Социально-экономические проблемы приграничья (стр. 7 )

27. Калихман национальный парк: люди или природа // Заповедное дело, 2007. – Вып. 12. – С. 92-111.

28. , Иметхенов организации природного парка «Горная Ока» // Трансграничные особо охраняемые природные территории. – Улан-Удэ: Изд-во ВСГТУ, 2007. – С. 204-209.

СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ ИНТЕГРАЦИИ В РЕГИОНАХ БОЛЬШОГО АЛТАЯ*

, ,

Институт водных и экологических проблем СО РАН, г. Барнаул

*****@

Дана краткая социально-экономическая характеристика регионов Большого Алтая; выявлены факторы, способствующие их интеграции и дезинтеграции; выделены три зоны сотрудничества как ядра устойчивого социально-экономического развития Большого Алтая и его регионов. При анализе были использованы материалы государственной статистики регионов, а также информация электронного сайта "Алтай трансграничный".

Регионы Большого Алтая (БА) (рис. 1) в административных границах занимают площадь более 780 тыс. км2, на которой проживает 4875,8 тыс. человек [1]. Анализ природно-хозяйственных и социально-этнических характеристик приграничных территорий позволяет выявить факторы, интегрирующие перечисленные регионы в одну большую трансграничную геосистему, имеющую черты сходства и различий.

Рис. 1. Административно-территориальные границы Большого Алтая (БА).

Среди общих признаков – преимущественно сельское заселение территорий с невысокой плотностью населения: в Алтайском округе СУАР – 4,8 чел./км2, в Республике Алтай (РА) – 2,5 чел./км2, а в западных аймаках Монголии – 1,5 чел./км2. Самыми густонаселёнными и имеющими значительную численность населения (рис. 2) с высокой долей урбанизированных территорий являются Алтайский край (АК) РФ и Восточно-Казахстанская область (ВКО) РК с плотностью населения в городах: г. Риддер – 5300 чел./км2, г. Рубцовск – 1880 чел./км2, г. Новоалтайск ­– 1016 чел./км2, г. Барнаул ­– 690 чел./км2, г. Усть-Каменогорск ­– 552 чел./км2.

Различаются регионы и по характеру демографических процессов: в большинстве из них высокая рождаемость перекрывает высокую смертность и наблюдается естественный прирост населения, но при этом коэффициенты естественного прироста колеблются от 2,1 ‰ до 20,1 ‰ (рис. 3). Лишь в Алтайском крае отмечается естественная убыль или депопуляция населения.

Рис. 2. Доля трансграничных регионов БА в общей численности населения.	Рис. 3. Коэффициенты естественного прироста населения трансграничных регионов БА (‰).

Национально-этнический состав регионов характеризуется высоким разнообразием. Так, в Алтайском крае регистрируются представи национальностей при явном доминировании русского населения (90,0 %). В Республике Алтай компактно проживают алтайцы разных этнических групп, русские и казахи. Например, в приграничном – Кош-Агачском – районе РА национальный состав следующий: казахи – 56,7 %, алтайцы – теленгиты – 32,0 %, прочие – 11,3 %.

В Восточном Казахстане – 27,2 % казахов и 65,9 % русских. При этом доля лиц казахской национальности в приграничных районах ВКО достигает 79,2 %. Алтайский округ СУАР населяют казахи (51,4 %), китайцы (40,9 %), хуэйцзу (4,0 %), уйгуры (1,8 %). В Ховдском аймаке Монголии насчитывается более 19 этнических групп, в том числе 25,6 % – халхасы, 24,0 % – захчины, 10,1 % – казахи, 9,1 % – торгоуты, 7,5 – элюты, 7,1 % – урянхайцы, 4,7 % – мянгаты, 4,6 % – дэрбэты. В Баян-Ульгийском аймаке МНР преимущественно проживают казахи – 88,8 % и монголы-урянхайцы – 7,2 %.

