Аграрный сектор Новосибирской области в середине 1950-х – первой половине 1970-х гг (стр. 8 )

Таблица 26

Наличие предметов культурно-бытового назначения на 100 семей
в сельской местности Новосибирской области на 1 января 1976 г.

Товары	Совхозы	Колхозы
Радиоприёмники	63	65
Телевизоры	93	75
Магнитофоны	31	3
Электропроигрыватели	13	3
Холодильники	91	33
Стиральные машины	92	96
Пылесосы	27	8
Фотоаппараты	24	8
Швейные машинки	74	74
Мотоциклы	10	38
Велосипеды	16	51

*ГАНО. Ф. П-4. Оп. 85. Д. 124. Л. 20.

Годы брежневской эпохи следует считать одним из лучших периодов в материальной обеспеченности жизни населения за всю историю России. В особо выгодной ситуации оказалось советское крестьянство, которое впервые за долгое время получило относительно спокойную и сытую жизнь[173]. Из данных таблицы 26 видно, что сельское население области в рассматриваемый период имело возможность приобретать холодильники, телевизоры, стиральные машинки
и т. д.Однако, в отличие от западного варианта, в нашей стране революция массового потребления выражалась в меньшей доле индивидуального транспорта, в чрезмерной централизации снабжения водой, газом, электроэнергией, теплом, в преобладании общественного транспорта. В социальном плане особенности революции массового потребления выразились в слабости среднего класса (что существует и на сегодняшний день), только 11–15% которого соответствовало западным критериям. Другой особенностью этих процессов был дефицит вследствие нарушения рыночных механизмов регулирования экономики. Рост доходов опережал прирост предметов потребления при отсутствии должного ценового регулирования. Скрытая инфляция проявлялась в дефиците, что в свою очередь порождало коррупцию и нарушения социальной справедливости в различных формах.

Нельзя также не обратить внимание на распространение грамотности и рост образовательного уровня сельского населения, внедрение городской культуры и городских стандартов, изменение образа жизни колхозников и рабочих совхозов, т. е. на процессы культурной трансформации.

Неустроенность быта приводила к усилению миграции. Проблемой было и то, что значительные материально-денежные и людские ресурсы на создание объектов социальной инфраструктуры на селе распылялись по предприятиям и организациям разных ведомств. Зачастую, каждое из них строило для себя клубы, магазины, школы и детские сады. В результате, средств затрачивалось немало, и строились объекты очень долго. Поскольку развитие социальной инфраструктуры тесно привязано к экономике конкретной территории, материальные и финансовые ресурсы на эти цели следовало бы выделять местным органам. Предоставление им большей самостоятельности, переход на региональный хозрасчёт позволил бы быстрее и эффективнее решать социальные вопросы села, чем при традиционном многоведомственном управлении. Приоритетное значение продовольственной проблемы в условиях сокращения ресурсов естественной базы формирования рабочей силы в сельской местности требовало качественно новой и более продуманной политики распределения трудовых ресурсов между сельским хозяйством и другими отраслями экономики.

В 1960-е – 1970-е гг. административно-бюрократическая система жизнеобеспечения населения ввиду своей неповоротливости не могла отреагировать на новые тенденции социального развития и удовлетворить потребности селян. И торговое и культурно-бытовое обслуживание в данный период оставались одними из самых отсталых в технико-технологическом отношении отраслей. Интересы торговли и покупателя так и не были состыкованы. В сельской местности Новосибирской области данные особенности и проблемы функционирования советской системы жизнеобеспечения граждан проявлялись довольно рельефно. В развитии сельской торговой сети не учитывалась специфика расселения населения, транспортно-экономические связи, климат, что приводило к нарастанию диспропорций в развитии торгового и бытового обслуживания граждан. Без создания многовариантной, эффективно действующей системы жизнеобеспечения населения, учитывающей природно-климатические особенности, комплексное освоение региона было затруднено. Необходимость выравнивания социально-культурной среды города и села, соответствующей требованиям роста профессионального и культурного уровня граждан и являющейся одной из обязательных предпосылок формирования высококвалифицированных кадров, главным источником общественного и трудового энтузиазма, не была в полной мере учтена и реализована в рассматриваемый период советскими, хозяйственными и партийными органами.

Тем не менее, в 1960-е – 1970-е гг. в социально-экономической жизни селян произошли фундаментальные и необратимые изменения. Формирование в сельской местности характерной для города социальной инфраструктуры, ликвидация мелких деревень, уменьшение производственного потенциала ЛПХ и доли доходов от него в семейном бюджете жителей села, с одной стороны, и расширение сети совхозов, сокращение численности и фактическое огосударствление колхозов, индустриализация сельхозпроизводства, с другой стороны, завершали процесс раскрестьянивания деревни и превращения сельских тружеников в государственных наёмных сельскохозяйственных рабочих.

