Современные международные отношения (стр. 2 )

Таким образом, Ялтинско-Потсдамская система в целом была системой жёсткого порядка, в главном – эффективной и поэтому – жизнеспособной.

Фактором, не позволившим этой системе приобрести долговременную позитивную стабильность, явилось идеологическое противостояние. Геополитическое соперничество СССР и США было только внешним выражением противоборства различных систем социальных и этических ценностей. С одной стороны - идеалы равенства, социальной справедливости, коллективизма, приоритета нематериальных ценностей; с другой - свободы, конкуренции, индивидуализма, вещного потребления.

Идеологическая поляризация обуславливала непримиримость сторон, делала невозможным их отказ от стратегической установки на абсолютную победу над носителями антагонистической идеологии, над противоположной общественно-политической системой.

Итог этого глобального противостояния известен. Не вдаваясь в подробности, отметим – он не был безальтернативным. В поражении и распаде СССР главную роль сыграл так называемый человеческий фактор. Авторитетные политологи и , проанализировав причины происшедшего, независимо друг от друга пришли к мнению, что переход СССР к открытому обществу и правовому государству мог быть проведён и без распада страны, если бы не целый ряд грубейших просчётов, допущенных правящей элитой позднего Советского Союза (1).

Во внешней политике это выразилось, по оценке американского исследователя Р. Хантера, в стратегическом отступлении СССР с позиций, достигнутых в результате победы во Второй мировой войне и разрушении своих внешних форпостов. Советский Союз, по заявлению Хантера, «сдал все свои международные позиции» (2).

Исчезновение с политической карты СССР, одной из двух опор послевоенного мироустройства, повело к крушению всей Ялтинско-Потсдамской системы.

Новая система международных отношений всё ещё находится в стадии формирования. Затянутость объясняется тем, что была утрачена управляемость мировыми процессами: страны, бывшие ранее в сфере советского влияния, оказались не некоторое время в бесконтрольном состоянии; страны сферы влияния США, в отсутствие общего врага, стали действовать более самостоятельно; развилась «фрагментация мира», выразившаяся в активизации сепаратистских движений, этнических и конфессиональных конфликтов; в международных отношениях выросло значение силы.

Ситуация в мире через 20 лет после крушения СССР и Ялтинско-Потсдамской системы не даёт оснований считать, что прежний уровень управляемости мировыми процессами восстановлен. И скорее всего, в обозримой перспективе «процессы мирового развития будут оставаться по их природе и протеканию преимущественно стихийными» (3).

Сегодня на формирование новой системы международных отношений оказывают влияние многие факторы. Укажем только важнейшие:

во-первых, глобализация. Она выражается в интернационализации экономики, расширении потоков информации, капиталов, самих людей по всему миру при всё более прозрачных границах. В результате глобализации мир становится всё более целостным и взаимозависимым. Любые более-менее заметные сдвиги в одной части мира имеют отзвук в других его частях. Однако глобализация - противоречивый процесс, имеющий и негативные последствия, стимулирующие государства к принятию изоляционистских мер;

во-вторых – нарастание глобальных проблем, решение которых требует объединённых усилий мирового сообщества. В частности, сегодня всё большее значение для человечества приобретают проблемы, связанные с аномалиями климата на планете;

в-третьих – подъём и возрастание роли в международной жизни новых держав мирового уровня, прежде всего Китая, Индии и так называемых региональных держав, таких как Бразилия, Индонезия, Иран, Южная Африка и некоторых других. Новая система международных отношений, её параметры не могут теперь зависеть только от атлантических держав. Это, в частности, влияет и на временные рамки формирования новой системы международных отношений;

в-четвёртых – углубление социального неравенства в мировом сообществе, усиление разделения глобального социума на мир богатства и стабильности («золотой миллиард») и мир бедности, нестабильности, конфликтов. Между этими мировыми полюсами, или, как принято говорить - «Севером» и «Югом», нарастает противостояние. Это подпитывает радикальные движения, является одним из источников международного терроризма. «Юг» хочет восстановления справедливости и ради неё обездоленные массы могут поддержать любую «аль - каиду», любого тирана.