В возрастной структуре населения регионов можно отметить достаточно высокую долю детей и лиц трудоспособного возраста. Вместе с тем, территориальные особенности (рис. 4) свидетельствуют о демографической молодости населения трансграничных регионов КНР и МНР на фоне демографической старости территорий РК и РФ.

Рис. 4. Возрастная структура населения приграничных территорий БА.	Рис. 5. Экономическая нагрузка (чел. на 1000 трудоспособного населения).

Трудоспособная часть населения (в Монголии – до 55 лет, в Китае – до 65 лет, в Казахстане – до 60 лет, в России – 55 лет у женщин и 60 лет у мужчин) во всех регионах довольно значительна, превышает 50 %. Однако соотношение трудоспособного населения и доли иждивенцев свидетельствует о высокой экономической нагрузке на одного работающего (рис. 5). При этом занято в экономике регионов порядка 1812,74 тыс. человек. Наивысшую занятость в трансграничных регионах БА имеет РФ – 46 % или 816,74 тыс. человек; наименьшую МНР – 3 % или 55,4 тыс. человек.

В то же время экономически активное население в регионах составляет от 45,8 % (в РА) до 74,7 % (в ВКО). Численность безработных колеблется в пределах от 4,3 тыс. человек в МНР до 65,4 тыс. человек в РФ. По уровню безработицы лидирует ВКО – 6,4 %, наименьшая безработица в РА – 3,1 %.

Экономику регионов БА отличает достаточно низкий уровень промышленного развития, в среднем на 1 жителя региона в 2008 г. приходилось 1,57 тыс. долларов в год (табл., рис. 6). При этом наибольшие объёмы производимой продукции приходятся на РФ и РК (1,65 и 1,90 тыс. долларов на 1 человека, соответственно), наименьшие – на МНР (0,04 тыс. дол./чел.).

Среди отраслей выделяются горнодобывающая промышленность (доля продукции которой составляет в ВКО 20 %, в Республике Алтай – 16,6 %), а также переработка руд цветных и чёрных металлов (крупнейшие предприятия цветной металлургии расположены в РК), что объясняется богатством минерально-сырьевой базы регионов.

Таблица

Основные показатели промышленной и сельскохозяйственной освоенности регионов БА

Показатели	Россия	Казахстан	Монголия	Китай	Большой Алтай
Производство промышленной продукции, тыс. дол./чел.	1,65	1,90	0,04	1,16	1,57
Сельскохозяйственная освоенность, %	46,0	29,7	85,9	37,9	42,3
Распаханность, %	25,3	4,1	1,7	2,5	10,7
Животноводческая нагрузка, усл. голов/км2	1,7	2,6	6,4	5,6	3,3

Рис. 6. Производство промышленной продукции в тыс. долларов на человека.

Энергетика. Регионы БА существенно отличаются и по уровню энергообеспеченности, и по структуре производства и потребления энергии. В ВКО электроэнергию вырабатывают в основном на ГЭС. В Алтайском крае до 50 % потребляемой энергии поступает извне, остальная – вырабатывается на крупных ТЭЦ. РА получает электроэнергию из ОЭС Сибири по перетокам из Алтайского края, менее 1 % вырабатывается малыми ГЭС на территории самой республики. Западные аймаки Монголии также получают электроэнергию из России и Центральной Монголии, лишь в Ховдском аймаке имеется одна МГЭС, обеспечивающая главным образом потребности горнодобывающего производства. "Китайское экономическое чудо" проявляется и в энергетике СУАР, где сегодня построен самый большой в Юго-Восточной Азии парк ветряков. По нашим предварительным подсчетам, в регионах БА 57,1 % вырабатываемой электроэнергии приходится на РК, 38,7 % – на Алтайский край РФ. По производству теплоэнергии выделяется РФ, на втором месте – РК.

Топливная промышленность представлена, прежде всего, угледобычей на территории всех регионов. В РФ на базе предприятия "Алтайкокс" (АК) развита коксохимическая промышленность.

