Обзор избранных актуальных правовых позиций Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации по вопросам частного права за период с 2003 по 2011 годы (стр. 7 )

• По смыслу статьи 313 ГК РФ должник вправе исполнить обязательство, не требующее личного исполнения, самостоятельно или, не запрашивая согласия кредитора, передать исполнение третьему лицу. Праву должника возложить исполнение на третье лицо корреспондирует обязанность кредитора принять соответствующее исполнение. При этом закон не наделяет добросовестного кредитора, не имеющего материального интереса ни в исследовании сложившихся между третьим лицом и должником отношений, ни в установлении мотивов, побудивших должника перепоручить исполнение своего обязательства другому лицу, полномочия по проверке того, действительно ли имело место возложение должником исполнения обязательства на третье лицо.

Следовательно, не может быть признано ненадлежащим исполнение добросовестному кредитору, который принял как причитающееся с должника предложенное третьим лицом, если кредитор не знал и не мог знать об отсутствии факта возложения исполнения обязательства на предоставившее исполнение лицо и при этом исполнением не были нарушены права и законные интересы должника (?). Другими словами, исходя из обстановки кредитор мог разумно предположить возложение. Поскольку в этом случае исполнение кредитором принимается правомерно, к нему не могут быть применены положения статьи 1102 ГК РФ, а значит, сама по себе последующая констатация отсутствия соглашения между должником и третьим лицом о возложении исполнения на третье лицо не свидетельствует о возникновении на стороне добросовестного кредитора неосновательного обогащения в виде полученного в качестве исполнения от третьего лица (постановление Президиума ВАС РФ /10).

• Из смысла статьи 782 ГК РФ следует, что отказ заказчика от исполнения договора возможен в любое время: как до начала исполнения услуги, так и в процессе оказания услуги.

Поскольку право сторон (как исполнителя, так и заказчика) на односторонний отказ от исполнения договора возмездного оказания услуг императивно установлено статьей 782 Кодекса, оно не может быть ограничено соглашением сторон (постановление Президиума ВАС РФ /10).

• Бюджетный кодекс Российской Федерации регулирует заимствование только в денежной форме.

Следовательно, заимствование в натуральной, неденежной, форме, не может быть признано недействительным на основании норм Бюджетного кодекса Российской Федерации и на соответствующий договор распространяются нормы главы 42 ГК РФ (постановление Президиума ВАС РФ /10).

• Заблуждение налогоплательщика относительно порядка применения соответствующих норм НК РФ не может служить основанием для изменения порядка исчисления срока исковой давности.

Общество должно было узнать об излишней оплате полученных услуг не позднее дня оплаты выставленных ему счетов-фактур с указанием необоснованной ставки по налогу на добавленную стоимость.

Следовательно, неосновательное обогащение возникает с момента оплаты по соответствующим счетам-фактурам (постановление Президиума ВАС РФ /10).

• (1) Законодательство о рекламе, имея свою сферу применения, действует не вместо, а наряду с положениями, требованиями и запретами иных отраслей законодательства, регламентирующего различные аспекты публичных и частных отношений.

(2) Исходя из характера, назначения, вида, способа монтажа и целей использования, рекламные конструкции должны рассматриваться только как движимые вещи, заведомо устанавливаемые на определенный период времени и демонтируемые (перемещаемые) без несоразмерного ущерба их назначению как технических средств.

(3) Размещение любых конструкций наружной рекламы возможно после получения разрешения компетентного органа на их установку при наличии гражданско-правового договора с собственником (иным управомоченным собственником лицом) того объекта недвижимости, к которому эта конструкция присоединяется.

По смыслу Закона о рекламе под самовольной рекламной конструкцией понимается та, на которую в момент ее установки отсутствует разрешение компетентного органа.

Установка рекламной конструкции без разрешения (самовольная установка) не допускается.

(4) Если на момент установки такое разрешение было получено, но впоследствии аннулировано, признано недействительным или срок его действия истек, то рекламная конструкция не может рассматриваться в качестве самовольной.

