Уважаемые коллеги! Довожу до вашего сведения, что в Алтайском крае принята программа поддержки агропромышленного комплекса. Но нам не понятно, что делается на уровне федеральных властей. Похоже, что при всех благоприятных разговорах этого ребенка, называемого сельским хозяйством, могут заласкать насмерть.
Не знаю, потребуется ли эта программа при таком отношении Правительства к сельскому хозяйству в 1995 году. Согласен с любыми попытками финансовой стабилизации в государстве, но к чему она ведет? Вместо полноценного авансирования сельхозпроизводителей сегодня осуществляется авансирование в виде товарных кредитов и казначейских обязательств под минеральные удобрения. Под товарные кредиты мы выдали гарантии местных бюджетов, хотя это — зерно федеральных и региональных фондов. Федеральный бюджет гарантий не дает.
Соотношение цен на топливо и зерно таково: одна тонна топлива — две с половиной тонны зерна. Алтайскому краю только за одно горючее (это примерно миллион тонн) надо отдать 2,5 млн. тонн товарного зерна. Это то количество, которое мы всегда продавали государству. То есть собранного зерна хватит только, чтобы рассчитаться за горючее. А еще надо платить за электроэнергию, а чем платить людям зарплату?
Словом, товарные кредиты явно ведут сельское хозяйство к гибели при такой ценовой политике. Из-за отсутствия денежного авансирования (хотя бы минимального) зарплата работникам сельского хозяйства практически не выплачивается. Мало того, рост потребительских цен в крае за первый квартал составил 146 процентов, а зарплата селянина в марте равнялась 67 процентам от декабрьской.
Теперь посмотрим, как идет текущее финансирование села на уровне федерального бюджета. Мы этот вопрос на Совете Федерации рассматривали. Есть протокол заседания Правительства от 17 марта, где записано: 60 процентов суммы оно отдает в первом полугодии, потому что надо готовиться к заготовке кормов, к уборке. Нормально записано. Но как реализуется? Из 5 триллионов, которые должны были отдать селу в первом полугодии, в первом квартале отдали 2 триллиона, на второй — триллион планируется. Как можно при таком финансировании готовиться к уборке? Для чего мы тогда встречались с Правительством?
Понимаю, что аграрная программа нужна. Но очень сомневаюсь, что она при нынешнем отношении к ней может быть реализована. Тем более что никто из Правительства даже не проинформировал нас о выполнении собственных обещаний.
Не вижу, чтобы кто-то откликнулся на нашу просьбу. Я за то, чтобы программу принять, высказав жесткое требование выполнить данные обещания.
Председательствующий. Депутат Арбузов, пожалуйста.
! У меня вопрос к Назарчуку — министру сельского хозяйства и продовольствия.
Председательствующий. Александр Григорьевич, Вы можете на вопрос ответить?
Мы два раза публично, в присутствии министра обманули на селекторном совещании всех аграрников. Я хотел бы задать вопрос по товарному кредиту. В руках у меня протокол комиссии, которую возглавляет заместитель Председателя Правительства, от 17 марта, где записано, что Минтопэнерго обязано в недельный срок разработать и утвердить график бесперебойной поставки горюче-смазочных материалов. С 17 марта времени прошло достаточно, но и сегодня Ярославская область сырую нефть не получила. И не только Ярославская. Все области, которые входят в эту зону, тоже не получили ни грамма топлива. Скажите, Александр Григорьевич, это сделано преднамеренно, для того чтобы погубить село? Товарный кредит оформлен, все подписано — топлива нет. Как мне объяснить все это людям?
Понятно. Должен сказать, что мы начали разрабатывать постановление Правительства об условиях функционирования АПК с ноября 1994 года. Разработано было пять вариантов, которые мы согласовывали. Но в связи с тем, что Правительство решило не выдавать централизованных кредитов, стали изыскивать другие варианты. Инициатором этого проекта постановления по товарному кредиту был Минфин.
Должен сказать, что на первом этапе отказываться от самой формы товарного кредита у нас не было оснований. Была проведена большая работа по разработке временного положения по реализации программы товарного кредита. Долго согласовывали, было очень много вариантов относительно того, как давать кредит, под какие проценты: под 10 процентов, под одну треть учетной ставки и так далее.
