Синонимичные словообразовательные типы с разветвленной семантической организацией могут включать однокоренные многозначные дериваты, которые, в силу специализации типов на формировании разных семантических сфер, могут распадаться c закреплением за каждым из них одного из лексических значении. Ср.: сравнительно недавно в литературном языке слова атомник-атомщик употреблялись как равнозначные, обозначая а)'сторонника атомной войны' и б)'специалиста в области ядерной, атомной физики'. В настоящее время вcе чаще слово атомник употребляется в значении –'сторонник атомной войны' атомщик - в значении 'специалист в области ядерной физики'. В настоящее время атомник в значении «сторонник атомной войны» вышло из употребления.
Синонимичные словообразовательные типы могут проявлять одинаковую продуктивность на образовании производных одного и того же лекcико-словообразовательного значения. Стремление типов к сохранению уникальности семантической организации приводит к сужению сферы семантического влияния за счет специализации суффикса на образовании производных этой же темы, но от более узкой тематической группы мотивирующих единиц, что постепенно ведет к распаду ранее образовавшихся однокоренных синонимов за счет перераспределения лексического значения. Ср.: в CТ "С+ник" и СТ "С+ниц/а/» в качестве продуктивной представлена группа слов, обозначающая посуду для продуктов питания (молочник, чайник, конфетница, сухарница и др.). Анализ вновь возникающих слов позволяет говорить о наметившейся тенденции сужения, конкретизации ЛСЗ в этих типах. За СТ "С+ник" закрепляются мотивирующие со значением жидких продуктов, за СТ "С+ниц/а/» - сыпучих и твердых продуктов. Появившиеся в говорах слова кофейница, чайница обозначают посуду для хранения зерен кофе, заварки чая. Отмечается более частотное употребление слов молочник, сливочник наряду с функционирующими словами молочница, сливочница. На подобное размежевание повлияла семантическая организация СТ "С+ниц/а/", в которой представлено значительное число ЛСЗ, называющих различного вида емкости, предназначенные для сыпучих и твердых веществ, в том числе и продуктов (ср.: сигаретница, игольница, мыльница, курятница «жаровня» и др.).
В русском языке имеются и такие однокоренные синонимы, которые независимо от ядерного или периферийного их положения в словообразовательных типах, существуют на протяжении столетий. Это наименования жителей по месту их проживания. Ср.: кемеровец-кемеровчанин, саратовец-саратовчанин и др. Отличительной чертой этих синонимов является то, что они не употребляются одновременно на одной территории. Ср.: в Кыргызстане на именовании жителей определенной местности специализируется модель с –ец: бишкековец, фрунзенец, майлисаец, иссыкулец и др. В речи жителей Кыргызстана житель Кемерова обозначается как кемеровец, в то время как в самом Кемерове функционирует только производное кемеровчанин. Употребление одного из производных в данном случае регламентировано принятой в обществе нормой.
Таким образом, однокоренные синонимы представляют достаточно неоднородный пласт производной лексики. Одни из них (имена артефактов, лиц определенной профессии) являются результатом перераспределения сфер семантического влияния между взаимодействующими словообразовательными типами. Возникая как однокоренные дублеты, данные производные, в силу имеющейся в языке тенденции дифференциации тождества, через некоторое время распадаются. Дифференциация тождественных однокоренных образований происходит следующим образом: I) один из членов дублетной пары устаревает, выходит из употребления, что обусловлено: а) неравномерной представленностью ЛСЗ в синонимичных словообразовательных типах; б) конкретизацией, сужением ЛСЗ в типах, одинаково продуктивных в общей для них семантической области; 2) каждый из членов дублетной пары приобретает собственную семантику, что характерно прежде всего для однокоренных многозначных дериватов; 3) члены дублетной пары дифференцируются стилистически, что является отличительной чертой литературного языка, но в принципе возможно и для диалектов.