В целом в мировом развитии противоборствуют две тенденции: одна – к интеграции и универсализации мира, нарастанию международного сотрудничества и вторая – к дезинтеграции и распаду мира на несколько противостоящих региональных политических или даже военно-политических объединений на основе общности экономических интересов, отстаивания права своих народов на развитие и процветание.

Всё это заставляет серьёзно отнестись к прогнозу английского исследователя Кена Буса: «Новый век, … возможно, будет больше похож на пёстрое и беспокойное средневековье, чем на статичный двадцатый век, но учтёт уроки, извлечённые из того и другого» (4).

2. Проблема структуры современной системы международных отношений: монополярность, многополярность, биполярность.

Крушение Ялтинско-Потсдамской биполярной системы и запуск процесса формирования нового миропорядка правомерно поставили вопрос о его полярности (полюсности).

Под полюсом в системе международных отношений понимают центр силы, обладающий комплексной мощью (военной, политической, экономической, финансовой и т. д.), а также стремлением и волей регулировать мировые процессы, линию поведения на мировой арене других участников (акторов).

Наряду с биполярной, история знает структуры монополярные и многополярные. Примером первой может служить эпоха имперского Рима, второй – миропорядок конца 19-го – начала 20-го вв.

Различные варианты полярности определяют различный характер международных отношений, уровень в них демократизма, пределы реального суверенитета государств, степень устойчивости мирового порядка, «градус» конфликтности в мире и многое другое.

В монополярном мире доминирует одна супердержава, Она устанавливает «правила поведения» и следит за их соблюдением, используя военные, экономические и все другие, действенные применительно к конкретной ситуации, рычаги. С точки зрения сторонников такого мироустройства, концентрация мощи в определённом центре (полюсе) гарантирует стабильность международного порядка. Все споры между другими странами разрешаются центральной властью, не допускающей эскалации конфликтов.

В этих утверждениях есть свой резон. Однако нельзя не видеть, что однополюсный мир - это, по сути, всемирная империя, в которой центральная власть обладает самопровозглашённым правом на ничем не ограниченный глобальный диктат. Такое мироустройство показало свою несостоятельность уже в Древнем мире – ни одна из империй той эпохи, включая Римскую, не смогла обеспечить постоянную международную стабильность даже в относительно ограниченных территориальных пределах.

Причина очевидна - стабильность однополярного мира предполагает безусловную покорность всех стран и народов некоей внешней национально-государственной воле, что в принципе на добровольной основе возможно только как исключение. В отсутствие добровольной покорности мировой гегемон прибегает к насилию. Насилие же, как известно, порождает ответное насилие; утрата свободы порождает стремление вернуть её любой ценой. В определённый момент однополярный мир можно сравнить с кипящим котлом, накрытым очень тяжёлой крышкой. Итог известен: или сорвёт крышку и кипящая масса зальёт всё и вся или взорвётся сам котёл. В любом случае – хаос, безумие, горы жертв.

Однако в 90-е - начале 2000-х гг. именно однополюсная структура мира представлялась наиболее вероятной и связывалась она с Соединёнными Штатами, ставшими, после ухода в небытие СССР, единственной мировой державой. Примером этой точки зрения может служить высказывание британского историка Н. Фергюсона: «В современном мире только одна сила способна играть роль империи, и это – Соединённые Штаты. На самом деле эта страна в определённой степени уже играет эту роль» (5).

Дополнительно предъявлялись следующие аргументы:

- только США обладают симметричным могуществом, т. е. в военной, экономической, политической сферах одновременно;

- превосходство американской модели развития, что было доказано успешной историей США и самое главное – победой в холодной войне;

- отсутствие у США сколь - либо серьёзного конкурента.

Перспектива формирования «Pax Americana» не вызывала и не вызывает всеобщего восторга и не представляется безальтернативной даже части сторонников однополярности. Высказывается мнение, что центр глобального регулирования может быть плюралистическим и представлять собой сплочённое единство ограниченного круга ведущих государств. В качестве такого полюса называется «G8» («Большая восьмёрка»).