(5) Реализуя свои полномочия по выдаче разрешения на установку рекламной конструкции, компетентный орган обязан проверять ее соответствие всем необходимым требованиям законодательства с учетом возможности размещения (место, форма, способ, используемые технические средства и т. п.). Данному органу известен собственник рекламной конструкции, поскольку он обратился за разрешением, и согласный на ее установку собственник недвижимого имущества, к которому такая конструкция будет присоединена. Исходя из требований, содержащихся в частях 21 и 22 статьи 19 Закона о рекламе, судебная процедура демонтажа предусмотрена в отношении именно этих лиц и для рекламной конструкции, изначально установленной правомерно - при наличии надлежащего разрешения.

(6) Что касается самовольной рекламной конструкции, то ее собственник, не обращавшийся за разрешением компетентного органа, может быть не известен и впоследствии не найден. Кроме того, размещение подобной конструкции может быть произведено в месте, способом или с использованием средств, угрожающих жизни и здоровью людей, безопасности населения и окружающей среды или с иными нарушениями, требующими ее безотлагательного демонтажа независимо от того, имеется ли на ней рекламная информация.

Самовольная установка рекламной конструкции представляет собой заведомо противоправные действия. Она не разрешена никому, в том числе и на собственных объектах недвижимости. В связи с этим интерес в сохранении рекламной конструкции в месте ее самовольной установки не может рассматриваться как законный и не подлежит защите.

На данные ситуации распространяется часть 10 статьи 19 Закона о рекламе, допускающая демонтаж самовольно установленной рекламной конструкции без судебной процедуры по предписанию органа местного самоуправления, адресат которого Законом о рекламе не обозначен. Это предписание может быть дано и в адрес городских служб, располагающих соответствующими возможностями.

Таким образом, статья 19 Закона о рекламе различает рекламные конструкции, установленные самовольно и с разрешения компетентного органа, и предусматривает для этих случаев различное регулирование.

(7) Названная статья не дополняет и не изменяет гражданское законодательство, применимое к отношениям между собственником рекламной конструкции и собственником объекта, к которой такая конструкция присоединяется. Эта статья не содержит правил, допускающих возможность установки рекламной конструкции путем присоединения к недвижимому имуществу иного лица при отсутствии с ним соответствующего гражданско-правового договора.

Собственник недвижимости, к которой присоединяется разрешенная компетентным органом рекламная конструкция, вправе включить в такой договор условия об основаниях его прекращения и возможности демонтажа чужой рекламы без обращения в суд, что ни гражданскому законодательству, ни законодательству о рекламе не противоречит.

В случае установки рекламной конструкции, являющейся по смыслу Закона о рекламе движимой вещью, путем самовольного присоединения к чужой собственности защиту должен получить не тот, кто нарушил, а тот, кто претерпел от нарушения, то есть собственник объекта недвижимости. Закон о рекламе не вводит для частного собственника недвижимости ограничений по защите его права собственности, нарушенного самовольной установкой чужой рекламной конструкции, а статья 12 ГК РФ прямо допускает самозащиту права, то есть возможность устранить нарушение без обращения в суд.

Согласно части 2 статьи 8 Конституции РФ в РФ признаются и защищаются равным образом частная, государственная, муниципальная и иные формы собственности.

Поэтому если собственником недвижимого имущества, к которому присоединена самовольная рекламная конструкция, является публичное образование, то оно не должно получить меньшую защиту, нежели частный собственник.

Судебный порядок демонтажа, представляющий ограничение прав такого собственника, предусмотрен Законом о рекламе для случаев, когда он является тем публичным образованием, который в лице органа, компетентного по Закону о рекламе, ранее выдал разрешение на установку рекламной конструкции.

Иное истолкование Закона о рекламе ставит лицо, совершившее противоправные действия в виде самовольной установки рекламной конструкции, в преимущественное положение по сравнению с законопослушными лицами, стимулирует несоблюдение закона и нарушает баланс публичных и частных интересов.

Демонтаж самовольно установленной рекламной конструкции (движимой вещи) не противоречит положениям статьи 35 Конституции РФ, поскольку собственник рекламной конструкции лишается не своего имущества в виде рекламной конструкции, а места, на котором такая конструкция была самовольно установлена (постановление Президиума ВАС РФ /10).

