Обзор избранных актуальных правовых позиций Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации по вопросам частного права за период с 2003 по 2011 годы (стр. 2 )

• Из пункта 1 статьи 235 ГК РФ следует, что в случае утраты недвижимостью свойств объекта гражданских прав, исключающей возможность его использования в соответствии с первоначальным назначением, запись о праве собственности на это имущество не может быть сохранена в реестре прав по причине ее недостоверности. Противоречия между правами на недвижимость и сведениями о них, содержащимися в реестре прав, в случае гибели или уничтожения такого объекта могут быть устранены как самим правообладателем, так и судом по иску лица, чьи права и законные интересы нарушаются сохранением записи о праве собственности на это недвижимое имущество при условии отсутствия у последнего иных законных способов защиты своих прав.

В данном деле установлено, что земельный участок, на котором ранее размещался объект, ни ответчику, за которым зарегистрировано право собственности на него, ни иному лицу для строительства, в том числе с целью восстановления разрушенного объекта, не предоставлялся, разрешение на такое строительство – не выдавалось. Ответчик за получением необходимых документов в уполномоченные органы не обращался.

В этой связи, поскольку ответчик на протяжении длительного (более 3-х положенных ему лет) времени фактически не предпринимал мер к восстановлению объекта недвижимости, Президиум ВАС РФ применительно к пункту 1 статьи 39 ЗК РФ пришел к выводу об отсутствии у него прав на спорный земельный участок.

Здесь Президиум ВАС РФ, во-первых, указал, что сохранение записей о праве на несуществующее имущество в условиях, когда собственник не предпринимает мер к его восстановлению, делает невозможным реализацию правомочий истца как публичного органа на распоряжение земельным участком, на котором числится разрушенный объект, и на который государственная собственность не разграничена, во-вторых, в связи с первым квалифицировал требование о признании зарегистрированного права ответчика на уже несуществующий объект недвижимости исходя из его характера и целевой направленности (приведение записи в соответствие с фактическими обстоятельствами, с которыми закон связывает прекращение права собственности) как иск о признании права отсутствующим по пункту 52 постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ /22 (постановление Президиума ВАС РФ /10).

• Президиум ВАС РФ в постановлении /05 выработал правовую позицию о том, что публичное учреждение с учетом одобрения исковых требований собственником имущества является надлежащим истцом по иску о признании права публичной собственности, поскольку такой иск имеет целью восстановление нарушенного иного вещного права публичного учреждения (постановление Президиума ВАС РФ /10).

• Поскольку в ГК РФ, Законе о регистрации прав на недвижимость и иных законах не предусмотрен такой способ защиты, как признание недействительным зарегистрированного права на недвижимое имущество, оспаривание зарегистрированного права на недвижимость может происходить лишь с использованием способов защиты, применяемых с учетом характера и последствий соответствующего правонарушения (постановление Президиума ВАС РФ /10).

• В конкретной ситуации Президиум ВАС РФ требование (1) о признании права собственности, совмещенное с (2) требованием о государственной регистрации права собственности, исходя из их единой материальной цели – зарегистрировать право лица, получившего вещь по договору, квалифицировал как иск о государственной регистрации перехода права собственности, что предусмотрен пунктом 3 статьи 551 ГК РФ (постановление Президиума ВАС РФ /10).

• В силу пункта 1 статьи 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество.

По общему правилу (если иное не предусмотрено законом) договор купли-продажи недвижимости считается заключенным с момента его подписания.

В этой связи, во-первых, отсутствие государственной регистрации права собственности продавца на недвижимость на дату заключения договора купли-продажи само по себе не влияет на действительность такого договора как основания возникновения соответствующего обязательства. Стороны договора купли-продажи недвижимости вправе обратиться в регистрирующий орган за государственной регистрацией перехода права собственности к покупателю после оформления данного права за продавцом в установленном законом порядке. При этом право собственности покупателя на объект недвижимости согласно статье 223 ГК РФ возникает с момента его государственной регистрации.

В случае, когда одна из сторон уклоняется от государственной регистрации перехода права собственности на недвижимость, суд, исходя из пункта 3 статьи 551 ГК РФ, по требованию другой стороны вправе вынести решение о государственной регистрации перехода права собственности. При указанных обстоятельствах государственная регистрация перехода права собственности производится на основании решения суда, давшего оценку (1) основаниям возникновения прав продавца на спорное имущество, (2) исполнение продавцом обязанности по передаче и (3) исполнение покупателем обязанности по оплате (с учетом абзаца 4 пункта 62 постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ № 10/22).

