Стенограмма тридцатого (внеочередного) заседания Совета Федерации (стр. 2 )

Председательствующий. Уважаемые коллеги! Прошу обратить внимание (на это только что обращал внимание и Александр Алексеевич Титкин). Давайте четко рассматривать вопросы. У нас есть принятый Государственной Думой федеральный закон из четырех статей (номер документа 22673). Мы должны сначала решить, как быть с этим законом: одобрить его, отклонить или принять к рассмотрению. (Шум в зале.)

Но сначала мы должны принять решение, а потом определить, что будем делать дальше с нашими вариантами закона, с запросом в Конституционный Суд и так далее.

Депутат Болдырев, пожалуйста.

, г. Санкт-Петербург.

Раз уж Вы доложили сразу и об альтернативном варианте и исходя из того, что мы, может быть, будем голосовать с учетом этого альтернативного варианта, я хотел бы задать такой вопрос. Правильно ли я понимаю, что внесенный группой депутатов альтернативный вариант отличается от второго варианта Государственной Думы, который мы с вами отклонили, только меньшей четкостью формулировки о том, что назначенные главы администраций не могут заседать в Совете Федерации? Здесь, в статье 2, формулировка завуалирована. Записано так: "...сформированных в соответствии с Конституцией (уставом) соответствующего субъекта Российской Федерации". То есть просто написано менее четко, не так "в лоб". И далее. Здесь также отсутствует формулировка о том, что не допускается продление полномочий региональных представительных органов, которые Президент установил своим указом.

Я, честно говоря, других отличий просто не увидел. Если так, то не очень понятно, почему исключена формулировка о том, что не допускается продление полномочий, и почему менее четко и однозначно сформулировано положение о недопущении представительства назначенных глав администраций.

Все-таки хотел бы еще раз вернуться к методике рассмотрения вопроса. Давайте закончим с одним вариантом закона, и я согласен потом высказаться по второму. Иначе просто очень тяжело будет.

Хорошо.

Председательствующий. Присаживайтесь, Василий Георгиевич.

Слово предоставляется Мизулиной Елене Борисовне — заместителю председателя Комитета по конституционному законодательству и судебно-правовым вопросам.

, Ярославская область.

Уважаемые депутаты! К сожалению, сегодня я выступаю не от имени комитета. Так получилось, что кворум в нашем комитете не собрался, и на сегодня точки зрения согласованы только с депутатами Федосеевым Анатолием Михайловичем и Курочкиным Виктором Васильевичем.

Но вы знаете, что наш комитет принимал очень активное участие в работе над этим вопросом и не раз высказывал свою точку зрения о том, что принцип профессиональной деятельности должен, хотя бы частично, соблюдаться при решении вопроса о формировании Совета Федерации. И принцип выборности, хотя бы частично или опосредованно, тоже должен соблюдаться. Однако сегодня я высказываю, по существу, только свою точку зрения и пока не могу гарантировать, что она будет принята комитетом.

Хотела бы обратить ваше внимание на следующее.

Первое. Должны ли мы рассматривать принятый Государственной Думой закон отдельно и принимать по нему решение или рассматривать его в совокупности с двумя альтернативными законопроектами, предложенными депутатами нашей палаты?

Мое мнение таково, что нужно рассматривать три варианта формирования Совета Федерации: вариант, который проголосован Государственной Думой, вариант, который предложен группой депутатов, и вариант, который предложен Владимиром Филипповичем Шумейко.

Почему? Потому, что если мы с вами определим отношение к закону, принятому Государственной Думой, то, во-первых, не устраним спорные точки зрения, существующие по этому закону. Часть депутатов за этот закон. Уже из вопросов, которые прозвучали, можно сделать такой вывод. А самое главное, мы сами лишим себя возможности оказать влияние на нижнюю палату, с тем чтобы она приняла закон в том варианте, за который проголосует большинство депутатов. Ибо если мы сегодня отклоним закон, принятый Государственной Думой, то Госдума в ближайшее время преодолеет вето Совета Федерации и направит закон Президенту. То есть опять получается замкнутый круг.

