История предпринимательства в России (стр. 5 )

Кроме того власти стимулировали развитие кооперации: потребительской, сельскохозяйственной, кредитной, промысловой и др. Для этого снимались ограничения в области заготовки и сбыта продуктов сельского хозяйства, производства кустарных и ремесленных изделий. Деятельность кооперативных объединений финансировалась заново воссозданной сетью кооперативных и коммерческих банков.

Также одной из новых форм хозяйственных отношений стала аренда. В нёё сдавались государственные мелкие и некоторые средние предприятия, производящие преимущественно потребительские товары. Арендодателями выступали ВСНХ и его местные органы (районные и губернские), которые передавали кооперативам, товариществам и частным лицам предприятия с числом работников до 20 человек. На них производилось 3 % всей валовой продукции промышленности. Всего в аренду было сдано 4860 (по другим данным – 6481) предприятия, причём частным лицам – 52,6 %.

Дополнительно советское правительство прибегнуло к практике концессий, когда государство предоставляло иностранным капиталистам предприятия или территорию для разработки её ресурсов и осуществляло контроль за их использованием, не вмешиваясь в хозяйственные и административные дела. Концессии облагались теми же налогами, что и государственные предприятия. Часть полученной прибыли (в виде продукции) отдавалась в качестве уплаты государству, а другая часть могла быть реализована за границей. Всего за период гг. поступило 2400 концессионных предложений, но в действительности было заключено только 178 договоров (7,4 % к числу поступивших предложений). Приоритетной сферой приложения концессионного капитала являлись обрабатывающая промышленность и торговля. В целом доля концессий в общем производстве промышленной продукции была ничтожна – около 0,5 % , и лишь в ряде отраслей добывающей промышленности (свинцово-рудной, марганцевой, меднорудной) была заметна. Концессии и аренда частными лицами государственных предприятий представляли формы государственно-капиталистического уклада в экономике страны.

В некоторой степени в сферу предпринимательства вовлекались госпредприятия. Фабрики и заводы, главным образом лёгкой промышленности, снимались с государственного содержания и переводились на хозяйственный расчёт (самоокупаемость). Это выражалось в том, что предприятия получили самостоятельность в деле заготовки сырья, топлива и реализации готовой продукции. Одновременно однородные предприятия, подчинённые ВСНХ, объединялись в хозяйственные тресты, деятельность которых должна была строиться на строго хозрасчётных принципах, самофинансировании и самоокупаемости. В целях планомерной организации сбыта продукции, обеспечения предприятий сырьём и материалами однородные тресты объединялись в синдикаты. Взаимоотношения между собой они должны были устанавливать строго на договорной основе. Приспосабливаясь к законам рынка, государственная промышленность вынуждена была использовать принцип конкуренции как инструмент для удержания рынка в собственных руках.

Важнейшим мероприятием, знаменовавшим начало новой экономической политики, стало разрешение крестьянам свободно реализовывать излишки сельскохозяйственной продукции, которые оставались у них после уплаты сельхозналога. Это подразумевало развитие местного товарообмена. Но развитие свободного обмена весной 1921 г. вызвало новое оживление «мешочничества», когда в хлебопроизводящие губернии хлынула огромная масса индивидуальных заготовителей. Происходило лихорадочное возобновление хозяйственно-коммерческой деятельности, что стало неожиданностью для советского правительства и оно вынуждено было санкционировать свободу торговли. Поскольку государственная торговля не могла обеспечить рост товарооборота, то частный капитал также был допущен в сферу торгового и денежного обращения. С разрешением частной торговли страна превратилась в гигантский базар. Оживилась как городская, так и деревенская торговля. Торговцы, подобно остальным мелким производителям, должны были выкупать патенты и уплачивать прогрессивный налог. К середине 1920-х годов развёртывается стационарная торговля – создаётся широкая сеть магазинов, занимающихся розничной торговлей, где главной фигурой был частник. Порой частники фактически монополизировали торговлю определённым ассортиментом товаров. Например, в торговом обороте Москвы в руках частников находилось 96 % всей торговли, 90 % – хлебофуражом, 96 % – кожевенно-резиновыми изделиями, 93 % – химическими и москательными товарами, 96 % – металлическими изделиями.