Названная норма права применяется по аналогии и тогда, когда обязанность продавца недвижимости (юридического лица) по участию в государственной регистрации перехода права собственности не может быть исполнена по причине его ликвидации.

Таким образом, и это во-вторых, решение о государственной регистрации перехода права собственности по сделке может быть принято как по делу об оспаривании отказа регистрирующего органа в осуществлении этой государственной регистрации, так и по результатам рассмотрения требований, заявленных к регистрирующему органу по правилам искового производства (постановление Президиума ВАС РФ /09).

Здесь возникает вопрос, предусмотрен ли в пункте 62 единственный способ для регистрации перехода права собственности покупателя на приобретенный по договору купли-продажи объект недвижимости при ликвидации продавца и отсутствии в реестре регистрации за продавцом (постановление ФАС СКО от 01.01.2001 по делу /2010) либо не исключен и способ, предложенный в рассмотренном постановлении Президиума ВАС РФ (постановления 15ААС от 01.01.2001 по делу /2010, от 01.01.2001 по делу № А/2010, от 01.01.2001 по делу /2010)?

Ответ на этот вопрос содержится в постановлении Президиума ВАС РФ /11. Так, согласно этому постановлению надлежащим способом защиты права в случае ликвидации стороны по сделке является обжалование отказа государственного регистратора в регистрации перехода права собственности по правилам главы 24 АПК РФ.

При этом если изначально заявитель избрал верный способ защиты, а затем заявил об изменении основания иска на неподлежащие применению нормы пункту 3 статьи 551 ГК РФ, то само по себе это не может служить основанием к отказу в удовлетворении заявления, ибо по пункту 3 постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ № 10/22 если на стадии принятия иска суд придет к выводу о том, что избранный способ защиты права собственности или другого вещного права не может обеспечить его восстановление, данное обстоятельство не является основанием для отказа в принятии искового заявления, его возвращения либо оставления без движения. Принимая решение, суд в силу части 1 статьи 168 АПК РФ определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Согласно пункту 3 части 4 статьи 170 АПК РФ арбитражный суд указывает также в мотивировочной части решения мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле. В этой связи ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению, по мнению суда, в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования. Указанный вывод соответствует правовой позиции Президиума ВАС РФ, изложенной им в постановлении от 01.01.2001 N 4502/10.

Содержащиеся в пункте 11 постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ № 10/22 разъяснения касаются момента возникновения права собственности на недвижимое имущество, в частности, в случае реорганизации юридического лица. В этом случае право собственности на недвижимое имущество возникает с момента завершения реорганизации юридического лица, и если право собственности правопредшественника не было зарегистрировано в ЕГРП, то вновь возникшее юридическое лицо представляет государственному регистратору документы, подтверждающие основание для перехода права в порядке правопреемства, а также документы правопредшественника, свидетельствующие о приобретении им права собственности на недвижимое имущество (определение ВАС РФ от 01.01.2001 № ВАС – 14397/11).

• Согласно статье 213 ГК РФ коммерческие организации являются собственниками имущества, переданного им в качестве вкладов (взносов) их учредителями (участниками, членами), а также имущества, приобретенного этими юридическими лицами по иным основаниям.

При внесении недвижимого имущества в качестве вклада (взноса) в уставный (складочный) капитал юридического лица право собственности на недвижимое имущество возникает с момента государственной регистрации права за таким юридическим лицом в ЕГРП (пункт 12 постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ № 10/22).

В случае государственной регистрации перехода права собственности от учредителя к вновь созданному им юридическому лицу и одновременной государственной регистрации права собственности за таким юридическим лицом право собственности учредителя должно быть зарегистрировано в установленном порядке в ЕГРП.

Если право собственности учредителя не было зарегистрировано в установленном порядке в ЕГРП, а учредитель ликвидирован, то вновь созданное юридическое лицо представляет в регистрирующий орган для государственной регистрации права собственности на объект недвижимости (1) акты учредителя о распоряжении имуществом в форме внесения его в уставный капитал, (2) документы, подтверждающие исполнение этих актов, то есть передачу имущества во владение, а также (3) документы, свидетельствующие о приобретении учредителем права собственности на недвижимое имущество (постановлении Президиума ВАС РФ /11).