• Заявляя требование о передаче карточек регистрационного учета граждан – собственников помещений в многоквартирном доме, товарищество обосновывало его положениями части 10 статьи 162 Жилищного кодекса.

Данной нормой предусмотрено, что управляющая организация за тридцать дней до прекращения договора управления многоквартирным домом обязана передать техническую документацию на многоквартирный дом и иные связанные с управлением таким домом документы вновь выбранной управляющей организации, товариществу собственников жилья либо жилищному кооперативу или иному специализированному потребительскому кооперативу либо в случае непосредственного управления домом собственниками помещений в этом доме одному из собственников, названному в решении общего собрания собственников о выборе способа управления домом, или, если такой собственник не указан, любому собственнику помещения в доме.

Товарищество собственников жилья как лицо, выполняющее функции управления многоквартирным домом, осуществляет полномочия должностного лица, ответственного за регистрацию граждан.

Лица, поименованные в качестве должностных лиц, ответственных за регистрацию, исполняя функции, связанные с регистрацией граждан по месту жительства либо пребывания, выполняют публично-правовые обязанности, возложенные на них законом, предоставляя государственную услугу гражданам Российской Федерации.

Поскольку регистрационный учет устанавливается не только в целях обеспечения необходимых условий для реализации гражданами своих прав и свобод, но и исполнения ими обязанностей перед другими гражданами, государством и обществом, невозможность выполнения указанных функций товариществом, осуществляющим полномочия должностного лица, ответственного за регистрацию, в отсутствие истребуемых документов не только нарушает права граждан – собственников помещений многоквартирного дома, которым товарищество не вправе отказывать в приеме заявлений на регистрацию и снятие их с регистрационного учета, но и создает условия для нарушения публичного порядка совершения данных процедур, а следовательно, и требований закона.

Управляющая компания, утратив полномочия по управлению многоквартирным домом и, как следствие, функции должностного лица, ответственного за регистрацию граждан по упомянутому дому, обязана с переходом этих обязанностей к товариществу передать по его требованию все документы по ведению регистрационного учета для последующего исполнения им возложенных на него законом функций.

Нахождение у лица, не имеющего права хранить документы регистрационного учета, которые содержат сведения о собственниках помещений многоквартирного дома, в том числе их персональные данные (фамилию, имя, отчество, год, месяц, дату и место рождения, адрес, семейное и иное социальное положение и т. д.), а также сведения о документах, удостоверяющих личность, о правах на помещения, создает возможность их распространения без согласия субъекта персональных данных или наличия иного законного основания.

Таким образом, суды не учли характер рассматриваемых отношений, а в связи с этим положения пункта 3 статьи 2 ГК РФ о неприменении к административным отношениям гражданского законодательства, в том числе положений об исковой давности.

Поскольку товарищество обратилось в суд в интересах собственников помещений в многоквартирном жилом доме, права которых нарушены длительным и продолжающимся неисполнением предусмотренной законом обязанности по передаче документов, а также в целях исполнения публичной обязанности по предоставлению государственной услуги, его требование к лицу, прекратившему исполнять функции по управлению домом, не может быть ограничено сроком.

Отказывая в иске в связи с применением исковой давности, суды также не учли отсутствия у управляющей компании материально - правового интереса, подлежащего защите в этом случае, а также оснований для хранения истребуемых документов.

Таким образом, требование товарищества подлежало удовлетворению (постановление Президиума ВАС РФ /11).

• Обращаясь в арбитражный суд с иском о взыскании с ответчика неосновательного обогащения за пользование причалом, предприятие указало, что причал передан ответчику по акту при отсутствии правовых оснований и до настоящего времени находится у него в пользовании.

По мнению истца, неосновательное обогащение возникло у ответчика вследствие разницы между перечисленными им суммами ежемесячной оплаты и рыночной ценой пользования аналогичным имуществом, которая определена по состоянию на дату обращения в суд исходя из отчета независимого оценщика. Поскольку за три года, предшествовавших обращению предприятия в суд, ответчик заплатил за пользование причалом одну сумму, а с учетом результатов оценки ему следовало заплатить значительно большую сумму, то неосновательно сбереженные ответчиком средства обоснованно предъявлены истцом к взысканию.

