Стенограмма (стр. 6 )

Институт судимости, как и вся система множественности, в настоящее время является предметом изучения в Конституционном Суде Российской Федерации, и сомнения в конституционности существующей регламентации этих институтов еще не устранены.

На наш взгляд, введение данного признака целесообразно еще и потому, что речь в данных статьях идет о преступлениях небольшой тяжести. На практике с его применением могут возникнуть трудности, поэтому его введение мы считаем нецелесообразным.

Вряд ли оправданно исключение (и это очень важно) из части 3 статьи 256 УК Российской Федерации и части 2 статьи 28 УК Российской Федерации признака "группа лиц по предварительному сговору", поскольку эта форма соучастия в делах данной категории встречается наиболее часто. Я думаю, это не нуждается в дополнительных комментариях. На наш взгляд, признак, криминализирующий совершение деяний организованной группой, должен найти иное отражение в диспозиции с учетом повышенной опасности этого деяния. Между тем при отсутствии объективных данных, свидетельствующих о сокращении количества преступлений, совершаемых именно в составе группы лиц по предварительному сговору, в законе предусматривается сокращение форм соучастия, хотя, на наш взгляд, криминологическое основание для исключения этого признака отсутствует.

Нельзя не отметить крайне неудачную формулировку признаков квалифицированных составов статей 256 и 258, предусматривающих ответственность за совершение в стране браконьерства в целях промысла, хотя понятие "промысел", действующее во всем российском законодательстве, употребляется в позитивном смысле, и это, например, отражено в федеральном законе об экономическая зона" href="/text/category/isklyuchitelmznaya_yekonomicheskaya_zona/" rel="bookmark">исключительной экономической зоне. То есть, по смыслу закона, промысел вполне возможно рассматривать как один из видов производственной и предпринимательской деятельности.

Закон не предусматривает изменения санкций, предусмотренных статьями 256 и 258 УК Российской Федерации. Здесь также не отражено и рассмотрение вопроса о пересмотре данных статей в сторону ужесточения. Как я уже сказал, на федеральный закон поступили заключения (в том числе и отрицательного характера) из Правового управления Аппарата Совета Федерации, Администрации Президента Российской Федерации.

Оценивая в комплексе достоинства и недостатки закона, следует отметить, что сомнения в целесообразности внесения изменений в статьи 256, 258 УК Российской Федерации на данный момент не устранены. Закон нуждается в дополнительной доработке. Закон не подлежит обязательному рассмотрению в Совете Федерации, поскольку его исполнение не предусматривает финансирования из средств федерального бюджета. Учитывая вышеизложенное, комитет Совета Федерации предлагает палате отклонить данный федеральный закон. Просьба поддержать.

Председательствующий. Уважаемые коллеги, нет вопросов к докладчику? Нет. От комитета поступило предложение отклонить данный закон. Желающих выступить нет.

Уважаемые коллеги, ставится на голосование по одобрению Федеральный закон "О внесении изменений и дополнений в статьи 256 и 258 Уголовного кодекса Российской Федерации". Обращаю ваше внимание на отрицательное решение комитета. Прошу включить режим голосования.

Результаты голосования (14 час. 00 мин. 36 сек.)

За 14 чел. 7,9%

Против 86 чел. 48,3%

Воздержалось 15 чел. 8,4%

Голосовало 115 чел.

Не голосовало 63 чел.

Решение: не принято

Решение не принято. Закон считается отклоненным.

Уважаемые коллеги, объявляется перерыв до 16 часов. Просьба быть без опозданий: у нас "правительственный час", будем слушать выступление министра.

(После перерыва)

Председательствует
первый заместитель Председателя Совета Федерации

Председательствующий. Уважаемые коллеги! Согласно Регламенту после большого перерыва мы должны провести повторную регистрацию. Прошу зарегистрироваться.

Результаты регистрации (16 час. 03 мин. 30 сек.)

Всего членов СФ 178 чел. 100,0%

Присутствует 129 чел. 72,5%

Отсутствует 49 чел. 27,5%

Решение: кворум есть

Кворум есть. Можем продолжать наше заседание.