Министерством финансов, Минтопэнерго, Минсельхозпродом была проведена большая работа, но в ситуации, когда производителями горюче-смазочных материалов практически никто не управляет, решить эту задачу оказалось делом сложным. Я дважды ставил этот вопрос на уровне министров — в Минфине, Минтопэнерго. Встречался со всеми президентами нефтяных компаний. Всего два нефтяных предприятия отказались отпускать нефть по товарному кредиту — Омский и Московский нефтеперегонные заводы (на последнем нет ни одной капли "недавальческой" нефти). Остальные нефтепроизводители заверили, что все настроены на реализацию программы товарного кредита. Но на сегодняшний день (говорю с этой трибуны, зная ситуацию) мы практически ничего не получили. Получили только регионы, на территории которых расположены нефтеперерабатывающие предприятия.
Если бы нефтяники сказали, что его невозможно выполнить... Я говорил и Шафранику, и президентам компаний: если вы не в состоянии выполнить, давайте пойдем в Правительство, потому что мы не можем ждать — идет посевная. За апрель мы практически сожгли все, что запасли. Нет, теперь возвращаться поздно. Тогда давайте решать. Документами практически все обеспечено. Налоговая инспекция направила своим органам на местах письмо, согласно которому за каждую отгруженную тонну все налогоплательщики освобождаются от налогов. Практически все территории заключили договоры с Минфином. Сегодня есть определенные предприятия, которые требуют значительной предоплаты, оплаты железнодорожного тарифа полностью. Есть предприятия, которые завышают цену. Но сказать, что нас обманули, я не имею права. Сейчас нужна работа — и наша, и ваша.
Сегодня я переговорил с директором омского предприятия. Практически все вопросы сняты. Завтра собираются представители территорий. Переговорил с главами администраций. Другого пути у нас нет. Надо всем почувствовать, что это единственный выход, и работать в этом направлении.
Скажу откровенно, Минфин...
Из зала. (Не слышно.)
Направление — выполнение договора, который заключили с Минфином, и разнарядок, которые выданы Минтопэнерго на каждый перерабатывающий завод. Надо отдать это дело структурам Минтопэнерго (они обижаются, что этим занимаются другие структуры), которые завезут топливо на территории. Что касается снабженческих организаций, то можете поручать кому угодно. Но на нефтеперерабатывающих заводах надо сделать так, чтобы это взяли предприятия Минтопэнерго.
Александр Григорьевич, кто Вас вводит в заблуждение? Все договоры заключены с теми структурами, которые должны этим заниматься. Но сегодня нет нефти, нет поступления на нефтеперегонные заводы.
Повторяю: за исключением Московского нефтеперерабатывающего завода (согласен, давайте разберемся в отношении Ярославля), на каждом заводе сегодня есть нефтепродукты, везде есть та нефть, которая облагается налогами.
С Шафраником пошлите в Ярославль...
Давайте разберемся с Ярославлем. Можно и представителя Минсельхозпрода направить. Ярославль у нас вообще не вызывал никаких сомнений.
Председательствующий. Уважаемые коллеги! Не будем вступать в полемику. Министр ответил, у него такие сведения, надо доверять, уважать его мнение. Если потом возникнут какие-то вопросы, надо их в рабочем порядке решать.
Если бы я лично этим делом не занимался... В отношении Ярославля разберемся. Но самое главное, другого пути нет.
Председательствующий. Если к Александру Григорьевичу есть вопросы, то, пока он стоит на трибуне, задайте их. У кого вопрос? Депутат Сидоренко, пожалуйста.
Александр Григорьевич, в отношении Ярославля все объяснимо. Псковская область не получила ни тонны по товарному кредиту. Там нашли возможность и что-то немножечко дали, чтобы просуществовать. Ни тонны масла не получено. Киричи ничего не дают. Сургут не дает сырья для Киричей, чтобы отпустили остальные нефтепродукты. Никто сегодня на месте ничего не сделает, если не будет отсюда указания. Вы говорите: решайте. Все там решено, всюду были, все заключили в числе первых. Ни тонны не получено.
Аналогичная картина и по минеральным удобрениям.