Однокоренные синонимы со значением натурфактов и лиц по качественному признаку, свойству образуются в соответствии с прагматическими задачами общества, стремлением разнообразить язык, уточнить степень проявления качества, признака. Признаки, характеризующие явления внеязыковой действительности, практически исчислимы. Говорящий субъект в силу заложенных в нем лингвокретических способностей стремится разнообразить свою речь за счет использования суффиксов, которые при функционировании с одной и той же мотивирующей единицей проявляют различное отношение говорящего к обозначаемым членам синонимичного ряда предметам. Ср.: глупыш-глупец, дурак-дуралей-дурында, грязнуля-грязнуха, умник-умницы и др. Следовательно, в семантики приведенных однокоренных синонимов изначально заложены различные прагматические компоненты, что обусловливает необходимость их существования в языке и в речи.
Однокоренные образования со значением жителей определенной местности скорее относятся к разряду квазисинонимов. Являясь неотъемлимой частью языка, они не употребляются как дублеты в речи одного человека.
Как следует из вышеизложенного, однокоренные производные с тождественной семантикой являются результатом взаимодействия словообразовательных типов на уровне тождественных лексико-словообразовательных значений. Являя собой один из напряженных участков деривационной системы, однокоренные дублеты со временем распадаются (что обусловлено спецификой семантической организации типов), пополняя лексику новообразованиями. Вместе с тем, распадаясь, они детерминируют качественное изменение семантической структуры типов, в пределах которых они возникли.
Таким образом, данный языковой феномен можно рассматривать как один из показателей динамического характера словообразования русского языка.
15. Пропозиционально-фреймовое моделирование гнезда однокоренных слов (2 часа)
Подключение антропного компонента при моделировании гнезда однокоренных слов предполагает представление системности феномена с ориентацией на внесистемную (надсистемную) точку зрения – сознание языкового носителя. В качестве единицы, позволяющей экстраполировать закономерности мыслительной деятельности человека на организацию языкового феномена (гнезда), избран фрейм как структура знания, организованного в форме образа стереотипной ситуации.
Сама возможность применения методов фреймового анализа к изучению свойств производного слова обусловлена особым статусом последнего: производное слово «инферентно» по своей семиотической природе. По словам , «ПС <производное слово> – это по существу краткая дескрипция обозначаемого, за которой стоят более полные и более развернутые знания о нем». Именно это свойство имманентного указания, «намекания» словными средствами на некое внесловное (надсловное) смысловое целое и позволяет видеть в производном слове единицу с имманентной, изначально присущей и системно значимой фреймовой семантикой.
Пропозиционально-фреймовое моделирование позволяет выявить в русском гнезде однокоренных слов внутреннюю системность, основанную на динамических, деятельностно-семантических связях между однокоренными словами. В основании предложенного аспекта лежит гипотеза о том, что сам феномен гнезда порожден «сюжетным», «ситуативным» характером человеческого мировидения. В процессе своей культурно-осмысляющей деятельности человек «связывает» мир, замечая и фиксируя в нем «очевидные» отношения между вещами (объектами). Носитель языка интуитивно ощущает в гнезде систему «очевидных» ролевых связей между словами-явлениями. Подобное «виденье» гнезда деятельностно, «практично» и соответствует ценностям естественной логики.
В речемыслительной деятельности каждое из слов устанавливает с другими однокоренными словами особые ролевые отношения, изоморфные взаимосвязи членов денотативной ситуации. Полное описание таких потенциально-типовых ролевых связей между однокоренными словами позволяет представить гнездо в виде комплексной ситуации, или фрейма (в значении ‘комплексное знание, заданное в форме стереотипных значимостных ситуаций’).
Единицей фреймового моделирования гнезда однокоренных слов является пропозиция как схема элементарной ситуации. А модель в целом, таким образом, представляет собой пропозициональную сеть.