• По смыслу статьи 247 ГК РФ сами по себе отсутствие между сособственниками соглашения о владении и пользовании общим имуществом (либо отсутствие соответствующего судебного решения) и фактическое использование части общего имущества одним из участников общей долевой собственности не образуют достаточную совокупность оснований для взыскания с фактического пользователя по иску другого сособственника денежных средств за использование части общего имущества.

Компенсация, указанная в рассматриваемой статье Кодекса, является, по своей сути, возмещением понесенных одним сособственником имущественных потерь, которые возникают при объективной невозможности осуществления им полномочий по владению и пользованию имуществом, приходящимся на его долю, вследствие действий другого сособственника, в том числе, когда этот другой сособственник за счет потерпевшего использует больше, чем ему причитается.

Именно в этом случае ограниченный в осуществлении правомочий участник общей долевой собственности вправе ставить вопрос о выплате ему компенсации.

Следовательно, неиспользование имущества, находящегося в общей долевой собственности, одним из сособственников не дает ему права на взыскание денежной компенсации с другого участника долевой собственности, использующего часть общего имущества в пределах своей доли (постановление Президиума ВАС РФ /10).

• Из системного толкования пункта 1 статьи 25 Закона об ипотеке следует, что в отсутствие возможности подачи в регистрирующий орган совместного заявления залогодателя и залогодержателя запись об ипотеке может быть погашена на основании решения суда.

Следовательно, если ипотека по предусмотренным законом основаниям прекратилась, но значится в реестре как существующая для всех третьих лиц, что нарушает права залогодателя, он вправе обратиться в суд с надлежащим требованием, направленным на прекращение зарегистрированного обременения, в виде иска о признании обременения отсутствующим.

При этом предварительное обращение к государственному регистратору с внесудебным заявлением не требуется (постановление Президиума ВАС РФ /10).

• Требование о возврате исполненного по недействительной сделке фактически является требованием о применении последствий недействительности сделки.

При этом нормы о неосновательном обогащении могут быть применены к отношениям сторон лишь при наличии доказательств, подтверждающих, что полученная денежная сумма одной из стороной явно превышает стоимость переданного другой стороне (и наоборот).

По смыслу пункта 2 статьи 167 ГК РФ суд обязан разрешить вопрос о реституции одновременно с признанием сделки недействительной (постановление Президиума ВАС РФ /10).

Отдельно отметим, что здесь по существу (с учетом правильной квалификации) требование о применении последствий все-таки было заявлено.

• Из материалов дела усматривается, что спорные объекты находились в непрерывном фактическом владении ответчика. Продажа этих объектов от одного собственника к другому не сопровождалась их фактической передачей. Другими словами, продавцы при заключении сделок продажи не владели объектом.

По смыслу положений статей 8 и 131 ГК РФ передача недвижимого имущества по договору купли-продажи не является необходимым условием возникновения права собственности покупателя на это имущество.

Право собственности считается перешедшим к покупателю с момента его государственной регистрации за этим лицом.

В случае, если приобретенное недвижимое имущество находится в незаконном владении третьих лиц, не являющихся стороной сделки, к покупателю недвижимости вместе с титулом собственника переходит и право на предъявление к этим лицам требования, основанного на положениях статьи 301 ГК РФ.

В данном случае предыдущий собственник обращался в арбитражный суд с иском об истребовании спорных объектов недвижимости из незаконного владения ответчика, однако отказался от иска и отказ принят судом, производство по делу прекращено.

Однако это право переходит к новому собственнику при условии, если предыдущий собственник его не реализовал. При отказе от иска истец утрачивает право на повторное обращение за судебной защитой своего материального интереса. Поскольку первоначальный собственник исчерпал процессуальные возможности для заявления требования о виндикации спорного имущества, его сингулярный правопреемник по сделке купли-продажи (нынешний истец) не может вновь обратиться в суд с тем же иском (постановление Президиума ВАС РФ /11).

• В силу абзаца второго пункта 1 статьи 13 Закона о регистрации при проведении государственной регистрации прав регистратор обязан провести правовую экспертизу представленных на регистрацию документов и проверить законность сделки.