Пришлось, в качестве альтернативы частнику, развивать государственную и кооперативную торговлю, для чего государство выделяло необходимые товарные фонды и денежные средства. Введение хозрасчёта на основе самоокупаемости сделало тресты самостоятельными субъектами оборота. Тем самым было положено начало государственной торговле, что способствовало расширению торговой сети и товарооборота. Правда, на первых порах тресты и синдикаты поддались чрезмерному увлечению чисто торговой деятельностью, что привело к участию в их операциях большого числа частных посредников. Усилению частного торгового посредничества способствовали также известная неразборчивость трестов в выборе клиентуры и слабость сбытового аппарата трестов и синдикатов. Это провоцировало рост спекуляции, особенно, на так называемых, «чёрных биржах». Стали появляться акционерные общества (всего было зарегистрировано до 90 объединений), которые представляли собой объединения преимущественно государственного или смешанного капитала. Но уже в 1923 г. было запрещено частное посредничество в сделках между госорганами. Тем самым было положено начало размежеванию двух рыночных секторов – обобществлённого и частного.

В условиях многоукладной экономики имущественный оборот по своей структуре состоял из: государственного планового оборота (где преобладали методы централизованного регулирования), государственного товарного оборота (где взаимоотношения между госпредприятиями строились на договорной основе), частного товарно-потребительского (мелкие товаропроизводители и потребители), частного капиталистического оборота. В оптовой торговле преобладали государственные и кооперативные предприятия. Проходили торговые выставки, формировалась система госторгов (ГУМ, Мосторг), государственных и смешанных торговых обществ («Хлебопродукт», «Кожсырьё» и т. д.).

Снова стали работать ярмарки, число которых в гг. достигло более 600. Наиболее крупными являлись Нижегородская, Киевская, Бакинская, Ирбитская ярмарки. С 1921 г. стали возрождаться, упразднённые в период «военного коммунизма», биржи как пункты обращения товаров массового характера и заключения оптовых сделок.

Большую роль на рынке играла потребкооперация, которая была отделена от Наркомата продовольствия и превратилась в широко разветвлённую сеть, охватывающую всю страну.

Таким образом, во внутренней торговле участвовали государственные, кооперативные и частные предприятия. Они дополняли друг друга, а конкуренция, возникавшая между ними, ещё более стимулировала рост товарооборота. К 1924 г. сочетание свободного рынка с системой основных государственных монополий уже достаточно хорошо обслуживало хозяйственные связи в экономике.

В целом, предоставление возможностей для реализации предпринимательской активности в рамках нэпа дало положительные результаты. Было восстановлено несколько тысяч мелких предприятий, что способствовало развитию рынка товаров и укреплению экономических связей между городом и деревней; были созданы дополнительные рабочие места, арендная плата увеличивала материально-финансовые ресурсы государства, отчасти был удовлетворён спрос населения в предметах повседневной необходимости. Однако за весь период проведения новой экономической политики рынка в традиционном его понимании не существовало, поскольку отсутствовала свобода конкуренции. Денационализировалась и передавалась в частные руки только незначительная часть хозяйственных объектов. «Командные высоты», как тогда выражались, остались в руках государства, т. е. решающие отрасли хозяйства: крупная промышленность, прежде всего тяжёлая, земля, банки, транспорт, внешняя торговля. Хотя численно вырос слой мелких и средних предпринимателей-нэпманов: владельцев торговых заведений, мастерских, булочных, кафе, ресторанов, но «новые капиталисты» были полностью лишены политических прав, находились под жёстким налоговым прессом. Как только ситуация в экономике несколько выправилась, власти взяли курс на свёртывание НЭПа и частного предпринимательства. Уже с конца 1924 г. сдача госпредприятий в аренду стала сокращаться и полностью прекращена была в 1928 г. Точно также, несмотря на принятие СНК СССР в 1928 г. специального постановления об активизации концессионной политики, уже в 1930 г. было ликвидировано 20 концессий, а к 1933 г. все концессии, кроме японских на Дальнем Востоке прекратили существование. В 1937 г. исчезли последние концессии, а вместе с ними был упразднён Главконцеском. Параллельно шёл процесс неуклонного вытеснения из торговли частного капитала, особенно когда XII съезд ВКП(б) (1923 г.) взял курс на замену частного капитала кооперацией. На частников обрушиваются репрессии, выражавшиеся в арестах, конфискации имущества, высылке в отдалённые регионы страны. Тем самым к исходу 1920-х годов почти повсеместно самостоятельное предпринимательство было уничтожено.