В качестве иллюстрации метода приведем (с некоторыми сокращениями) пропозиционально-фреймовую модель одного гнезда:
ПФМ гнезда соболь
S-prop |
| |||||||||||||||||||||||
Тема ‘рождение детеныша’ |
| |||||||||||||||||||||||
S | P | Prod |
| |||||||||||||||||||||
собо́люшка*/ соболи́нушка* Арх. | рождает | соболёнок / соболёныш* Диал.? |
| |||||||||||||||||||||
| ||||||||||||||||||||||||
Тема ‘охота на животное’ |
| |||||||||||||||||||||||
S | P | О | I | К | ||||||||||||||||||||
соболятник1 | соболевать / соболи́ть* Забайк.
| соболь / соболи́ца1* Самар. | соболя́тница*/ Курган. собака; собака собо́лья* Том. | соболевание/ соболёвка* Иркут. собольё* Забайк. | ||||||||||||||||||||
Тема ‘разведение животного’ |
| |||||||||||||||||||||||
S | P | O | К |
| ||||||||||||||||||||
соболевод | разводит | соболь // | соболеводство |
| ||||||||||||||||||||
Тема ‘уход за животным’ |
| |||||||||||||||||||||||
S | P | O |
| |||||||||||||||||||||
соболятник2 работник | ухаживает (проф.) | соболь // |
| |||||||||||||||||||||
Тема ‘получение сырья из животного’ |
| |||||||||||||||||||||||
S | P | O | Prod |
| ||||||||||||||||||||
собольщи́к2* Олон. скорняк | выделывает | шкуру | соболь1 / соболи́на1* Горно-Алт. мех |
| ||||||||||||||||||||
Тема ‘получение продукта из животного’ |
| |||||||||||||||||||||||
S | P | Prod | Маt |
| ||||||||||||||||||||
собольщи́к2* Олон. Скорняк | изготавливает | соболи́на2*/ Смол. шапка; нечто соболье / со́болево*/ Новг. собо́льнее*Олон. из меха | соболь1 мех |
| ||||||||||||||||||||
L-prop |
| |||||||||||||||||||||||
S | S |
| ||||||||||||||||||||||
соболь | > | соболёк |
| |||||||||||||||||||||
Внешняя фреймовая валентность |
| |||||||||||||||||||||||
S | S |
| ||||||||||||||||||||||
# соболиный | ~ | {соболь} |
| |||||||||||||||||||||
| ||||||||||||||||||||||||
Приведенный фрейм демонстрирует глубокое когнитивное проникновение языкового сознания в соответствующую денотативную область. Корпус тем планомерно развивает фрейм, разноаспектно представляющий этапы развития животного, сферы его контакта с человеком.
Представленность словообразовательного типа и словообразовательного гнезда в аспекте пропозиционально-фреймового моделирования позволяет дать целостную картину системного устройства словообразовательного уровня.
Научная литература по дисциплине:
АЗАРХ и формообразование существительных в истории русского языка - М.: Наука, 19с.
АЗАРХ Ю. С. О словообразовательной синонимии (на материале частной диалектной системы) // Межвузовская научная конференция "Деривация и история языка". Тезисы докладов. - Пермь, 19856. - С.178-180.
АЗАРХ Ю. С. О синонимии однокоренных слов // Деривация и история языка. - Пермь,1987а. - С.64-73.
АЗАРХ синонимичные существительные в частной диалектной системе // Русские диалекты. Лингвогеографический аспект. - М.: Наука, 19876. - С.149-167.
АНТИПОВ и фонология: словообразовательная мотивированность звуковой формы. – Томск: Изд-во ТГУ, 2001. – 288с.
АПРЕСЯН Ю. Д. О регулярной многозначности // Известия АН СССР ОЛЯ, 1971. Т. 30. Вып. 6. - С.509-524.
АПРЕСЯН Ю. Д. К построению языка при описании синтаксических свойств слов // Проблемы структурной лингвистики 1972. - М., 1973. - С.279-326.
АПРЕСЯН семантика. Синонимические средства языка. - М.: Наука, 19с.
АРАЕВА тип как семантическая миросистема. Суффиксальные субстантивы. – Кемерово: Кузбассвузиздат, 1994. – 222с.
