Издан ряд постановлений Правительства России, которые укрепили материальную базу прокуратуры, улучшили социально-правовую защищенность прокурорских работников.
При всех сложностях с финансированием мы сумели увеличить штатную численность прокурорских работников, а самое главное — сохранить костяк добросовестных, профессионально подготовленных прокуроров и следователей.
Одновременно вместе с вами — руководителями субъектов Федерации — пришлось в некоторых регионах заменить безвольных и неинициативных руководителей прокуратур, провести ряд структурных преобразований прокурорской системы.
Словом, сегодня удалось убедить общество и законодателя в необходимости сильной централизованной прокуратуры, доказать, что она всегда была и остается одной из основных опор государственной власти, целостности страны, важным механизмом реализации правовой политики. Теперь не стоит вопрос о ее судьбе. Отныне дискуссия идет в другом русле: а все ли делает прокуратура, оправдывает ли она общественные ожидания? Отвечу честно: конечно, не все. У нас много недостатков. О них вы, безусловно, знаете.
Но с полным основанием я могу заявить и о том, что эти три с лишним года прокуратура была одной из наиболее устойчиво работающих правоохранительных структур, наращивающих каждый год основные показатели своей деятельности.
Основным в нашей работе стала борьба с преступностью. К началу 1996 года ситуация в этой сфере была очень непростой. Как по своим масштабам, так и по уровню разрушающего влияния преступность формировалась в силу, реально угрожающую национальной безопасности и социально-экономическому развитию государства.
Что мы здесь сделали? Прежде всего наладили координацию, обеспечили согласованность действий правоохранительных органов. Могу вам доложить, что, несмотря на частую, к сожалению, сменяемость руководителей органов правоохраны, как в центре, так и на местах практически по всем вопросам правоприменения создан нормальный механизм взаимодействия.
В условиях все такой же сложной криминальной обстановки (а она, как вы понимаете, иной просто быть не может из-за кризисного состояния общества, социально-экономической сферы, многих других причин) противодействие преступным проявлениям со стороны правоохранительных органов стало более результативным. Органам прокуратуры и правоохранительной системе в целом пусть не до конца, но все же удается преодолевать проявляемые ранее растерянность и беспомощность в раскрытии и расследовании опасных преступлений.
Прежде всего, конечно, умышленных убийств. Если три года назад в России ежегодно оставались нераскрытыми 8,5 тысячи таких преступлений, то сейчас эта цифра уменьшилась до 6 тысяч. Раскрываемость убийств достигла почти 80, а в целом ряде регионов — 85 процентов. Каждый год мы направляем в суды по 22 тысячи уголовных дел только об убийствах.
Впервые все три года отмечается позитивная динамика в раскрытии так называемых убийств прошлых лет. Совместными усилиями прокуратуры, других органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, нам удавалось, что называется, поднимать ежегодно до тысячи дел об убийствах, ранее считавшихся безнадежными. Таких показателей система не знала последние 10 лет.
Есть подвижки и по делам об убийствах по найму, или, как их привыкли называть, по заказным убийствам. В 1995 году их было раскрыто всего 60, в 1997 году — 132, а в 1998 году (и здесь вчерашний "Коммерсант" абсолютно прав) — уже 152 преступления. Но вынужден разочаровать ироничных журналистов: эти преступления не какая-то тривиальная "бытовуха" (как они пытались представить). Банкиров, депутатов, других должностных лиц (в том числе и известных журналистов) родственники и полупьяные соседи не "заказывают".
А среди раскрытых заказных убийств очень много действительно громких дел. Это убийства в Екатеринбурге ученого с мировым именем, генерального директора ОКБ "Новатор" Смирнова; заместителя Министра внутренних дел Удмуртской Республики Перевощикова; депутатов Государственной Думы Скорочкина и Айздердзиса; председателя Федерации хоккея России Сыча (дело находится в суде); генерального директора футбольного клуба "Спартак" Нечаевой; редактора газеты "Советская Калмыкия сегодня" Юдиной; взрывы на Котляковском кладбище в Москве, в столице Дагестана Махачкале (дело пошло в суд); террористические акты в Пятигорске (виновные уже осуждены) и Армавире, а также ряд других преступлений, потрясших наше общество.