Поэтому моя позиция состоит в том, чтобы все-таки рассматривать закон как один из вариантов. Тем более что ряд депутатов Совета Федерации, видимо, поддержат вариант, принятый Государственной Думой. И одновременно следует рассматривать два законопроекта, предложенные нашими депутатами. Тогда закон будет считаться принятым к нашему рассмотрению. Если вдруг мы не успеем его сегодня рассмотреть, то все-таки не лишим себя возможности оказать влияние на Государственную Думу. А ее, в свою очередь, лишим возможности преодолеть наше вето.

Кроме того, 7 декабря (уже есть извещение) состоится заседание Конституционного Суда, и мы получим окончательное юридическое решение ряда спорных вопросов, которые мы неминуемо будем затрагивать в процессе обсуждения законопроектов о порядке формирования Совета Федерации и закона, принятого Государственной Думой.

Второе. По поводу обсуждения трех вариантов закона. Я выскажусь по каждому из них — и по закону, принятому Государственной Думой, и по законопроектам, предложенным депутатами.

По поводу закона, принятого Государственной Думой, должна сказать, что лично я, как юрист и как представитель верхней палаты, рассматриваю это как издевку над Советом Федерации. Такой поверхностный и примитивный закон нельзя расценивать иначе, как неуважение к верхней палате и непризнание того, что это полноправная палата, участвующая в принятии законов. По существу этот закон механизма создания верхней палаты не предусматривает.

Кроме того, в статье 2 закона предусмотрено совместное решение палат там, где законодательные органы в субъектах Федерации двухпалатные. Принятия совместных решений в таком виде в большинстве субъектов Федерации, где существует двухпалатный законодательный орган, я думаю, просто не бывает. То есть не учитывается реальная законодательная практика.

Статья 3. Непонятно, о каких выборах глав исполнительных органов, которые должны быть завершены до декабря 1996 года, говорится. А где они уже избраны, как быть? Что, там перевыборы должны проводить? То есть мы опять создаем спорную ситуацию, которая вынудит Конституционный Суд или парламент определять, как быть с теми субъектами Федерации, где выборы были проведены ранее и срок полномочий заканчивается, скажем, в 1997 году.

И третье. Совершенно не учитываются особенности российского федерализма, в частности, существование в Российской Федерации республик, где главы этих республик не относятся в прямом смысле ни к исполнительной, ни к законодательной ветви власти. Как быть в этих спорных ситуациях? То есть если этот закон вступит в силу, он породит еще один конфликт или спорный момент в субъектах Федерации: как быть с теми субъектами Федерации, где есть глава республики, глава субъекта Федерации, с определенными самостоятельными полномочиями, не ограниченными рамками какой-то одной ветви власти.

То есть даже с этих позиций закон, который порождает много спорных ситуаций в процессе его применения, я, как юрист, поддержать не могу.

Что же касается двух вариантов, предложенных депутатами нашей палаты, то прежде всего я должна обратить внимание на их сходство. А самое главное — то, что сегодня мы в нашей палате пришли к ситуации, когда позиции, ранее весьма различные, начинают сближаться. Я могу проиллюстрировать это.

Итак, два основных момента, по которым мы с вами спорили и по которым расходились наши мнения. Первое. Каким должен быть Совет Федерации: работающим на профессиональной основе или нет? И второе. Как должен формироваться Совет Федерации: должен ли он быть выборным или формироваться по должностному принципу? Если вы посмотрите на эти законопроекты с профессиональной точки зрения, то обратите внимание, что и тот и другой вариант допускают возможность совмещения полномочий, то есть полномочий законодательной и исполнительной власти, в рамках статуса члена Совета Федерации.

Что же касается выборности, то по существу тот и другой вариант процедуру назначения (выборная она, невыборная, посредством выборщиков-депутатов законодательного (представительного) органа власти и так далее) отдают на откуп субъекту Российской Федерации. То есть это определяется уставом, законом, конституцией субъекта Федерации.

Но вместе с тем эти два законопроекта имеют отличия. Видимо, когда мы будем их обсуждать, целесообразно посмотреть, насколько серьезны эти отличия, и выбрать те варианты, которые для нас предпочтительнее. И по ним необходимо будет голосовать.

