Адвокатский курьер (стр. 9 )

12 мая (Частник. ру). Специализированный суд / по рассмотрению дел в отношении несовершеннолетних начал работу в Тейкове (Ива­новская область). В суде предусмотрены комнаты для работы детского психолога, комиссии по примире­нию, кабинеты для адвоката и прокурора. Дизайн помещений и подбор мебели выполнен с учетом реко­мендаций психологов. Это первый ювенальный суд в регионе и второй в России. (по материалам НАГ №10-2011)

ПУТИН ЗАПЛАТИТ АДВОКАТУ

Адвокат в судебном порядке добился не только ответа Владимира Путина на свое обращение, но и возмещения всех расходов по иску

Ленинский районный суд г. Перми вынес решение о взыскании с премьер-министра РФ Владимира Путина 244 руб. 45 коп. в пользу адвоката АП Пермского края Алексея Колесниченко в качестве вомещения судебных расходов по его иску к премьеру. Колесниченко рассказал «АГ», в связи с чем было выгнесено это судебное решение.

«Новая адвокатская газета»: Алексей Петрович, что стало причиной для обра­щения за судебной защитой?

Алексей Колесниченко: В начале 2010 г. мной были поданы иски о взыска­нии задолженности с прокуратуры Перм­ского края, Следственного комитета про­куратуры Пермского края, УВД г. Пер­ми и военного комиссариата по оплате моего труда в качестве адвоката по на­значению за 2007—2010 г. По решению суда мне удалось взыскать деньги.

В связи с этим в конце 2010 г. я на­правил Владимиру Путину обращение, в котором просил принять меры к тому, чтобы труд адвокатов на территории Пермского края вместо «рабского» стал оплачиваемым. К обращению я при­ложил судебные акты по моему делу. В соответствии с законом я должен был получить ответ в течение месяца, однако реакции на мое письмо не последовало. По истечении еще двух месяцев я обра­тился в суд с заявлением об оспарива­нии бездействия Путина.

В ходе судебного производства по этому делу я получил ответ, в связи с чем отказался от требований, но продолжал настаивать на том, чтобы премьер-министр оплатил судебные расходы. Суд удовлет­ворил мои требования.

«АГ»: Почему Вы обратились по по­воду оплаты труда адвокатов именно к премьер-министру РФ?

Колесниченко: В начале 2010 г. я обра­щался к Президенту РФ Дмитрию Медведеву с просьбой принять меры в связи с несвоевременной и неполной оплатой труда адвокатов на территории Перм­ского края. В ответе на мое письмо со­держались ссылки на сведения минис­терств и ведомств, согласно которым оплата труда адвокатов, участвующих в уголовных делах по назначению госу­дарства, в нашем крае производится своевременно и в полном объеме. Не­эффективность первого письма побуди­ла меня обратиться за помощью ко второму лицу в государстве.

«АГ»: Какой ответ Вы получили?

Колесниченко: Из аппарата Владими­ра Путина я получил заверения, что соответствующим министерствам и ве­домствам даны поручения решить проб­лемы, возникающие при оплате труда адвокатов по назначению.

Все объяснения по поводу длитель­ных невыплат сводятся к тому, что деньги через суд мной взысканы, и за­долженности в настоящий момент не имеется. Причины, по которым оплата не производилась с 2007 г., ни одно ведомство не указало.

Беседовала Екатерина ГОРБУНОВА, корр. «АГ» (по материалам НАГ №11-2011)

«ЗАОЧНЫЕ» ЗАЩИТНИКИ

Как исключить злоупотребления требованиями ст.51 УПК РФ?

На состоявшемся в апреле Пятом Всероссийском съезде адвокатов отмечалось, что в последнее время возросло число жалоб на некачест­венное оказание юридиче­ской помощи адвокатами по назначению. Предлагаем вниманию наших читателей статью о проблемах, связанных с участием адвокатов в уго­ловном судопроизводстве в порядке ст. 51 УПК РФ.

Конституцией Российской Фе­дерации гарантируются права и свободы человека и гражда­нина. Аналогичные нормы со­держит и УПК РФ. В частности, ст. 51 УПК РФ предусматривает обязательное участие защитника в уголовном судо­производстве в ряде случаев. Думаю, содержание указанной статьи хорошо знакомо всем адвокатам, и потому хочу сразу перейти к проблемам, которые возникают при осуществлении этих прав на практике.