Скажу прямо: далеко не все удается, в том числе и по делам, которые мне постоянно ставят в вину. Где-то не хватает умения, настойчивости, профессионализма. Наряду с этим приходится считаться и с тем, что не все преступления могут быть раскрыты в принципе (к сожалению, об этом журналисты забывают). Возьмите примеры из мирового опыта — дело об убийстве Президента США Джона Кеннеди, дело об убийстве Премьер-министра Швеции Улофа Пальме и другие.
Вместе с тем я отнюдь не собираюсь, что называется, открещиваться от известных всем дел — по ним сделано и делается очень много. Пользуясь возможностью, я еще раз хочу сказать (предупреждая возможные вопросы), что ни по одному из них перспектива раскрытия не утрачена. Более того, по делу Холодова уже арестованы шесть человек, по делам об убийствах Листьева и Меня (с момента убийства которого прошло уже более восьми лет) мы продолжаем напряженнейшую работу и не теряем надежды на то, что установим и исполнителей, и заказчиков.
Я об этом никогда не говорил раньше — всегда принимал удар на себя: во многом успех по громким делам зависит от профессионализма оперативно-розыскных служб, с них есть за что спросить при трезвом и спокойном разбирательстве.
Нам удалось изменить подходы к практике применения уголовной ответственности за бандитизм. Посудите сами, в 1993—1994 годах, когда рэкет и бандитизм были распространены не менее, чем сейчас, в суд уходили единицы дел. В 1993 году, например, восемь дел по всей России. Эти преступления старались квалифицировать по другим статьям Уголовного кодекса, предусматривающим ответственность за менее опасные преступления. Теперь каждый год в суды уходит по три-четыре сотни уголовных дел. А за каждым таким делом стоят десятки (случается до 40) убийств и других тяжких преступлений.
С учетом того что преступность, особенно в ее организованных формах, все более принимает транснациональный характер, предпринято немало усилий к тому, чтобы наладить международное сотрудничество с правоохранительными органами других государств и международными организациями.
На сегодня восстановлен Координационный совет генеральных прокуроров стран СНГ, который очень активно работает. Подготовлена для подписания концепция взаимодействия государств — участников СНГ в борьбе с преступностью.
На примере расследования известных вам дел мы убедились, что сейчас практически по каждому из них не обойтись без международной правовой помощи. Кстати, одна из причин длительных сроков следствия по этим делам состоит в том, что наши коллеги из зарубежных стран очень медленно выполняют следственные поручения. Преступники и преступные организации скрывают доходы от незаконной деятельности по всему миру, они научились пользоваться различиями уголовно-правовых систем, бюрократическими подходами, стремлением к суверенности и во многих случаях неумением государств работать сообща над преодолением трудностей.
Поэтому с прокуратурами многих стран нами заключены соглашения о сотрудничестве. Они создали добротные предпосылки для повседневного решения задач уголовного преследования, экстрадиции, репатриации (от лат. принадлежащей России валюты.
С коллегами — генеральными прокурорами США и стран Европы, прежде всего таких, как Швейцария, Германия, Италия, Франция, Швеция, Финляндия, Греция и Кипр, установлены хорошие личные контакты, которые тоже помогают в текущей работе. Например, недавно после личной беседы, в которой было объяснено, для чего Дрямов нам нужен, греки передали в Россию этого субъекта. И таким же образом отдадут Мирошника и других.
Не менее важным, чем борьба с преступностью, было для нас обеспечение законности в экономике, пресечение экономических правонарушений и коррупции.
Становление рыночных отношений (и это вы знаете лучше меня), к сожалению, длительное время не сопровождалось адекватными законодательными, организационно-управленческими и контрольными мерами. В результате внешнеэкономическая деятельность, рынок ценных бумаг, бюджетная, кредитная, банковская и другие сферы оказались предельно криминализированными, государству и его гражданам причинен трудно поддающийся подсчету ущерб.
Поэтому мы поставили перед собой задачу: все, что в ходе приватизации сделано с нарушением, вопреки закону, должно быть исправлено. За три года прокуратурой в суды направлено 211 тысяч заявлений об истребовании государственного имущества из незаконного владения, о признании сделок и правовых актов недействительными. По ним возмещено 24 млрд. (деноминированных) рублей. Вместе с суммами, которые возмещены в ходе расследования уголовных дел, государству возвращено ценностей и имущества на 35,5 млрд. рублей. Но здесь еще непочатый край работы.