Уважаемые коллеги! Переходим к "правительственному часу" – о состоянии конкуренции на региональных рынках финансовых услуг. Слово предоставляется Министру Российской Федерации по антимонопольной политике и поддержке предпринимательства Южанову Илье Артуровичу.

Добрый день, уважаемые члены Совета Федерации! Как известно, начиная с 29 декабря 1999 года на территории Российской Федерации действует закон о защите конкуренции на рынках финансовых услуг, и в соответствии с этим законом антимонопольные органы России осуществляют контроль за соблюдением законодательства, в том числе и в конкретных регионах.

Изначально была дискуссия о том, существуют или нет региональные рынки финансовых услуг. Но в конце концов все пришли к выводу о том, что действительно такие рынки существуют: это и банковские рынки, и рынки страховых и лизинговых услуг. Поэтому анализ состояния этих рынков занимает достаточно серьезное место в работе нашего министерства.

Анализ состояния рынков привел нас к выводу о том, что практически на всех территориях на всех типах рынков у нас складывается не очень благоприятная ситуация. Дело в том, что коэффициенты концентрации и сопутствующий ему коэффициент Герфендаля-Гишмана, который характеризует уровень концентрации и наличие или отсутствие конкуренции, таковы, что в 90 процентах случаев мы констатируем высококонцентрированные рынки, то есть рынки, на которых конкуренция в значительной мере подавляется несколькими доминирующими на каждом конкретном рынке финансовыми организациями.

Теперь сопоставим нарушения, которые существуют на этих рынках. Можно их разделить на две большие группы. Первая – это те нарушения, которые осуществляются собственно финансовыми организациями, то есть это использование ими своего доминирующего положения или осуществление согласованных действий, которые ограничивают конкуренцию. И действия органов власти и управления, причем как федеральных органов власти, так органов власти субъектов Федерации и местного самоуправления.

Даже статистический беглый анализ показывает, что более чем половина случаев, точнее 58 процентов всех нарушений, связаны не с деятельностью собственно финансовых организаций, а с нарушением действующего законодательства органами власти, как федеральными органами власти, так и органами власти субъектов Федерации и местного самоуправления. Из 198 дел, которые в прошлом году были возбуждены нашим министерством, 118 приходится как раз на неправомерные действия органов власти. Причем здесь очень широкий спектр. Наиболее часто распространенным нарушением является предоставление льгот и преференций отдельным компаниям: будь то банки, будь то страховые или лизинговые компании, компании-регистраторы.

Вторая группа нарушений связана с неконкурсным доступом финансовых организаций к бюджетным ресурсам. Это прежде всего касается, конечно, банков и страховых организаций при осуществлении тех или иных видов обязательного страхования.

В силу того, что мое время ограничено, в ответах на вопросы приведу конкретные примеры по конкретным регионам. У нас есть огромное количество этих примеров. Должен сразу сказать, что мы сейчас начинаем комплексную проверку регионов и проведем ряд крупных совещаний во всех федеральных округах, в частности, послезавтра у нас первое крупное совещание в Сибирском федеральном округе. До сентября мы их проведем во всех федеральных округах, и по их итогам у нас уже будет куда более серьезный статистический и фактический материал, который мы собираем вместе с аппаратами полномочных представителей, с прокуратурой, Центральным банком, Министерством финансов. Думаю, что к концу года можно на одном из "правительственных часов" представить уже полную, комплексную, детальную информацию по анализу нарушений на финансовых рынках.

Кроме того, мы всем сенаторам, прежде всего в профильные комитеты, направим приглашения для участия (в соответствии с их округами) в этих совещаниях.

Что еще можно сказать, кроме этих основных видов нарушений? Конечно, нужно обязательно сказать об особом положении Сберегательного банка Российской Федерации на финансовых рынках. Я уверен, что такие вопросы будут, потому что априори исторически так сложилось, что этот банк занимает доминирующее положение на значительном количестве рынков, причем как на федеральном рынке, так и в каждом конкретном субъекте Российской Федерации.