«Содружество» адвоката и дознавателя

По смыслу ст. 51 УПК РФ защита подозреваемого или обвиняемого осу­ществляется еще и в том случае, если у него нет достаточных финансо­вых средств для оплаты труда защитника. В дан­ном случае бремя воз­мещения расходов на оплату работы адвоката берет на себя госу­дарство. И тут возни­кает тонкая психологи­ческая грань, которую некоторые недобросовестные адвокаты позволяют себе переступить. Им кажет­ся, что тот факт, что подзащитный не платит свои деньги, позволяет адвокату относиться к делам данной категории небрежно, зачастую формально.

Неоднократно поступали и продол­жают поступать жалобы граждан, чьи права были нарушены именно по уго­ловным делам с -привлечением защит­ника в рамках ст. 51 УПК РФ. Они жалуются, что адвокат недостаточно активно участвовал в следственных действиях, не принимал мер по истре­бованию доказательств в пользу под­защитного, просто формально при­сутствовал при допросах. Но бывают случаи, когда адвокат вообще не видит своего подзащитного, «заочно» подпи­сывая протоколы следственных дейст­вий, в которых он якобы участвовал. Данное явление особенно возмутитель­но и недопустимо.

Происходит это по многим причинам. Это случается, когда адвокатом стано­вится бывший следователь или дознава­тель. Его часто приглашают для участия в качестве защитника на предваритель­ном следствии бывшие коллеги. Либо в ходе работы между следователем и ад­вокатом складываются приятельские отношения. Дабы не осложнять работу следователю, особенно когда сроки по следствию истекают, исходя из ложных «дружеских» отношений, адвокат под­дается на уговоры и подписывает протоколы следственных действий, не вникая в суть обвинения.

Нередко срабатывают обещания сле­дователей приглашать адвоката в буду­щем и на «договорные» дела, где фигу­рант по уголовному делу платежеспосо­бен и в состоянии оплатить гонорар адвоката.

Здесь очень важно дать правильную оценку действиям таких горе-адвокатов, исходя из возможных последствий тако­го «содружества». Учи­тывая специфику рабо­ты адвоката, надо отда­вать себе отчет, что речь идет не о мелких, невинных уступках сле­дователю, а о судьбе человека - подзащитного!

Адвокат, ставя свою подпись под протоко­лом следственных действий, придает этим документам силу доказательств,

которые могут быть положены в основу обвинительного приговора, могут по­служить основанием для назначения несправедливого, незаслуженного нака­зания. Фактически человек лишается права на объективное, полное и всесто­роннее разбирательство своего дела, подпадает под правовой беспредел, печально известный по 37-38 годам двадцатого столетия.

Каждая такая жало­ба тщательно рассмат­ривается на заседаниях квалификационной ко­миссии, в случае под­тверждения доводов жалобы материал пе­редается в совет АП Республики Башкорто­стан. При наличии серьезных правовых последствий для подзащитного, насту­пивших в результате недобросовестно­го исполнения адвокатом обязательств по ст. 51 УПК РФ, либо при многократ­ности таковых нарушений, Адвокатская палата РБ будет без сожаления лишать нарушителей статуса адвоката. Мы бу­дем бороться за чистоту своих рядов.

«Свадебный генерал»

К сожалению, на этом проблемы, связанные с участием адвокатов по уго­ловным делам в порядке ст. 51 УПК РФ, не заканчиваются. Необходимо обра­тить внимание на этот вопрос и в дру­гом аспекте. Долг адвоката оказывать бесплатную юридическую помощь по уголовным делам, в которых участие защитника обязательно, зачастую ста­новится предметом злоупотреблений.

Вот один из наглядных примеров. Не­давно адвокат П. с негодованием рас­сказывал мне, что был приглашен для защиты гражданина Д. в уголовном су­дебном процессе в порядке ст.51 УПК РФ. В ходе беседы с подзащитным и его родственниками выяснилось, что отец Д. работает в банке, а мать в судебной системе. Соответственно, финансовое положение данной семьи очень даже бла­гополучное. - работнику судеб­ной системы - благодаря дружеским связям обещали, что проблем в стадии судебного разбирательства не будет, и га­рантировали положительный исход дела. Роль адвоката сводилась к формальному присутствию в судебном процессе для придания законности происходящему. Поэтому, в целях экономии, решили назначить «бесплатного» адвоката.