заключение

В ходе хрущёвских аграрных преобразований произошёл демонтаж сталинской модели аграрного строя, которая базировалась на внеэкономическом принуждении к труду бесправных крестьян-колхозников и из-за низкой производительности их труда не удовлетворяла потребности государства в продовольствии и сырье, не позволяла решать важнейшие внешне - и внутриполитические задачи. В середине 1950-х гг. верховное руководство страны попыталось сформировать экономически обоснованную систему хозяйственных отношений государства с колхозами, предполагавшую эквивалентный обмен, денежную форму взаиморасчётов и материальную заинтересованность в труде. Ослабление налогово-податного прессинга на деревню, повышение заготовительных и закупочных цен на колхозную продукцию и осуществление других мер, направленных на укрепление сельской экономики, привели к росту доходности сельхозпредприятий и их работников, повысили качество жизни селян. В урожайные годы в Новосибирской области доходы колхозов и заработок колхозников от труда в общественном хозяйстве, увеличившись относительно уровня 1953 г. в 2–3 раза, существенно превосходили общероссийские показатели. Эти достижения во многом обусловливались распашкой в регионе сотен тысяч гектаров целинных и залежных земель. Проводимое по инициативе ёва и с государственной помощью освоение новых земельных массивов в восточных районах страны должно было обеспечить немедленное и не затратное решение обострившейся зерновой проблемы и гарантировать благоприятные условия для осуществления долгосрочной хозяйственной политики, в т. ч. интенсификацию сельхозпроизводства. В середине 1950-х гг. благодаря распашке целины и залежи в Казахстане, на Урале и в Сибири государство быстро получило огромное количество дешёвого хлеба. В целом первое пятилетие после сентябрьского (1953 г.) пленума ЦК КПСС – наиболее успешный и результативный период аграрной политики ёва.

Тем не менее, потенциал произошедших в эти годы перемен оказался ограниченным. Уровень оплаты труда в колхозах значительно увеличился, но всё равно был недостаточным для создания у их работников необходимой мотивации к труду, что в условиях упразднения репрессивных механизмов способствовало партикуляризации общественного хозяйства, сдерживавшей его развитие. Для того чтобы сформировать у селян заинтересованность в расширении колхозного и совхозного производства верховная власть должна была иметь большой запас времени, значительные финансовые ресурсы и, самое главное, волю для отказа от доктринальных установок. Однако у неё не было ни первого, ни второго, ни третьего, в связи с чем чисто экономические вопросы по-прежнему решались административными методами. Повсеместно происходило укрупнение, централизация и огосударствление хозяйственных структур. В Новосибирской области, как и в Сибири, эти процессы протекали быстрее и имели большие масштабы, чем в стране в целом.

Вклад целинной кампании в укрепление хозяйственного потенциала страны оказался высоким, но всё же не таким существенным, как ожидалось и как официально о нём сообщалось. Из-за неразвитости инфраструктуры зернового производства в районах освоения новых земель и бесхозяйственного отношения к сбору, транспортировке, хранению и обработке урожая качество поступавшего государству зерна было крайне низким, в связи с чем перебои в снабжении горожан хлебной продукцией сохранялись. В середине 1950-х гг. Новосибирская область, располагавшая значительными запасами хлеба, из-за наличия большого количества некондиционного зерна не могла полностью удовлетворить возросшие потребности городских жителей в разнообразных хлебопродуктах. Невысокими оставались темпы развития животноводства
. Попытки существенно ускорить их с помощью широкого использования в кормопроизводстве кукурузы оказались малоуспешными, т. к. эта культура внедрялась повсеместно без учёта местных особенностей и в условиях недостатка специальных технологических средств.

На рубеже 1950-х – 1960-х гг. по причине усиления в агарной политике ёва административно-командных начал не был полностью реализован позитивный потенциал реорганизации МТС и реформы системы заготовок и ценообразования, с которыми связывалось расширение самостоятельности сельхозпредприятий и повышение материальной заинтересованности их работников в труде. Роль этих факторов в развитии сельского хозяйства стала преуменьшаться, зато особо подчёркивались колоссальные и безграничные производственные возможности колхозно-совхозной системы, которые, по мнению ёва, должны были способствовать увеличению объёмов производства животноводческой продукции в СССР до уровня США. Для расширения участия селян в работе «социалистических» хозяйств правительство административным путём добивалось снижения доходности ЛПХ.