Курс на форсированную индустриализацию, взятый в конце 1920 - начале 1930-х годов, привёл к нарушению эквивалентности обмена между промышленностью и сельским хозяйством, между отраслями промышленности тяжёлой и лёгкой. Кроме того, согласно Постановлению ЦК ВКП(б) от 5 декабря 1929 г. тресты потеряли хозрасчётную самостоятельность, хотя формально входившие в тресты предприятия должны были функционировать на принципах хозрасчёта. Но в новых условиях он сводился лишь к учёту себестоимости продукции и стимулированию её снижения. Сами предприятия не имели собственных оборотных средств, не участвовали в распределении прибыли, которая почти полностью изымалась в государственный бюджет и уж из него в централизованном порядке перераспределялась между хозяйствующими субъектами. В результате прибыль перестала быть стимулом производства. Предприятия были теперь заинтересованы прежде всего в получении бюджетных ассигнований, которые могли превышать прибыль. Помимо этого в управлении производством и экономикой возобладал административно-командный принцип, что привело к сокращению договорных отношений между предприятиями. Таким образом возникало особого рода государственное предпринимательство, при котором не действовали рыночные отношения и механизмы, т. е. существовал псевдорынок. Что касается индивидуального предпринимательства, то оно официально допускалось в узком секторе мелкого кустарно-ремесленного производства и частично в сфере услуг. Эта деятельность подвергалась мощному ограничению, в первую очередь – с помощью налоговых рычагов и отсечения частников от источников сырья, транспорта, сбыта и т. д. Численность кустарей на протяжении 1930-первой половины 1960-х годов была примерно на уровне 150 тыс. человек. В середине 1930-х гг. сняли запреты с базарной торговли и расширены возможности для ведения приусадебного хозяйства колхозников. Но, с другой стороны, над головой предпринимателей-индивидуалов постоянно висел дамоклов меч уголовной репрессии. Основная часть традиционных форм мелкого предпринимательства клеймилась как спекуляция и трактовалась как уголовное преступление или административное правонарушение, поскольку в таком ключе можно было квалифицировать почти любую частнопредпринимательскую деятельность.

Во время Великой Отечественной войны в 1944 г., поскольку распределительная карточная система далеко не в полной мере удовлетворяла потребности трудящихся и для получения дополнительных денежных средств от населения на военные расходы, был введён режим «особой торговли». Возникли, так называемые, коммерческие магазины где продукты питания и массового спроса продавались по завышенным ценам. На промышленных предприятиях для снабжения рабочих продовольствием создавались хозрасчётные подсобные хозяйства.

В послевоенное время рост товарных фондов, отмена карточной системы, денежная реформа 1947 г. и снижение цен на товары массового потребления способствовали резкому увеличению объёма товарооборота. В середине 1960-х гг. была предпринята хозяйственная реформа, призванная заново возродить принципы хозрасчёта. Цены и платежи из прибыли перестраивали так, чтобы рентабельность отражала результаты работы предприятия, чтобы служить основой для стимулирования и развития производства. Но реформа проводилась некомплексно, непоследовательно, была слишком растянута во времени, не подкреплена соответствующими изменениями в планировании и материально-техническом снабжении. Продолжал сохраняться административный диктат в управлении, показателем чего служит Указ ВС СССР «О строгой дисциплинарной, материальной и уголовной ответственности должностных лиц за невыполнение планов и заданий по поставкам продукции в другие экономические районы», принятый в конце 1950-х гг. С принятием в 1962 г. Программы строительства коммунизма в СССР началась новая волна гонений на легально действующих индивидуальных предпринимателей, в результате чего их число к 1973 г. сократилось до 10 тыс. человек. Только в середине 1970-х гг. произошла некоторая «реабилитация» индивидуальной деятельности в личном подсобном хозяйстве, что было закреплено в ст. 17 Конституции СССР 1977 г. К концу 1980-х гг. в финансовых органах было зарегистрировано около 6,5 тыс. граждан, занимающихся кустарно-ремесленными промыслами, 3,5 частнопрактикующих лиц, около 150 тыс. человек, сдающих в наём помещения.