По минеральным удобрениям. С учетом того, что за период пока мы реализовывали постановление, с февраля, производители минеральных удобрений увеличили цену почти в два раза, мы перечислили Агрохиму 720 млрд. рублей из 981 млрд. рублей. И получили на сегодняшний день около 400 тыс. тонн минеральных удобрений в расчете по действующему веществу. У нас осталось 200 млрд. рублей для реализации этого постановления, они будут выданы нам в мае. Но в связи с тем, что мы не соглашаемся на повышение цен, они отказываются... Видимо, мы отдадим деньги тем территориям, которые недополучили их, а они будут реализовывать минеральные удобрения.
Что касается горюче-смазочных материалов, то я сказал, что здесь не только Псков, не только Ярославль — по апрелю месяцу мы товарный кредит вообще не реализовали. Единственное, что сегодня сделано, — на заседании Правительства по исполнению бюджета (я там выступал) Сосковцу поручено еще раз разобраться в этом. Если 4—5 мая не будет реализации, тогда будем настаивать, чтобы все руководители нефтеперерабатывающих предприятий были здесь собраны. Если потребуется, выедем на место.
Председательствующий. Еще у кого-то вопросы? Александр Сергеевич Цветков, пожалуйста.
Александр Григорьевич, Вы сказали, что сельскому хозяйству нанесен очередной жестокий удар и так далее. Ответьте, пожалуйста (устроит краткий ответ — да, нет, затрудняюсь ответить): при сегодняшнем составе Правительства и его главе ожидается ли реализация программы возрождения сельского хозяйства или хотя бы прекращение падения сельскохозяйственного производства?
Мы приложили немало усилий, чтобы Виктор Степанович принял участие в экономическом совещании. Он выступил на экономическом совещании, оценил выступления участников как конструктивные. Минут тридцать он выступал на заседании Правительства, состоявшемся после экономического совещания, и сказал, что Правительству надо заниматься агропромышленным комплексом. Я сказал, что наша программа по многим принципиальным вопросам расходится с той программой, которую Правительство утвердило на три года стабилизации. По конкретным вопросам, без которых агропромышленный комплекс сегодня жить не может.
Мы отдали программу в Правительство. Минэкономики и Минфин в течение двух недель должны представить свои замечания. Я знаю, какие замечания они представят. Мы записали, что нужны централизованные кредитные ресурсы для покрытия сезонных затрат. Все это отметается. Мы в программе записали паритет на уровне 1990—1991 годов. В трехлетней программе все это не воспринимается. Поэтому могу сказать, что если мы с вами до принятия программы, о которой говорим, разрешим Правительству... На последнем заседании мы приняли решение не выдавать никаких кредитов сельскому хозяйству (когда принимали закон о рассрочке выплаты кредитов и процентов — пункт 6.) В Госдуме меня не поддержали. Была спешка, но пункт 6 мы приняли — никаких централизованных кредитов. Поэтому хочу сказать о нашем отношении к этому — и Александра Харлампиевича Заверюхи, и моем. Мы будем настаивать на рассмотрении этой программы в Правительстве. Представитель Министерства экономики господин Уринсон выступал после того, как я вручил эту программу. Он "разложил" нашу программу как антирыночную. Но мы будем настаивать на том, чтобы эта программа была рассмотрена. Если она не будет принята, тогда у нас будет основание сказать крестьянам, что те принципы, которые заложены в нашей программе, не укладываются в общую программу стабилизации российской экономики на три года. Ничего другого сказать не могу.
Спасибо, Александр Григорьевич. Маленькая реплика в адрес костромского губернатора и его коллег. Вспомните, как вы голосовали на пятнадцатом (январском) заседании. Вот теперь плоды пожинаем.
Председательствующий. Уважаемые коллеги! Мы уже на 19 минут превысили отведенное время. (Шум в зале.) Давайте все-таки воспользуемся правом голоса.
Кто настаивает на выступлении? Один вопрос, Александр Григорьевич — вопрос депутата Суслова.
Александр Григорьевич, хочу попросить Вас ответить на такой вопрос. Мы принимали закон о госзакупках, и там сказано, что Правительство ежегодно определяет федеральный фонд поставок сырья, продовольствия. На этот год Минсельхозу поручено довести до каждого региона конкретные цифры по закупкам мяса, молока и другой продукции. Когда эти цифры будут доведены и кто конкретно будет закупать? Тем более что ежеквартально нужно обновлять минимальные цены.
В постановлении Правительства о реализации закона по закупкам и поставкам продовольствия и сырья для государственных нужд утверждены объемы заготовок всех видов продовольствия для федеральных нужд.