Вы, конечно, знаете положение дел в угольной отрасли. Когда там по-настоящему стали заниматься, возбудили более полутысячи уголовных дел. Многие из них сейчас находятся в судах. Но сколько у нас таких криминализированных отраслей?
Поэтому в планах прокуратуры совместно с другими праоохранительными органами разобраться подобным образом с ситуацией по всем основным отраслям и предприятиям. Сейчас, как известно, идет отработка морских портов.
Понимая значение наведения правовыми средствами порядка в экономике, несмотря на отсутствие необходимых кадровых и иных ресурсов, мы тем не менее посчитали принципиальным вернуться к деятельности организаторов и исполнителей "финансовых пирамид". Как говорится, и в назидание другим, и для уголовно-правовой защиты потерпевших граждан.
Могу вам, уважаемые сенаторы, доложить, что практически по всем "финансовым пирамидам" либо ведется расследование, либо оно уже завершено. Это и "МММ", и "Хопер-инвест", и "Властилина" (дело находится в суде, по нему только свидетелями пришлось допросить около 5 тысяч человек), и "Русский Дом Селенга", и "Чара", и другие скандально прославившиеся финансовые компании. Жертвами этих компаний стали миллионы российских граждан.
Хотя вопрос очень непростой. Вы, вероятно, обратили внимание, что при входе в здание Совета Федерации стояли пикетчики. Эти пикетчики представляют не что иное, как структуру, которая называется "Система взаимных добровольных пожертвований". По сути, это вторая "финансовая пирамида", созданная братом Мавроди, которая никаких ресурсов не производит и ничем, кроме мошеннических действий, не занимается. Сам организатор "пирамиды" тоже находится в розыске. И сотни обманутых людей пошли в том числе на активные действия.
Прокуратурой разработан и получил реальную поддержку Правительства России (кстати, первого за последние годы) блок общегосударственных мер противодействия экономической преступности. Он включает систему средств выявления, пресечения и реагирования на экономические правонарушения, установления государственного контроля за законностью банковских, кредитных и финансовых операций.
Отдельно выделены предложения по репатриации осевших за границей российских капиталов. При наличии соответствующей воли предложенные меры, как нам представляется, могут существенно способствовать преодолению валютного дефицита.
Особая тема — пресечение коррупции. Не скажу, что здесь нам удалось многое. Скальпель уголовного закона пока не успевает отсекать ткани государственного аппарата, пораженные метастазами мздоимства и другими злоупотреблениями по службе. Тем не менее под следствием, а часть уже под судом, находится довольно большая группа крупных чиновников федерального и регионального уровня. Вы их фамилии знаете, я не буду перечислять. Прошу отметить только одно: сейчас ими уже никого не удивишь, но три-четыре года назад привлечение к ответственности чиновника такого уровня считалось большой редкостью.
Не так давно по моему поручению возбуждены несколько перспективных уголовных дел о злоупотреблениях в Центральном банке России, о нарушениях при заключении кредитных соглашений со швейцарской фирмой "НОГА", о злоупотреблениях в авиакомпании "Аэрофлот" и ряд других. (Замечу попутно, что поводом для некоторых из них послужили материалы средств массовой информации.)
Мы создали межведомственные следственно-оперативные группы по расследованию фактов коррупции среди должностных лиц на федеральном уровне и уровне субъектов Российской Федерации. Их деятельность уже стала давать результаты.
Естественно, что одним правоохранительным органам проблему коррупции не решить. Потому в целях противодействия ее разным проявлениям мы с коллегами по правоохранительному цеху еще два года назад предложили для рассмотрения проект соответствующей федеральной программы. Программа давала бы возможность поставить заслон для проникновения на "хлебные" места алчущим власти и денег, содержала формы и механизмы контроля за деятельностью чиновников, давала рычаги воздействия правоохранительным и контролирующим органам.
К сожалению, "пробить" эту программу не удалось, она осталась без рассмотрения. Такая же участь постигла и подготовленный по нашей инициативе всеми правоохранительными органами проект указа Президента России "О дополнительных мерах по усилению борьбы с коррупцией".
Теперь об отставке. Эта тема вызвала немало вопросов, в том числе и в средствах массовой информации. Хотел бы назвать обстоятельства, которые реально подвигли меня на столь серьезный и ответственный шаг.