Итак, первое отличие. По варианту Крестьянинова—Титкина представителем субъекта Российской Федерации от законодательного органа государственной власти может быть и член законодательного органа, и депутат нынешнего созыва, и любое другое лицо, которое делегирует в Совет Федерации тот или иной субъект Российской Федерации на основании своего закона о делегировании представителей. При этом представитель законодательного органа государственной власти — на постоянной профессиональной основе, а представитель исполнительного органа — как решит исполнительный орган в соответствии с законом.

По варианту Владимира Филипповича Шумейко органы государственной власти тоже могут назначать своих представителей на профессиональной основе, но этот вопрос выносится за рамки данного закона и отдается на откуп регламенту будущего созыва Совета Федерации. Я не исключаю такую ситуацию: регламент установит, что от каждого субъекта Российской Федерации на профессиональной основе работает, допустим, один представитель или, например, шесть членов в каждом комитете должны работать на профессиональной основе. Но это уже дело следующего созыва. Никакого противоречия между этими вариантами нет. В одном варианте определяется, как субъекты Российской Федерации будут делегировать представителей: на постоянной или непостоянной основе, а в другом этого ограничения нет. Но совмещение полномочий допускается там и там.

Второе отличие также не столь существенно и касается выборности. Мне, например, очень понравилось такое ограничение. В варианте Крестьянинова—Титкина и законодательные, и исполнительные органы государственной власти каждого субъекта Российской Федерации могут делегировать своих представителей, только если они сформированы в соответствии с конституцией (уставом) соответствующего субъекта Российской Федерации. То есть этот закон не будет распространяться на законодательные и исполнительные органы государственной власти субъектов Российской Федерации, которые были сформированы на основе указа Президента или предыдущих законов, но не основе конституции (устава). Там, где устава конституции нет, сначала должны быть приняты уставы, сформированы соответствующие органы власти и только потом назначены представители в Совет Федерации.

Но и по варианту Владимира Филипповича Шумейко растянутое по времени замещение членов Совета Федерации от субъектов тоже допускается. Особого противоречия здесь нет. Но нет такой жесткой привязки к конституции (уставу). Сказано так: в соответствии с конституцией (уставом), законом субъекта Российской Федерации. То есть там, где нет конституции (устава), соответствующим законодательным органом государственной власти принимается закон, который и устанавливает процедуру делегирования. Это более мягкий и более быстрый в исполнении вариант. Как мы решим — так и будет.

Третье отличие. В варианте, предложенном Крестьяниновым и Титкиным, не оговаривается, что представителями должны быть обязательно руководители законодательного и исполнительного органов государственной власти или глава субъекта Российской Федерации. Во втором варианте такое ограничение есть. Но соответствующий закон субъекта Российской Федерации эту коллизию может разрешить, потому что существенного противоречия здесь нет. Ведь в варианте Крестьянинова—Титкина тоже не исключается возможность вхождения в Совет Федерации главы республики, руководителя законодательного, исполнительного органа государственной власти.

И последнее различие между законопроектами в том, какая предлагается процедура вхождения в должность. Полагаю, в варианте Шумейко процедура вхождения в должность — в течение какого срока, кто, куда уведомления направляет, кто и когда выдает удостоверения, — то есть признание полномочий прописано лучше. Но в варианте Шумейко эта процедура связана с полномочиями Президента, а в варианте Крестьянинова — Титкина — с полномочиями Центризбиркома.

Если исходить из унификации, из того как признаются полномочия нижней палаты — Государственной Думы (а они признаются Центизбиркомом), то и признание полномочий верхней палаты было бы логично отдать тоже Центризбиркому. Если же исходить из особого статуса верхней палаты как представляющей регионы, то передача Президенту процедуры вхождения в должность членов Совета Федерации и выдачи им удостоверений тоже никаких возражений не вызывает и не является неконституционной.

То есть тут вопрос стоит следующим образом. Мы унифицируем признание полномочий обеих палат так, как сейчас определено в законе о выборах депутатов Государственной Думы. Или в последующем передадим процедуру признания полномочий Государственной Думы тоже Президенту. Или решим как-то по-другому. Все эти варианты возможны.