Нерешённость вопросов материального стимулирования и рост бюрократической регламентации деятельности сельхозпредприятий тормозили развитие сельского хозяйства. В начале 1960-х гг. колхозно-совхозный сектор не удовлетворял потребности страны в продукции животноводства. Ситуация со снабжением мясомолочными продуктами горожан усугублялась спадом производства в ЛПХ. Из-за истощения целинного плодородия, во многом обусловленного игнорированием основ почвозащитной агротехники, вновь обострился зерновой дефицит. Продовольственные трудности заставили ёва обратить внимание на материальные стимулы к труду. В 1963–1964 гг. под его руководством была разработана программа интенсификации сельхозпроизводства, в сельском хозяйстве планировалось развивать специализацию и межхозяйственную кооперацию.

После отстранения ёва от власти принятые в 1963–1964 гг. решения стали реализовываться, а многие предшествующие им нововведения политико-идеологического плана, в первую очередь в системе партийно-государственного руководства сельским хозяйством были отменены. Но начавшееся в период правления ёва преобразование колхозов в совхозы, в рамках которого реализовывались доктринальные убеждения о преимуществах крупных хозяйственных структур над мелкими, признавалось целесообразной мерой и было продолжено, хотя его масштабы оказались не таким значительными, как прежде. В Новосибирской области во второй половине 1960-х – первой половине 1970-х гг. совхозизация деревни шла медленнее, чем в предшествующие годы и по темпам отставала от показателей Западной Сибири. Перевод колхозов в совхозы в этот в период мотивировался не столько экономической слабостью первых, сколько потребностями специализации и концентрации производства, упорядочения землепользования, благоустройства сельских населенных пунктов, а также желанием руководства для удобства управления иметь в подчинении одинаковые по типу хозяйства. Кроме того, сложные экономические условия для развития колхозов порождали стремление через смену хозяйственных форм получить дополнительное государственное финансирование.

В 1960-е – 1970-е гг. организационно-производственной основой аграрного строя страны стали крупные государственные сельхозпредприятия, в которые были превращены и колхозы, фактически мало чем отличавшиеся от совхозов. Наиболее показательными свидетельствами превращения колхозов в совхозы стали введение гарантированной оплаты труда колхозников и распространение на них государственной системы пенсионного обеспечения.

Осуществление решений по сельскому хозяйству, принятых в рамках реализации установок мартовского (1965 г.) пленума ЦК КПСС, способствовала существенному укреплению экономики колхозов и совхозов, многие из которых стали высокорентабельными сельхозпредприятиями. В 1967 г. аграрный сектор экономики Новосибирской области впервые в своей истории получило прибыль в 100 млн руб. Улучшению финансово-экономического положения хозяйств во второй половине 1960-х гг. способствовало увеличение капиталовложений в аграрный сектор, расширение масштабов производственной кооперации между ними и специализации. Результативными стимулирующими мерами стали перевод совхозов на хозрасчёт, введение отраслевой системы организации труда. Политика государства в сельском хозяйстве учитывала такие современные тенденции его развития, как возрастание концентрации капитала, интегрирование отраслей в единый агропромышленный комплекс, интенсивный способ сельхозпроизводства. Правда, политика интенсификации определялась как комплекс мер по химизации, механизации и мелиорации сельского хозяйства и не принимала во внимание такие важные факторы, как соблюдение экологического равновесия, использование биотехнологий и др.

Однако прогрессивный заряд аграрной политики, проводившейся во второй половине 1960-х – первой половине 1970-х гг., ограничивался факторами, связанными с особенностями функционировавшей в СССР системы аграрно-экономических отношений. Важнейшим из них по-прежнему являлась слабая заинтересованность работников сельхозпредприятий в высокопроизводительном труде в «общественном» хозяйстве. Хотя уровень зарплаты колхозников и совхозных рабочих существенно увеличился, улучшались условия их труда. Объёмы заработка в колхозах и совхозах не были связаны с конечными результатами деятельности. Во многом из-за этого не было ожидаемой отдачи от средств, вложенных в аграрный сектор в рамках реализации планов по интенсификации сельского хозяйства. Сельскохозяйственная техника, материалы, химикаты, мелиорированные земли использовались неэкономно, нерационально. Сохранялась и проблема обеспечения сельхозпредприятий специалистами сельского хозяйства. Несмотря на повышение количества и уровня квалификации работников массовых профессий и руководителей среднего и высшего звена, кадровый контингент в колхозах и совхозах Новосибирской области оставался неустойчивым, лучшие специалисты стремились уехать из деревни.