Главная причина — за последнее время вокруг меня и в какой-то мере вокруг прокуратуры в целом сложилась явно нездоровая обстановка, создающая препятствия для нормальной работы.
Я почти физически ощущал, что активность правоохранительных органов для некоторых как кость в горле, что мы, как говорится, наступили им на любимую мозоль. Особенно когда речь пошла о фактах незаконной приватизации и акционирования предприятий, противоправной деятельности банковской системы, управления экономикой, о злоупотреблениях чиновников очень высокого ранга. К моему большому сожалению, определенным силам искусно удалось вбить клин между Президентом и Генеральным прокурором.
Вы вправе спросить: что это за силы?
Прежде всего это влиятельные лица, отметившиеся в сомнительных операциях на рынке ГКО. Эпопея с Центральным банком разворачивается на ваших глазах. Что только не "навешивается" на прокуратуру: и некомпетентность, и предвзятость. Даже обвинения в разглашении банковской тайны, поскольку мы изъяли электронную базу данных о сделках на рынках ГКО — ОФЗ.
А как же нас не обвинять, если в этой базе данных — лица, имевшие по службе прямое отношение к рынку ценных бумаг и систематически через дилеров осуществлявшие сделки с ГКО для извлечения личной прибыли? Среди них несколько депутатов Государственной Думы, два бывших вице-премьера Правительства, бывшие и действующие министры и их заместители, отдельные руководители Центрального банка и другие важные персоны. Уж они-то постарались создать вокруг прокуратуры и меня, Генерального прокурора, невыносимую обстановку, позаботились о том, чтобы довести до Президента нужное им мнение обо мне.
Большую лепту в процесс отставки внесли и известные вам олигархи, имеющие свой интерес в уголовных делах, связанных с коррупцией в высших эшелонах власти. Среди таких дел — дела по авиакомпании "Аэрофлот", акционерному обществу "АвтоВАЗ", частному охранному предприятию "Атолл" и другие. Эти люди, как выясняется в ходе расследования, по меньшей мере почти за месяц знали о моем предстоящем уходе.
И это, замечу, далеко не полный перечень лиц, заинтересованных в моем уходе.
В тот же период прекратились регулярные до этого личные контакты с Президентом. Может быть, я был не прав, может быть, ошибался, но у меня сложилось впечатление, что я утратил поддержку Президента.
В принципе я признателен и благодарен Борису Николаевичу. Начиная с моего назначения он оказывал большую и эффективную помощь в работе. Но так было до определенного момента.
Параллельно стали усиленно муссироваться слухи о моей неминуемой отставке, началась грязная возня: появились заказные статьи в прессе, целенаправленный вброс известных вам данных в Интернет (кстати, мы нашли, кто это сделал, и еще используем меры уголовно-правовой защиты), прямые угрозы по расследуемым конкретным уголовным делам. Договорились даже до того, что недостатки в работе Генеральной прокуратуры по борьбе с политическим экстремизмом стали одной из причин болезни Президента.
Вся эта возня, утверждение о моей скорой отставке нагнетали вокруг меня и, самое главное, вокруг Генеральной прокуратуры и без того напряженную и нервозную обстановку.
И, наконец, в ход были пущены сведения о моей личной жизни, добытые, по сути, преступным путем, для того, чтобы, что называется, "дожать клиента".
Направляя свое заявление Президенту России, я надеялся этим актом привлечь внимание главы государства к тому, что происходит вокруг меня и прокуратуры, выяснить в личной беседе те претензии, которые, возможно, накопились ко мне, в общем, прояснить ситуацию, найти, наконец, у Президента поддержку. Однако Президент не счел возможным встретиться со мной.
Уважаемые члены Совета Федерации! Мы с вами служим Российскому государству. Люди еще верят, что мы делаем это искренне и профессионально. Пользуясь возможностью, хочу от всего сердца поблагодарить вас за совместную работу для нашего Отечества, за помощь и понимание.
Со многими из вас я имел возможность общаться лично, мы вместе решали вопросы совершенствования деятельности прокуратур субъектов Российской Федерации.