Мне, например, больше нравится вариант с Президентом. Во-первых, по Конституции было бы логично, чтобы Президент подписывал наши удостоверения — и депутатов нижней палаты, и членов верхней. Это тоже определенный момент (пусть технический) соединения федеральных властей. Кроме того, это очень четко по времени прописано у Владимира Филипповича Шумейко.

Если брать преамбулу, то, полагаю, Владимир Филиппович, более точная преамбула все-таки в варианте Крестьянинова — Титкина.

Председательствующий. Да, я согласен.

Они убрали принцип разделения властей, поскольку мы действительно исходим из принципа федерализма, из равного представительства субъектов Федерации в верхней палате, как это записано в Конституции. Принцип разделения властей в некотором смысле здесь должен уступать. Конституция нам такую возможность предоставляет: как мы определим, так и будет.

Поэтому окончательное мое мнение таково: предлагаю обсуждать все три варианта. Может быть, поставить на рейтинговое голосование, посмотреть расклад голосов. (Причем по существу вариант, предложенный сегодня Госдумой, в определенном смысле более обстоятельно расписан в тех двух вариантах, которые предложены депутатами нашей палаты.) Надо обсуждать в совокупности все три законопроекта, ставить на рейтинговое голосование те моменты, в которых они расходятся. Если рейтинговое голосование покажет, что не удается получить большинство по всем отличительным моментам, то надо все-таки дождаться решения Конституционного Суда, которое предоставит еще большую возможность для сближения наших позиций здесь, в палате.

Мы с вами убедились, что, когда мы спешим и принимаем не очень качественный закон, нам потом очень много за это достается. Это сказывается непосредственно на нас. С этим мы столкнулись в ситуации с законом о Конституционном Суде. Те, кто принимал участие в работе Конституционного Суда, в этом убедились. В этом мы убедились в процессе применения закона о выборах депутатов Государственной Думы. У нас есть конституционные возможности для того, чтобы принять качественный закон о верхней палате. И два законопроекта (очень близких по существенным моментам) доказывают, что потенциал для выработки единого, компромиссного, конституционного закона о порядке формирования Совета Федерации в нашей палате есть. И было бы нелогично отказываться от этого потенциала.

Председательствующий. Вопросы будут? По порядку ведения. Депутат Беляков, пожалуйста.

! Я считаю, что Вы неправильно ведете сейчас заседание. Мы рассматриваем вопрос о федеральном законе, а не о проектах федерального закона, которые сейчас стали вдруг обсуждаться. О Федеральном законе "О порядке формирования Совета Федерации...". Он принят Госдумой, мы должны его обсудить. Если мы не примем его, тогда должны обсуждать проекты, которые можем внести в плане законодательной инициативы. А сейчас наши знаменитые, извините меня, юристы трактуют, что вроде бы здесь три закона есть. Есть один закон. Давайте его и обсудим.

Председательствующий. Процедура абсолютно правильная. Мы с депутатом Титкиным указывали, что решение будем принимать раздельно. Докладчику дается 10 минут. В эти 10 минут для того чтобы изложить свою позицию по закону, принятому Госдумой, докладчик имеет право любую аргументацию приводить.

Елена Борисовна была абсолютно права, приведя сразу всю аргументацию, чтобы депутаты, принимая решение, думали, как голосовать, для чего голосовать, что они будут принимать. Поэтому все претензии отклоняю. В 10 минут она уложилась.

Вопросы будут? Депутат Суриков, пожалуйста.

! Я хотел бы, чтобы Вы мне ответили все-таки: если мы не обсудим закон, будем обсуждать какие-то варианты, а Госдума преодолеет двумя третями голосов наше вето, имеет ли Президент право его подписать?

Президент имеет право подписать, но Госдума может преодолеть наше вето, если мы примем решение об отклонении закона. Поэтому, высказывая свою точку зрения, я и попыталась обосновать свою позицию: мы можем рассматривать в совокупности все три варианта закона и голосовать по ним отдельно.

При отсутствии решения об отклонении закона, принятого Госдумой, ей нечего будет преодолевать. Тем самым мы создаем себе временную возможность для обсуждения и принятия решения по тем законопроектам, которые мы здесь предложили. То есть мы себе даем дополнительную возможность. Если мы голосуем один федеральный закон, то такой возможности себя лишаем. Нечего вообще тогда обсуждать законопроект, предложенный Крестьяниновым, Титкиным и другими депутатами, и законопроект, предложенный Шумейко.