Перекосы в экономике, отсутствие подлинно рыночных механизмов привели к тому, что не были известны реальные запросы потребителей, постоянно возникал дефицит тех или иных товаров. Всё это порождало теневую экономику, основанную на нелегальном (скрытом) предпринимательстве. Питательной средой для таких явлений служили несбалансированность спроса и предложения, т. е. колоссальный дефицит в предоставлении товаров и услуг населению. Главным образом индивидуальная либо артельная предпринимательская деятельность проявлялась в занятиях извозом, осуществлении строительно-ремонтных работ, ремонте легковых автомобилей, бытовой техники, телерадиоаппаратуры, оказании бытовых или медицинских услуг, нелицензированном изготовлении и продаже товаров, сдаче в наём жилья, репетиторстве, самогоноварении т. д. При этом большая часть произведённых нелегальным предпринимательством товаров или услуг объективно была востребованной и полезной обществом. Согласно прикидкам известного экономиста Н. Шмелёва 83 % населения СССР регулярно приобретало товары и услуги на теневом рынке, а около 40 % жилья построено было бригадами левых рабочих-«шабашников».

К началу 1990-х гг. оборот теневого предпринимательства специалисты оценивали в 50-55 миллиардов рублей, а число участников - в 30-40 миллионов человек. Специфичным было то, что в советских условиях частным предпринимателем являлся человек, который в большинстве случаев не превращал нелегальную экономическую деятельность в основной источник дохода. Обычно, он параллельно был работником или служащим на государственных предприятиях, организациях, учреждениях.

Теневая экономика часто оказывалась тесно связанной с криминалитетом, экономической преступностью. Прежде всего это проявлялось в спекуляции дефицитом, особенно в розничной торговле. Развитие спекуляции провоцировалось политикой твёрдых цен в условиях товарного дефицита и роста покупательной способности населения. Те, кто занимался спекуляцией, должны были внимательно изучать и отслеживать торговую конъюнктуру, чтобы иметь возможность вызвать ажиотаж - повышенный спрос потребителей на какие-либо товары, взвинтить цены на «чёрном рынке» и на этом получить доходы, многократно превышающие затраты. Нередко спекуляция сопровождалась хищениями в торговле и на предприятиях, так как теневые дельцы часто паразитировали на государстве, которое выступало их своеобразным снабженцем. Например, водителям государственных автомашин бензин и прочее горючее отпускали по талонам бесплатно, а частным автовладельцам реализовывали за деньги. Поэтому водители государственного автотранспорта всячески экономили и крали бензин для дальнейшей перепродажи.

В 1970-х и особенно в 1980-х годах теневое предпринимательство вышло на более высокий уровень. В это время происходил интенсивный рост организованной экономической преступности. Ранее одиночные подпольные цехи и мастерские стали объединяться в своеобразные «сети», включающие в свой состав подпольных организаторов, менеджеров-управленцев, снабженцев, охрану, транспортников. Также происходило сращивание «теневиков» с коррумпированной партийно-советской номенклатурой и правоохранительными органами. Часто нелегальные цехи создавались или нелегальная продукция выпускалась на базе государственных предприятий, что сопровождалось кражей сырья, материалов, незаконным использованием оборудования и рабочего времени.

Государство всячески пыталось бороться с нелегальной предпринимательской деятельностью. Для этого использовалось уголовное наказание за спекуляцию, а в 1961 г. даже ввели смертную казнь за хищения госимущества в особо крупных размерах. Эксперты полагают, что в послевоенный период в СССР не менее 8 тысяч человек были казнены за нелегальную предпринимательскую деятельность.

Возрождение нормального предпринимательства в нашей стране началось со времён «перестройки». С принятием Закона «О кооперации» (1986 г.) и Закона «Об индивидуальной трудовой деятельности» (1988 г.) произошла легализация частной предпринимательской деятельности.