АРАЕВА мотивирующих классов характеризующей группы существительных лица // Вопросы словообразования в и ндоевропейских языках. Семантический аспект. - Томск, 1983б. - С.3-9.
АРАЕВА Л. А. К вопросу о взаимодействии межсловной и внутрисловной мотивации// Деривация в речевой деятельности. Языковые единицы. - Пермь, 1988. - С.46-47.
APAЕBA Л. А. К вопросу о словообразовательной синонимии// Вопросы словообразования в индоевропейских языках. - Томок, 1990. - С.70-79.
АРАЕВА отношения на словообразовательном уровне. - Кемерово, 1990бс.
АРАЕВА тип как основная комплексная единица дериватологии// Словообразовательная система говоров Кузбасса. Субстантив. - Кемерово, 1992 - С
АРАЕВА и современное осмысление основных проблем русского словообразования // Лингвистика как форма жизни. – Кемерово: Кузбассвузиздат, 2002. – С.4-24.
АРАЕВА -фреймовая организация лексики и дискурса как детерминанта синергетических процессов в язке // Теоретические и прикладные аспекты современной филологии. Материалы ХШ Всероссийских филологических чтений имени . – Вып. VIII. – Красноярск, 2008. – С.16-21.
АРУТЮНОВА Н. Д. О понятии системы словообразования// Филогические науки, 1959, № 2. - С.
АРУТЮНОВА. языковых значения. Оценка. Событие. факт. М.: Наука, 19с.
БАЛЛИ Ш. Общая лингвистика и вопросы французского языка. М.: Иностранная литература, 19с.
БЕНВЕНИСТ Э. Общая лингвистика. М.: Прогресс, 19с.
БЕРЕЖАН С. Г. О синонимичности однокоренных слов с разной аффиксальной частью // Лексическая синонимия. - М.: Наука, 1967. - C. I42 - I5I.
БЛИНОВА. значение олова // Актуальные вопросы русского словообразования. - Тюмень, 1984. - С
БУЛГАКОВА суффиксальные субстантивы кемеровского говора// Словообразовательная система русских говоров Кузбасса. Субстантив. - Кемерово, 1992.4.1. - С.155-172.
ВИНОГРАДОВ язык. Грамматическое учение о слове. М. - Л., 19с.
ВИНОГРАДОВ современного русского словообразования // Русский язык в школе. 1951, № 2. - С
ВИНОКУР по русскому словообразованию // Избранные работы по русскому языку. - М.: Учпедгиз, 1959. - C. 4I
ВИТГЕНШТЕЙН Л. Философские работы. М., 1994. Ч.1. – 612с.
ГЕЙГЕР P. M. О механизме развития суффиксальной полисемии// Словообразование в современном русском языке. Проблемы деривации и номинации в русском языке. Омск, 1988. - С.4-7.
ГИНЗБУРГ и синтаксис. М.: Наука, 19с.
ГОЛЕВ реализации предметных мотивирующих значений в производной лексике русского языка// Вопросы словообразования в индоевропейских языках. - Томск, 1979. - С.11-20.
ГОЛЕВ аспект лексической мотивации. Томск, 19с.
ГУМБОЛЬДТ В. фон. Избранные труды по языкознанию. – М.: Прогресс, 1984. – 396с.
ЕРМАКОВА семантики и членимость слова// Актуальные проблемы русского словообразования.-Ташкент, 1976. T. I74. Ч.2. - C. I05-114.
ЕРМАКОВА производных слов с одинаковой словообразовательной структурой// Русский язык в школе, 1977. № I.-С.74-79.
ЗЕМСКАЯ как деятельность, М.: Наука, 19с.
ЗЕНКОВ теории словообразования. Фрунзе, 1969.-165 с.
КАДЕ потенциал суффиксальных типов русских существительных. Майкоп, 19с.
КАНКЕ философские направления и концепции науки. Итоги хх столетия. – М.: Логос, 2000. – 320с.