Я бы выделил четыре основных вида нарушений, которые допускает Сберегательный банк. Во-первых, Сбербанк постоянно отказывал в выдаче кредитов организациям и физическим лицам, если имущество, предлагаемое в обеспечение кредита, было застраховано не в тех страховых организациях, которые предлагал Сберегательный банк. Мы по этому поводу и на уровне министерства, и на уровне территориальных управлений возбудили ряд дел. В итоге Сберегательный банк провел конкурс, как это и положено в соответствии с законом. На основании конкурса отобрали семь страховых организаций и определили, что доступ к этим услугам открыт и для иных страховых организаций, которые удовлетворяют этим критериям.

Второй характерный вид нарушений связан уже с потребительским кредитом, с кредитами, которые предоставляются гражданам для покупки каких-либо товаров, в том числе и по ипотечным кредитам. Сберегательный банк обусловливает выдачу кредита получением заработной платы через системы пластиковых карт Сбербанка или через свои отделения. Такое навязывание услуг также является постоянным предметом нашего разбирательства. И здесь я должен сказать, что мы находим понимание со стороны Сберегательного банка.

Кроме того, существует целый комплекс жалоб от граждан на необоснованно высокие тарифы, которые устанавливает Сберегательный банк, используя свое доминирующее положение. Например, нам жалуются отдельные категории граждан, скажем, ветераны или инвалиды Вооруженных Сил, других силовых структур, которые по закону получают причитающиеся им пенсии и пособия через отделения Сберегательного банка. Но если они желают перевести эти деньги в другой коммерческий банк, который им более удобен, то Сберегательный банк выставляет тариф за перевод этих средств в размере 4 процентов, когда на свободном рынке подобные переводы, как правило, осуществляются по тарифу от 0,5 до 1,5 процента. Здесь мы четко видим, что Сбербанк использует свое доминирующее положение.

Наконец, четвертая проблема, связанная с этим банком, состоит в том, что последние два года осуществляется сокращение филиалов Сберегательного банка прежде всего в тех местах, где с точки зрения Сбербанка содержание филиалов является нерентабельным.

Но здесь мы видим противоречие. С одной стороны, это коммерческий банк, который имеет полное право на применение подобных действий, исходя из своей корпоративной эффективности. С другой стороны, Сберегательный банк, будучи банком государственным по капиталу и осуществляющим в известном смысле социальные функции, в том числе на сегодняшний момент и гарантирование вкладов граждан, конечно, обличен и дополнительными обязанностями.

Когда на многих территориях людям фактически некуда положить деньги, они не могут осуществить переводы, другие трансакции, наше министерство вносило предложения об использовании отделений почты. Можно использовать и другие организации, например, вокзалы, станции, магазины, как это делалось во многих странах. В частности, даже в Соединенных Штатах Америки Федеральная резервная система давала разрешение на открытие в супермаркетах банковских организаций для того, чтобы удовлетворить потребности населения.

Сейчас эти предложения рассматриваются. К сожалению, зачастую они сводятся к тому, что, давайте, мол, создадим очередной государственный почтовый банк. Мы говорили совсем не об этом. Мы говорили о том, что к отделениям почты должны иметь равный доступ все коммерческие банки, и на конкурсной основе они могут открывать там свои пункты. Я бы даже сказал, не отделения, а банковские пункты.

И, наконец, еще одна серьезная проблема, которая касается регионов, – это деятельность территориальных фондов обязательного медицинского страхования. Здесь у нас возник целый комплекс достаточно противоречивых ситуаций. Дело в том, что ряд субъектов Федерации своими постановлениями возлагают на территориальные фонды фактически функции страховщика, то есть наделяют их функциями страховой организации, хотя территориальные фонды не являются по определению, по своему уставу страховой организацией, не имеют лицензий. Но тем не менее это происходит и приводит к тому, что страховые компании, которые имеют лицензии и действуют на рынке, устраняются с него силовым методом.

К сожалению, судебная практика здесь противоречива. У нас есть два серьезных судебных дела, когда мы дошли до Верховного Суда Российской Федерации. Один эпизод – это Брянская область, второй – Пермская. И самое парадоксальное, что Верховный Суд с интервалом в полгода принял диаметрально противоположные решения. В одном случае он высказался в пользу того, что территориальные фонды в соответствии с законом не имеют права выполнять функции страховой организации. В другом случае он сделал вывод о том, что законодательством впрямую не запрещено такое совмещение функций.