Закон «О государственном предприятии» (1987 г.) был нацелен на ломку излишне централизованной отраслевой системы управления. Была расширена хозяйственная самостоятельность предприятий за счёт введения хозрасчёта, возможности самостоятельно формировать производственные и сбытовые планы, определять штаты работников и размеры зарплаты. Произведённую сверх госзаказа продукцию можно было реализовывать по своему усмотрению и свободно распоряжаться остатком прибыли. Кроме того, трудовые коллективы могли выбирать директоров предприятий. В дальнейшем законы «О предприятиях в СССР» (1990 г.), «О собственности в СССР» (1990 г. «Об общих началах предпринимательства граждан в СССР» (1991 г.) признали правомочными помимо государственной также собственность граждан, коллективную и смешанные формы, а в качестве хозяйствующих субъектов следующие виды предприятий: индивидуальные, кооперативные, акционерные и иные хозяйственные общества или товарищества, принадлежащие общественным или региональным организациям. Закон РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности» (1990 г.) разрешил гражданам заниматься предпринимательством, а также устанавливал организационно-правовые формы предприятий, соответствующие характеру рыночных отношений. Законы РСФСР «О земельной реформе» и «О крестьянском (фермерском) хозяйстве» (1990 г.) устанавливали частную собственность на землю для ведения личного подсобного и крестьянского хозяйства. Тем самым возникали предпосылки для свободного предпринимательства, осуществляемого на принципе экономической выгоды. Государство, таким образом, разрешило открыто заниматься частнопредпринимательской деятельностью, с которой дотоле бескомпромиссно боролось на протяжении семидесяти с лишним лет, безжалостно стремясь вытравить не только из реальной жизни, но даже из сознания людей. Быстрыми темпами стали появляться индивидуальные частные предприятия, различного рода кооперативы, частные магазины, кафе, рестораны. Активно создавались акционерные общества, смешанные предприятия, коммерческие банки и т. п. К маю 1991 г. в Государственном реестре было зарегистрировано 700 акционерных обществ и обществ с ограниченной ответственностью, а число частных коммерческих банков в конце того же года превысило 1300. Тогда же опять стали появляться товарные и фондовые биржи.

Но расширяя легальные социально-правовой гарантии для предпринимательства, власти стремились чётко описать пределы ее роста, дабы гарантировать общество от капиталистической трансформации. Законодательство того периода содержало следующие ограничения: 1) допускались лишь строго определенные виды индивидуальной трудовой деятельности, числом около 30; 2) ограничивался срок, на который выдавался патент на занятие индивидуально-правовой деятельностью; 3) категорически запрещалось использовать наёмный труд.

Кроме того, в мае 1986 г. было принято Постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР «О мерах по усилению борьбы с нетрудовыми доходами». Оно гласило, что «самовольное использование в корыстных целях транспортных средств, нарушение порядка занятия кустарно-ремесленными промыслами и другой индивидуальной трудовой деятельностью», а также «кормление скота хлебом» влечет за собой наказание от денежного штрафа до пяти лет лишения свободы с конфискацией имущества. При претворении этого постановления в жизнь нередкими были случаи ущемления прав и произвола по отношению к мелким предпринимателям, особенно со стороны местных властей. В некоторых регионах милиция тракторами сносила теплицы, уничтожала ранние посевы с овощами на личных огородах, урезала садовые участки. Был также запрещен перевоз продуктов из одного региона в другой, что резко негативно отразилось на существовавшем в стране колхозном рынке.

Но серьёзных изменений в экономике и не произошло, поскольку отсутствовала подлинно рыночная инфраструктура. Трудовые коллективы, получив больше прав влиять на хозяйственную политику предприятия, выступали против сокращения рабочих мест и одновременно ратовали за увеличение заработной платы. Экономический кризис подхлёстывался тем, что произошло сокращение производства дешёвого ассортимента товаров народного потребления, но вырос выпуск дорогой продукции. Руководство страны не решилось пойти на закрытие нерентабельных предприятий, которые составляли почти 55 % от общего числа хозяйствующих субъектов.

Только после краха Советского Союза в конце 1991 г., новой России начались радикальные экономические реформы, происходила трансформация всей хозяйственной системы, что создавало принципиально новую ситуацию для развития предпринимательства на совершенно иной базе.

ГЛАВА 3. ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИЕ ОРГАНИЗАЦИИ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЕЙ В РОССИИ

В любом обществе, структурированном на более-менее обособленные страты, очень часто те или иные социальные группы самоорганизуются для того, чтобы отстаивать свои корпоративные интересы перед лицом остального социума и государственной власти. В этом плане предприниматели не представляют собой исключения.