Прямой противоположностью однополярной выступает многополярная структура. В многополюсном мире существует несколько центров силы, обладающих сопоставимыми потенциалами. Каждый из полюсов стремится к усилению собственной позиции, одновременно противодействуя любому другому приобрести в этой структуре статус лидера.

Сторонники многополярности подчёркивают, что эта система не позволит ни одному участнику международных отношений претендовать на мировую гегемонию. Другое достоинство усматривается в том, что многополюсная структура максимально соответствует тенденции к демократизации мира.

У критиков многополярности есть один, но весьма весомый аргумент: история мировой системы минувших двух столетий «однозначно свидетельствует: многополюсное балансирование с абсолютной неизбежностью результатировалось в мировые войны» (7).

Тем не менее, идея многополярности уже в 1990-е гг. поддерживалась многими политиками и учёными. При этом никто не ставил под сомнение уникальные позиции США в мире. Однако, как писал А. Кустарёв, «никто из экспертов не верит, что США смогут навсегда остаться единственной сверхдержавой… Вот образцовое суждение профессора Д. Каллео: «маловероятно, что мир и в дальнейшем останется однополярным» (8).

В России в середине 1990-х гг. концепция многополярного мира была положена в основу внешнеполитической деятельности РФ после назначения на пост министра иностранных дел (9).

«Концепция внешней политики России» 2008 года, учитывая сложность текущих мировых процессов, не высказывается в пользу определённой структуры мироустройства, однако в ней обращается внимание на то, что «дальнейшее развитие получает тенденция к полицентричному миропорядку» (www. *****).

Сегодня, когда в условиях кризиса США не могут больше гарантировать в одиночку устойчивость мировых финансов, закат модели мироустройства, основанной на глобальном доминировании США, бесспорен. Очевидно, что США не справляются с ролью единоличного лидера и их ослабление в условиях отсутствия других общепризнанных центров силы может иметь самые негативные последствия для всего мира.

Существуют различные мнения о конкретной конфигурации формирующейся многополярности. Одна из последних версий, привлекшая всеобщее внимание, принадлежит итальянским политическим аналитикам (10). По их мнению мировыми противостоящими (конкурирующими) полюсами будут не отдельные страны, а крупные региональные блоки. В ближайшем будущем в мире возможно формирование пяти таких блоков: 1. США и Китай (к ним присоединятся Япония, Австралия, Британия); 2. Европейский союз и Россия (со стороны России в этот блок войдут и страны бывшего СССР); 3. Африканский союз, включающий страны южной половины континента под руководством ЮАР; 4. Ближневосточные страны – производители нефти; 5. Латинская Америка.

Не следует сбрасывать со счетов и вариант возвращения к биполярному миру. Так, во время работы «круглого стола», проводившегося в декабре 1999 г. в Москве при участии сотрудников крупнейших научных учреждений России, было высказано мнение, что возрождение равновесной двухполюсной системы неизбежно. Многополярный мир, равно как и однополярный не могут быть устойчивыми моделями мирового порядка; их можно рассматривать лишь как временные, переходные ступени мирового развития (11).

Таким образом, вопрос о структуре формирующей системы международных отношений всё еще остаётся открытым.

3. Субъекты современных международных отношений.

Вестфальская модель мира и её последующие модификации являлись государственно-центристскими: государство признавалось единственным актором международных отношений, которые собственно и понимались как межгосударственные; принцип государственного суверенитета являлся основополагающим.

Вторая половина 20-го века и особенно последние десятилетия заставили говорить о том, что государственно-центристская модель претерпевает серьёзные изменения. Это связывают с развитием глобализации, а также активным выходом на мировую арену большого количества негосударственных акторов.