Я всегда был уверен, что вам небезразлична судьба закона в нашей стране. Кстати, и прошлым голосованием по обсуждаемому сегодня вопросу вы показали, что вам далеко не все равно, будет ли жить наша страна по закону или по "понятиям", которые нам рекомендует Исполнительный секретарь СНГ.
Я и моя работа — перед вами. Подчинюсь любому вашему решению.
Председательствующий. Есть вопросы? Коллега Платов, пожалуйста.
, губернатор Тверской области.
! Скажите, пожалуйста, откровенно: если сегодня Совет Федерации не поддержит Вашу отставку, проголосует против нее, Вы готовы возобновить работу?
Я уже говорил, что подчинюсь решению Совета Федерации. Правда, есть одно обстоятельство, о котором я хотел бы прямо сказать. Естественно, здесь понадобятся усилия Совета Федерации и, возможно, другие силы для того, чтобы прояснить отношение Президента к этому вопросу. Ведь истинного отношения Президента я пока не знаю, личная беседа не состоялась. Знает ли он обо всех обстоятельствах, мотивах моей отставки или имеет только то заявление, которое при известных условиях я написал?
Председательствующий. Ваш вопрос, коллега Стародубцев.
, губернатор — глава исполнительного органа государственной власти Тульской области.
! Я — один из тех, кто три с половиной года назад активно поддерживал Вашу кандидатуру на пост Генерального прокурора Российской Федерации. За это время Вами многое сделано, хотя, как Вы отметили, и недостатки есть. Из Вашего доклада каждому ясно: преступный мир России борется, чтобы любыми путями отправить в отставку Генерального прокурора.
Генеральный прокурор — один из столпов государственной власти России. Так легко расправляются нечистые на руку, люди с нечистой совестью, которым Вы мешаете окончательно разворовывать Россию и ставить ее на колени... Считаю, Вам нужно твердо заявить, что будете Генеральным прокурором Российской Федерации и продолжите борьбу с теми, кто окончательно хочет добить Россию.
Хочется услышать о Вашем твердом желании работать. Думаю, многие из нас Вас поддержат.
Председательствующий. Вопрос коллеги Сурикова.
! Я благодарен Вам за открытое и мужественное выступление. Мы сегодня будем рассматривать заявление временной комиссии, и хочется, чтобы мы не сделали ошибки, потому что предельно ясно, между кем идет борьба.
Господин Гайдар — участник рынка ГКО (6 млрд. рублей), комиссия по рынку ценных бумаг этим занимается. Господин Кох — тоже крупнейший участник рынка ГКО, господин Алексашенко, первый заместитель Председателя Центрального банка, — также крупнейший участник рынка ГКО. Это люди, владеющие всеми секретами рынка ГКО. Конечно, людям, нажившим состояние полузаконным или полукриминальным путем, все это не нравится. Надо разбираться.
Поэтому я очень благодарен Генеральному прокурору и считаю, что мы должны его поддержать и обратиться с такой же просьбой к Президенту Российской Федерации.
Председательствующий. Коллега Виноградов, пожалуйста.
, глава администрации Владимирской области.
Уважаемые члены Совета Федерации! Полагаю, мы абсолютно правильно поступили на прошлом заседании Совета Федерации, когда приняли решение рассматривать вопрос в присутствии Генерального прокурора Российской Федерации.
Председательствующий. Если вопросов больше нет, может быть, отпустим Юрия Ильича с трибуны?
, губернатор Магаданской области.
У меня вопрос, Егор Семенович.
Председательствующий. После коллеги Виноградова зададите вопрос.
Юрий Ильич, должен сказать, что за последние годы мы действительно ощутили изменения в работе Генеральной прокуратуры, причем, что очень приятно, делалось все без ажиотажа, без нагнетания напряженности, а в рабочем, нормальном порядке. И когда рассматривается вопрос об отставке Генерального прокурора Российской Федерации, на мой взгляд, должен восторжествовать закон, и именно высший закон — конституционный.
Поскольку последнее слово за Советом Федерации, вношу предложение не принимать отставку Генерального прокурора и обратиться к Президенту с просьбой пересмотреть свою позицию по этому вопросу.
Надо дать возможность работникам правоохранительных органов нормально работать в рамках закона и наводить порядок в стране, потому что мы часто встречаемся с такими ситуациями: как только уровень разбирательства поднимается выше якобы допускаемых пределов, так все заканчивается, дела сворачиваются. А в последнем случае получается так, что и отставка Генерального прокурора намечается.