Еще в Древней Руси существовали купеческие самоуправляемые объединения – «братчины», в которые входили крупные торговцы в зависимости от географической направленности торговли или от рода продаваемого товара. Братчины создавались для преодоления опасностей при перевозке товаров, обеспечения торговых монополий, концентрации капиталов для совместной деятельности.

Однако не следует забывать, что характерной чертой российского исторического процесса была исключительная роль государственной власти и правительственных структур в развитии различных сторон жизни российского общества. В период образования централизованного государства и становления самодержавной монархии в XV-XVI вв. общественная жизнь купечества проходила под контролем со стороны властей. Именно власти регулируют численность и состав купеческих объединений. Само причисление к высшим привилегированным корпоративным организациям – «сотням» – происходит на основании царского пожалования. Создание земского выборного самоуправления в середине XVI в. также имело целью прежде всего соблюдение фискального интереса. В этих условия предпринимательские объединения не выступали самостоятельной общественно-политической силой. К тому же в силу неоднородности социального состава вовлеченных в предпринимательскую деятельность субъектов, антагонизма между верхами и низами городского посада верхушка купечества вынуждена была искать покровительства со стороны правительства. Свои интересы она могла отстаивать не посредством нажима и требований, предъявляемых властям, а путем подачи челобитных и верноподданнических адресов.

Такая же ситуация сохранялась во все время существования в России абсолютной монархии: с XVII по середину XIX столетия. Несмотря на определенную поддержку правительством отечественного предпринимательства, предприниматели были полностью отрешены от самостоятельной политической жизни.

Завершившийся в пореформенный период к концу 1880-х гг. промышленный переворот превратил предпринимателей во влиятельную социальную силу. Но, обладая значительной экономической мощью и влиянием, предпринимательские круги по-прежнему были отстранены от власти политической. В данных обстоятельствах буржуазию никак не могло удовлетворить сохранение ее сословного неравноправия с дворянством. Она стремилась полностью ликвидировать сословные ограничения, получить доступ к высшим постам в государственном аппарате, чтобы, овладев рычагами управления, добиваться устранения всех препятствий для развития торговли и промышленности, влиять на изменение законодательства в свою пользу.

Однако на исходе XIX в. буржуазия не имела возможности создавать легальные политические организации для отстаивания своих интересов, поскольку самодержавие преследовало любые покушения на свои властные прерогативы. Тем не менее, понимая значимость сотрудничества с предпринимательскими кругами, считаясь с их ролью в экономике и обществе, правительство с 1860-х гг. вынуждено было допускать появление разного рода общественных и квазиобщественных организаций предпринимателей. Таковыми являлись: Вольное Экономическое общество, Общество для содействия развития русской промышленности и торговли (создано в 1867 г.), Русское техническое общество, биржевые комитеты, купеческие управы. Особенность их деятельности заключалась в том, что они вынуждены были принимать на себя функции представительства интересов предпринимательской среды, что изначально не было свойственно данным институтам. С 1870 г. время от времени стали собираться региональные и отраслевые Торгово-промышленные съезды, а в 1872 г., взамен Мануфактурного и Коммерческого советов, был образован Совет торговли и мануфактур, в состав которого входили представители правящих кругов, крупные промышленники и торговцы. Перечисленные организации рассматривали преимущественно узкопрактичные вопросы повседневной хозяйственной жизни, принимали ходатайства и прошения, обращенные к властям. Организационная слабость таких представительных учреждений, разнородность и узость их состава, отсутствие средств для реализации принятых решений не обеспечивали реального влияния на выработку общегосударственных экономических решений.

События первой русской революции существенно политизировали и активизировали деятельность буржуазии. Уже в феврале 1905 г. Московским биржевым комитетом был подготовлен адрес, в котором говорилось о желательности привлечения представителей предпринимательских кругов «к работе в области государственной деятельности». В 1906 г. состоялся Всероссийский съезд представителей промышленности и торговли. На нем были сформированы постоянно действующие органы – Совет и Комитет съезда. Эти органы должны были координировать усилия буржуазии по выработке единой линии поведения в новых социально-политических условиях. В дальнейшем съезды проводились систематически и стали важным средством воздействия на экономическую политику царского правительства с целью получения выгодного для буржуазии решения вопросов, связанных с развитием промышленности и торговли. Впрочем, общероссийскому политическому объединению буржуазии препятствовали разногласия между различными ее группами относительно конкретных задач и способов действий.