Не определено, кто купит.
Это другой вопрос. Определены объемы. В постановлении Правительства о деятельности продовольственной корпорации записано, что государственным заказчиком по всем видам продовольствия определяется продовольственная корпорация при Министерстве сельского хозяйства и продовольствия, которая на конкурсной основе подбирает для себя структуры, которые будут реализовать закупки. Только что у меня был представитель Нижнего Новгорода, заместитель главы администрации. Я ему сказал: пожалуйста, генеральное соглашение с корпорацией и выполняй.
Поэтому по всем видам продовольствия минимальные, гарантированные цены на первый квартал определены. В законе, который мы с вами приняли, записано, что они ежеквартально индексируются с учетом инфляции, официально подтвержденной статистикой. Инфляция в первом квартале — 37 процентов. Все цены (мы подготовили проект постановления) увеличиваются на 37 процентов. Ни Минфин (Краснопивцев здесь сидит), ни Минэкономики до сих пор проект постановления не завизировали. Значит, здесь нужна ваша сильная поддержка.
Председательствующий. Уважаемые коллеги! Давайте проголосуем постановление.
Хотелось бы сказать несколько слов.
Председательствующий. Кто настаивает на выступлении? , пожалуйста. Депутаты Немцов и Кондратенко настаивают. Два коротких выступления.
Уважаемые коллеги! К сожалению, дискуссии по поводу программы не получается, а получается разговор о посевной кампании. Это, конечно, очень важное дело, и мы сами принимаем активное участие в этом, но все-таки программа рассчитана до 2000 года. Считаю, что без обсуждения принимать или не принимать ее просто неприлично.
Поэтому хотел бы все-таки сказать несколько слов по существу. Действительно, в программе есть много позитивных моментов. Предполагается государственная поддержка сельского хозяйства и указываются конкретные направления государственной поддержки — племенное дело, семеноводство, улучшение плодородия почв, выплата определенных компенсаций и так далее. Позитивным моментом, безусловно, является констатация того, что нужно проводить демонополизацию перерабатывающей отрасли. Никто не спорит. Есть еще ряд позитивных моментов, касающихся ценовой политики, в частности установления минимальных закупочных цен. Но не могу согласиться с рядом пунктов, которые, на мой взгляд, могут перечеркнуть всю программу и сделают ее абсолютно нереализуемой.
Хотел бы, например, остановиться на пункте, который в программе обозначен как формирование многоукладной экономики. Читаю по тексту: "...основной задачей в предстоящие годы является не рост числа частных и реорганизованных коллективных хозяйств, а укрепление их материально-технической базы, повышение эффективности их работы". А как же тогда будет формироваться многоукладная экономика, если ни одно хозяйство не будет реорганизовано и не будет частных хозяйств? Вопрос совершенно очевидный. И как вы собираетесь уйти от уравниловки и разобраться с бездельниками и пьяницами, из-за которых, кстати, такая низкая производительность труда? Мне это тоже совершенно непонятно.
Далее. Когда говорится о ценовой политике, провозглашается очень интересный тезис: цены на сельхозпродукцию в основном являются свободными, а цены на остальную продукцию, например машиностроительную, и электроэнергию являются регулируемыми. Вы спросили, например, у нефтедобытчиков или у руководителей нефтеперерабатывающих заводов, согласны ли они с такой концепцией или нет? Вы спросили у руководителей заводов, выпускающих комбайны, согласны ли они с тем, чтобы были установлены фиксированные цены на их продукцию или нет? Думаю, что так однобоко подходить нельзя.
Далее. Посмотрите, например, страницу 9, где говорится о том, каким образом должно проводиться реформирование перерабатывающих предприятий. Здесь записано, что перерабатывающие предприятия должны превратиться в кооперативные с закреплением за сельхозпроизводителями контрольных пакетов акций. Здесь какая-то белиберда. Если это кооперативные предприятия, то у них не может быть никаких контрольных пакетов акций. Там одна компания — один голос, один человек — один голос. Зачем очевидные юридические ошибки вписывать в программу?