Поэтому прошу членов Совета Федерации поддержать это предложение.
Председательствующий. Коллега Цветков, пожалуйста.
Юрий Ильич, пользуясь Вашим присутствием на трибуне, хочу задать вопрос, который для нашей области является принципиальным.
Обязан ли прокурор области являться на совещания к губернатору? Или он может направлять вместо себя своих заместителей? Наш прокурор за последние полгода вообще не является на совещания.
Об этой проблеме мы знаем. Нам тоже кажется, что она требует решения.
Председательствующий. Садитесь, пожалуйста, Юрий Ильич.
Коллеге Штыгашеву слово.
, председатель Верховного Совета Республики Хакасия.
Я вообще-то хотел задать вопрос Генеральному прокурору...
Наша временная комиссия по событиям 17 августа сделала главный вывод: совершено тягчайшее преступление против государства и общества. Это еще не судебная инстанция, но вынесение такого вердикта комиссией говорит уже о многом.
Гражданин, подозреваемый в хищении мешка зерна (из-за того, что его дети питались комбикормом), сидит три года без следствия, без суда, пока не умрет от туберкулеза. Лица, занимавшие высшие государственные посты, подозреваемые в расхищении национального богатства, учат нас ежедневно с экранов телевизоров, как надо жить, как надо убрать Правительство, которое с большим трудом сформировано обществом. И никаких решений не принимается.
Готов ли Генеральный прокурор довести это дело до конца? Если мы опять будем поручать все комиссиям... Мы знаем, что с 1988 года в Советском Союзе, в Российской Федерации любое дело, которое надо было похоронить, поручалось комиссиям. И ни одно дело комиссией не было доведено до конца.
Поэтому параллельно с работой для комиссии, конечно, есть работа и для Генерального прокурора, Генеральной прокуратуры. Это тот орган, который действительно может сегодня провести квалифицированную проверку. И в конце концов дело должно быть доведено до суда.
Предлагаю все-таки отказать в отставке Юрию Ильичу Скуратову, поскольку это тот человек, который сегодня и укрепляет правопорядок в нашей стране, и укрепляет саму прокуратуру, и является одним из гарантов законности в нашем государстве. Предлагаю проголосовать против его отставки.
Председательствующий. Коллега Сергеенков, пожалуйста.
Из зала. Давайте голосовать.
Председательствующий. Пусть желающие выскажутся. Прошу Вас, Владимир Нилович.
, губернатор Кировской области.
Я знаю Юрия Ильича как твердого, последовательного работника. Он очень часто оказывал помощь Кировской области.
Меня волнует одно обстоятельство: то, о чем доложил Генеральный прокурор, — метод борьбы с ним, а следовательно, с правосудием в целом. Если мы сегодня согласимся с теми силами, которые ведут атаку на здоровые силы общества, мы практически дадим дорогу криминалитету, узаконим его.
Поэтому нам надо основательно подумать, прежде чем соглашаться на отставку Генерального прокурора. Это мое мнение.
Председательствующий. Юрий Михайлович Лужков, пожалуйста.
, мэр, премьер правительства Москвы.
Я буду голосовать против отставки Генерального прокурора. И меня интересует вопрос, который я хотел задать Генеральному прокурору: насколько свободным было написание им этого заявления? Не было ли проявлений шантажа перед тем, как он решился на этот шаг? Но, к сожалению, он не стоит уже на трибуне.
Председательствующий. Он здесь.
Этот вопрос очень важен для того, чтобы и в будущем мы (в том числе и все сидящие в этом зале) имели иммунитет против того, чтобы нас побуждали принимать какие-то решения, используя элементы шантажа. Это первое.
Второе. Сегодня, уважаемые коллеги, мы будем голосовать даже скорее не за отставку или против отставки Генерального прокурора, а будем голосовать за то, что мы поддерживаем в стране: продолжение криминала или все-таки законность, которая реализуется (пусть не без ошибок и недостатков) усилиями Генерального прокурора и Генеральной прокуратуры. Здесь, мне кажется, не может быть каких-то полярных суждений в отношении первого. И в этом смысле я совершенно осознанно и уверенно буду голосовать за то, чтобы не давать отставки Генеральному прокурору.