Но наша позиция остается достаточно однозначной. Она совпадает с позицией Минфина, Минюста и состоит в том, что если мы идем по пути страховой медицины, в том числе и обязательного медицинского страхования, имея в виду страхование неработающего населения, которое осуществляется за счет бюджетных средств, то территориальный фонд здесь является только финансовым агентом, аккумулятором бюджетных средств, а операторами, страховщиками должны быть соответствующие коммерческие организации, имеющие лицензии.

Тем более что у нас в истории России уже были такие вопросы. В частности, в 1993 году постановлением Верховного Совета было дано специальное разрешение филиалам территориальных фондов в случаях отсутствия на соответствующих территориях страховых медицинских организаций осуществлять обязательное медицинское страхование.

Это говорит о том, что еще в 1993 году в соответствии с законодательством (а оно в части медицинского страхования практически не изменилось) было понимание того, что это исключительный случай только тогда, когда нет соответствующих страховых организаций. Сейчас таких регионов у нас практически не осталось.

В целом я хотел бы сказать, что за 2002 год (и это есть в тех документах, в той справке, которую мы вам предоставили) произошло достаточно серьезное увеличение количества рассмотренных дел – около 40 процентов. Из этого следует, что, с одной стороны, рынок стал более активным, с другой стороны, количество нарушений и нарушителей также возрастает, и, повторяю, с сожалением должен констатировать, что большую часть этих нарушений (около 60 процентов) осуществляют федеральные и местные органы власти. Спасибо за внимание. Готов ответить на ваши вопросы.

Председательствующий. Спасибо, Илья Артурович.

Уважаемые коллеги, переходим к вопросам. Валерий Тотразович Кадохов, пожалуйста.

, первый заместитель председателя Комитета Совета Федерации по делам Федерации и региональной политике.

! Конечно, я не верю, что в условиях тотальной безнаказанности в нашей стране можно эффективно исполнять антимонопольное законодательство. Но все же хочу два вопроса задать.

Первый. За два последних месяца цены на нефтепродукты в стране, несмотря на оптимистические заверения Правительства, возросли в 2–3 раза по сравнению с соответствующим периодом прошлого года. Хотелось бы услышать, в чем роль вашего ведомства? И может ли повлиять на эту ситуацию МАП или как-то сдерживать запредельный рост цен на рынке нефтепродуктов и ограничить засилье зарвавшихся монополистов в отношении отечественного производителя, а значит, и экономики? В положении вашего ведомства написано, что вы ограничиваете действия монополистов. Только ли речь идет о банках, сфере связи и транспорте?

Дело дошло уже до того, что резко "разбежались" цены на зерно и нефтепродукты, и в ряде областей целые районы заявили о том, что не будут сеять. Мы и так инвестировали в западную экономику 14 млрд. долларов за прошлый год. Можете ли Вы на эту ситуацию повлиять в интересах отечественных товаропроизводителей? Речь идет об аграрном секторе и, естественно, о нас с Вами, владельцах частных автомотосредств.

Я хочу сказать, что в прошлый четверг на заседании Правительства этот вопрос очень подробно обсуждался, и был принят целый комплекс решений, которые позволили бы устранить ту ситуацию, которая сложилась в первые два месяца этого года. Только я хочу уточнить, что не за два месяца цены на нефтепродукты выросли в два раза (за два месяца цены выросли примерно на 17 процентов), а по отношению к концу февраля прошлого года они в среднем выросли в два раза.

Так вот наша позиция состоит в том, что здесь, во-первых, есть целый ряд объективных причин, которые к этому привели, прежде всего это изменение порядка взимания акцизов. И мы при подготовке этих изменений в налоговое законодательство говорили о том, что это приведет примерно к 20-процентному практически одномоментному росту цен.

И во-вторых, серьезная причина – это то, что сегодня Правительство не в состоянии оперативно реагировать (имею в виду таможенную тарифную политику) на эти колебания цен на нефтепродукты. Вы прекрасно знаете, что в соответствии с законом сегодня таможенный тариф автоматически устанавливается в зависимости от цен, и тарифы на нефтепродукты привязаны к таможенным тарифам на нефть.