Еще один короткий вопрос. Не переоцениваете ли Вы нашу временную возможность?

Не переоцениваю, потому что по действующей Конституции мы осуществляем полномочия до начала работы Совета Федерации следующего созыва.

Председательствующий. Уважаемые коллеги! Даю справку по поводу того, о чем говорит депутат Суриков. Посмотрите, пожалуйста, часть 4 статьи 105 Конституции: "Федеральный закон считается одобренным Советом Федерации, если за него проголосовало более половины от общего числа членов этой палаты либо если в течение четырнадцати дней он не был рассмотрен Советом Федерации".

Елена Борисовна говорит о том, что мы в течение 14 дней приступили к его рассмотрению. И если мы не примем никакого решения, дождемся решения Конституционного Суда, то у нас появится возможность подготовить качественный закон.

По поводу наших полномочий. Среди восьми вопросов к Конституционному Суду есть вопрос по части 7 раздела второго: когда кончаются полномочия? Суд 7, 8 декабря рассмотрит это, мы получим окончательное, не требующее обжалования, определение Конституционного Суда. Будет проще принять качественный закон. Намного проще, чем сейчас.

Депутат Антонов, пожалуйста, Ваш вопрос.

, Еврейская автономная область.

Елена Борисовна, не знаю, сможете ли Вы ответить на мой вопрос, но хотелось бы, чтобы Вы высказали свою позицию.

Можете ли Вы сказать, почему Государственная Дума после принятия первого закона отказалась от диалога с субъектами законотворчества — Президентом и Советом Федерации, — и пошла по пути, так сказать, давления, приняв один, а потом второй, короткий, как пощечина Совету Федерации, закон? И можете ли Вы прогнозировать дальнейшие ходы, которые сделает Государственная Дума, если мы отклоним этот закон? И судьбу Совета Федерации в этом же случае?

Прогнозировать деятельность Государственной Думы с достаточной долей вероятности не может никто, включая саму Государственную Думу.

Что же касается того, почему они по существу предали тот вариант (первый), над которым очень долго работали (прежде всего Владимир Борисович Исаков и его комитет), то хочу напомнить, что первый вариант, так сказать, выборный, отрабатывали и вносили два комитета обеих палат. Но, к сожалению, очень быстро произошел такой "откат".

Это говорит лишь о политической конъюнктурности ряда депутатов Государственной Думы. Больше ничем не могу это объяснить. В ходе работы согласительной комиссии звучало много слов по поводу конституционности этого закона, важности самой верхней палаты, ее полномочий. Все было проговорено с депутатами Государственной Думы: в согласительной комиссии были представлены различные фракции Государственной Думы. К сожалению, стойкими, политически последовательными оказались представители не всех фракций. Первой отпала ЛДПР, заявившая (уже после того как началась избирательная кампания по выборам депутатов Государственной Думы, после наложения вето Президента на наш первый закон), что Владимир Вольфович полностью согласится со всем, что предложит Президент (депутат Вешняков представлял Жириновского в согласительной комиссии). Затем началось непоследовательное поведение Владимира Борисовича Исакова, имеющего влияние в нижней палате, учитывая тот факт, что большинство депутатов Госдумы законы не читают и голосуют по принципу — за что будет предложено. В этом я убеждалась неоднократно.

Председательствующий. Как выяснилось, депутаты Государственной Думы вместе с Председателем несколько далеки от принципов федерализма. Думаю, федеративное устройство государства, может оказаться под угрозой, если мы и дальше так себя поведем. Вот вам факт. Готовится съезд представителей местных властей, а никаких местных властей нет. Мы принимали закон об основах местного самоуправления, а не местной власти. Местное самоуправление вообще отделено от государства, а готовится съезд: устанавливается властная вертикаль.

На ваши вопросы — что делается и почему — думаю, есть ответы. Когда в Госдуме депутат Семаго спрашивает у Рыбкина, ведущего заседание: а в том законе из четырех статей, за который мы будем голосовать, есть место для Шумейко? Рыбкин отвечает: слава Богу, нет. Депутат предлагает: тогда давайте голосовать.