Химическая промышленность. В степной зоне российской и казахстанской частей Алтая на базе богатейших запасов солей, являющихся сырьем для предприятий основной химии, осуществляется добыча натрия сернокислого 100 % (сульфат натрия) (АК), поваренной соли (АК) и хлорида натрия (РК). Производство синтетических волокон, лакокрасочных материалов, кислоты серной, смол синтетических и пластических масс, шин автомобильных осуществляется в АК. В КНР развито производство изделий из пластмасс.

Важное место в промышленном производстве занимает машиностроение, что объясняется близостью сырьевой базы, а также потребностью в машинах и оборудовании ведущих отраслей БА – горнодобывающей промышленности и сельскохозяйственного производства. Хотя следует отметить глубочайшую депрессию данной отрасли вследствие разрыва старых экономических связей и отсутствия платежеспособного спроса на его продукцию, а также низкие темпы модернизации предприятий. Отрасль представлена предприятиями тяжёлого, энергетического и транспортного машиностроения (АК, РК), станкостроения (АК), сельхозмашиностроения (АК), автомобилестроения (РК), приборостроения (АК).

Повсеместное развитие получили производство стройматериалов из местного сырья, а также лесная и деревообрабатывающая промышленность.

Переработка сельхозпродукции имеет важнейшее значение для БА в целом. Лёгкая промышленность представлена предприятиями, производящими ткань (РФ, РК), обувь валяную и фетровую из местного сырья (РФ), войлок и изделия из него (МНР), кожу из шкур КРС, лошадей, овец и коз, свиней (в частности, РК) и др.

Одной из основных для регионов Большого Алтая является пищевая промышленность, крупнейшие предприятия которой расположены на территории АК.

Все регионы имеют относительно высокую сельскохозяйственную освоенность. Более 40 % территории БА занимают сельскохозяйственные угодья. Наибольшая площадь сельхозугодий наблюдается в МНР (около 86 %), наименьшая – в РК (17,5 %). Доля пашни наиболее высока в российской части Алтая, где распахано 25,3 % территории (рис. 7).

Рис. 7. Распаханность территории, %.

Повсеместно развито животноводство, при этом наибольшее численность стада наблюдается в МНР (60,7 % всего поголовья овец, 41,1 % верблюдов, 24,5 % лошадей). Животноводческая нагрузка на территорию региона составляет 6,4 усл. голов скота на 1 км2 (при среднем для БА значении 5,7 усл. гол./км2) (рис. 8).

Как видно из рисунка 9, основным производителем сельхозпродукции является Алтайский край, на долю которого приходится 91,2 % производства зерновых и зернобобовых культур, 72,0 % – семян масленичных и плодов маслосодержащих (в т. ч., подсолнечник на зерно), 58,4 % – молока, 50,1 % – яиц. Производство шерсти осуществляется в основном в МНР (79,4 %).

Рис. 8. Животноводческая нагрузка, условных голов КРС на 1 км2.

Рис. 9. Производство сельскохозяйственной продукции в натуральном
выражении в регионах Большого Алтая.

Регионы Большого Алтая – это объект традиционного научного внимания ИВЭП СО РАН. Проводимые авторами исследования позволили выделить основные факторы, способствующие интеграции приграничных территорий разных стран в единое трансграничное пространство:

·  схожесть природно-климатических условий, высокий экологический статус территорий, включая богатое биоразнообразие и степень его сохранности, значительная доля природоохранных территорий;

·  богатый и разнообразный природно-ресурсный потенциал;

·  значительная доля казахского населения во всех регионах, высокая доля детей в возрастной структуре;

·  толерантность культур и религиозная терпимость местного населения, отсутствие социально значимого расслоения общества и крупных межэтнических конфликтов;

·  преимущественно аграрный тип хозяйствования животноводческого направления в горных регионах и зернопроизводственного – в степных равнинных;

·  специализация промышленного производства на горнодобывающей отрасли и переработке сельскохозяйственного сырья.