Проведение выборов в I Государственную думу обусловило возникновение политических партий, в том числе тех, куда входили предприниматели. Наиболее заметными партиями крупной и средней буржуазии являлись Прогрессивная экономическая, Умеренно-прогрессивная, Торгово-промышленная, Всероссийский торгово-промышленный союз, партия правового порядка.

Первой, в декабре 1905, образовалась прогрессивно-экономическая партия, ядро которой составила группа петербургских фабрикантов. Но эта партия просуществовала недолго – только до лета 1906 г. – и не оказала существенного влияния на ход политических событий.

Умеренно-прогрессивная партия в своей программе заявляла о «неприкосновенности верховной власти государя», но при этом ратовала об установлении ответственности министров перед Государственной думой, выступала за развитие местного самоуправления. В области экономической прогрессисты говорили о необходимости устранения произвола административной власти, признавали свободу создания профсоюзов, право рабочих на «мирные» стачки, но были против введения 8-часового рабочего дня, поскольку полагали, это приведет к ослаблению российской промышленности перед лицом иностранной конкуренции.

Всероссийский торгово-промышленный союз конечной целью считал установление конституционной монархии с кабинетом министров, опирающимся на большинство Госдумы, т. е. за образец брал английскую парламентскую модель. Задачей союза провозглашалось «экономическое содружество торгово-промышленных классов, представительство этого содружества во всех общественных организациях, Государственной думе и правительственных учреждениях». Другими требованиями были совершенствование законодательства о предпринимательстве, сокращение гипертрофированной, по мнению лидеров союза, казенной промышленности, осуществление антимонопольной политики.

Союз 17 октября выступал за сохранение сильного унитарного государства, установление наследственной конституционной монархии в сочетании с народным представительством, основанном на общем избирательном праве, за создание повсеместно бессословных земских органов самоуправления на местах, установление нормальных политических свобод. Далее октябристы требовали гарантированной свободы предпринимательства, отмены правительственного надзора за деятельностью и развитием промышленности. В рабочем вопросе эта партия стояла на позициях классового сотрудничества, что выражалось в признании необходимости создания системы социального обеспечения и страхования, права рабочих на регулируемые законом забастовки. Союз 17 октября опирался на верхушку промышленно-торговой буржуазии и был достаточно влиятелен. Но он не имел стройной партийной структуры и в конечном итоге эволюционировал в сугубо парламентскую партию.

Партия правопорядка представляла правое консервативное крыло буржуазии. Основной идеей, высказываемой партией правопорядка, было обеспечение сильной государственной власти при введении равноправия всех граждан России.

Не чисто буржуазной, но одной из наиболее массовых партий, в рядах которой было немало предпринимателей, являлась конституционно-демократическая партия народной свободы. В ее программе выдвигались требования перейти к конституционной монархии, обеспечить реальные политические свободы, осуществить широкие социальные реформы, отменить все ограничения личных и имущественных прав, ликвидировать сословные привилегии и пр.

Поскольку полномочия Государственной думы были сильно ограничены, ни одной из политических партий не удалось добиться сколько-нибудь существенных результатов.

С началом I Мировой войны буржуазия попыталась усилить свое влияние на политическую и экономическую жизнь страны. Поскольку нормальная деятельность политических партий в военное время была основательно затруднена, предприниматели попытались использовать земства и органы городского самоуправления. В 1914 г. состоялись съезды представителей земств и городов, создавшие Всероссийский земский союз и Всероссийский городской союз. В 1915 г. они объединились и создали Главный комитет Всероссийского земского и городского союза (Земгор). Первоначально деятельность Земгора сосредоточилась на организации госпиталей, заботе об инвалидах войны, производстве медикаментов. Позднее он стал заниматься снабжением фронта продовольствием и снаряжением. Через Земгор буржуазия добивалась повышения своей роли.