Вот уже пол-ответа на ваши вопросы. Кто сегодня отстаивает федерализм в стране? Я почти один остался из высших руководителей. Вот пол-ответа на Ваш вопрос: почему, что делается и как?

Давным-давно все забыли, что в Конституции записано: у нас республика — федеративная, состоящая из равноправных субъектов. Очень многим сегодня хочется самим "сверху" строить унитарное государство, как это было раньше. Тогда давайте менять Конституцию, чтобы вообще не было Совета Федерации.

Депутат Булгаков, пожалуйста, Ваш вопрос.

! Я понял из проекта закона Владимира Филипповича Шумейко и из проекта Крестьянинова, Титкина и других, что член Совета Федерации от исполнительного органа власти будет вправе осуществлять свои полномочия после избрания его руководителем исполнительного органа. А второй член Совета Федерации вправе начать осуществление своей деятельности одновременно с первым. Следовательно, оба эти проекта предполагают предварительно избрать глав исполнительных органов субъектов Федерации. Это первый момент.

Второй. Выборы, конечно, надо проводить, как здесь хорошо записано, по конституциям и уставам субъектов Федерации. Но в этих уставах пока не прописано, как подходить к процедуре выдвижения и утверждения членов Совета Федерации. Значит, необходимо время...

В этой связи хочу спросить Вас (и, возможно, Владимир Филиппович выскажется): когда, к какому сроку мы сможем сформировать Совет Федерации демократическим способом, учитывая симбиоз двух законопроектов?

По поводу первого Вашего вопроса: как я понимаю проект закона. Я не являюсь автором законопроекта, но должна Вам сказать, что поняла я законопроект, в частности предложенный депутатами Крестьяниновым и Титкиным, не так, как Вы.

Думаю, что однозначно здесь не диктуется, что руководители органов исполнительной власти сначала должны быть избраны для того, чтобы затем войти в состав Совета Федерации. Также не сказано, что в обязательном порядке второй член Совета Федерации приобретает полномочия только в случае, когда первый уже избран.

В этом варианте сказано наоборот, что должен быть принят закон, который определит: руководитель — не руководитель, избранный — не избранный. Должен быть принят закон о делегировании, или как он будет называться...

Елена Борисовна, комментируя проект Крестьянинова — Титкина, Вы сказали, что в нем тоже заложен принцип избрания. Я это слышал своими ушами...

Он не исключается. И тот, и другой законопроект допускают несколько вариантов: избрание всем народом, избрание только законодательным органом власти, избрание какой-то коллегией выборщиков либо не избрание, а вхождение по должностному принципу. То есть выборы не исключаются.

Как Вы оцениваете сроки?

А о сроках я уже сказала. По варианту, который предлагает Владимир Филиппович Шумейко, требуется меньше времени. По варианту, который предлагают депутаты Крестьянинов и Титкин, требуется немного больше времени. Это ответ на Ваш вопрос.

Конкретнее, пожалуйста. Много, мало...

Я не могу Вам сказать. Задайте эти вопросы самим авторам.

Я понял. Тогда последний вопрос...

Выслушайте, пожалуйста, Виктор Кирсанович. Я сказала, что в варианте, предложенном депутатами Крестьяниновым и Титкиным, об уставе и конституции говорится не как об источнике, где определяется, как избираются или направляются в Совет Федерации представители от субъекта Федерации, а как о документе, где должно быть определено, как формируются законодательные и исполнительные органы власти субъектов Федерации.

Но в статье 2 читаем: "...в соответствии с конституцией (уставом) соответствующего субъекта Российской Федерации".

Да, "...сформированных в соответствии с конституцией (уставом)".

Последний вопрос. Вам очень нравится, чтобы удостоверение вручал Президент. А как Вы смотрите с этической стороны на соответствие этого функциям Совета Федерации (пункт "е" статьи 102 Конституции, где говорится об отрешении его от должности)? Президент вручает удостоверения, а нам, не дай Бог, придется его отрешать от должности. Как Вы думаете: может быть, это не совсем этично?

А Вы считаете более этичным, когда Председатель Центризбиркома, которого мы назначаем, подписывает нам удостоверения?