Вместе с тем, можно назвать и ряд факторов дезинтегрирующего характера:

·  многонациональный состав населения, усиление тенденций идентификации населения коренных этнических групп своей национальной принадлежности;

·  низкий уровень социально-экономического развития и недостаточный уровень индустриализации в приграничных регионах, наличие в основном горнодобывающих предприятий первого цикла;

·  асимметричность территориального развития, заложенная еще в советские времена. С развалом СССР были разорваны экономические связи и в области поставок сырья, и по спросу на готовую продукцию, и по эксплуатации совместной инфраструктуры;

·  асинхронность современных процессов социально-экономического развития (высокие темпы роста экономики Китая и падение производства в иных алтайских регионах), экспансия китайского бизнеса (проявляется, в частности, в концессионном освоении китайскими рабочими месторождений полезных ископаемых в Западной Монголии);

·  недостаточная развитость транспортной инфраструктуры, отсутствие прямого транспортного коридора между Россией и Китаем;

·  разнонаправленность стратегий развития алтайских регионов: выбор индустриального пути развития ВКО, Алтайского края и КНР; рекреационно-природоохранного – в РА и монгольских аймаков.

На территории регионов Большого Алтая можно выделить три зоны сотрудничества, реализация потенциала которых будет служить формированию структур устойчивого природопользования, как ядер-кластеров устойчивого социально-экономического развития БА и его регионов:

§  российско-казахстанское степное приграничье (основной коридор – трасса Барнаул-Кулунда-Павлодар; наличие сырья для развития основной химии, добыча и производство стройматериалов, с/х машиностроение в части РФ; посреднические торговые функции РК между КНР и РФ);

§  Рудный Алтай (трассы Рубцовск-Семипалатинск и Рубцовск-Горняк-Усть-Каменогорск; совместное освоение месторождений полиметаллических руд РФ и РК; наличие рекреационных ресурсов и хорошая транспортная доступность казахстанского приграничья для развития туризма);

§  горные приграничные территории РФ, РК, КНР, МНР (трасса Новосибирск – Горно-Алтайск – Ташанта – Улгий; совместная разработка общих месторождений руд цветных металлов; переработка мяса, произведенного в МНР, на территории РФ; подготовка кадров для МНР и КНР в ВУЗах РФ И РК).

Между обозначенными зонами уже сегодня существует взаимовыгодное сотрудничество, находящее выражение в поставках выращиваемого в степной части РФ и РК зерна в КНР и МНР; снабжении товарами народного потребления КНР приграничных территорий РФ, РК и МНР; обмене в области образовательных услуг и подготовки квалифицированных кадров.

Перспективными для международного сотрудничества могут стать совместная добыча и переработка руд цветных металлов, транспортировка черного металла РК для нужд сельхозмашиностроения РФ, создание единой системы ООПТ, развитие природосберегающих технологий и производство экологически чистой сельхозпродукции.

* Работа выполнена в рамках проекта ОНЗ РАН № 12-4 "Процессы интеграции и трансформации трансграничных геосистем Большого Алтая" и КИП СО РАН № 000 "Предпосылки, проблемы и геоинформационная основа формирования структур устойчивого природопользования в трансграничных регионах Азиатской России и сопредельных стран".

Литература:

1. Алтай трансграничный. Электронный сайт. - http://www. altaiinter. info/.

РОЛЬ ООПТ В ОХРАНЕ И ИЗУЧЕНИИ БАССЕЙНА Р. ОНОН В ТРАНСГРАНИЧНОЙ ТЕРРИТОРИИ

Государственный природный биосферный заповедник «Сохондинский»,

с. Кыра, Забайкальский край

*****@***ru

Огромную роль в сохранении и изучении природы верхнего бассейна р. Амур играют смежные особо охраняемые природные территории трансграничной зоны Монголии и РФ верховий бассейна р. Онон, включающие в себя, прежде всего, Онон-Бальджинский национальный парк и Сохондинский заповедник. Данные ООПТ объединены в единую трансграничную ООПТ «Истоки Амура», работают по единому плану и имеют опыт и некоторые итоги совместной деятельности.