Сейчас Правительство внесет еще раз соответствующий законопроект, который в декабре в Государственной Думе не набрал, к сожалению, соответствующего количества голосов (очевидно, нефтяное лобби поработало). Это вторая серьезная причина, которая действует в сторону повышения цен на нефтепродукты.

Что касается конкретно нашего ведомства, то мы с 1999 года осуществляем еженедельный мониторинг этих цен во всех субъектах Российской Федерации. И где мы устанавливаем согласованные действия или использование доминирующего положения компании, там применяем соответствующие меры реагирования.

Могу привести пример: это дело в Санкт-Петербурге, когда был установлен сговор, а незаконно полученная прибыль была изъята в бюджет. Но, к сожалению, на сегодня наше законодательство построено таким образом, что факт сговора или соглашения нам достаточно тяжело доказать. Для этого нужны оперативно-следственные мероприятия, и далеко не всегда это удается сделать. Но повторяю: мы еженедельно отслеживаем цены, и там, где есть основания, возбуждаются дела, а иногда одного факта возбуждения дела (даже не доведение его до конца) хватает для того, чтобы приостановить рост цен.

Председательствующий. Иван Валентинович Стариков, пожалуйста.

, председатель Комитета Совета Федерации по аграрно-продовольственной политике.

! Давно знаю Вас как чрезвычайно толкового человека и министра. У меня вот какой вопрос. Дело в том, что ваше уважаемое ведомство я сравнил бы по статусу с Конституционным Судом, только в сфере экономики и бизнеса. Наверное, вчерашний пакет указов о реформе силовых структур поможет Вам проводить оперативно-следственные мероприятия.

Таможенно-тарифное регулирование – это достаточно тонкая сфера. Особенно тарифные квоты, которые мы стали использовать (в третий раз прибегаем к этому механизму). Достаточно грозное оружие. У кого еще есть печальный опыт, когда введение тарифных квот на сельскохозяйственную продукцию (вместо защиты сельскохозяйственных товаропроизводителей) привело к тому, что существенно сокращается конкурентная среда в этом секторе? И в значительной степени это ударяет прежде всего по потребителям, а первичным сельхозтоваропроизводителям реально это ни коим образом не помогает.

У меня вопрос. Сейчас на слуху у всех тарифные квоты по мясу. Как министерство оценивает ситуацию, что будет происходить? Потому что, посмотрев мониторинг цен за последнюю неделю, я увидел, что цены на мясо стали устойчиво расти. Не произойдет ли с тарифными квотами на мясо то, что у нас уже произошло по тарифным квотам на сахар?

Не далее как вчера мы получили соответствующий развернутый материал от ассоциации производителей и переработчиков мясной промышленности и сейчас внимательным образом изучаем возможные последствия.

Другое дело, что в организации квотирования у нашего министерства есть вполне определенные функции. Мы должны обеспечивать принятые Правительством решения (с точки зрения организации нормальной биржевой торговли этими квотами). Если принимается такое решение, то чтобы соответствующие биржи были подготовлены как с точки зрения программного продукта, так и с точки зрения всех процедур. Чтобы это проходило в соответствии с антимонопольным законодательством.

Естественно, то, что касается принятия решения о квотировании, не является компетенцией нашего министерства. Здесь мы можем только высказывать свою (ту или иную) точку зрения по каждому конкретному виду продукции.

Кстати, далеко не всегда последствия очевидны. Должен сказать, что мы часто ошибались, когда поддерживали введение тех или иных квот или проведение антидемпинговых расследований, что приводило затем к отрицательным последствиям на внутреннем рынке. Это, очевидно, связано с тем, что мы (я имею в виду Россия) не столь давно используем это грозное оружие.

А что касается сравнения нас с Конституционным Судом, конечно, за это спасибо. Но чаще нас сравнивают с экономическими гаишниками (я бы так сформулировал).

Председательствующий. Уважаемые коллеги! Обращаю ваше внимание на то, что тема "правительственного часа" такова: "О состоянии конкуренции на региональных рынках финансовых услуг".

Владимир Константинович Плотников, пожалуйста.