Оформляя акт приема-передачи причала, стороны не могли не знать об отсутствии между ними заключенного договора аренды причала. Тем не менее истец по собственному волеизъявлению передал ответчику причал во владение, ежемесячно требовал и принимал плату за его использование по согласованной цене, а ответчик своевременно вносил плату за пользование причалом.

Предложений о возврате причала либо об увеличении цены его пользования истец ответчику не направлял.

Таким образом, договоренность о цене пользования причалом в отношениях между сторонами была достигнута, выражена в письменной форме, в течение четырех лет подтверждалась ими конклюдентными действиями при расчетах и связала их обязательством, которое не может быть произвольно изменено одной из сторон (статья 310 ГК РФ).

Сам по себе факт пользования чужим имуществом без надлежаще оформленного договора может свидетельствовать об отсутствии правового основания (неосновательности) пользования, однако не означает обязательного возникновения неосновательного обогащения вследствие такого пользования.

Если фактический пользователь имущества уплачивал согласованную с его отчуждателем (собственником или законным владельцем) цену пользования, определенную отчуждателем без порока воли и нарушения требований закона, то неосновательное обогащение у данного пользователя отсутствует и оснований для применения положений статей 1102, 1105 Кодекса не имеется.

В рассматриваемом случае цена аренды не является регулируемой или устанавливаемой уполномоченными на то государственными органами. На порок воли, который мог бы повлечь существенное занижение цены против ее рыночного размера при передаче причала в фактическую аренду, истец также не ссылался.

Более того, подписанное сторонами приложение к тексту не подписанного истцом договора аренды содержит указание об определении арендной платы на основании другого более раннего отчета.

Следовательно, оценка размера рыночной арендной платы за причал перед его передачей в пользование обществу была проведена. Результаты этой оценки не опровергнуты.

Наличие неосновательного обогащения вследствие занижения цены фактического пользования против рыночной квалифицируется по статье 1102 Кодекса, подлежит доказыванию и не может быть просто рассчитано исходя из правил статьи 1105 Кодекса, как это сделало предприятие при заявлении настоящего иска.

Как указано в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации /10, никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения.

Между тем предъявление истцом иска по правилам статьи 1105 Кодекса свидетельствует о намерении извлечь не основанную на нормах права материальную выгоду посредством взыскания за пользование имуществом, предоставленным по своей воле по заведомо не заключенному договору аренды, оплаты за три предшествующих года в двойном размере против ранее согласованного, что ответчик не мог разумно предвидеть, договариваясь о получении имущества в пользование и в течение периода пользования (постановление Президиума ВАС РФ /11).

• В силу пункта 1 статьи 618 ГК РФ если иное не предусмотрено договором аренды, досрочное прекращение договора аренды влечет прекращение заключенного в соответствии с ним договора субаренды. Субарендатор в этом случае имеет право на заключение с ним договора аренды на имущество, находившееся в его пользовании в соответствии с договором субаренды, в пределах оставшегося срока субаренды на условиях, соответствующих условиям прекращенного договора аренды.

Таким образом, законодатель связывает возможность реализации субарендатором права на заключение договора аренды с собственником имущества с наличием на момент прекращения договорных отношений между арендодателем и арендатором договора субаренды данного имущества.

Согласно пункту 2 статьи 651 ГК РФ договор аренды здания или сооружения, заключенный на срок не менее года, подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации.

Рассматриваемый договор субаренды нежилых помещений заключен на срок более одного года, но в установленном порядке не зарегистрирован и, следовательно, является незаключенным.

Положения пункта 1 статьи 618 ГК РФ направлены на достижение разумного баланса интересов арендодателя и субарендатора, владевшего и пользовавшегося имуществом на момент расторжения договора аренды.