Огромную роль играют ООПТ в трансграничной полосе на юге Забайкальского края и прилегающей зоны севера Монголии верховий Онона. Как известно, бассейн Онона, как важнейшая составляющая верховий Амура, формируется практически в пределах Хэнтей-Даурского сводового поднятия. Причем на российской стороне в районе Сохондо и других гольцов Кыринского района зарождаются северные притоки Онона и одна из составляющих Шилки – Ингода. Исток собственно Онона находится на монгольской территории в предгорьях Хэнтэя (Хэнтэйский аймак). Примечательно, что важнейшие притоки Онона находятся на территории различных ООПТ, как на монгольских, так и российских. В настоящий момент на данной территории формируется трансграничная особо охраняемая природная территория (ТООПТ) под символическим названием «Истоки Амура».

Создание данной ТООПТ закрепило территорию бассейна Онона в качестве охраняемых вод на большем своём протяжении, а также позволило объединить усилия двух дружественных народов в деле охраны и изучения природы верховий Амура.

Регулярное сотрудничество началось с начала 2000-х гг. и совпало со временем создания Онон-Бальджинского национального парка Монголии и затем регионального заказника «Горная степь» по границе с этим парком, как основой для создания совместной трансграничной особо охраняемой территории «Истоки Амура». Чуть позже идея воплотилась в жизнь и на данном этапе идет ее выполнение.

На данный момент уже возможно подвести некоторые итоги совместной деятельности специалистов и сотрудников смежных ООПТ двух стран в области охраны и изучения бассейна Онона.

В первую очередь решаются вопросы планомерного организованного сотрудничества. Проводятся регулярно совместные встречи и совещания по основным направлениям работ, перспективам сотрудничества и его итогам; налажена ежегодная практика создания планов совместных работ и мероприятий по всем направлениям и подведения итогов.

По итогам планомерных научных исследований, заложенных на монгольской территории с начала функционирования здесь ООПТ, уже издано 2 сборника научных трудов Сохондинского заповедника. Несколько лет идет работа по 2 научным темам: по состоянию популяций редких и охотничье-промысловых видов трансграничной полосы. По некоторым направлениям, например по созданию менеджмент-плана бассейна Онона, и Онон-Бальджинского парка, работа ведется совместно с монгольским филиалом WWF, курирующего работу парка.

Много сделано в области эколого-просветительской деятельности. Это и по работе с подрастающим поколением – конкурсы на природоохранную актуальную тематику; международные слеты, фотовыставки и выставки детских рисунков. Создание и распространение наглядной печатной продукции, такой как настенные и перекидные календари, фотоальбомы и многое другое. Регулярно проводятся встречи инспекторов охраны природы смежных ООПТ, на которой обсуждаются актуальные вопросы охраны природы; происходит обмен опытом и выработка планов и мероприятий в области предотвращения пожаров, борьбы с браконьерством и др.

Помимо решения общих вопросов, объединяющих соседние ООПТ, в Монголии стала актуальной проблема сохранности лесов, которая успешно решается в последние годы, благодаря принятым мерам. Вместе с тем, например, в Онон-Бальджинском парке акцент также ставится и на сохранность этнических и культурных ценностей, связанных, например, с исторической родиной Чингисхана. В связи с этим, делается упор на развитие туризма и тесное сотрудничество с общественными организациями по охране лесов, вод и др. Тесное взаимодействие парка идет с монгольским фондом WWF по созданию менеджмент-планов, оснащению оборудованием, выпуску методической литературы, работе программ по редким видам, таким как таймень и выдра. Здесь наиболее положительные моменты у монгольской стороны – довольно быстрое реагирование на решение природоохранных проблем и широкое успешное привлечение общественности к решению этих проблем.