КАРАУЛОВ и русская идеография. М.: Наука, 1976.-355 с.
КАТЫШЕВ многомерность словообразовательной формы. – Томск: Изд-во ТГУ, 2001. – 130с.
КАТЫШЕВ и смысловая многомерность словообразовательной формы. – Томск: Изд-во ТГУ. 2005.– 260с.
КИМ структура словообразовательного типа (на материале сибирских говоров): Автореф. дисс. ...канд. филол. наук. - Томск, 19с.
КРАСИЛЬНИКОВА. Е. В. О регулярности словообразовательных моделей в русской разговорной речи// Деривация и текст,- Пермь, 1984. - С.38-47.
КРУШЕВСКИЙ работы по языкознанию. – М.: Наследие, 1998. – 296с.
КУБРЯКОВА E. С. Словообразование// Общее языкознание (внутренняя структура языка).- М.:Наука, 1972.- С.344-393.
КУБРЯКОВА E. С. Семантика производного слова// Аспекты семантических исследований.- М.: Наука, 1980. - C.8I-I55.
КУБРЯКОВА E. С. Типы языковых значений. Семантика производного слова. М.: Наука, 19с.
КУБРЯКОВА E. С. Категории падежной грамматики и их роль в сравнительно-типологическом изучении словообразовательных систем славянских языков// Сопоставительное изучение словообразования славянских языков. - М.: Наука, 1987. - С.37-40.
КУБРЯКОВА E. С. Формальные и содержательные характеристики производного слова// Вопросы словообразования и номинативной деривации в славянских языках. - Гродно,1990. - С.3-13.
КУБРЯКОВА E. С. Проблемы семантической деривации// Принцип деривации в истории языкознания и современной лингвистике. - Пермь, 1991. - С.24-25.
КУРИЛОВИЧ Е. Деривация лексическая и деривация синтаксическая// Очерки по лингвистике. - М.: Иностранная литература, 1962.-С.57-70.
ЛАКОФФ Дж. Женщина, огонь и опасные вещи. Что категории языка говорят нам о мышлении. - М.: Языки славянской культуры, 2004. – 792с.
ЛЕВКОВСКАЯ . М.:МГУ, 19с.
МИЛОСЛАВСКИЙ И. Г. О регулярном приращении значения при словообразовании// Вопросы языкознания, 1976. № 6. - С.65-73.
МИЛОСЛАВСКИЙ словообразовательного синтеза. М., I9с.
НЕФЕДОВА мотивированного слова в аспекте лексической номинации// Проблемы деривации и номинации в русском языке. - Омск, 1988. - С.25-28.
ОСИЛЬБЕКОВА структура отглагольных локативных существительных// Актуальные проблемы русского словообразования. - Ташкент, 1985. - С.97-101.
ПОТЕБНЯ и язык. – М.: Лабиринт, 1999. – 300с.
САХАРНЫЙ слово как тип коммуникативной номинации// Психолингвястические и социолингвистические детерминанты речи. - М., 1978. - С.65-181.
Словообразовательная система русских говоров Кузбасса. Субстантив./ под ред. . - Кемерово, 19с.
СОБОЛЕВА. полисемия и омонимия. - М.: Наука, I9с.
СОССЮР Ф. де. Курс общей лингвистики. М.: Соцэкгиз,1933.-272с.
ТИХОНОВ словообразовательной структуры слова в русском языке//Русский язык в школе, 1970, № 4. - С.83-88.
УЛУХАНОВ семантика в русском языке и принципы ее описания. М.: Наука, 19с.
ФИЛЛМОР Ч. Дело о падеже// Новое в зарубежной лингвистике. - М.: Прогресс, 1981а. Вып.10. - С.369-495.
ФИЛЛМОР Ч. Дело о падеже открывается вновь// Новое в зарубежной лингвистике. - М.: Прогресс, I981б. Вып.10. - С.496-530.
ФИЛЛМОР Ч. Фреймы и семантика понимания// Новое в зарубежной лингвистике. - М.: Прогресс, 1988. Вып. 23. - С.52-92.