, представитель в Совете Федерации от Московской городской Думы.

! Вопрос как раз по рынку финансовых услуг. Вы много говорили о нарушениях в Сбербанке. А это нормальная ситуация вообще, что на рынке финансовых услуг есть такой гигант? Он, наверное, многократно превосходит всех и по объему финансовых услуг, которые он оказывает, и по объему капиталов, ему подконтрольных. Это один вопрос.

И второй вопрос. Как регулируются взаимоотношения государства со Сбербанком? Там что, договор имеется, или еще что-то делается для того, чтобы этих услуг было меньше?

Отношения государства и Сберегательного банка регулируются наблюдательным советом Сбербанка, в котором большинство составляют представители государства, потому как государство владеет более чем 60 процентами уставного капитала Сберегательного банка.

Но, с другой стороны, Сбербанк – это самостоятельное юридическое лицо
, и понятно, что он в промежутках между заседаниями наблюдательного совета оперирует самостоятельно.

То, что касается ситуации, я бы сказал, что это объективная реальность, данная нам в ощущение, потому как Сберегательный банк не создавался в последние 5–10 лет. Это та структура, та система, которая пришла в нашу рыночную экономику из экономики социалистической.

С другой стороны, я должен сказать, что, наверное, во многом благодаря существованию такого мощного государственного банка, последствия кризиса 1998 года не были столь печальными, прежде всего для населения.

Что касается его доминирования, безусловно, оно существует. Хотя я должен сказать, что в отличие от многих регионов, где доля рынка, которую занимает Сбербанк, колеблется от 80 до 100 процентов, прежде всего по кредитам и депозитам населения, скажем, в Москве, Санкт-Петербурге намного ниже. В Москве его доля около 60 процентов. Это говорит о том, что по мере развития финансовых рынков доля Сберегательного банка уменьшается.

То есть он не препятствует развитию других участников?

Нет. Естественно, Сберегательный банк стремится использовать свое доминирующее положение, но я бы не сказал, что он это делает каким-то из ряда вон выходящим способом. Как и любая организация, которая находится в состоянии доминирования, он объективно стремится максимизировать свои доходы.

Но я должен сказать, что Сбербанк у нас выступает иногда и в роли жалобщика. Например, как это происходило в Москве, когда после принятия ряда распоряжений правительства Москвы все счета бюджетных организаций и ГУПов были силовым методом переведены в Банк Москвы. И тогда Сбербанк от этого достаточно сильно пострадал, потерял клиентскую базу, обратился к нам с соответствующей жалобой. То есть бывают и обратные процессы.

Но в целом я думаю, что после того, как будет создана система гарантирования вкладов, которая не будет базироваться только на одном банке – Сберегательном, туда будут вовлечены и другие коммерческие банки, которые будут соответствовать критериям, ситуация будет все-таки меняться.

Председательствующий. Галина Семеновна Буслова, пожалуйста.

, первый заместитель председателя Комитета Совета Федерации по финансовым рынкам и денежному обращению.

! Я хотела бы задать такой вопрос: как ваше министерство относится к тому, что с рынка обязательного медицинского страхования устраняются страховые медицинские организации?

И второй вопрос: поддерживает ли ваше министерство выход государства из уставных капиталов финансовых организаций?

По обязательному медицинскому страхованию я нашу позицию сформулировал во время своего выступления. Она сводится к тому, что в соответствии с нынешним законодательством обязательным медицинским страхованием должны заниматься имеющие лицензии страховые организации. А территориальные фонды  – суть аккумуляторы бюджетных средств, которые должны направляться в эти страховые организации для осуществления страхования неработающих граждан, прежде всего пенсионеров.

То, что касается выхода из уставного капитала. Безусловно, мы считаем, что выход из уставного капитала государства – это один из факторов, который резко снижает риски неконкурентного поведения самого государства. То есть у государства исчезает искушение использовать принадлежащие ему финансовые организации в каких-то целях.