Поэтому, предоставляя субарендатору право на заключение договора аренды непосредственно с арендодателем на условиях прекращенного договора аренды, указанная норма ограничивает срок действия такого договора пределами оставшегося срока субаренды. Причем данное правило не распространяется на случаи продления действия договора на неопределенный срок на основании пункта 2 статьи 610 и пункта 2 статьи 621 ГК РФ (постановление Президиума ВАС РФ /11).

• По смыслу положений пункта 5 статьи 447 ГК РФ, пункта 1 статьи 58 Закона об ипотеке объявление публичных торгов несостоявшимися является результатом проведения таких торгов.

Будучи проведенными с нарушением правил, установленных законом, они могут быть признаны недействительными по иску заинтересованного лица (статья 449 Кодекса).

На основании пункта 3 статьи 57 Закона об ипотеке организатор публичных торгов извещает о предстоящих публичных торгах в периодическом издании, являющемся официальным информационным органом органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации, по месту нахождения недвижимого имущества, а также направляет соответствующую информацию для размещения в сети Интернет в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Информация о проведении торгов, сообщенная с нарушением установленного порядка, уменьшает возможность участия в торгах потенциальных покупателей и, следовательно, влияет на формирование цены реализации имущества (пункт 2 Обзора практики разрешения арбитражными судами дел, связанных с признанием недействительными публичных торгов, проводимых в рамках исполнительного производства, утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации ).

Несоблюдением порядка извещения о проведении публичных торгов нарушены интересы банка (взыскателя по исполнительному производству), поэтому он является заинтересованным лицом, по иску которого данные публичные торги могут быть признаны недействительными как проведенные с нарушением порядка их проведения.

Кроме того, при оставлении залогодержателем имущества за собой сумма, составляющая разницу между дисконтированной стоимостью заложенного имущества и размером требований, обеспеченных залогом, подлежит уплате залогодержателем в пользу залогодателя (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации /97).

Залогодержатель, оставляя имущество за собой, вынужден нести дополнительные расходы, и на него ложатся соответствующие риски последующего изменения рыночной цены на имущество, а также бремя собственника по содержанию этого имущества.

Поэтому залогодержатель заинтересован в надлежащем проведении торгов, а его права и законные интересы нарушаются, если правила проведения торгов не соблюдаются и торги признаются несостоявшимися (постановление Президиума ВАС РФ /11).

• Заключение собственником договора, направленного на передачу имущества во временное пользование, даже при наличии иного заключенного в отношении данного имущества договора аренды, не может рассматриваться как сделка, совершенная с нарушением требований закона или иных правовых актов. Договор, как обязательственная сделка, является действительным, а невыполнение его условий о фактической передаче предмета договора влечет имущественную ответственность арендодателя (определение ВАС РФ /07).

• Как следует из текста заключённого между обществом и учреждением государственного контракта, предметом контракта являлось выполнение работ по текущему ремонту асфальтобетонного покрытия, работы по устройству парковочных карманов в нём предусмотрены не были.

Таким образом, перечисленные в актах о приёмке выполненных работ работы по устройству парковочных карманов не являются дополнительными по отношению к названным в государственном контракте. Анализ этих актов и актов о приёмке выполненных работ по контракту также позволяет сделать вывод, что парковочные карманы являются самостоятельным объектом строительства.

В связи с изложенным нормы пунктов 3 и 4 статьи 743 ГК РФ применению в настоящем деле не подлежали.

Судами установлено и материалами дела подтверждается, что акты о приёмке выполненных работ по устройству парковочных карманов формы КС-2 подписаны сторонами без замечаний. Кроме того, в актах выполненных работ, составленных в произвольной форме, подписанных комиссией, состоящей из представителей как общества, так и учреждения, указано, что замечаний по качеству работ нет. Во всех актах зафиксированы объём и стоимость работ. В судах факт выполнения работ по устройству парковочных карманов учреждением также не оспаривался.

При названных обстоятельствах очевидно, что между учреждением и обществом фактически сложились подрядные отношения, в рамках которых первое приняло выполненные последним работы в полном объеме без замечаний по качеству, что, в свою очередь, свидетельствует о потребительской ценности этих работ для учреждения.