Председательствующий. Коллеге Платонову слово.
, заместитель Председателя Совета Федерации.
Уважаемые коллеги! Со всей ответственностью могу сказать, что нет более конфликтной должности, чем прокурор: он конфликтует и с преступниками, и со многими должностными лицами, и с теми людьми, которые могут совершить преступление.
Проработав более двух лет в качестве председателя Комитета по конституционному законодательству и судебно-правовым вопросам и общаясь с Юрием Ильичом Скуратовым, я с уверенностью констатирую, что он очень много сделал для Генеральной прокуратуры и для улучшения работы прокуратуры в целом. И его заявление было для меня во многом неожиданным.
Выслушав выступление Генерального прокурора, я могу проголосовать только против того предложения, которое было внесено Президентом. Если большинство коллег согласятся и не одобрят предложение Президента, то, считаю, от палаты нужно подготовить какое-то обращение к Президенту, где будет высказано предложение встретиться и обсудить эту проблему. У Совета Федерации есть огромнейший опыт взаимоотношений, связанных с назначением генеральных прокуроров: уже были случаи, когда палата не давала согласие и человека не назначали. И это хорошо, что мы каждый раз рассматриваем индивидуально кандидата и ту должность, на которую он назначается или от которой освобождается.
Председательствующий. Пожалуйста, коллега Аяцков.
, губернатор, председатель правительства Саратовской области.
Уважаемые коллеги! Давайте вспомним историю: в этом зале разрешалась ситуация Казанник — Ильюшенко, и чем все это закончилось? Ни в коем случае я не хочу, чтобы в такой же ситуации оказался Юрий Ильич Скуратов. Если он написал заявление с просьбой освободить его по состоянию здоровья, чтобы привлечь наше внимание, — это одна позиция. Если сегодня с трибуны Совета Федерации он скажет: я отзываю свое заявление, я здоров, готов выполнять свои обязанности в качестве Генерального прокурора... (Шум в зале.) Я внимательно слушал всех, прошу не перебивать. Мы не должны выступать в роли козлов отпущения. Завтра может наступить иная ситуация, и Юрий Ильич Скуратов, как ранее Казанник, откажется (многие сидящие здесь это помнят). Он скажет: "Извините, я не могу исполнять обязанности Генерального прокурора, я на самом деле болею!" И окажется в той же больнице, где многие сегодня прячутся.
Юрий Ильич, выйдите еще раз на трибуну и скажите о том, что я, мол, это заявление написал потому-то и потому-то, что я здоров и готов исполнять свои обязанности и что завтра меня никто не сломает, если я заручусь вашей поддержкой — чтобы здесь не было игры (мы же не пацаны). Давайте вести разговор откровенно, и здесь не надо спешить нажимать кнопки, чтобы не оказаться в патовой ситуации: защититься Советом Федерации и тем самым противопоставить Президента Совету Федерации. (Оживление в зале.) Ведь за руку никто никого не водил. Прошу четко ответить на мой вопрос, тогда мы будем иметь право нажать на ту или иную кнопку и обратиться к Президенту.
Из зала. Давайте голосовать.
Председательствующий. Коллега Шабанов, Вам слово.
Думаю, мы зря торопимся. Проголосовать успеем. За последние годы мы столько насмотрелись на всякого рода беззакония, включая незаконный разгон Советов — органов власти, что при обсуждении такого вопроса требуется еще и еще раз все взвесить. И все это было при молчаливом попустительстве в том числе органов прокуратуры. Поэтому, когда мы обсуждаем это, скажу откровенно, у меня возникает единственный вопрос. Юрий Ильич давал клятву. И сегодня, как я себе представляю (и соответственно проголосую), требуется вторая клятва — что этот человек ни при каких обстоятельствах не дрогнет. Он допустил слабость по состоянию здоровья, и хорошо, что мы в прошлый раз решили подлечить и пригласить сюда Юрия Ильича. И сегодня он выглядел здоровым на трибуне. Поэтому требуется заявление Юрия Ильича, что ни при каких обстоятельствах Генеральный прокурор не дрогнет. Нас с утра до вечера вновь попугивают роспуском, закрытием и так далее. В этой ситуации Генеральный прокурор и органы прокуратуры на местах должны, подчеркиваю, стать гарантом. Я хотел бы послушать заявление Юрия Ильича на этот счет.
