партии и её местных организаций тактика лавирования и компромиссов «с разными партиями рабочих и мелких хозяйчиков вытекает с абсолютной необходимостью»12. Для рабочего класса тактика соглашений с левыми си­лами означала, в сущности, его гегемонию в револю­ции 13.

Ленинское учение о компромиссе как неотъемлемой черте тактики партии рабочего класса и исторический опыт партии имеют особо важное значение для комму­нистических и рабочих партий в связи с актуальностью задачи установления единства. действий рабочего класса и всех демократических сил в борьбе против реакции, за жизненные интересы трудящихся.

Ч Владимир Ильич Ленин. Биографическая хроника, т. 5. М.: Политиздат, 1974, с. 330—331, 450—451.

12 Поли. собр. соч., т. 41, с. 59.

13 См.: Поли. собр. соч., т. 14, с. 290.

75

(Ростов-на-Дону)

ПОТОПЛЕНИЕ КОРАБЛЕЙ ЧЕРНОМОРСКОГО ФЛОТА И ПОЗИЦИЯ РУКОВОДИТЕЛЕЙ КУБАНО-ЧЕРНОМОРСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

(май —июнь 1918 г.)

В мае — июне 1918г. Новороссийск стал точкой острого внешнеполитического противоборства Советской России и империалистической Германии, предпринявшей попытку захватить находившиеся там корабли Черно­морского флота.

Важным компонентом развернувшейся тогда острой борьбы, повлиявшим на ее исход, являлась позиция по вопросу о кораблях руководителей Кубано-Черномор-ской советской республики.

В советской литературе эта позиция получила неод­нозначную оценку. Одни автору стремились оправдать её1; другие, всесторонне оценивая действия кубано-черноморских руководителей по этому важному обще­государственному вопросу, характеризуют ее отрица­тельно2; третьи, в целом осуждая эти действия, тем не менее пытаются их не столько смягчить, сколько в ка­кой-то мере оправдать.

Цель данного сообщения состоит в том, чтобы, насколько позволяют его ограниченные рамки, скорее еще раз вновь поставить, чем рассмотреть (сохраняя за

1 Советские республики на Северном Кавказе в 1918 г., т. I. Ростов н/Д, 1930.

2 Черноморский флот в революции 1917—1918 гг. М., 1931; Курсом «Авроры», М., 1962; Борьба партии большевиков за предотвращение захвата Черномор­ского флота германскими империалистами в 1918 г. Военно-истори­ческий журнал, 1970, № 7; Он же. ^Борьба трудящихся Черноморья за власть Советов. Ростов п/Д, 1972; и др.

76

собой право сделать это более обстоятельно позднее) эту весьма противоречивую, но вместе с тем важную проблему, привлечь к ней внимание научной общест­венности.

В марте —апреле 1918 г. германские империалисты пытались захватить Черноморский флот в Севастополе. Однако революционным морякам, сплотившимся вокруг большевиков, удалось вырвать из рук врага наиболее ценные корабли и, согласно приказа Советского прави­тельства, увести их в Новороссийский порт, плохо при­способленный для военного флота.

В начале мая в Цемесской бухте оказались два лин­кора («Воля» и «Свободная Россия»), крейсер «Траян», 17 эсминцев, 10 сторожевых катеров, 30 пароходов и транспортов. Численность военных моряков достигла 3,5 тыс.

Германия решила во что бы то ни стало вернуть их в Севастополь — на главную базу Черноморского фло­та, захваченную ее войсками. В первых числах мая, попирая Брестский договор, германские войска оккупи­ровали Таганрог, Ростов-на-Дону и нацелились на Кубань, а войска грузинских меньшевиков, действовав­шие по планам германского командования, вторглись в Советскую Абхазию. Морякам Черноморской эскадры была дана команда оказать помощь борющимся с мень­шевистскими войсками. Согласно условиям Брестского договора, Советское правительство своевременно про­информировало об этом германского посла в Москве графа Мирбаха3. Однако германская сторона потре­бовала возвратить корабли, находившиеся в Новорос­сийске в Севастополь, угрожая, в противном случае, продолжить «наступательные действия по побережью Черного моря»4.

Советская сторона сделала все возможное, чтобы не допустить углубления конфликта. Об этом свидетель­ствуют содержание и смысл и написанного ­ным 11 мая 1918 г. «Протеста германскому правительст­ву против оккупации Крыма»5, и составленной на его

3 Документы внешней политики СССР, т. 1, М., 1957, с. 285.

4 Там же, с. 294—296; Архив русской революции, т. XIV. Бер­лин, 1924, с. 187.

5 Поли. собр. соч., т. 36, с. 320—321.

77

основе ноты Народного Комиссариата иностранных дел РСФСР Министерству иностранных дел Германии от 01.01.01 года6.

Тем не менее Германия, 23 мая вновь потребовала возвратить суда из Новороссийска в Севастополь в те­чение ближайших 6-^10 дней, сопровождая это требова­ние новыми угрозами перейти в наступление на всем Юге России7. Под вопросом оказалась вся система Брестского договора, сохранение которой для Советской России на том этапе имело первостепенное значение.

требовал «лавировать, отступать, выжи­дать»8, изо всех сил продолжать военную подготовку и представлять ему письменный доклад о положении Черноморского флота 9.

24 мая начальник Морского генерального штаба в письменном докладе высказался за уничтожение стоящих в Новороссийске судов, чтобы они не попали в руки Германии и Турции 10. В тот же день рассмотрел это представление и со­гласился с главной его идеей, наложив резолюцию: «Ввиду безвыходности положения, доказанной высшими военными авторитетами, флот уничтожить немед­ленно»11.

28 мая из Москвы в Новороссийск была направлена предельно четкая и ясная директива за подписью Ленина. «Ввиду явных намерений Германии захватить суда Черноморского флота, находящиеся в Новорос­сийске, и невозможности обеспечить Новороссийск с су­хого пути или перевода в другой порт, — говорилось в ней, — Совет Народных Комиссаров, по представ­лению Высшего военного совета, приказывает вам с по­лучением сего уничтожить все суда Черноморского флота и коммерческие пароходы в Новороссийске»12.

Оказавшись под сильным напором мелкобуржуазной стихии, руководители местных органов власти не сумели

М., 1957,

6 Документы внешней политики СССР 294—296.

7 Документы внешней политики СССР, т. 1, с. 351.

8 Поли. собр. соч., т. 36, с. 323.

9 Военно-исторический журнал, 1964, № 4, с. 10. ю Исторический архив, 1960, № 2, с. 41.

ч Поли. собр. соч., т. 50, с. 81.

12 Военная переписка (1917—1920). М., 1957, с. 36.

78

найти оптимального решения. Нередко принимая же­лаемое за действительное, они делали уступку за уступкой разбушевавшейся мелкобуржуазной стихии и в конечном итоге пришли к заключению, что при по­мощи Черноморской эскадры Кубано-Черноморская республика способна собственными силами нанести «сокрушительные удары по германскому империализ­му». - Подлаживаясь под звонкую фразу, они повсюду начали говорить о готовности «гордо умереть на своем посту, но флот сохранить во всех случаях»13.

Народный Комиссариат по морским делам, получив, судя по всему, информацию о планах кубано-черномор-цев в отношении военных кораблей, немедленно про­реагировал на это, строго предупредив: «Никакие местные организации не имеют права отдавать флоту какие бы то ни было предписания»14. Однако это пред­писание на кубано-черноморских руководителей должно­го впечатления не произвело.