Нередко встречаются ситуации, ког­да по большим уголовным делам, по которым к уголовной ответственности привлекается группа лиц, интересы ли­ца, обвиняемого в организации преступ­ления, защищает опытный адвокат на договорной основе, ко­торый обещает добить­ся переквалификации предъявленного обви­нения и прекращения уголовного дела либо назначения минималь­ного наказания по при­говору суда. Само со­бой разумеется, что если в отношении организатора преступления уголовное преследование прекращено или ему снова предъявлено более мягкое обвинение, то это обяза­тельно касается и остальных фигуран­тов по делу. В таком случае возникает соблазн для остальных обвиняемых (по­дозреваемых, подсудимых) по тем же эпизодам уголовного дела, которым, по версии следствия, были отведены ро­ли исполнителей в расследуемом пре­ступлении, пригласить адвокатов в по­рядке ст. 51 УПК РФ. Делается это также в целях экономии средств на оплату ра­боты адвоката и отнюдь не в связи с тя­желым материальным положением.

Кстати, такая позиция может быть ущербной для самого обвиняемого по уголовному делу. Зачастую предложе­ние ограничиться услугами одного адво­ката по договору исходит от лица, которое обвиняется в организации преступ­ления. Он убеждает подельников в том, что сожалеет, что втя­нул их в неприятности и берет на себя все расходы на юридиче­скую помощь в обмен на обязательство не давать показания про­тив него либо не да­вать признательных показаний или придерживаться той по­зиции по уголовному делу, которую предложит он и его адвокат. Тем самым достигается цель — контролировать всю линию защиты, руководить другими обвиняемыми.

Соглашаясь на такие условия, граж­данин ставит себя в зависимость от дру­гих лиц, лишает себя возможности занять наиболее правильную именно для себя позицию, ставит под угрозу свою дальнейшую судьбу.

Возникает вопрос: как поступать в такой ситуации адвокату, которого назначили в уголовное дело в порядке ст. 51 УПК РФ, но вместе с тем сказа­ли, что результат по делу предрешен и от него ничего не зависит?

Ответ может быть только один. Не­взирая на все разговоры подобного рода, закулисные интриги клиентов или работников судебно-следственных орга­нов, адвокат должен работать с полной отдачей по каждому конкретному делу, оказать квалифицированную юридиче­скую помощь своему подзащитному.

Практика, проверенная временем

Примеров злоупотреблений требова­ниями ст. 51 УПК РФ огромное множест­во и они позволяют заострить внимание на следующих моментах.

Тенденция обращения за юридической помощью в порядке названной статьи уголовно-процессуального законодатель­ства все возрастает. Если в 80-90-е го­ды двадцатого столетия таких дел было около 20—30 % от общего количества уголовных дел, то в настоящий период их число увеличилось до 70-80 %! И это не связано со снижением уровня дохо­дов населения. Скорее наоборот - уро­вень благосостояния граждан растет, а количество обращающихся за бесплатной юридической помощью все увеличи­вается! Вот такой парадокс! С сожалением приходится констатировать, что таким образом расходуются государственные, бюджетные средства. Поэтому идеи, звучащие в некоторых регионах страны, о создании коорди­национных центров по оказанию бесплатной юридической помощи, функции которых будут сводиться к банальному распределению требований судебных и следственных органов между адвока­тами, представляются ошибочными. Нельзя ставить этот вопрос на поток.

Необходимо учитывать также и то, что адвокат, в силу несовершенства действующего уголовно-процессуально­го законодательства, не позволяющего ему отказаться от поручения, никак не защищен от назначений по уголовным делам, по которым ему отведена роль «свадебного генерала».

Думаю, что суще­ствующая у нас практи­ка, когда по делам такого рода адвокат назначается руководителем адвокат­ского образования, наи­более правильная, прове­ренная временем.

Приведенные приме­ры показывают, на­сколько несовершенно действующее уголовно-процессуальное законо­дательство. Но, надо помнить, что наше общество находится в самом начале строительства правового государства, и я уверен, что совместными усилиями мы сможем его построить.

Рустэм АСЯНОВ, член квалификационной

комиссии АП Республики Башкортостан

Публикуется по изданию: «Вестник Адвокатской палаты Республики Башкортостан». 2011. N» 2 (26). (по материал НАГ №11-2011)

ПОСОБИЕ ДЛЯ АДВОКАТА

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ЗАЩИТИТЕЛЬНОЙ РЕЧИ АДВОКАТА

Публикация из книги «Уголовное дело: Действия адвоката»

Успех защиты во многом оп­ределяется защитительной речью адвоката. Это один из вариантов защиты.