Оспоренный в настоящем деле отказ регистратора основан на абзацах четыре, восемь и десять пункта 1 статьи 20 Закона о регистрации, согласно которым в государственной регистрации прав может быть отказано, если документы, представленные на государственную регистрацию прав, по форме или содержанию не соответствуют требованиям действующего законодательства; правоустанавливающий документ об объекте недвижимого имущества свидетельствует об отсутствии у заявителя прав на данный объект недвижимого имущества; не представлены документы, необходимые согласно названному Закону для государственной регистрации прав.

Условия возникновения у субъектов малого или среднего предпринимательства преимущественного права на приобретение арендуемого имущества, установленные статьей 3 Закона , не относятся ни к форме, ни к содержанию договора купли-продажи, представленного в управление в качестве основания для регистрации перехода права собственности на спорное помещение, поэтому регистратор не вправе был подвергать проверке наличие или отсутствие этих условий. Статьей 4 приведенного Закона данный вопрос отнесен к компетенции органа государственной власти субъекта Российской Федерации или органа местного самоуправления, уполномоченных на осуществление функций по приватизации имущества соответствующего уровня собственности.

Таким образом, у регистратора не имелось законных оснований для отказа в государственной регистрации перехода права (постановление Президиума ВАС РФ /11).

• Обращаясь в суд за защитой права государственной собственности на земельный участок, управление заявило одновременно как (1) требование о сносе возведенного торгового павильона, так и (2) требование о признании отсутствующим зарегистрированного на него права собственности предпринимателя.

В соответствии с пунктом 5 ИП Президиума ВАС РФ наличие государственной регистрации права собственности на объект недвижимого имущества само по себе не является основанием для отказа в удовлетворении иска о сносе этого объекта как самовольной постройки.

Согласно разъяснениям, содержащимся в упомянутом пункте ИП , судебный акт, удовлетворяющий иск о сносе самовольной постройки, устанавливает отсутствие права собственности на спорный объект и является основанием для внесения соответствующей записи в ЕГРП.

Из приведенных разъяснений следует, что удовлетворение иска о сносе самовольной постройки обеспечивает не только освобождение земельного участка от неправомерно возведенного на нем строения, но и позволяет тем самым разрешить вопрос о судьбе самого объекта недвижимого имущества и о государственной регистрации права собственности на данное имущество в тех случаях, когда запись об этом праве уже была внесена в реестр. Следовательно, при возникновении спора по поводу сноса самовольной постройки предъявление отдельного требования, имеющего цель исправление сведений, содержащихся в реестре, не требуется.

Иск о признании зарегистрированного права или обременения отсутствующим по смыслу пункта 52 постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ /22 является исключительным способом защиты, который подлежит применению лишь тогда, когда нарушенное право истца не может быть защищено посредством предъявления специальных исков, предусмотренных действующим гражданским законодательством.

К таким случаям, в частности, относится государственная регистрация права собственности на объект, являющийся движимым имуществом. В этой ситуации нарушением прав истца является сам факт государственной регистрации права собственности ответчика на имущество, которое не обладает признаками недвижимости. При подобных обстоятельствах нарушенное право истца восстанавливается исключением из реестра записи о праве собственности ответчика на объект.

Таким образом, в настоящем деле зарегистрированное право собственности ответчика на объект в зависимости от характера возникшего спора, наличия или отсутствия у этого имущества признаков недвижимости может быть оспорено либо по результатам рассмотрения иска, основанного на положениях статьи 222 ГК РФ, одновременно с разрешением вопроса о судьбе этого объекта, либо по итогам рассмотрения требования о признании отсутствующим зарегистрированного права при наличии условий, предусмотренных пунктом 52 постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ /22.

Установив, что являющийся недвижимостью торговый павильон в нарушение требований законодательства и условий договора возведен на земельном участке, который не был отведен для этих целей, суд первой инстанции удовлетворил заявленный иск в полном объеме, не приняв во внимание тот факт, что иск о сносе самовольной постройки применительно к установленным им по настоящему делу обстоятельствам является по своему характеру специальным способом защиты права собственника земельного участка, исключающим удовлетворение требования о признании зарегистрированного права отсутствующим.