Считаю, что пункт по поводу отсрочки по кредитам (там, где речь идет о спасении хозяйств-банкротов) нуждается в разъяснении. В нем говорится, что для того, чтобы избежать банкротства в России, нужно отсрочить платежи по тем кредитам, которые были выданы. Но мы тем самым плодим бесхозяйственность, неужели непонятно? Так уже было в прошлом году. Сильные хозяйства, которые выплатили все долги банкам и государству, оказались на бобах, а те, которые ничего не делали, получили отсрочки на много лет. Теперь сильные хозяйства говорят: зачем нам вообще платить?
Как мы добьемся финансового порядка в стране, если у нас бездельники будут иметь привилегии, а сильные и активно работающие на рынке будут зажиматься? Как после этого мы можем вообще обсуждать и принимать без всяких дебатов эту программу? Все-таки нужно серьезнее подойти к этой проблеме.
Я понимаю, что программу нужно принимать. Но мне кажется, что ничего не случится, если мы ее примем. В прямом смысле — ничего не случится. Примем так же, как принимали в 1953, 1956, 1964 годах и так далее. И забыли.
Но если мы хотим действительно что-то сделать для сельского хозяйства, то давайте принимать не просто тезисы, не просто декларации, а еще и конкретный механизм реализации каждого пункта. Таких механизмов в программе нет.
Председательствующий. Уважаемые коллеги! Давайте выступать коротко.
Из зала. По три минуты.
Председательствующий. Депутат Овсянников, пожалуйста.
, уважаемые коллеги! Программу эту надо принимать. Конечно, в этом документе немало недостатков. Но если не будет программы стабилизации, программы развития, восстановления, то мы лишимся простейшего компаса на путях выхода из кризиса.
Теперь несколько замечаний по поводу того, что мы сейчас услышали. То ценовое соотношение, которое сегодня в среднем установилось для сельского хозяйства России, примерно в три-четыре раза хуже, чем было к 1990 году. И нас по ценовому соотношению отбросили к началу 50-х годов. Вспомните, что тогда было: на трудодни ничего не оставалось. Эти два года мы продержались лишь потому, что в прошлом году давали кредиты. Если бы их не было, наступила бы всеобщая нищета.
В этом году запрет на централизованные кредиты приближает большинство хозяйств к полной катастрофе. И непоставка горючего связана как раз с тем, что денег у селян нет совершенно. И хоть Юрий Константинович Шафраник обещал в марте, что нефть будет, на нефтезаводах этой нефти нет.
! Вот Вы сказали, что от многих программ нет никакого толку. Но Вы вольно обращаетесь с фактами. Мы очень хорошо помним, как поднималось село после сентябрьского пленума 1953 года. И мы знаем это по цифрам: прирост по 6—10 процентов в год, то есть в два раза быстрее, чем в Америке. То же самое было после мартовского пленума 1965 года. Того, что происходит после 1992 года, в мире в мирное время еще не было. Можно было бы сказать: не ведают что творят. А я думаю: ведают, что творят. Ну сколько можно быть невеждами на государственном уровне! Нельзя же доводить село до такого состояния, до которого оно доведено! Ведь практически в крупных коллективных хозяйствах сейчас двойной спад.
Никто не спорит: нужна и многоукладная экономика, нужно и развитие фермерства и так далее. Но ведь сейчас гибнет 80—90 процентов фермерских хозяйств: они уже не выдерживают этого ценового издевательства. Поэтому программу эту принимать нужно обязательно. Но у меня есть серьезный разговор вот о чем. Ведь вы же все закрыли глаза и приняли предложение Правительства о том, чтобы не было централизованных кредитов, в том числе селу. Ходят слухи, что это жесткое требование Международного валютного фонда. Пусть кто-то даст ответ, что это за тайные обязательства, которые Правительство подписывает с Международным валютным фондом и за которые селяне потом кровью расплачиваются.
Председательствующий. Депутат Тихомиров, пожалуйста. Прошу покороче.
! Присоединяюсь к мнению депутата Овсянникова. Я очень уважаю мнение нашего соседа Бориса Ефимовича Немцова как одного из главных реформаторов в сельском хозяйстве Российской Федерации. Но позволю здесь высказать свое мнение как бывший агроном и как человек, проработавший в деревне 30 лет.
Программу принимать надо в качестве колеи для дальнейшего развития сельского хозяйства. Может быть, с элементами той реформации, хотя я многие из них не признаю, не понимаю и признавать не буду, открыто говорю. Но принимать программу надо, я буду за нее голосовать и призываю депутатов проголосовать.