Характеристика защити­тельной речи зависит от двух ас­пектов процессуального положе­ния защитника и его задач:

- отношения защитника к суду, разбирающему дело;

- отношения к подсудимому, ко­торого он защищает.

Защитительная речь адвоката - это итог, завершение защиты, а не самодовлеющее действие защитни­ка; итог, который подводится по всем материалам дела, проверенным в судебном заседании.

Защитительная речь по уголовно­му делу - это серьезный творческий акт, требующий от защитника кро­потливой работы над повышением своих знаний. Для правильного по­строения и произнесения защитни­ком речи требуется высокая квали­фикация защитника, глубокая куль­тура, всестороннее знание обстоя­тельств рассматриваемого дела, принципиальность.

В защитительной речи дается анализ и оценка исследованных до­казательств с позиции защиты, вно­сятся предложения но вопросам применения уголовного закона, из­брания меры наказания или осво­бождения от него, оправдания и т. д.

Защитительная речь завершает ту большую и сложную работу защит­ника, которая направлена на охрану нрав и законных интересов подсуди­мого, на обеспечение правильного применения закона, с тем, чтобы не допустить возможные ошибки во вред подсудимому, исключить при­влечение к уголовной ответственно­сти и осуждение невиновного.

В защитительной речи не должно быть места выводам, ухудшающим положение подсудимого. Отрица­тельные качества подсудимого и дру­гие обстоятельства, отягчающие его ответственность, могут освещаться участниками судебных прений, но далеко не всеми. Аморальные каче­ства подсудимого вряд ли могут рассматриваться судом как обстоятельство, смягчающее ответственность, а поэтому вскрывать их в защити­тельной речи адвокату не следует.

Нельзя дать раз и навсегда исчер­пывающий перечень рекомендаций относительно методики подготовки защитительной речи, ибо она в зна­чительной мере определяется инди­видуальными особенностями интел­лекта, памяти. Но при всех услови­ях защитник обязан хорошо проду­мать и составить текст защититель­ной речи.

Все зависит от личных качеств, умения, навыков адвоката в каждом конкретном случае.

Опытные адвокаты, знакомясь с материалами дела и делая выписки, одновременно делают заметки для речи: о чем сказать, на что обратить внимание и т. д. Эти заметки к концу изучения дела дают основу для пла­на или тезисов речи.

Работа над речью продолжается и в судебном заседании. Без тезисов или плана выступать нельзя. План или тезисы речи дают возможность привести в логический порядок раз­розненные мысли оратора, система­тизировать защитительные доводы, к концу судебного следствия адвокат, прочтя составленный заранее план речи, видит пробелы и упущения в анализе доказательств, что не выяс­нено в ходе следствия, что выяснено неполно, как восполнить эти пробе­лы и дополнениях к следствию.

Необходимо, чтобы адвокат зара­нее обдумал и написал план речи, содержащий перечень вопросов, ко­торые адвокат должен осветить в своей речи. Каждый из этих вопро­сов должен быть максимально де­тально разработан в плане с указа­нием доказательств, на которые ад­вокат имеет в виду сослаться, и до­водов, которые он должен привести.

Полный текст речи или план дол­жны быть составлены еще до судебного заседания.

Готовясь к речи, адвокат должен правильно, объективно оценивать свои способности, подготовить защи­тительную речь исходя из своих ин­дивидуальных возможностей, т. е. не ставить перед собой явно непосиль­ных задач. Наряду с этим адвокат должен строить спою речь с учетом состава суда, культуры аудитории.

Подготовка к защитительной речи начинается с изучения мате­риалов дела. Изучение материа­лов каждого уголовного дела не­обходимо для того, чтобы уяснить:

- что будет проверяться в суде;

- соответствуют ли выводы обви­нительного заключения материалам дела;

- учтены ли следователем все об­стоятельства и доказательства по делу;

- есть ли необходимость воспол­нения пробелов предварительного следствия в суде.

Адвокат должен готовиться к за­щитительной речи не только до на­чала судебного заседания, на пред­варительном и судебном следстви­ях, но и непосредственно в стадии судебного разбирательства.

Содержание защитительной речи зависит от выбранной процессуаль­ной позиции и его взаимоотноше­ний с подзащитным.

Суд при вынесении приговора ста­вит на свое обсуждение вопросы о том, имело ли место деяние, припи­сываемое подсудимому, содержит ли в себе это деяние состав преступ­ления, совершил ли его подсудимый, подлежит ли он нака­занию и какому именно. На этих основных вопросах сосредоточива­ет внимание защитительная речь, ими определяется ее содержание.