Государство становится всё более ограниченным во всех сферах своей деятельности, оно вынуждено «делиться» с другими акторами частью своих функций и полномочий - от обеспечения национальной безопасности до политики в сфер образования и т. д. Например, негосударственные акторы привлекаются при урегулировании внутриполитических конфликтов, решении экологических проблем. В результате происходит так называемое размывание (эрозия) национального суверенитета. Часть аналитиков считают, что глобализация вообще открыла эпоху отмирания национальных государств (12).

Однако другие исследователи, напротив, настаивают на том, что нет альтернативы государственно-центристской системе. Государство не исчезает и укрепление его роли в международных отношениях – необходимое условие стабильности в мире. Однако сводить все международные процессы только к деятельности государства сегодня нереалистично. Государство, сохраняя за собой ведущий политический ресурс, вступает в сложную систему взаимодействия с негосударственными акторами. Положительная эффективность этого взаимодействия зависит не только от государства. Другие акторы должны осознавать ответственность за свою деятельность и координировать свои действия с государством, как ведущим звеном международной системы.

Негосударственные участники международных отношений подразделяются на две группы: межправительственные организации и неправительственные акторы.

Межправительственные организации (МПО) создаются государствами на основе международных договоров для реализации общих целей и действуют согласно уставным документам. Через МПО государства стремятся воздействовать на международные процессы, реализовать свои цели. Однако МПО играют и самостоятельную роль. В частности, они всё активнее вмешиваются в такие внутриполитические вопросы, как урегулирование внутригосударственных конфликтов, соблюдение прав человека и др.

МПО могут быть универсальными. Их отличает множественность целей: политические, экономические, социальные, военные и другие. Известны два типа таких МПО. Членом одних может стать любое государство. Примером служит ООН. Членство в других ограничено тем или иным параметром, чаще всего географическим (Организация африканского единства, Ассоциация государств Юго-Восточной Азии), но не только (Организация Исламская конференция, Британское Содружество наций).

Другой тип – функциональные МПО. Они имеют специальные цели, относящиеся к той или иной конкретной сфере. Многие из таких МПО созданы ООН и являются её специализированными учреждениями: Международная организация труда, Всемирная организация здравоохранения и т. д. Другие возникли в результате межправительственных соглашений вне рамок ООН. Например, Международная организация уголовной полиции (Интерпол).

Неправительственные акторы разнородны по своим целям и интересам. Их подразделяют на международные неправительственные организации (МНПО), транснациональные корпорации (тнк) (ТНК), внутригосударственные регионы.

МНПО исключительно разнообразны. Это гуманитарные организации (Международный Красный Крест), религиозные (Всемирный Совет Церквей), профессиональные (Международная организация журналистов), спортивные (Международный Олимпийский комитет) и др. МНПО способны оказывать существенное влияние на общественное мнение и могут выступать как значимая политическая сила.

ТНК, в отличие от других негосударственных акторов, имеют главной целью извлечение прибыли и поэтому их деятельность на международной арене особенно противоречива. С одной стороны, она ведёт к развитию мировой торговли и экономики развивающихся стран, что объективно способствует распространению демократических процессов, уменьшению разрыва между «Севером» и «Югом». ТНК заинтересованы в стабильности и бесконфликтности международных отношений, поддерживают внедрение процедур мирного разрешения кофликтных ситуаций.

С другой стороны, стремясь к гарантированно стабильной и возрастающей прибыли, они заинтересованы в сохранении дешёвой рабочей силы в развивающихся странах, а значит – в сдерживании социально-экономического развития «Юга», «замораживании» отставания его от «Севера». Ради собственных интересов ТНК готовы поддерживать деспотические и авторитарные режимы и дестабилизировать демократические. Хорошо известна роль ТНК в свержении чилийского президента С. Альенде.

Внутригосударственные регионы наиболее активно проявляют себя в экономической сфере, а поскольку в современном мире экономические, финансовые, торговые и другие отношения тесно переплетаются с политическими, внутригосударственные регионы вовлекаются и в мировую политику. Самостоятельность способствует их развитию, но в то же время создаёт опасность ослабления государственного единства, возникновения конфликтных ситуаций. Особенно чревата негативными для государства последствиями ситуация, когда связи пограничных регионов с соседней страной становятся более тесными, чем внутрирегиональные. Это может привести к «ползучей аннексии» и межгосударственным конфликтам.