Суд кассационной инстанции при рассмотрении спора вопреки приведенным ВАС РФ разъяснениям также исходил из взаимосвязи указанных требований, поэтому, придя к выводу о том, что спорный торговый павильон не имеет признаков объекта недвижимого имущества, отменил решение суда первой инстанции, отказав в удовлетворении обоих заявленных управлением требований.

Однако судом кассационной инстанции при этом не учтено, что в соответствии с положениями постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ /22 именно невозможность отнесения конкретного объекта к категории недвижимого имущества следует рассматривать в качестве одного из обстоятельств, при которых иск о признании права отсутствующим подлежит удовлетворению. Некапитальный характер спорного строения, являясь условием, исключающим возможность обращения с требованием о сносе самовольной постройки, вместе с тем в силу пункта 52 постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ /22 признается основанием для удовлетворения иска о признании права отсутствующим.

Каждое из заявленных по настоящему делу требований имеет самостоятельную сферу фактического применения, поэтому позицию суда кассационной инстанции о необходимости отказа в признании права отсутствующим по причине временного характера торгового павильона нельзя признать соответствующей сложившейся системе способов защиты, направленных на оспаривание зарегистрированных в реестре прав.

При таких обстоятельствах у суда кассационной инстанции, пришедшего к выводу о том, что спорный торговый павильон, на который зарегистрировано право ответчика, не относится к недвижимому имуществу, не было оснований для отказа в удовлетворении требования о признании отсутствующим зарегистрированного права собственности ответчика на этот объект (постановление Президиума ВАС РФ /11).

• Согласно пункту 1 статьи 551 ГК РФ переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации. Исполнение договора продажи недвижимости сторонами до государственной регистрации перехода права собственности не является основанием для изменения их отношений с третьими лицами (пункт 2 указанной статьи).

Одновременно пункт 1 статьи 556 ГК РФ определяет, что если иное не предусмотрено законом или договором, обязательство продавца передать недвижимость покупателю считается исполненным после вручения этого имущества покупателю и подписания сторонами соответствующего документа о передаче.

Таким образом, положения статей 551, 556 ГК РФ о моменте исполнения продавцом недвижимого имущества обязанности по его передаче покупателю позволяют сторонам договора купли-продажи недвижимости установить, что передача должна состояться после государственной регистрации перехода права собственности. Согласование сторонами в договоре купли-продажи условия о передаче имущества после государственной регистрации перехода права также не нарушает каких-либо иных императивных требований российского гражданского законодательства.

Позицией, сформированной в абзаце четвертом пункта 61 постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ № 10/22, согласно которой в случае, "когда договором продажи недвижимости предусмотрено (то есть специально указано), что переход права собственности не зависит от исполнения обязанности продавца передать соответствующий объект, сохранение продавцом владения этим имуществом не является препятствием для удовлетворения иска покупателя о государственной регистрации перехода права", суды должны были руководствоваться и при оценке действий Росреестра, имея в виду право сторон договориться о передаче недвижимого имущества после государственной регистрации перехода права собственности на него и, следовательно, отсутствие у регистрирующего органа права требовать подтверждения такой передачи для целей государственной регистрации (постановление Президиума ВАС РФ /11).

То есть от обратного, если стороны не установили, что переход права собственности на объект зависит от его передачи, то требовать государственной регистрации такого перехода нельзя и соответствующий отказ Росреестра (ввиду доказательств передачи) будет законным.

Но в постановлении Президиума ВАС РФ /11 сделан вывод, что передача объекта по договору продажи недвижимости не является необходимым условием возникновения права собственности у покупателя, следовательно, Росреестр в любом случае не вправе требовать документ о передаче объекта.

• Из материалов рассмотренного высшей судебной инстанцией дела усматривается, что спорные объекты находились в непрерывном фактическом владении ответчика. Продажа этих объектов от одного собственника к другому не сопровождалась их фактической передачей. При этом Президиум указал, что, во-первых, по смыслу положений статей 8 и 131 ГК РФ передача недвижимого имущества по договору купли-продажи не является необходимым условием возникновения права собственности покупателя на это имущество, во-вторых, право собственности считается перешедшим к покупателю с момента его государственной регистрации за этим лицом, и сделал итоговый вывод, что в случае если приобретенное недвижимое имущество находится в незаконном владении третьих лиц, не являющихся стороной сделки, к покупателю недвижимости вместе с титулом собственника переходит и право на предъявление к этим лицам требования, основанного на положениях статьи 301 ГК РФ (постановление Президиума ВАС РФ /11).