Речь защитника всегда должна иметь отправной, исходный пункт, главную идею. От этого зависит и содержание речи, и построение ее, и удельный вес отдельных ее частей. Вокруг главной идеи должен кон­центрироваться весь материал, он должен быть ей подчинен.

Определив исходную позицию по рассматриваемому делу, защитник должен наметить круг вопросов, кото­рые он намерен осветить в своей речи, определить их соотношение и удель­ный вес, поставить их в определенной логической последовательности.

Содержание и структура защити­тельной речи строго индивидуаль­ны и зависят от результатов судеб­ного следствия, избранной пози­ции, характера предъявленного об­винения, особенностей доказатель­ного материала и других обстоя­тельств рассматриваемого дела.

Исходя из конкретных обстоя­тельств дела адвокат может:

- оспаривать обвинение в целом, доказывая невиновность подсуди­мого за отсутствием в его действи­ях состава преступления, за отсут­ствием самого события преступле­ния или за непричастностью к нему подсудимого;

- оспаривать обвинение в отноше­нии отдельных его частей;

- оспаривать правильность квали­фикации, доказывая необходимость изменения предъявленного обвине­ния на статью Уголовного кодекса, влекущую более мягкое наказание;

- обосновывать меньшую степень виновности и ответственности под­судимого, приводя смягчающие его вину обстоятельства;

- доказывать невменяемость под­судимого, исключающую наступле­ние уголовной ответственности.

При всем этом защитник не толь­ко должен констатировать факты, утверждать те или иные положения или просто говорить о том, что до­казательства являются сомнитель­ными, все это адвокат должен под­креплять конкретными аргумента­ми, приводить конкретные обстоя­тельства дела.

Речь защитника должна быть кон­кретной. Неконкретные, расплывча­тые, не имеющие отношения к делу рассуждения загромождают речь, не вызывают интереса со стороны судей, не могут принести пользы для формирования истинного убеждения судей, а поэтому лишают ее убеди­тельности. В речи следует говорить о конкретных обстоятельствах дела, конкретных доказательствах, делать конкретные выводы и т. д.

Во вступительной части речи мо­жет быть изложение события и сущ­ности преступления; общественно-политической значимости дела; ха­рактерной специфики доказатель­ственного материала: главного факта обвинения и т. д. Необходимо, что­бы вступительная часть речи была органически увязана со всем ее со­держанием, составляла ее неотъем­лемую часть.

Правильно выбрав начальный мо­мент речи, защитник переходит к центральной ее части, где характери­зует значение проверенных по деду доказательств с позиции защиты, обосновывает на основе их анализа и оценки невиновность пли степень невиновности подсудимого, выска­зывает свою точку зрения по поводу квалификации и меры наказания.

В заключительной части речи ад­воката подводятся итоги проделан­ной им работы по анализу и оценке доказательств, о которых мы будем говорить дальше; адвокат формули­рует свои окончательные выводы, определяет свое отношение к подле­жащим решению суда вопросам. В этой части речи защитник обращает­ся к суду с просьбой об оправдании подсудимого, если его вина долж­ным образом не установлена, либо о назначении ему минимального срока наказания, предусмотренного соот­ветствующей статьей УК РФ, либо о применении к нему условного осуждения и т. д.

Заключительная часть защититель­ной речи, как и обвинительной, дол­жна быть краткой, четкой, образной, должна выражать главную идею за­щиты, ее основную мысль.

Итак, в защитительной речи в обя­зательном или желательном поряд­ке должны быть:

- анализ и оценка всех обстоя­тельств и доказательств или их разбор:

- нравственная или психологичес­кая характеристика личности подсу­димого:

- приведение смягчающих обсто­ятельств дела:

- юридическая квалификация со­деянного:

- соображения о мере наказа­ния или оправдании и о граждан­ском иске.

Анализ и оценка доказательствен­ного материала по делу заключается в анализе и оценке источников дока­зательств: объективность свидетеля, его способность правильно воспри­нимать и воспроизводить факты, на­личие условий, обеспечивающих пра­вильное восприятие и воспроизвод­ство фактов, объективность эксперта, наличие у него специальных знаний в этой области и т. д.