Центризбирком — это все-таки совершенно отдельная структура...

Назначенный Президентом человек подписывает удостоверения людям, которые избраны в своих субъектах Федерации всем народом.

Но не Президент.

Это еще больший нонсенс. Подписание удостоверения — чисто технический момент. Он не принципиален.

Председательствующий. Уважаемые коллеги! Когда перейдем к рассмотрению этих проектов, обсудим более подробно.

Депутат Суслов, пожалуйста, Ваш вопрос.

, Тверская область.

Я знаю, что многие достойные депутаты Совета Федерации баллотируются в Госдуму — около 30 человек. Учитывая, что это все люди — хорошие, думаю, их изберут в Госдуму. Что будет после 17 декабря с этими депутатами, если они будут избраны в Государственную Думу? И что будет с Советом Федерации?

Председательствующий. Ничего, две третьих останется...

Что будет, мы с вами должны решить, приняв тот или иной вариант закона о формировании Совета Федерации. И тот, и другой вариант предусматривают возможность поэтапного замещения вакансий членов Совета Федерации. Значит, в соответствии с законом можно заместить одновременно... Впрочем, одновременное замещение не предусматривает ни тот, ни другой варианты закона. Как мы решим, как мы с вами проголосуем, так и будет.

Дальше "торричеллиева пустота": нет ответа.

Председательствующий. У нас список — 178 депутатов. Если даже все, кто заявил (33 человека), уйдут, то для того, чтобы собрать три четверти голосов, необходимы 134 депутата. А останутся 158. Так что ничего не изменится.

Депутат Ширшов, пожалуйста.

, председатель Комитета Совета Федерации по вопросам безопасности и обороны.

! Хотел получить от Вас, как профессионала, разъяснение по следующему вопросу.

Мне известно мнение отдельных работников Государственно-правового управления Президента Российской Федерации о том, что данный закон не обязателен для рассмотрения на заседании нашей палаты.

Что будет, если мы решим принять его к рассмотрению, а завтра из Государственно-правового управления придет документ: представить закон на утверждение Президенту? Какова законодательная база именно для этого вопроса?

! Действительно, закон о порядке формирования Совета Федерации не относится к подлежащим обязательному рассмотрению Советом Федерации. При отсутствии решения Совета Федерации считается, что мы приняли закон к рассмотрению, но не закончили его (поэтому и нет решения). Мы как бы продолжаем его рассматривать.

При отсутствии решения палаты нас никто, кроме Конституционного Суда, ни к чему обязать не может. То есть тогда Государственно-правовое управление Президента от его имени должно будет обратиться в Конституционный Суд и оспорить наше решение. Если оно будет признано неконституционным, тогда Президент может закон подписать, минуя нашу палату и так далее.

Председательствующий. Депутат Балакшин, Ваш вопрос.

, Архангельская область.

У меня не вопрос, а выступление.

Председательствующий. Депутат Степанов, пожалуйста.

! Очень лаконичный вопрос: не считаете ли Вы, как юрист, что нам нужно прекратить дискуссию до рассмотрения представленных палатой Конституционному Суду вопросов и только после этого можно приступать к обсуждению этого вопроса? Почему? Потому, что мы просто теряем время.

Виктор Николаевич, исхожу из предложения объединить все три варианта закона.

По существу предмета нашего спора мы сформулировали наши вопросы о толковании Конституции. Большинство сомнений будут сняты Конституционным Судом после его заседания 7 декабря, нравится это кому-то из нас или нет.

Вопросы ставятся четко. Возможно ли совмещение или нет? Какие должности можно совмещать? Может ли входить в Совет Федерации руководитель прямо по должности? Выбранный или не выбранный? Все будет сказано.

В связи с этим у меня, Владимир Филиппович, предложение: прекратить сейчас прения, дождаться решения Конституционного Суда 7 декабря и потом, если нужно, собраться. Бессмысленно обсуждать вопрос, когда не получен ответ из Конституционного Суда, поскольку...

Из зала. Так мы ради этого приехали!

...концепции вариантов закона (одного, другого, третьего), возможно, будут разрушены решением Конституционного Суда. (Шум в зале.)