Сегодня для международного сообщества важнейшей задачей является урегулирование и введение в правовые рамки действия всех участников современных международных отношений, которые отличаются сложностью взаимоотношений и очень часто – запутанностью, отсутствием согласованности.

Источники и литература

1.  Кортунов амбиции и национальные интересы. Новые измерения внешней политики России. – М.,1998. – С.139 – 169; Уткин исчез Советский Союз // Независимая газета. – 1997, 31 декабря.

2.  См.: Шаклеина и США в новом мировом порядке. – М., 2002. - С.163.

3.  Косолапов нового миропорядка // Внешняя политика и безопасность современной России. . Хрестоматия в четырёх томах / Шаклеина. Т. I. – М., 2002. – С. 103.

4. Бус Кен. Вызов незнанию: Теория МО перед лицом будущего // Международные отношения: социологические подходы / Под ред. . – М.. 1998. – С.324.

5. Фергюсон Найл. Британская империя: уроки для глобальной власти // Космополис. – 2003. – № 3(5) – С.21.

6. Богатуров миросистемного регулирования // Международная жизнь. – 1993. - № 7. – С.40; Хрусталёв системы международных отношений и особенности её современного этапа // Космополис. Альманах. – 1999. – С. 48-51.

7. Богатуров миросистемного регулирования // Международная жизнь. – 1993. № 7. – С.30-40.

8. Одиночество сверхдержавы // Космополис. – 2003. - № 2(4). – С.111.

9. На горизонте многополярный мир // Международная жизнь. – 1990. - № 10. – С. 3-13.

10. Союз Чимерики и Евроссии спасёт мир…// Аргументы недели. – 2009. - № 36.

11. Шаклеина . соч. – С. 84.

12. «Золотой миллиард» и остальное человечество // Pro et Contra. – Том 4. - №4. – Осень 1999. – С.108.

Контрольные вопросы

1.  Какие перемены в мире привели к распаду Ялтинско-Потсдамской системы международных отношений?

2.  Чем объясняется затянутость формирования новой системы международных отношений?

3.  Какие факторы оказывают влияние на процесс формирования новой системы международных отношений?

4.  Какие две тенденции противоборствуют в современном мировом развитии?

5.  Что понимается под биполярностью, монополярностью и многополярностью мира?

6.  Какие выдвигаются аргументы «за» и «против» каждого из возможных вариантов мироустройства?

7.  Какие существуют точки зрения на роль и место современного государства в международных отношениях?

8.  Какова роль межправительственных организаций как международных акторов?

9.  Как проявляется противоречивость в деятельности ТНК на международной арене?

10.  Какова роль международных неправительственных организаций и внутригосударственных регионов на мировой арене?

ТЕМА 3. ПРОБЛЕМА ГЛОБАЛИЗАЦИИ В МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЯХ

1.  Предпосылки, содержание, противоречия глобализации.

2.  Влияние глобализации на трансформацию международных отношений.

3.  Россия в процессах глобализации.

1. Предпосылки, содержание, противоречия глобализации.

Глобализация - это процесс всемирной экономической, политической и культурной интеграции и унификации.

Первая фаза глобализации относится к рубежу XIX - XX веков, когда в результате научно-технических достижений, бурного роста экономики и появления средств массовой коммуникации приобрели невиданные масштабы мировая торговля, перемещение капиталов и людей между европейскими державами, их колониями и США. В первой половине XX века процессы глобализации были прерваны двумя Мировыми войнами и разделявшим их периодом экономического спада.

Предпосылки для второй фазы глобализации стали складываться после Второй мировой войны. Этому способствовали улучшения в сфере транспорта, которые привели к быстрым морским, железнодорожным и воздушным перевозкам, доступность связи, развитие технического прогресса.