• (1) Третейский суд компетентен рассматривать споры, связанные с залогом недвижимого имущества, в том числе об обращении взыскания на него.

(2) Решение третейского суда об обращении взыскания на заложенное недвижимое имущество влечет за собой либо выдачу исполнительного листа в случае принудительного обращения взыскания, либо, в случае добровольного исполнения решения, проведение открытого аукциона, по результатам которого может перейти право собственности на заложенное имущество. Таким образом, само решение третейского суда не влечет перехода прав на заложенное недвижимое имущество (постановления Президиума ВАС РФ /10 и № 000/10).

• В соответствии со статьей 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Как усматривается из материалов дела, Российская Федерация на момент рассмотрения спора являлась лицом, чье право собственности на спорное имущество зарегистрировано, следовательно, территориальное управление Росимущества было вправе защищать нарушенное право Российской Федерации посредством предъявления виндикационного иска к обществу № 3 как лицу, фактически владеющему этим имуществом без законных оснований.

Срок давности по иску об истребовании недвижимого имущества из чужого незаконного владения начинает течь с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о том, что недвижимое имущество выбыло из его владения.

Факт выбытия имущества из владения Российской Федерации сторонами подтвержден и судами установлен.

Однако суды ошибочно отождествили утрату владения с записью о праве собственности в ЕГРП, поэтому не придали правового значения моменту, когда управление узнало или должно было узнать о том, что взлетно-посадочная полоса выбыла из владения Российской Федерации и перешла во владение стороннего лица.

Между тем первым таким владельцем взлетно-посадочной полосы являлось общество № 2, купившее имущественный комплекс общества № 1 в процессе его банкротства в 2000 году, о чем комитет как правопредшественник управления не мог не знать.

При смене владельца имущества срок на защиту права собственника, не реализовавшего своевременно право на судебную защиту, не начинает течь заново (пункт 13 ИП Президиума ВАС РФ № 000). Поэтому в данном случае по заявленному виндикационному требованию срок давности должен исчисляться с момента, когда имущество перешло во владение общества № 2, что произошло не позднее 2000 года, а не тогда, когда управление узнало о регистрации на него обществом № 3 права собственности.

Вывод судов об определении начала течения срока исковой давности со дня ознакомления управления со сведениями из ЕГРП также сделан без учета правовых позиций, выработанных в судебно-арбитражной практике.

Управление является органом государственной власти, на который возложены обязанности по контролю за использованием и сохранностью находящегося в государственной собственности имущества и который для надлежащего осуществления этих обязанностей наделен различными контрольными полномочиями, а также имеет возможность в пределах срока исковой давности получить сведения о государственной регистрации прав на спорный объект недвижимости.

При этом последующее перераспределение функций по управлению государственным имуществом между органами государственной власти не может служить основанием для изменения срока исковой давности или порядка его исчисления по требованию, заявленному в защиту интересов публично-правового образования (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации /08, /10).

Поэтому ни государственная регистрация права собственности общества № 3 на взлетно-посадочную полосу в составе здания аэровокзала, произведенная в конце 2004 года, ни получение управлением выписки в середине 2008 года из ЕГРП, свидетельствующей об этом обстоятельстве, не влияют на определение момента начала течения срока исковой давности по заявленному виндикационному требованию.

Таким образом, на момент обращения управления с настоящим иском в арбитражный суд срок исковой давности истек, о чем было заявлено обществом № 3.

При наличии данного заявления, своевременно сделанного лицом, фактически владеющим спорным имуществом, истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске об истребовании у него этого имущества независимо от законности им владения (постановление Президиума ВАС РФ /11).

• Для осуществления строительства в районе аэродрома и на приаэродромной территории необходимо в обязательном порядке (1) согласование старшего авиационного начальника этого аэродрома и (2) согласование собственника аэродрома.

Согласно части 1 статьи 40 Воздушного кодекса аэродром - это участок земли или акватория с расположенными на нем зданиями, сооружениями и оборудованием, предназначенный для взлета, посадки, руления и стоянки воздушных судов.