Согласно пункту 1 статьи 711 ГК РФ заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом.

В силу пункта 1 статьи 1102 и пункта 1 статьи 1105 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение). В случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения.

Подписание учреждением и обществом актов приёмки выполненных работ без замечаний по объёму и стоимости работ свидетельствует о согласовании сторонами данных показателей.

Таким образом, в отсутствие заключённого договора при сложившихся между сторонами фактических подрядных отношениях неуплата ответчиком стоимости принятых работ привела к его неосновательному обогащению за счёт выполнившего работы истца (постановление Президиума ВАС РФ /11).

• В соответствии с пунктом 1 статьи 367 ГК РФ поручительство прекращается в случае изменения обеспеченного им обязательства, влекущего увеличение ответственности или иные неблагоприятные последствия для поручителя, без согласия последнего.

Исходя из смысла гражданского законодательства и существа поручительства, объем ответственности поручителя по основному обязательству не может превышать объема ответственности должника.

Вступившим в законную силу решением арбитражного суда установлен объем ответственности должника. При этом сумма процентов заявлена банком и взыскана судом по процентным ставкам, первоначально установленным кредитными договорами (14, 12, 12, 11,7 процента), то есть без учета их изменения в одностороннем порядке, что подтверждается представленным в материалы дела расчетом суммы задолженности по кредитным договорам.

Такие же требования предъявлены банком к обществу как поручителю.

Поскольку начисленная сумма процентов соответствовала условиям основного обязательства, обеспеченного поручительством, и объем ответственности поручителя не изменился и остался прежним, оснований считать договоры поручительства прекращенными у судов апелляционной и кассационной инстанций не имелось (постановление Президиума ВАС РФ /11).

• С момента расторжения договора (в момент доведения до контрагента одностороннего отказа от исполнения (ст. 310, п. 3. ст. 450 и специальные нормы ГК РФ) у должника отпали правовые основания для удержания перечисленных кредитором ранее в качестве аванса денежных средств. Право сохранить за собой эти авансовые платежи с данного момента прекратилось и на основании п. 1 ст. 1102 ГК РФ и п. 1 ИП Президиума ВАС РФ у должника возникло обязательство по их возврату кредитору.

Право требования возврата неосновательного обогащения до момента расторжения договора у кредитора отсутствовало, и это требование не могло быть предъявлено должнику (позиция применима к договору подряда, ибо, например, для договора купли-продажи иное предусмотрено в пункте 3 статьи 487 ГК РФ в виде требования о взыскании долга). Обязанность по возврату неосновательно удерживаемых после расторжения договора денежных средств представляет собой обязательство без определенного срока исполнения.

Таким образом, течение срока исковой давности по требованию о возврате неосвоенных денежных средств предварительной оплаты (без реального обусловленного договором встречного предоставления) начинается не ранее момента расторжения договора (постановление Президиума ВАС РФ /11).

• При предъявлении в суд требования о принуждении к заключению договора и об урегулировании разногласий, договор считается заключенным с момента вступления в силу судебного решения (постановление Президиума ВАС РФ /11).

• Если лицо было лишено права на судебную защиту ввиду неправомерного лишения ее корпоративного контроля, то суд отказывает ответчику в применении исковой давности со ссылкой на ст. 10 ГК РФ. Иной подход противоречил бы основным началам гражданского законодательства (постановление Президиума ВАС РФ /11).

• Вывод суда о недействительности дополнительного соглашения к договору об оказании юридических услуг, предусматривающего передачу ответчиком векселей в качестве оплаты оказанных ему услуг, не опровергает доводов истца о том, что сам факт заключения ответчиком данных соглашений свидетельствует о признании им долга, прерывающем течение исковой давности (постановление Президиума ВАС РФ /02).

• Довод протеста о том, что суд не вправе был применять правило о сроке исковой давности по заявлению ответчика при повторном рассмотрении дела в суде первой инстанции, поскольку ответчик не сделал соответствующего заявления при первоначальном рассмотрении дела, является необоснованным и противоречит разъяснению Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ, содержащемуся в пункте 12 постановления , согласно которому основанием к отказу в удовлетворении иска является заявление стороны в споре о применении срока исковой давности, если оно сделано на любой стадии процесса до вынесения решения судом первой инстанции (постановление Президиума ВАС РФ /02).