ХАМИДУЛЛИНА A. M. Словообразовательная семантика отглагольных имен в современном русском языке. - Уфа, 19с.
ХАРИТОНЧИК З. А. Об идиоматичности суффиксального производного слова// Проблемы дериватологии. - Пермь, 1981. Вып. 2. - C.58-59.
ХАРИТОНЧИК пропозиции и ее отражение в словообразовательных процессах// Деривация в речевой деятельности (языковые единицы). - Пермь, 1991. - С.47-49.
ХОХЛАЧЕВА В. Н. К истории отглагольного словообразования существительных в русском литературном языке нового времени. М.: Наука, 19с.
ЧЕЙФ и структура языка. М.: Прогресс, 1975.-431 с.
ШУМИЛОВ Н. Ф. Из наблюдений над однокоренными синонимами в современном русском языке// Русский язык в школе. 1963. № 3. -С.15-17.
ЯНКО-ТРИНИЦКАЯ языковых единиц разных уровней языка//Известия АН СССР ОЛЯ, 1969,т.28, вып. 5.-С.429-436.
ЯНКО-ТРИНИЦКАЯ Н. А. К системности русского словообразования// филологические науки, 1976, № 5. - С.44-47.
ЯНЦЕНЕЦКАЯ М. Н. О связи между деривационным типом и лексической полисемией// Лексикологический сборник.- Барнаул, 1977,-С.12-23.
ЯНЦЕНЕЦКАЯ вопросы теории словообразования. - Томск, 19с.
ЯНЦЕНЕЦКАЯ объединения производных слов и словообразовательная система русского языка// Прсблемы дериватологии. - Пермь, 1981. Вып.2. - C.67-68.
ЯНЦЕНЕЦКАЯ М. Н. О семантической структуре словообразовательного типа// Словообразование и номинативная деривация в славянских языках. Тезисы докладов республиканской конференции (26-28 мая 1982 г.). - Гродно, 1982. Ч.1. - С.160-163.
ЯНЦЕНЕЦКАЯ М. Н. О принципах организации мотивирующих классов слов// Вопросы словообразования в индоевропейских языках. - Томск: ТГУ, 1983а. - С. 125-135.
ЯНЦЕНЕЦКАЯ объединения производных слов и словообразовательная система языка// Говоры русского населения Сибири. – Томск, 1983в. - С. 128-145.
ЯНЦЕНЕЦКАЯ М. Н. О терминах "словообразовательное значение" и "значение словообразовательного типа"//Актуальные вопросы русского словообразования. - Тюмень, 1984.-С.8-21.
ЯНЦЕНЕЦКАЯ М. H. Полисемия производного слова как результат взаимодействия семантической и морфологической деривации// Областная научная конфзренция "Проблемы номинации и деривации в русском языке". Тезисы докладов. - Омск, 1986. - С.3-4.
ЯНЦЕНЕЦКАЯ М. Н., АРАЕВА множественной мотивации в русском языке// Производное слово и способы его образования. - Кемерово, 1990. - С.5-20.
ЯНЦЕНЕЦКАЯ аспект словообразования (обзор работ сибирских диалектологов)// Актуальные проблемы региональной лингвистики и истории Сибири. Материалы Всесоюзной научной конференции "Говоры и разговорная речь" (март 1991). - Кемерово, 1992. - С.4-33.
Зачет проводится в виде защиты научно-исследовательской работы, которая формируется в течение чтения спецкурса. После каждой прочитанной лекции анализу подвергается конкретный словообразовательный тип современного русского литературного языка. Сначала выписываются суффиксальные существительные мутационной семантики из Обратного словаря русского языка; затем выстраивается пропозиционально-семантическая структура типа; описываются ее особенности; затем анализу подвергаются многозначные, синонимичные производные, выявляются особенности идиоматичности семантики производных в границах типа; в конце делается вывод об особенностях внутритиповой семантической организации.
.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 |