К этому же примыкает вопрос о соблюдении процессуальных условии закрепления и исследования доказательств:

-  соблюдение порядка допроса свидетелей, экспертов, соблюдение установленного законом порядка исследования вещественных дока­зательств и т. д.;

-  определение того, какие факты можно признать установленными путем данного источника доказа­тельств, какие факты установлены свидетельскими показаниями, зак­лючением эксперта и другими дока­зательствами;

-  определение значения фактов, т. е. того, в какой связи, установлен­ные из данного источника факты стоят по отношению к главному факту, подтверждают ли они его или опровергают;

-  сопоставление данного доказа­тельства с другими доказательства­ми по делу: построение, выводов, к которым приводит оценка всех име­ющихся по делу обстоятельств в их совокупности.

ДОПУСТИМОСТЬ И ДОСТОВЕРНОСТЬ ДОКАЗАТАЛЬСТВ. ИХ АНАЛИЗ В ЗАЩИТИТЕЛЬНОЙ РЕЧИ.

Сначала о допустимости доказа­тельств, сформированных на осно­ве результатов оперативно-розыск­ной деятельности.

Использование результатов опе­ративно-розыскной деятельности в доказывании по уголовным делам имеет важное значение в борьбе с преступностью, для защиты от пре­ступных посягательств, прав и законных интересов граждан, общества, государства.

Это объективная необходимость. Как свидетельствует практика, та­кие преступления, как террористи­ческие акты, так называемые заказ­ные убийства, наркобизнес и другие, совершаемые организованными группами, тщательно спланирован­ные и подготовленные, во многих случаях раскрываются с помощью данных, полученных в результате оперативно-розыскной деятельности. Сведения, полученные оператив­ным путем, используются и в дока­зывании по уголовным делам. Но оперативно-розыскная деятель­ность по своему характеру, по своим особенностям (негласность боль­шинства оперативно-розыскных ме­роприятий; ограниченность прав лиц, в отношении которых такие ме­роприятия проводятся; закрытость в значительной мере даже от проку­рорского надзора и судебного контроля) чревата опасными нарушени­ями прав и свобод граждан.

С учетом сказанного доказатель­ства, сформированные с использо­ванием данных, полученных опера­тивным путем, требуют особо тща­тельной проверки, прежде всего с точки зрения их допустимости.

При проведении оперативно-ро­зыскных мероприятий могут быть обнаружены те или иные предметы или документы, имеющие значение для дела. Чтобы получить статус ве­щественных доказательств, или «иных документов», они должны быть осмотрены и приобщены к делу.

Полученные аудиозапись телефон­ных переговоров, видеозаписи, сде­ланные в ходе наблюдения, и т. п., если они получены с соблюдением закона, приобщены к делу в соответствии с процессуальным законом и если про­верена их подлинность (для этого не­редко требуется производство соот­ветствующей экспертизы). Могут по­мочь проверить и правильно оценить показания допрашиваемых по делу участников оперативно-розыскных мероприятий, подтвердить или опро­вергнуть их показания.

Что же требуется проверить?

1. Соблюдены ли положения зако­на о том, в каких случаях может про­изводиться оперативно-розыскная
деятельность.

2.  Проведены ли оперативно-ро­зыскные мероприятия управомоченным государственным органом.

3.  Предусмотрены ли законом оперативно-розыскные мероприя­тия, в результате которых получе­на представляемая информация.

4.  Имелись ли предусмотренные законом основания для производ­ства оперативно-розыскных ме­роприятий.

5. Соблюден ли установленный законом особый порядок проведе­ния оперативно-розыскных мероп­риятий, которые связаны с ограни­чением некоторых конституцион­ных прав граждан.

К числу ОРМ, ограничивающих права граждан, относятся:

-  контроль почтовых отправ­лений, телеграфных и иных со­общений;

-  прослушивание телефонных и иных переговоров;

-  снятие информации с техничес­ких каналов связи.

С нарушением неприкосновенно­сти жилища могут быть связаны на­блюдение и обследование помеще­ний, если они сопровождаются проникновением в жилище. При этом речь идет не только о физическом проникновении, но также о тех слу­чаях, когда наблюдение ведется извне при помощи технических средств.

6. Соблюдены ли положения зако­на о неприкосновенности лиц, зани­мающих некоторые государствен­ные должности.

7. Соблюден ли установленный за­коном порядок представления ре­зультатов оперативно-розыскной де­ятельности органу дознания, следо­вателю или в суд.