• То обстоятельство, что условия договора распространяют свое действие на отношения сторон в части исполнения платежей до полного их завершения, не может повлиять на начало течения срока исковой давности, поскольку согласно статье 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается не с момента прекращения договора, а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Кроме того, требование об уплате неустойки является дополнительным и срок исковой давности по нему истекает одновременно с истечением срока исковой давности по основному требованию (статья 207 ГК РФ).

Предъявление иска о взыскании основного долга и неустойки за период с момента просрочки до момента обращения с иском не могло повлиять на определение момента окончания срока исковой давности по дополнительным требования о взыскании неустойки за периоды после вынесения решения о взыскании основного долга (постановление Президиума ВАС РФ /03).

• Согласно статье 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении его права. По требованию о возврате имущества (виндикационный иск) срок исковой давности начинает течь с момента, когда ответчик стал его владельцем (постановление Президиума ВАС РФ /03).

• Истечение срока исковой давности по требованию общества к хлебной базе о взыскании суммы основного долга явилось бы основанием окончания срока исковой давности и по дополнительному требованию о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, начисляемых на сумму основного долга. Однако судами были установлены обстоятельства, свидетельствующие о перерыве течения срока исковой давности по основному обязательству.

Следовательно, положение статьи 207 ГК РФ с учетом буквального смысла разъяснения, данного этому положению пунктами 23 и 24 Постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ , не могло послужить основанием для вывода суда кассационной инстанции об истечении срока исковой давности по требованию общества о взыскании с хлебной базы процентов за пользование чужими денежными средствами.

По смыслу пункта 3 статьи 395 ГК РФ проценты за пользование чужими денежными средствами взимаются за каждый день просрочки. При этом обязательство по уплате этих процентов считается возникшим не с момента просрочки исполнения основного обязательства, а с истечением периода, за который эти проценты начисляются; срок же исковой давности по требованиям об уплате процентов должен исчисляться отдельно по каждому просроченному платежу за соответствующий период.

Таким образом, трехлетний срок исковой давности по требованию истца о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами не истек в части процентов за трехлетний период, предшествующий дате предъявления иска о взыскании этих процентов, и у суда кассационной инстанции отсутствовали основания для отказа истцу в удовлетворении требования о взыскании с ответчика процентов в указанной части.

Суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за весь период просрочки исполнения обязательств без учета заявления ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, не принимая во внимание момент возникновения обязательства по оплате процентов, определяемый исходя из правил, содержащихся в статье 395 ГК РФ (постановление Президиума ВАС РФ /10).

• Если требование о взыскании процентов по ст. 395 ГК, начисленных на сумму взысканного по решению суда основного долга (т. е. за период после вступления такого решения суда в законную силу), заявляется в суд по истечении 3-х лет с момента вступления упомянутого решения суда в законную силу, то к такому требованию о гражданско-правовой мере ответственности применимо правило ст. 207 ГК (постановление Президиума ВАС РФ /11).

• Исковая давность является сроком, установленным законом для принудительного исполнения обязанности, для совершения в юрисдикционной форме действий в целях защиты, восстановления нарушенных (оспариваемых) прав. Возможность реализации нарушенного права означает, что у истца есть основания для предъявления требования – нарушены принадлежащие ему субъективные права на имущество, денежные суммы и другое со стороны конкретного лица (ответчика). Другими словами, должны быть конкретные притязания в отношении этих имущества, денежных средств со стороны третьих лиц. И до этого момента у истца отсутствуют основания для предъявления требования о защите своего права, которое могло быть адресовано конкретному лицу, из поведения которого явно следует, что это лицо претендует на имущество, денежные средства (постановление Президиума ВАС РФ /10).

[1] Настоящий обзор одобрен в качестве учебно-методического пособия постановлением президиума Арбитражного суда Краснодарского края от 01.01.2001.