С середины 1980 гг. наблюдается рост взаимозависимости государств мира вследствие резкого повышения интенсивности международных финансово-экономических, торговых и сопряжённых с ними политических связей, гигантского увеличения мировых информационных потоков, фантастического прогресса средств коммуникации. Ликвидация политического раскола мира времён биполярности повела к тому, что в глобальные потоки оказались вовлечены и те страны, которые до 1991 г. оставались в относительной оторванности от них. Совокупность этих процессов, которые формировали тенденцию к возникновению нового состояния мира и стали описывать при помощи термина «глобализация», введённого в оборот во второй половине 1980-х годов.

Таким образом, в глобализации проявили себя объективные закономерности развития планетарной социальной системы. Однако возможностями глобализации в наибольшей степени воспользовались развитые страны, прежде всего наиболее сильные. Они смогли во многом подчинить глобализационные процессы своим интересам и направить их по выгодному для себя руслу.

Поэтому глобализация, с одной стороны, действительно объективный процесс, но с другой — конкретная политика, проводимая в собственных интересах определенными экономическими и политическими субъектами.

Глобализация носит системный характер, то есть охватывает все сферы жизни общества. Следствием глобализации является мировое разделение труда, миграция в масштабах всей планеты капиталов, человеческих и производственных ресурсов, стандартизация законодательства, экономических и технологических процессов, сближение и слияние культур разных стран и многое другое.

Отсюда следует, что глобализацию необходимо рассматривать в нескольких аспектах, отражающих различные направления ее влияния на общество: экономисты ведут отсчет от транснационализации финансовых рынков, политологи делают упор на распространение демократических институтов, культурологи связывают проявление глобализации с вестернизацией культуры, включая американскую экспансию. В последнее время в мировом научном сообществе становится все более популярной концепция Глобальное общество (Global society), с точки зрения которой все люди нашей планеты являются гражданами единого глобального общества, которое состоит из множества локальных обществ отдельных стран мира. Эта концепция значительно упрощает рассмотрение процессов глобализации, которые в этом случае превращаются в обычные общественные преобразования в рамках глобального общества.

Специалисты выделяют несколько типов глобализации на разных этапах ее развития:

1.“Ментальная”, или культурно-идеологическая, глобализация – имеющий длительную историю комплексный процесс “унификации” культурных предпочтений человечества.

Начиная с итальянского Ренессанса, данный процесс прошел через стадии “французского”, “английского” и “американского” культурного влияния, географический ареал которого каждый раз расширялся. Американскую культурную традицию можно без преувеличения назвать планетарной.

Глобализация обостряет и выявляет специфические грани в отнюдь не новой проблеме соотношения европейской и американской культур, и культур остального, главным образом, развивающегося мира.

Вместе с необходимой для развития этих стран технологией туда хлынула западная, преимущественно американская, массовая культура, вступившая в прямое противоречие с местной традиционной духовной культурой. Реакция на эту экспансию массовой культуры разнообразна — от свободы ее распространения до резкого сопротивления. На одном из заседаний постоянно действующего семинара по глобалистике при президиуме Российского философского общества была высказана определенная точка зрения. По мнению ее автора, современное общественное развитие характеризуется двумя разнонаправленными тенденциями: 1) интенсивно нарастающее единство в сфере материальной, экономической, технологической; 2) противоположные процессы в сфере духовно-культурной жизни: нарастают тенденции культурной изоляции и противостояния, в системе ценностных приоритетов на первое место выходят культурная и национально-религиозная самобытность [3.]

Религиозный фактор в условиях глобализации приобрёл неожиданно серьёзный вес. В этом смысле можно действительно говорить о возможности «нового средневековья», когда религиозная идентичность приобретает превалирующее значение перед идентичностью национальной и государственной. Во всяком случае, такая тенденция существует и рассматривая международные процессы необходимо учитывать религиозный фактор.