Мало того, что делается сегодня на уровне Российской Федерации, когда есть совершенно четкие постановления, документы Правительства, которые регламентируют передачу в казну для целей последующей приватизации соответствующих долей практически во всех финансовых организациях, мы считаем, что аналогичная работа должна быть проведена и в субъектах Федерации, и в крупных муниципалитетах, которым принадлежат паи или доли в финансовых организациях. Иначе мы будем сталкиваться постоянно с тем, что будут использоваться так называемые уполномоченные банки, уполномоченные страховые организации, в которых, как правило, работают родственники или люди, близкие к руководству соответствующих администраций, министерств, ведомств и так далее.

И в связи с этим я бы хотел сказать, что мы с большой печалью восприняли принятие поправки, внесенной в статью 49 закона о бюджете на 2003 год, которая по крайней мере на этот год приостановила действие девятого абзаца пункта 1 статьи 14 нашего закона в части запрета на участие в конкурсах по доступу к бюджетным средствам аффилированных с организаторами этих конкурсов финансовых компаний. Иными словами, для субъектов Федерации – "доноров" дана поблажка, им разрешено свои банки, то есть банки и страховые компании, в которых существенную долю занимает капитал этих субъектов Федерации, привлекать к обслуживанию бюджета. А в части страховых организаций это тем более опасно, потому что происходит мультипликация рисков, то есть страховая компания сама принадлежит субъекту Федерации и страхует риски субъектов Федерации. Здесь мы получаем удвоение рисков в случае какого-то или крупного страхового случая, или каких-то финансовых напряжений в бюджете, или неудач самой страховой компании. Это очень опасный процесс.

Председательствующий. , пожалуйста.

, первый заместитель председателя Комитета Совета Федерации по вопросам местного самоуправления.

! Как Вам известно, в Совете Федерации создана Комиссия по естественным монополиям, я состою в этой комиссии, мы тесно работаем с вашим министерством, особенно по знаменитым законам, которые прошли сейчас. Но все больше и больше идет разговоров, что это достаточно узкая тема и те тарифы или те отношения мы должны рассматривать дальше, то есть должно быть законодательное обеспечение всей цепочки вплоть до потребителя. И в то же время вдруг оказывается, что монопольным может быть водоканал, или тепло, или хлебозавод и так дальше, в том числе и банки (банки – это несколько узко) или страховые компании. Вы не могли бы сказать, какая практика у вас законодательного обеспечения, контроля ценообразования и что в перспективе ожидается? И не смогли бы Вы передать имеющиеся материалы или проекты законов, которые Вы разрабатываете по регулированию этой сферы деятельности? Так назовем, региональные монополии.

Вопрос очень широкий. Что касается контроля ценообразования, то мы им не занимаемся, за исключением одного случая. Это случай применения монопольно высоких или монопольно низких цен компаниями, которые занимают доминирующее положение на том или ином рынке. То есть сначала доказывается факт доминирования, а затем доказывается факт использования этого доминирования таким образом, что в его результате увеличиваются цены. Я приводил пример по Сбербанку, классический пример, когда он завышает свои тарифы, пользуясь своим доминирующим положением и тем, что все не могут обратиться в другие банки, все население одномоментно, и там получить более дешевые услуги.

Что касается реформирования естественных монополий, вы знаете, что есть и у нашего министерства совершенно четкий план нормотворческой деятельности и конкретных шагов, связанных с обеспечением конкурентного законодательства в процессе реформирования естественных монополий. Это, конечно, очень серьезная задача, здесь есть две опасности. Опасность первая, на мой взгляд, кроется в том, чтобы обеспечить недискриминационный доступ к тем сетям, той инфраструктуре, которая будет выделяться в процессе реформирования и составлять собственную естественную монополию. Это, скажем, федеральная сетевая компания в РАО "ЕЭС", или это само построение пути локомотива при реформировании железнодорожного транспорта, или это газопровод в "Газпроме". Так вот первая проблема – недискриминационный доступ. Потому что еще очень долгое время, по нашим данным, будет сохраняться ситуация, когда прежние владельцы, или пользователи, или распорядители этих сетей будут все-таки иметь преимущественное право на доступ к этим сетям в ущерб новым частным и независимым компаниям. И вторая опасность…

Вы неправильно понимаете. Мосводоканал – это естественная монополия или рукотворная, какие законы к нему имеют отношение, ценообразование как проверяется? Нужна законодательная инициатива?