Поддерживаю депутата Овсянникова в том, дорогой Борис Ефимович, что если бы не было программы по Нечерноземью, которую мы выполняли две пятилетки, то уверяю Вас, в Ивановской, Костромской, а может быть, и во Владимирской областях не было бы ни одной деревни. Программы выполнялись, пусть плохо, но выполнялись. Поэтому эту программу надо принимать.
Сомнения, конечно, есть. И депутат Суриков прав. Но при нынешнем курсе сомнение не в том, что деревня сможет подняться, что пьяницы умрут или их выгонят за пределы этих деревень (хотя я не знаю, куда выгонять; может быть, в Сибирь, но сибиряки от них тоже откажутся). Сомнения связаны с тем, что отечественного производителя сельского хозяйства постоянно обманывают, начиная с чеков приватизации. Ни одного человека в России не обманули столько раз, сколько аграрника. И упрекать его в том, что он сегодня плохо работает, просто нечестно.
Я уже не говорю о том, что вся "оборонка" построена на деревне. Ведь и война выиграна на 50 процентов за счет сельского жителя Российской Федерации.
Из зала. На 80 процентов.
Может быть. Поэтому этой программе нужны жесткие законы по выполнению принятых решений Правительства.
Нужно четко определить и позицию Совета Федерации. Конечно, я перед депутатами отчитаюсь: я голосовал, воевал, но кому от этого толк? Нужна принципиальная позиция Совета Федерации и лично Ваша, уважаемый Владимир Филиппович.
И хотел бы добавить. Наша отечественная промышленность почему-то сегодня молчит, как будто ее это не касается. Без промышленности сельское хозяйство не выживет — это однозначно. Поэтому надо говорить вообще о повороте курса, о чем несколько раз депутат Стародубцев (может быть, резко) говорил. Или мы загоняем деревню в тупик, или делаем разумный поворот. Конечно, назад возврата нет, и об этом надо сегодня сказать, обсуждая программу. Но встает вопрос: можно ли доверять такому Правительству, которое все время обманывает и не выполняет собственные решения? Что же делать?
Первое. Объединить усилия двух комитетов: комитета Госдумы и нашего комитета (они готовы объединиться и работать). Необходимо решить по пунктам, что делать: первое, второе, третье, сегодня, через неделю, в том числе, Борис Ефимович, и по проведению весеннего сева. Мы его, кстати, только начали, есть еще время для работы. 700 тыс. гектаров надо засевать.
Второе. Я не кровожадный человек, но давайте привлечем к ответственности тех, кто не выполнил решения, подписанные Виктором Степановичем Черномырдиным, Владимиром Филипповичем Шумейко и, наконец, Президентом Российской Федерации. Кто виноват? Не надо в тюрьму сажать, но давайте ему скажем всенародно, через газету: ты навредил, ты плохой, уходи с этого поста. Почему у нас никогда нет виновных? При Сталине их было 100 процентов, при нашей власти — нуль. Но так не может быть! Давайте, наконец, официально скажем прессе: "не катите баллон" на районы. Может быть, это грубо, но получается, что во всем виноваты регионы. Считаю, что от этого надо уходить.
Председательствующий. На выступлении настаивают еще четыре человека.
Депутат Кондратенко, пожалуйста.
Уважаемые коллеги! Мы так рьяно ратовали за рынок, что окончательно развалили рынок в стране. Если мы не изменим методику реформ, то больше к рынку никогда не вернемся. Надо было с помощью энергоносителей создавать конкурентную среду внутри страны и только потом регулировать ее налоговой и кредитной политикой.
Я уже говорил о зонах рискованного земледелия: в России их более 70 процентов по всей стране. Они никогда не смогут конкурировать со странами "большой семерки". А на рынке свободное ценообразование диктует "семерка" в свою пользу. Немцовы, крестьяниновы и все остальные должны понять, что мы вне конкуренции. Идет невиданное раскрестьянивание. Такого за всю историю, даже в 1917 году, не было. Неуверенность крестьянина — это раскрестьянивание.
Хочу рассказать вот о чем. Мой сын был фермером. Получил в прошлом году прекрасный урожай подсолнечника. В этом году по моему совету он бросает фермерство, потому что я не вижу другого выхода. Я с ручкой в руках пересчитал все и понял, что на Кубани (это лучшая земледельческая зона страны) невыгодно работать. Мне выгоднее продать подсолнечник, продать технику и решить квартирный вопрос сына, потому что подсолнечник не может конкурировать на рынке. Его нельзя продать с выгодой для себя. В убыток его тоже нельзя производить.