Попытки повысить заинтересованность тружеников села в развитии колхозно-совхозного хозяйства с помощью введения хозрасчётных отношений, отраслевой структуры организации сельхозпроизводства, совершенствования системы планирования, повышения цен на сельскохозяйственную продукцию дали заметный экономический эффект, который, однако, оказался кратковременным. Материальные стимулы к труду с точки зрения господствующей идеологии не могли быть главным двигателем прогресса, поэтому, добившись в сельском хозяйстве определённых успехов, верховная власть вновь снизила к ним внимание. С конца 1960-х гг. усиливаются административно-командные начала в управлении колхозами и совхозами, сужается их производственная самостоятельность. Налоговая система обеспечивала изъятие почти всех свободных оборотных средств сельхозпредприятий, лишая тем самым наиболее рентабельные из них заинтересованности в выполнении планов и получении высоких доходов. В силу данных обстоятельств в середине 1970-х гг. уровень прибыльности хозяйств Новосибирской области существенно снизился, количество убыточных сельхозпредприятий увеличилось. В этих условиях расширялось внедрение в хозяйственную практику такой специфической формы кооперативных отношений, как шефства промышленных предприятий над колхозами и совхозами, которое имело принудительный характер и было призвано выполнять своеобразную компенсаторную функцию в ситуации нехватки у сельхозпредприятий трудовых и технических резервов.

Во второй половине 1960-х – первой половине 1970-х гг. объёмы выпуска сельхозпродуктов в стране в целом существенно превышали показатели предшествующего периода, однако из-за бесхозяйственного отношения к произведённой продукции и её нерационального использования продовольственный дефицит сохранялся.

Таким образом, стиль и принципы партийно-государственного руководства аграрным сектором советской экономики в годы хрущёвского десятилетия и в течение последующих десяти лет эволюционировали по схожему сценарию. Кризисное развитие сельского хозяйства, обусловленное административно-командным диктатом на деревню, побуждало верховную власть к принятию прагматичных и реалистичных решений, предусматривавших использование в качестве стимула к труду материальный интерес селян. Но как только достигались определённые хозяйственные успехи, в руководстве отраслью усиливалась доктринальная составляющая, и главным фактором роста аграрного производства считалось повышение социалистической сознательности в труде колхозников и рабочих совхозов. На практике реализация данных установок приводила к увеличению командно-бюрократического диктата, который приводил к понижению производственных показателей.

Тем не менее, благодаря хрущёвским реформам партийно-государственная диктатура утратила наиболее одиозные черты и уже не сопровождалась репрессиями. Стремление верховной власти всесторонне контролировать развитие аграрного сектора, определять вектор его эволюции реализовывалось в огосударствлении сельхозпроизводства. В рамках него колхозы и совхозы не были самостоятельными и демократичными хозяйственными организмами, материально заинтересованными в саморазвитии, что обусловливало их недостаточную производительность. Колхозники и работники совхозов превращались в государственных наёмных сельскохозяйственных рабочих, отчуждённых от земли и средств сельхозпроизводства и в связи с урбанизацией села утрачивавших типичные черты крестьянской ментальности. В значительной степени этому способствовали меры правительства по созданию в сельской местности характерной для города социальной и культурно-бытовой инфраструктуры и политика ликвидации мелких, так называемых неперспективных деревень.

приложение 1

Таблица 1

Посевные площади основных сельскохозяйственных культур
в Новосибирской области в 1953–1975 гг. (тыс. га)*

Виды посевов	Категории хозяйств	1953	1959	1965	1970	1975
Все посевы, в т. ч.	Все хозяйства, в т. ч.	2385,1	3770,0	3831,1	3695,0	3839,3
колхозы	1898,8	1992,3	1140,5	1084,3	994,0
совхозы	418,3	1584,7	2426,0	2320,1	2629,7
зерновых культур	Все хозяйства, в т. ч.	1850,0	2661,0	2619,9	2439,3	2371,2
колхозы	1631,7	1484,9	845,8	769,6	633,8
совхозы	218,2	1104,8	2657,3	1540,9	1691,9
технических культур	Все хозяйства, в т. ч.	115,6	61,0	82,0	57,3	73,9
колхозы	112,6	52,1	40,2	26,6	26,8
совхозы	2,0	7,5	40,0	28,7	44,9
картофеля и овощебахчевых культур	Все хозяйства, в т. ч.	104,1	124,0	103,4	96,7	96,6
колхозы	27,6	24,8	5,8	3,5	2,4
совхозы	9,6	22,4	24,6	21,0	22,5
кормовых культур	Все хозяйства, в т. ч.	315,4	924,0	1025,8	1101,7	1297,6
колхозы	126,9	430,5	248,7	284,6	331,0
совхозы	188,5	450,0	704,1	729,5	933,4

* Сельское хозяйство СССР: Стат. сб. [Текст]. - М., 1960. С. 506–507, 526; Народное хозяйство Новосибирской области и города Новосибирска: Стат. сб. [Текст]. - Новосибирск, 1957. С. 54–56; Народное хозяйство Новосибирской области: Стат. сб. [Текст]. - Новосибирск, 1961. С.85–86; Народное хозяйство Новосибирской области за 1971–1975 гг.: Стат. сб. [Текст]. - Новосибирск, 1976. С. 53–54.