Каждое доказательство подлежит оценке как с точки зрения его относимости и допустимости, что служит необходимым условием сто исполь­зования в доказывании, так и с точки зрения достоверности.

Обвинительный приговор должен быть постановлен на достоверных доказательствах, когда по делу ис­следованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены.

Проверка доказательств включает:

а) установление источника доказа­тельства, т. е. источника получения сведений о фактах (при этом подразу­мевается и проверка доброкачествен­ности, надежности и источников доказательств: показаний потерпев­шего, свидетеля, заключений и пока­зании эксперта и специалиста, веще­ственных доказательств, протоколов следственных и судебных действий, иных документов, а также показаний подозреваемого и обвиняемого);

б) сопоставление проверяемых до­казательств с другими, имеющими­ся в уголовном деле, выяснение того, нет ли между ними существенных противоречий;

в) получение иных, дополнитель­ных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемые.

Какую же роль в проверке досто­верности доказательств играет за­щитник?

Защитник инициирует проверку достоверности доказательств, преж­де всего доказательств обвинения, вызывающих у стороны защиты сомнение, противоречащих ее позиции, ее версии. Защитник делает это, участвуя в производстве следственных действий (на предва­рительном расследовании - отдель­ных, указанных в законе, а в судеб­ном разбирательстве - всех); заявляя в интересах подзащитного ходатай­ства о производстве процессуальных действий и принятии процессуаль­ных решений для установления обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела: представляя доказательства, собранные защитой.

Уголовно-процессуальный кодекс предоставляет защитнику возмож­ность уже в ходе предварительного расследования принимать меры к ус­тановлению недостоверности, к оп­ровержению ставших ему известны­ми доказательств обвинения. Как правило, это должно быть сделано, чем раньше, тем лучше, чтобы пре­дотвратить незаконное и необосно­ванное привлечение подзащитного к уголовной ответственности (хотя бывает немало исключений, продик­тованных тактическими соображени­ями).

Наибольшую важность и вместе с тем сложность проверка показа­ний потерпевшего или свидетеля приобретает, когда возникают со­мнения в их достоверности. Это происходит чаще всего в случаях:

- когда в показаниях одного и того же лица имеются существенные про­тиворечия, и этому нет разумных объяснений;

- если данные показания проти­воречат другим собранным по делу доказательствам;

- когда показания того или иного лица в судебном заседании суще­ственно изменяются но сравнению с данными па предварительном рас­следовании.

Практика свидетельствует, что не­достоверность показаний потерпев­ших и свидетелей может вызываться добросовестным заблуждением доп­рашиваемого; сознательным утаива­нием или искажением в показаниях фактических обстоятельств дела, да­чей ложных показаний; нарушением закона при допросе на предвари­тельном расследовании либо недо­пониманием следователя или неточной записью показаний.

Выяснить, какой именно из пере­численных причин объясняются де­фекты показаний допрашиваемого, далеко не всегда просто. Для этого необходимо тщательно допросить потерпевшего или свидетеля, про­анализировать его показания, сопо­ставить их с другими доказатель­ствами.

Практикой и криминалистической наукой выработан ряд приемов, при помощи которых можно помочь доб­росовестному свидетелю избежать возможности заблуждений или пре­одолеть их. В основе этих приемов - учет психологии формирования свидетельских показаний.

Заблуждения и ошибки могут возникнуть на любом этапе формирова­ния свидетельских показаний: в про­цессе восприятия тех или иных со­бытий; запоминания сведение о них; воспроизведения этих сведении па допросе.

Полнота и адекватность восприя­тия события его очевидцем зависят от ряда условий, как объективных, так и субъективных. Объективные усло­вия: время суток, погодные условия. освещенность, наличие либо отсут­ствие помех видимости или слыши­мости и т. п. Восприятие затруднено также, когда лицо оказывается оче­видцем событий, для него необычных, быстротечных (например, дорожно-транспортное происшествие), мно­гоплановых (скажем, драка с множе­ством участников) и т. п.

Когда установление объективных условий восприятия приобретает су­щественное значение, они могут быть выяснены, например, путем исполь­зования при допросе различных ото­бражений места происшествия (схем, планов, фотографий, макетов и т. п.), путем осмотра места происшествия с участием допрашиваемого (это по­зволяет, в частности, убедиться в на­личии или отсутствии помех видимо­сти), истребования из метеослужбы сведений о погодных условиях в оп­ределенное время и т. п.