Неужели нам трудно понять, что предлагаемая программа (хотя буду за нее голосовать) не решит проблему? Можно ведь идти другим путем — обложить пошлиной все импортное продовольствие — и сникерсы, и сладкую воду (потому что в ней есть сахар) — и этим поднять наше сельское хозяйство. Но покупатель нам этого не позволит.
Мне стыдно порой слушать, когда люди, не знающие сельского хозяйства, пытаются о нем судить. Им кажется, что это просто, в отличие от инженерных наук. Но жизненные связки в сельском хозяйстве куда сложнее.
Есть другой вариант: поддерживать сельское хозяйство не облагая пошлинами, а при помощи дотаций или списывая убытки фермеров и крестьян. Но какой же это рынок? Надо внутри страны с помощью энергоносителей сформировать рыночное пространство и конкурентную среду, обильно дотируя энергоносители, потому что это стержневая отрасль.
Но если мы в одной отрасли поломаем рынок, то это гибель всего народного хозяйства. Буду голосовать за программу, но хотел бы, чтобы мое мнение было записано в протокол: эта программа не решит самых важных проблем продовольственного сектора экономики. Надо менять методику реформ, иначе на мировом рынке Россию "крокодилы" съедят, она там не сможет конкурировать.
Кто-то скажет: он — коммуняка или консерватор. Ни в коем случае. Это боль за Россию. Я всю жизнь провел возле "продовольственного мешка" России и понимаю, в каком бедственном положении мои братья-крестьяне. Мы уже половину населения по физиологическим нормам прокормить не можем. А если завтра поставки продовольствия нам заблокирует Америка (потому что война в Чечне ей не нравится), все города у нас помрут с голоду? Это в истории России уже было, поэтому давайте нести за свои поступки ответственность. Вот весь пакет документов: устав, список учредителей и так далее. Тогда многое станет ясно.
Председательствующий. Депутат Стародубцев, пожалуйста, Ваше выступление, и будем голосовать.
Уважаемые коллеги! Реформы в сельскохозяйственном производстве проводили физики и лирики, и в результате этих реформ мы пришли к национальной трагедии. За три года сельское хозяйство отброшено на 50 лет назад. Могу доказать это, но не буду отнимать у вас время. Эти так называемые реформы проводятся в интересах Запада, это всем понятно. Но почему некоторым сидящим в этом зале депутатам и еще кому-то нужно погубить свое сельское хозяйство, свое крестьянство, погубить страну в целом? Наверное, они не собираются тут жить, они будут жить на виллах на побережье Средиземного моря, но мы-то останемся. До каких пор это будет продолжаться?
Прошу принять эту куцую программу, хотя знаю, что она не будет выполнена, так как страна разворована, ограблена, уже ничего не осталось.
Председательствующий. Давайте ставить на голосование это предложение.
Настаиваю на выступлении.
Председательствующий. Депутат , пожалуйста.
Действительно, недостатков в проведении экономических реформ много, и мы как нация крайностей, как нация, стоящая между Европой и Азией, постоянно ищем виновных. Должен сказать, что в программах, которые мы постоянно разрабатываем (разрабатывали и до перестройки, и в период перестройки), был один существенный недостаток — мы никогда не доводили начатое дело до конца. Согласен со многими выступающими здесь ораторами, но, может быть, не надо с лишней патетикой и очень резко говорить о том, что кто-то там что-то "разворовал", кто-то живет на Средиземном море и так далее. По крайней мере, по главам администраций я не могу привести такие примеры. Но мне хочется сказать одно. Наверное, действительно ошибки были, их надо признать. Хотелось бы, чтобы эта программа выполнялась без ошибок.
Например. У нас как-то однобоко понимаются реформы в сельском хозяйстве: считается, что это раздел земли, раздел собственности. Согласен, это один из факторов реформы, один из ее моментов. Но, наверное, надо говорить и об интенсивных технологиях в сельском хозяйстве. И здесь без поддержки государства, без поддержки местных администраций селянин, конечно, ничего не сделает, у него никогда не хватит средств для того, чтобы выполнить все эти позиции программы.