Еще более действенным инструментом расширения значения и влияния предпринимателей на разные стороны жизни стали военно-промышленные комитеты (ВПК). Решение об их создании было принято в мае 1915 г. на Всероссийском съезде представителей промышленности и торговли. В постановлении съезда говорилось о необходимости «организовать всю неиспользованную мощь русской промышленности для удовлетворения нужд обороны государства». ВПК должны были привлекать к своей деятельности научно-технические силы, представителей управлений железных дорог, союза земств и городов и т. д. В августе 1915 г. было принято Положение о них, в котором отмечалось, что главная цель ВПК – содействие правительственным учреждениям в деле снабжения армии и флота снаряжением и продовольствием. Во главе организации находился Центральный военно-промышленный комитет, его руководящий состав образовывался выборными представителями от съездов промышленности и торговли. Помимо Центрального было создано 78 областных и местных военно-промышленных комитетов. ВПК стали достаточно влиятельными организациями буржуазии. Через них осуществлялось распределение казенных военных заказов и подрядов между частными промышленными предприятиями.

Другим институтом, через который шло сближение правительства и буржуазии, были Особые совещания. Создаваться они стали в августе 1915 г. для обсуждения и объединения усилий государственных органов и бизнеса по проведению различных мероприятий по обороне страны, обеспечению топливом транспорта, налаживанию устойчивой работы предприятий и учреждений, работающих на военные нужды. В состав Особых совещаний входили представители министерств, Государственного совета и Думы, Земгора, Центрального промышленного комитета. Особые совещания имели право осуществлять надзор за казенными и частнопредпринимательскими заводами, фабриками, распределять госзаказы, контролировать их выполнение.

Возникновение военно-промышленных комитетов и Особых совещаний свидетельствовало об объективном процессе формирования государственно-монополистического капитализма. Но вплоть до Февральской и Октябрьской революций 1917 г. русская буржуазия так и не смогла создать эффективные общественно-политические организации, которые бы осуществляли по-настоящему представительские функции и защиту интересов всех слоев предпринимателей, то, что в западноевропейских странах выполняли промышленно-торговые палаты. Ничего подобного в России так и не появилось.

С ликвидацией свободного предпринимательства в Советской России и социальной группы предпринимателей, необходимость иметь собственные представительные учреждения отпала сама собой. Лишь с развалом СССР, проведением рыночных экономических реформ, появлением нового класса предпринимателей они начинают формировать свои корпоративные организации.

ГЛАВА 4. ИСТОРИЯ ДЕНЕЖНОГО ОБРАЩЕНИЯ И СТАНОВЛЕНИЕ ФИНАНСОВОЙ СИСТЕМЫ РОССИИ

Существование и развитие денежно-финансовой системы неразрывно связано с уровнем социально-экономического развития и политической жизнью общества. На каждом этапе своего существования денежное обращение довольно точно отражает состояние производительных сил, товарного производства, внутренней и внешней торговли. Как таковые, деньги появляются в ходе эволюции процессов обмена на исходе первобытнообщинной стадии истории человечества. Основные выполняемые деньгами функции следующие: общая мера ценности, средство обращения, платежное средство, средство накопления (сокровище), мировые деньги.

На самом раннем этапе экономической истории Древней Руси мерилом ценности был скот (главным образом крупный рогатый). Позже функции денег стали выполнять меха пушных зверей: куниц, белок, соболей, что отразилось в их названии (куна, веверица, векша). Использовались как целые шкуры, так и их кусочки. Основными монетными знаками выступали беличьи шкурки, связанные по 18 штук, скреплённые свинцовой пломбой и княжеским знаком. Преимущественно они использовались в меновой внутренней торговле. По мере активизации и расширения международной торговли Киевской Руси меховые деньги потеснила металлическая звонкая монета, главным образом арабского происхождения. Одна связка мехов приравнивалась к серебряному дирхему. В северных и северо-восточных русских землях в обращении находились западноевропейские динарии. При великом князе Киевском Владимире Святославиче была предпринята попытка изготовления собственной золотой и серебряной монеты – златника и сребреника. Но она практически не участвовала в платежах, поскольку своих драгоценных металлов на Руси тогда не добывали. Основной задачей данной акции была политическая, пропагандистская – продемонстрировать государственный суверенитет и могущество державы.