Председательствующий. Сейчас прекратим задавать вопросы. Депутат Крестьянинов, пожалуйста.

У меня не вопрос, я по порядку ведения.

Председательствующий. Пожалуйста, Евгений Владимирович.

Уважаемый председательствующий, уважаемые коллеги! Хотел бы, чтобы наша работа действительно вошла в какое-то единое русло и чтобы мы сегодня определились по закону, принятому Государственной Думой 17 ноября. Несмотря на объяснения уважаемой Елены Борисовны, я, к сожалению, не могу с ним согласиться.

Закон, принятый Государственной Думой, не относится к вопросам, названным в статье 106 Конституции. Он только нами самими признается обязательным к рассмотрению в соответствии с частью 2 статьи 95 нашего Регламента. Часть 3 постановления Конституционного Суда от 01.01.01 года о толковании части 4 статьи 105 и статьи 106 Конституции не распространяет на нас действие частей 1 и 2 статьи 95 Регламента, которые позволяют такой не обязательный для рассмотрения Советом Федерации закон принять к рассмотрению и отложить его рассмотрение.

Если мы сегодня не принимаем по нему решения, то в соответствии с нашим Регламентом Председатель Совета Федерации (если он послушен Конституции и Регламенту) 30 ноября обязан отправить данный закон Президенту для подписания и обнародования.

Предлагаю сейчас проголосовать по этому закону и если он не будет поддержан, то дальше уже проводить дискуссию по тем проектам закона, которые предложены.

Председательствующий. Совершенно верно, но дело в том, что есть вопросы. Если депутаты не настаивают, перейдем к обсуждению. В списке остались депутаты Белых и Премьяк.

Из зала. (Не слышно.)

Председательствующий. Снимаете Ваш вопрос? Елена Борисовна, присаживайтесь, пожалуйста.

Уважаемые коллеги! Прошу записаться тех, кто хочет выступить в порядке обсуждения закона из четырех статей, принятого Государственной Думой 17 ноября.

Записалось 13 человек.

Трех минут хватит? Просьба высказываться четко, по-деловому: "за", "против"... Значит, устанавливаем регламент — три минуты.

Депутат Балакшин, пожалуйста.

Уважаемые коллеги! Слушаю я и удивляюсь. У нас было достаточно времени, чтобы принять такой закон, какой нам нужен. Но мы его не приняли. Мы на что угодно ссылались. И сегодня очень много разговоров вместо деловых предложений.

Государственная Дума приняла закон. Мы начинаем уже считать: три, четыре варианта закона. Первое время у нас был спор о руководителях: кто нужен — руководители или представители? Теперь вроде бы сошлись на одном: нужны первые лица. Никак не пойму, о чем мы теперь спорим? Государственная Дума приняла положение о том, что должны представлять регионы первые лица. Товарищ Тарасенко начал доказывать, что есть нарушение Конституции и так далее. Госдума не определила, на постоянной основе будут работать или на непостоянной. Это мы сами должны решить.

Спор был из-за того, избраны или не избраны эти руководители. Если они избраны, тогда вопросов нет. Депутаты Госдумы четко сказали: до декабря 1996 года те главы администраций, которые не избирались, должны быть избраны и представлять Совет Федерации от имени народа. Не вижу здесь ничего плохого. Потому считаю, что закон надо одобрить.

Председательствующий. Депутат Беляков, Вам слово.

Уважаемые коллеги! Различное трактование законов исходит из ошибки, которую мы допустили при формировании Совета Федерации первого созыва. Он должен был сразу формироваться как палата регионов. И все руководители, которые назначены Президентом, легитимны. Президента избрал народ, а он назначил тех людей, кому доверяет. И говорить о том, что они не легитимны, совершенно неправильно. Еще неизвестно, кто больше легитимен: тот, кто пятью процентами сейчас будет избираться, или тот, который назначен Президентом, за которого проголосовало больше половины избирателей.

Мы говорим о региональной политике, о регионализме. Мне кажется, что Совет Федерации не стал за эти два года органом, который выражает интересы субъектов Федерации. Можно проанализировать все стенограммы. Но все ясно даже по тем замечаниям, которые здесь высказывали депутаты.