Предлагаю спокойно, без патетики, принять программу и контролировать ход ее выполнения, а сейчас сделать протокольную запись о том, что льготные кредиты, выделяемые Центральным банком Российской Федерации, направляются на закупку продовольствия в первую очередь в России, потом в странах СНГ, а затем уже в дальнем зарубежье. Вот тогда мы начнем работать, и тогда у селянина будет интерес к тому, чтобы получить за свой труд достойную плату и достойно рассчитаться со всеми поставщиками промышленной продукции и за энергопоставки.
Председательствующий. Уважаемые коллеги! Давайте сделаем так. Проект постановления у вас имеется, и не надо его менять. Может, поставить его на голосование в целом и принять с протокольной записью, которую предложил депутат Титов...
Депутат Суриков, по мотивам, пожалуйста.
Прошу сейчас сформулировать короткую телеграмму в Правительство о том, что мы просим все-таки выполнить их собственный Протокол от 01.01.01 года.
Председательствующий. Давайте направим телеграмму, напомним, что Протокол не выполнен.
Уважаемые коллеги! Ставится вопрос на голосование.
Владимир Филиппович, прошу сделать еще одну протокольную запись.
Председательствующий. Пожалуйста, депутат Григорьева.
Хотела дополнить предложение депутата Титова: выдавать сельскому хозяйству кредитные централизованные ресурсы под тот процент, под какой выдает их Центральный банк Российской Федерации, минуя Федеральное казначейство, так как под 10 процентов выдает кредиты Центральный банк, а казначейство перепродает их под 130—140 процентов. Поэтому сельское хозяйство у нас убыточно. Предлагаю сделать такую протокольную запись.
Председательствующий. Я бы не стал уточнять. Выступающий сказал: "льготный кредит" — этого достаточно.
Уважаемые коллеги! Кто за то, чтобы принять в целом постановление "О проекте программы стабилизации и развития агропромышленного производства в Российской Федерации на 1996—2000 года", прошу голосовать.
Результаты голосования (17 час. 16 мин.)
За 114 64,0%
Против 2 1,1%
Воздержалось 4 2,2%
Голосовало 120
Не голосовало 58
Решение: принято
Уважаемые коллеги! До перерыва у нас остался нерассмотренным один вопрос. Это — Федеральный закон "Об особом порядке приватизации организаций государственного телевидения и радиовещания в Российской Федерации". Докладывает председатель Комитета Совета Федерации по вопросам экономической реформы, собственности, имущественным отношениям .
Уважаемый председательствующий, уважаемые коллеги! Комитет по вопросам экономической реформы, собственности, имущественным отношениям повторно обсудил принятый к рассмотрению на прошлом заседании Совета Федерации Федеральный закон "Об особом порядке приватизации организаций государственного телевидения и радиовещания в Российской Федерации". В соответствии с Регламентом Совета Федерации комитет решил рекомендовать Совету Федерации отклонить данный закон в целом. Наше решение основано на собственном анализе закона, а также на заключениях, сделанных Правительством Российской Федерации, Правовым управлением Аппарата Совета Федерации, Московской городской Думой, Исследовательским центром частного права. С частью этих документов вы ознакомились на прошлом заседании. Сегодня вам представлены решение Комитета Совета Федерации по вопросам экономической реформы, собственности, имущественным отношениям и заключение этого комитета, а также заключение Правительства Российской Федерации, которое было внесено в Государственную Думу. Надо отметить тот факт, что при наличии такого количества заключений, рекомендующих отклонить закон, отдельные члены нашего комитета все-таки высказывались за его одобрение. Учитывая, что на прошлом заседании Совета Федерации я делал доклад по этому закону, сейчас не хотел бы задерживать долго ваше внимание, просил бы ограничиться моим кратким выступлением и поддержать решение комитета об отклонении закона в целом.
На прошлое заседание Совета Федерации был приглашен разработчик этого закона, депутат Государственной Думы, председатель Комитета по собственности, приватизации и хозяйственной деятельности , но тогда мы ему слово не предоставили. Сегодня мы его приглашали, но, к сожалению, он не пришел. На вопросы я в прошлый раз отвечал. Здесь присутствуют председатель Государственного комитета Российской Федерации по управлению государственным имуществом и руководитель Департамента культуры Аппарата Правительства Российской Федерации . Готов ответить на ваши вопросы.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 |