В настоящее время весь мир в основном представлен 6 глобальными религиозными системами (христианство; ислам; иудаизм; индуизм; буддизм; конфуцианство). За христианством стоят мощные вооруженные силы (страны НАТО, кроме Турции, плюс Россия) и мировое политическое лидерство (7 стран “Большой восьмерки” являются христианскими). Иудаизм имеет крепкие позиции в мировой финансовой системой и лидирует во многих формальных и неформальных структурах власти. Ислам чрезвычайно активен по степени влияния на своих сторонников – можно с уверенностью говорить о “исламском единстве”, несмотря на имеющиеся противоречия между мусульманскими странами. Нельзя сбрасывать со счетов и значительные финансовые ресурсы исламского мира, получаемые за счет экспорта нефти. За конфуцианством – самое большое население Земли, фактически 25 % всех трудовых ресурсов планеты. Индуизм также может похвастаться значительным числом активных сторонников, причем темп прироста населения в Индии выше, чем в Китае. Буддизм, в отличие от других систем, не ассоциируется однозначно с тем или иным ресурсом и его значение определяется не столько количеством своих сторонников (хотя их и немало), сколько качественным влиянием на интеллектуальную элиту.

2) Экономическая глобализация представляет собой совокупность двух процессов – глобализации рынков (капитала, трудовых ресурсов, товаров и услуг) и глобализации экономических форм, под которой понимается укрупнение организационных структур экономики – компаний, фирм, корпораций и т. д. Глобализация экономических форм началась с образования профессиональных цеховых организаций в Средние века, прошла через стадию концентрации и централизации капитала и логично завершается образованием глобальных сверхкорпораций.

Глобализация экономики - сложный и противоречивый процесс. С одной стороны, она облегчает хозяйственное взаимодействие между государствами, создает условия для доступа стран к передовым достижениям человечества, обеспечивает экономию ресурсов, стимулирует мировой прогресс. С другой стороны, глобализация несет негативные последствия: закрепление периферийной модели экономики; потеря своих ресурсов странами, не входящими в «золотой миллиард»; разорение малого бизнеса; распространение на слабые страны глобализации конкуренции и др.

3) Информационно-коммуникационная глобализация в настоящее время является наиболее показательным из интеграционных процессов и включает в себя: развитие коммуникационных возможностей и использование космического пространства для передачи информации; появление и быстрый рост глобальных информационных сетей; компьютеризацию многих процессов жизнедеятельности человечества.

Революционная трансформация информационной сферы общества сегодня активно формирует не только новый, информационный образ жизни сотен миллионов людей на нашей планете, но также и новые представления о качестве жизни, которые во многом связываются с уровнем потребления информации и информационных услуг.

В ближайшие десятилетия на нашей планете будет сформирован принципиально новый тип цивилизации — информационная цивилизация. Однако необходимо помнить, что для приобретения и использования в стране новых информационных технологий ей необходимо располагать не только соответствующими финансовыми возможностями, но и определенным уровнем информационной культуры общества. Именно поэтому сегодня подавляющее большинство передовых средств информатики и новых информационных технологий сосредоточено в богатых развитых странах. Так, например, сегодня 50% пользователей сети Интернет проживают в США, 40% — в Европе, 5% — в Японии и Корее и лишь 5% — во всем остальном мире.

Таким образом, информационная глобализация обостряет неравенство между развитыми и развивающимися странами. Информационное неравенство представляет собой новую глобальную проблему развития цивилизации. Подавляющее превосходство Запада в этой области создаёт угрозу не только ещё большего углубления потенциально опасного для мира разрыва между богатыми и бедными, но и злоупотребления информационными средствами в эгоистических интересах развитых стран.

4) Территориальная глобализация – процесс укрупнения государственных и надгосударственных образований. Наряду с экономикой, государственное строительство и формирование военно-политических и экономических союзов в максимальной степени демонстрируют миру сущность глобализации. Все развитые страны проходили этапы территориальной экспансии, а такие проекты, как ШОС, ЕС или СНГ являются логическим продолжением той политики “блокостроительства”, которая была заложена с образованием в начале 19 века Священного союза, ставшего первым глобальным военно-политическим блоком.