Председательствующий. Коллега Тулеев, пожалуйста.
, уважаемые коллеги! У меня очень сложные отношения с Юрием Ильичом Скуратовым, Генеральным прокурором Российской Федерации. Но я буду голосовать против его отставки.
Единственное, что меня смущает. Смотрите, Егор Семенович, у нас ведь ни один генеральный прокурор по-человечески со своего поста не ушел за время нашей работы в Совете Федерации. Ни один! Надо, чтобы в конце концов прокуратура была вне политики. И правильно сказал Юрий Михайлович Лужков. Он же четко определил сейчас, за что мы будем голосовать. Мы будем голосовать или за победу коррупции, или за победу законности в Российской Федерации. И, конечно, самих себя обманывать в этом вопросе не следует.
Но есть у меня еще одно существенное замечание. В конце-то концов у нас в России что, полицейское государство? Если полицейское, надо объявить всем россиянам, что за каждым подсматривают, фотографируют, заглядывают в замочную скважину, прослушивают и так далее. Но это ведь уже омерзительно — пользоваться такими грязными, незаконными методами. Если это делает верхушка, если это делается здесь, что же тогда будет происходить внизу?
Согласен с Председателем Правительства, что без пересмотра незаконных сделок, особенно по приватизации, невозможно снять социальную напряженность в Российской Федерации. Поэтому опытный Генеральный прокурор, такой, как Юрий Ильич Скуратов, полностью владеющий обстановкой и знающий историю громких дел, должен оставаться на своем посту.
Вместе с тем, учитывая, что решение кадровых вопросов по Генеральной прокуратуре — прерогатива нашей палаты, прошу уважаемых коллег установить строгую периодичность отчетов Генерального прокурора перед членами Совета Федерации.
Еще раз призываю голосовать против отставки Генерального прокурора.
Председательствующий. Будем обсуждать дальше?
Из зала. Надо голосовать.
Председательствующий. Кто за то, чтобы прекратить обсуждение вопроса? Прошу голосовать.
Результаты голосования (11 час. 31 мин.)
За 143 97,9%
Против 3 2,1%
Воздержалось 0 0,0%
Голосовало 146
Не голосовало 30
Решение: принято
Слово — Сергею Семеновичу Собянину. Мнение комитета о порядке голосования.
, председатель Комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и судебно-правовым вопросам.
Уважаемые коллеги! В соответствии со статьей 195 нашего Регламента освобождение Генерального прокурора должно проводиться тайным голосованием. Предлагаем провести тайное голосование с использованием электронной системы голосования. (Шум в зале.)
Председательствующий. Кто за это предложение? Это соответствует закону, Конституции, Регламенту.
Из зала. Голосовать надо обязательно.
Председательствующий. Да, голосовать надо обязательно.
Результаты голосования (11 час. 32 мин.)
За 128 91,4%
Против 9 6,4%
Воздержалось 3 2,1%
Голосовало 140
Не голосовало 36
Решение: принято
Прошу комиссию по регламенту разъяснить еще раз порядок голосования по вопросу о Генеральном прокуроре.
Из зала. В соответствии с Регламентом проводится тайное голосование.
Председательствующий. Какое — бюллетенями или электронными карточками — решает палата. Мы приняли это решение.
Есть еще вопросы? Пожалуйста, коллега Любимов.
, глава администрации Рязанской области.
Уважаемые коллеги! Не раз я и мои коллеги говорили о том, что к электронной системе голосования надо относиться очень внимательно. У нас были факты... Я говорил о том, что мне не дали распечатку голосования, ограничились тем, что есть общая распечатка. Думаю, комиссия по регламенту должна обеспечить внесение поправок в наш Регламент.
А сегодня предлагаю провести голосование бюллетенями. У меня нет доверия к электронной системе тайного голосования. (Шум в зале.)
Председательствующий. Уже проголосовали.
Коллега Шабанов, пожалуйста.
Прошу меня извинить, Егор Семенович, но, может быть, не был услышан мой вопрос. Юрий Ильич не хочет хотя бы два-три слова сказать перед голосованием?
Вик., председатель Тульской областной Думы.
! Поскольку возник вопрос о том, что тайное голосование может проводиться или с использованием электронной системы, или бюллетенями, прошу поставить его на голосование.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 |