Я понял. В соответствии с законом на сегодняшний день Мосводоканал, к сожалению, не является естественной монополией. Он является компанией, занимающей абсолютно доминирующее или 100-процентное монопольное положение на соответствующем рынке, но это не естественная монополия. Поэтому методы регулирования, которые применяются к естественной монополии, а именно прямое ценовое регулирование в соответствии с ныне действующим российским законодательством, к водоканалу не применимы. На мой взгляд, здесь законодателям необходимо устранять пробел. И мы, в частности, предлагали варианты изменений в закон о естественных монополиях, связанные с введением понятия "локальные естественные монополии". Это не только водоканал, это и система канализации, это отчасти и система теплоснабжения в крупных муниципальных образованиях. Но пока таких изменений принято не было.

Председательствующий. Герман Станиславович Петров, пожалуйста, Ваш вопрос.

, представитель в Совете Федерации от Государственного Собрания Республики Мордовия.

Хочу вернуться к финансовым рынкам и к Сбербанку. Вы говорили о том, что есть проблема свертывания сети Сбербанка после 1998 года. А у министерства есть какие-то рычаги, административные, законодательные, чтобы как-то этот процесс приостановить? Ведь действительно на сегодня мы лишаем часть населения банковского обслуживания в регионах. Какие рычаги у вас для этого есть?

Мы это обсуждали с руководством Центрального банка, который со своей стороны является основным регулятором на этом рынке и занимает большую часть наблюдательного совета. И позиция такая, что административными методами на сегодня обязать Сберегательный банк не сокращать сеть филиалов практически не возможно. То есть теоретически это можно, но как будут работать и во что превратятся так называемые филиалы, оставленные силовым способом, – сложно представить. Есть другие способы. О некоторых из них я сказал. Это использование альтернативных вариантов, связанных с почтой, с вокзалами. Есть и другой вариант. Когда уходит Сберегательный банк, на местах остаются достаточно неплохие по местным меркам здания, то есть готовые инфраструктуры. И, по идее, можно ставить вопрос о том, чтобы эти здания продавать на какой-то конкурсной основе другим коммерческим банкам. Но вопрос в том, что другие коммерческие банки не очень охотно идут в те места, откуда ушел Сберегательный банк, потому что с точки зрения бизнеса это абсолютно непривлекательные, абсолютно затратные территории.

Сейчас Сбербанк решает этот вопрос по-иному. Это организация мобильных банковских пунктов, когда используется соответствующий транспорт и такие услуги предоставляются. Примерно по принципу организации теперешней рыночной торговли во многих поселках России, когда раз в неделю в каждом из соседних поселков в каждый из дней недели работает какой-то рынок, куда съезжаются все торговцы. Параллельно Сбербанк планирует осуществлять такую деятельность.

Силовым методом – это позиция Центрального банка – здесь решить ничего нельзя.

Председательствующий. Вячеслав Николаевич Виноградов, пожалуйста.

, представитель в Совете Федерации от Костромской областной Думы.

, Вы сказали, за 2002 год в результате проверок заведено 190 дел. Это 190 дел по проверке центрального аппарата или же и антимонопольных комитетов, которые существуют в каждом субъекте Российской Федерации? Это первый вопрос.

И второй вопрос. Почему ваше министерство отрицательно относится к попытке органов местного самоуправления субъектов Федерации поддержать устойчивые финансовые организации, запретить деятельность возникающих фирм-однодневок, которые наносят большой ущерб населению и юридическим лицам.

По фактам нарушения антимонопольного законодательства на финансовых рынках в целом по Российской Федерации заведено 198 дел. Это именно то, что доведено до заведения дел.

У нас многие нарушения были устранены до возбуждения дел. То есть когда мы выявляем нарушение, сообщаем, скажем, администрации субъекта Федерации о том, что собираемся возбуждать дело об отмене постановления губернатора, как правило, создается что-то типа согласительной комиссии. И они говорят, что, мол, давайте мы устраним недостатки, а вы дело не возбуждайте. Мы на это идем, потому что это позволяет быстрее, эффективнее и без ненужного кровопролития решать эти вопросы.