Судами установлено и индивидуальным предпринимателем не оспаривалось, что он не предпринимал мер к получению и не получал согласование (разрешение) от собственника аэродрома, которым до конца 2008 года являлась Российская Федерация, а после этого момента - субъект Российской Федерации.

Поскольку строительство автозаправочной станции осуществлялось на приаэродромной территории без необходимого в силу закона разрешения от собственника аэродрома, суды апелляционной и кассационной инстанций правомерно признали этот объект самовольной постройкой.

В соответствии с пунктом 22 постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ /22 с иском о сносе самовольной постройки вправе обратиться в суд по общим правилам подведомственности собственник земельного участка, субъект иного вещного права на земельный участок, его законный владелец либо лицо, права и законные интересы которого нарушает сохранение самовольной постройки.

С иском о сносе самовольной постройки в публичных интересах вправе обратиться прокурор, а также уполномоченные органы в соответствии с федеральным законом. На требования о сносе самовольной постройки, создающей угрозу жизни и здоровью граждан, исковая давность не распространяется.

Собственник аэродрома в силу установленных законом специальных оснований вправе обратиться с иском о сносе объекта как самовольной постройки, если он препятствует нормальной эксплуатации аэродрома, создает помехи при взлете и посадке воздушных судов и угрожает жизни и здоровью граждан. Однако лицо, построившее такой объект, полагая, что уполномоченными органами при разрешении строительства объекта были учтены требования Воздушного кодекса, не лишено возможности требовать с разрешивших строительство органов возмещение убытков, включая расходы по строительству и сносу объекта. Соответствующая правовая позиция выработана в постановлении Президиума ВАС РФ от 01.01.2001 N 1034/09.

В данном случае, удовлетворяя иск о сносе автозаправочной станции, относящейся к пожаро - и взрывоопасным объектам, которые могут создавать угрозу безопасности полетов, а также жизни и здоровью людей, суд апелляционной инстанции и поддержавший его суд кассационной инстанции учли назначение, характер этого объекта и близость его месторасположения к территории аэродрома (постановление Президиума ВАС РФ /11).

• Цессионарий, предъявляя в суд в 2009 году настоящий иск по п. 3 ст. 551 ГК РФ, ссылался на то, что цедент уступил ему права по исполненному договору купли-продажи (между цедентом как покупателем и предприятием как продавцом) до регистрации права собственности, а предприятие от государственной регистрации права собственности уклоняется.

Отказывая цессионарию в удовлетворении иска, суд первой инстанции указал, что истец обосновывает приобретение права собственности договором уступки, стороной которого предприятие не является, в связи с чем не может выступать надлежащим ответчиком по предъявленному иску о государственной регистрации этого договора.

Суды апелляционной и кассационной инстанций признали выводы суда первой инстанции правильными, дополнительно сославшись на отсутствие доказательств обращения цессионария к предприятию с требованием о государственной регистрации договора купли-продажи.

Однако суды не учли, что согласно требованиям статей 131 и 164 ГК РФ государственная регистрация сделок с недвижимым имуществом осуществляется только в случаях, установленных законом.

В частности, в соответствии с пунктом 2 статьи 558 и пунктом 3 статьи 560 ГК РФ государственной регистрации подлежат сделки купли-продажи (1) предприятий и (2) жилых помещений. Государственная регистрация сделок купли-продажи нежилых объектов недвижимости законом не предусмотрена.

Из пункта 2 статьи 389 ГК РФ следует, что государственной регистрации подлежит только уступка требования по сделке, требующей государственной регистрации.

Исходя из приведенных норм права, договор уступки прав по сделке купли-продажи нежилых объектов недвижимости не подлежит государственной регистрации.

В данном случае право собственности на сооружения должно переходить не на основании договора уступки прав, поскольку такое соглашение не является сделкой об отчуждении вещи, а на основании договора купли-продажи сооружений.

В силу пункта 3 статьи 551 ГК РФ суд вправе вынести решение о государственной регистрации перехода права собственности по требованию одной из сторон договора купли-продажи недвижимости к другой стороне, если последняя уклоняется от государственной регистрации перехода права.

Вместе с тем суды правильно отказали цессионарию в государственной регистрации перехода права собственности на сооружения.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случае установления факта злоупотребления правом суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.