Субъективные условия - это лич­ные качества допрашиваемого: состо­яние зрения, слуха, психофизиологи­ческое состояние в момент восприя­тия событий (волнение, растерян­ность, страх ит. п.). Адекватность вос­приятия зависит также от профессии, опыта допрашиваемого: автомоби­лист, естественно, более точно вос­примет и оценит ситуацию дорожно-транспортного происшествия.

Насколько субъективные условия могли повлиять на восприятие допра­шиваемого, можно выяснить путем истребования соответствующих доку­ментов из медицинских учреждений, где он лечится или находился под на­блюдением; посредством назначения экспертизы, если необходимо устано­вить психическое или физическое со­стояние потерпевшего, когда возника­ет сомнение в его способности пра­вильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, и давать показания путем произ­водства эксперимента и т. п.

На запоминание воспринятой ин­формации может повлиять протя­женность времени между событием и дачей показаний о нем: с одной стороны - естественный процесс за­бывания деталей происшедшего или, с другой - явление реминисценции, когда те или иные события восстанав­ливаются в памяти через некоторое время: различные «наслоения», когда информация, воспринятая лично, смешивается, или даже меняются све­дения, воспринятые из других источ­ников (разговоров, слухов, сообщений средств массовой информации и т. п.). Все это необходимо иметь в виду при проверке достоверности показании потерпевшего и свидетеля, тщательно отделяя то, что известно допрашивае­мому лично, от подобных наслоений.

К сожалению, следователи и доз­наватели нередко забывают, что по­казания допрашиваемого лица запи­сываются от первого лица и по воз­можности дословно. Вопросы и ответы на них записываются в той последовательности, которая имела место в ходе допроса. В протоколе записываются все вопросы, в том числе и те, которые были отведены следователем или на которые отказалось отвечать допрашиваемое лицо, с указанием мотивов отвода или отказа. Предъявление в ходе допроса вещественных доказа­тельств, документов, оглашение про­токолов следственных действий и воспроизведение материалов аудио - или видеозаписи, киносъемки след­ственных действий, а также показа­ния, данные по этому поводу допра­шиваемым, тоже должны быть отра­жены в протоколе.

Хорошо известны такие случаи, когда, например, в протоколе допро­са записываются не столько показа­ния, как их давал допрашиваемый, сколько их интерпретация следова­телем. Нередко показания подрост­ка или пожилого малограмотного че­ловека записываются с применением таких явно незнакомых допрашива­емому юридических терминов или таких профессиональных полужаргонных выражений, как «всячески выражаясь нецензурными словами», «оскорблял личное достоинство» и т. п. Бывает и так. что в протоколах нескольких допросов одного и того же лица по-разному записаны его по­казания по одним и тем же вопросам и никаких объяснений этому нет. со­ответствующие вопросы допрашива­емому не ставились.

Выявление подобных фактов, осо­бенно если допрашиваемый в суде утверждает, что его показания запи­саны неправильно, дает защитнику убедительные основания ставить вопрос об их недостоверности. Ра­зумеется, для этого защитник должен хорошо знать материалы предварительного расследования.

При допросе потерпевшего или свидетеля адвокату необходимо учи тыкать возраст допрашиваемого, его образование, интеллектуальный уровень, уровень правосознания, находя в каждом случае индивиду­альный подход.

Теперь о проверке правдивости показаний допрашиваемого.

При этом наибольшее значение имеет:

- во-первых, выяснение возмож­ной заинтересованности допрашива­емого в даче уличающих обвиняемо­го показаний, не соответствующих действительности. Это могут быть особые отношения свидетеля с по­терпевшим или обвиняемым — род­ственные, дружеские или, напротив, неприязненные (это обычно стано­вится известным уже при ознаком­лении с материалами дела, а еще раньше - из беседы с подзащитным): собственные интересы свидетеля (если он сам причастен к противо­правным действиям, исследуемым по делу, и заинтересован в том, чтобы представить себя в наиболее выгод­ном свете); давление на свидетеля уговоры, подкуп, угрозы, насилие и т. п. Причинами необъективности потерпевшего бывает естественное чувство возмущения совершенным против него посягательством; а иног­да — противоправные или амораль­ные действия самого потерпевшего, спровоцировавшие преступление. О заинтересованности потерпевшего или свидетеля в определенном исхо­де дела — чаще всего в возможности более строгого наказания обвиняе­мого — может, например, свидетель­ствовать неадекватно активное, аг­рессивное поведение допрашиваемо­го в отношении обвиняемого на следствии и особенно в гуде.