5) В политике следствием глобализации является ослабевание национальных государств, она способствует изменению и сокращению их суверенитета. С одной стороны, это происходит из-за того, что современные государства делегируют всё больше полномочий влиятельным международным организациям, таким как Организация Объединённых Наций, Всемирная торговая организация и др. С другой стороны, за счёт сокращения государственного вмешательства в экономику увеличивается политическое влияние предприятий (особенно крупных транснациональных корпораций).

Из-за более лёгкой миграции людей и свободного перемещения капиталов за границу также уменьшается власть государств по отношению к своим гражданам. Растёт влияние и международная активность неправительственных организаций.

Развивается регионализация. Регион оказывает все большее влияние на состояние системы международных отношений, усиливается влияние региона на внутреннюю и внешнюю политику государства.

Объективно эти явления создают условия для развития демократических процессов. Вместе с тем, сузив властные возможности национальных государств, их влияние на экономические процессы, глобализация поставила под вопрос шансы на построение в развивающихся странах социального государства. Только немногим более десяти незападных стран — Китай, Япония, Индия, Бразилия, Турция, Польша и некоторые другие — считаются сегодня вошедшими в глобальную экономику.

Таким образом, глобализация потенциально и на практике несёт человечеству не только позитивы, но и порождает новые угрозы, закрепляет старые противоречия мирового порядка. Огромное преимущество в процессе глобализации получают постиндустриальные страны. Как показано в докладе ООН за 1999 г. "Глобализация с человеческим лицом", контраст между развитыми и развивающимися странами усиливается. В конце XX в. на 20% мирового населения богатейших стран приходилось 86% мирового валового продукта, а на низшую пятую часть — лишь 1%. По оценкам специалистов, на ближайшие 30-50 лет нет перспективы приближения бедных стран к уровню богатых

Чрезвычайный отрыв постиндустриальных стран от остального мира, с одной стороны, характеризует их преимущества, но, с другой, не позволяет им быть спокойными в отношении терроризма, криминализации, наркотиков, ВИЧ-инфекции, экологических проблем в мире, люмпенизации части своего населения и растущего притока иммигрантов, социального неравенства в мире, исламского радикализма и т. д.

Отрыв постиндустриальных стран от других и будущая расколотость их собственных обществ, где значимость высокоинтеллектуального труда выдающихся инноваторов и теоретиков сделает "избыточным" для производства (правда, не для потребления) остальное население, создает для них немалые опасности.

Углубление процессов глобализации делает всё более очевидным, что современная цивилизация и современный капитализм — понятия пересекающиеся, но не тождественные. Глобализация ставит человечество перед задачей осуществить контроль над собственными социальными силами. По выводам [10] общая социологическая закономерность общественного прогресса, подтвержденная всеми системами развития, — смягчение форм присвоения чужого труда и возрастание социального равенства, а тем самым развитие от капитализма к социализму. Как считал академик , информационное общество самой логикой своего функционирования становится обществом «социоприродного гуманизма»), или обществом «нового социализма» [7].

2. Влияние глобализации на трансформацию международных отношений.

В мировой литературе в связи с влиянием глобализации на международные отношения отмечают следующие характерные тенденции:

1. объективное усиление проницаемости межгосударственных границ, принимающее различные формы;

2. усиление роли негосударственных регуляторов мировой экономики и международных отношений;

3. изменение объекта международного взаимодействия: если прежде им была преимущественно сфера поведения суверенных государств по поводу их поведения в отношении друг друга, то в конце 90-х гг. объектом международного взаимодействия стали вопросы внутренней политики отдельных государств (демократические процедуры, права человека);

4. формирование единого пространства коммуникационного общения, резко усиливающего возможность для непосредственного приобщения индивида к общемировым информационным процессам, где бы он ни находился;

5. возникновение «идеологии глобализации» как совокупности взаимосвязанных постулатов, призванных обосновать одновременно благо и неизбежность тенденций, «работающих» на объединение мира под руководством его цивилизованного центра.