Вместе с тем, также наблюдается частая смена администраций и специалистов; различный подход к научным и охранным задачам, что не мешает работе по общим направлениям. Главное - идеи сохранения уникальной природы, ландшафтов, поддержка традиционного уклада жизни и др., лежат в основе политики соседствующих ООПТ.

Наиболее перспективные направления совместной деятельности рассматриваются, прежде всего, в области работы с населением. Здесь актуальны такие направления как поддержка взаимного интереса к культуре, материальному благополучию, сохранности природы двух соседних наций и др. При этом важны обмен делегациями, проведение совместных семинаров, лекций, встречи по обмену опытом и другие мероприятия, позволяющие выработать общие позиции.

АРИДИЗАЦИЯ И ОПУСТЫНИВАНИЕ ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ:
ПРОБЛЕМЫ И ПРОГНОЗЫ*

, ,

Институт географии СО РАН, г. Иркутск (*****@); Институт природных ресурсов, экологии и криологии СО РАН, г. Чита (*****@***ru); Байкальский институт природопользования СО РАН, г. Улан-Удэ (*****@); Монгольский госуниверситет, г. Улан-Батор

Применены исторический и географо-топологический подходы к анализу аридизации и опустынивания, прогнозу современного потепления климата. Обращено особое внимание на системную структуру статистических рядов, их организованную хаотичность. Приводятся примеры географо-климатического прогноза температур и осадков на ряде метеорологических станций Центральной Азии. Прогноз основывается на геотопологическом анализе средних месячных и годовых температур, отнесенных к оси времени за соответствующие периоды наблюдений.

Геотопологический подход к оценке глобального повышения температур. Проблеме потепления климата посвящено множество научных публикаций и дискуссий. Они оставлены за рамками настоящей работы, как и ряд географических определений природных объектов и процессов, ставшие уже классическими. Нами впервые обращается внимание на дробные пространственные и временные состояния геосистем топологического порядка, которые при направленной интеграции могут содержать информацию о последующих этапах их развития, в том числе и о прогнозе глобального потепления. При этом задача определения точных прогнозных значений температур на конкретный интервал времени не ставилась. Необходимым первичным результатом топологического исследования температур и осадков было выявление надежных тенденции их последующих изменений.

Факторы, формирующие температуры, и статистическая достоверность выполненных расчетов. Температуры каждой метеорологической станции формируются ее географическим местоположением в координатах широты, долготы и высоты, системой их вмещающих ландшафтов топологической, региональной и планетарной размерности. Например, скопление холодных масс воздуха в северных котловинах Забайкалья – следствие географо-климатических (топологических) факторов. Сами же котловины формируют особую температурно-высотную стратиграфию (региональный фактор), а азиатский антициклон контролирует их, представляет собой планетарное явление. Однако определяющим температуру котловин остается космический фактор. Ландшафтами он максимально трансформируется в зимнее время. Поэтому, трендам средним месячным и годовым температурам холодных периодов характерна большая погрешность, равная 3-4 стандартным отклонениям. В теплый период температуры формируют преобладающие зональные наиболее устойчивые планетарные факторы. В этот период стандартные отклонения минимальные и равны 1-1,5.

Не исключено, что тренды средних месячных и годовых температур за длительный период отражают планетарный круговорот тепла. Ветви подъема и спада этого цикла формируют систему региональных и топологических теплооборотов. Выявляется, таким образом, иерархия соподчиненных друг другу и как бы вложенных один в другой теплообороты. Поэтому, статистическую совокупность температур, отнесенных к оси времени, можно рассматривать как иерархическую целостность, вместе с этим, делимой на соответствующие подчиненные целостности.

Общие выводы. Необходимым условием прогноза современного изменения средних месячных температур является установления начальной даты его повышения. В отдельные месяцы на ряде станций эти повышения начались 20-30 лет назад, на других – в 1990 годах. Нельзя по данным одной станции делать выводы о прогнозе изменения температур региона. Прогнозные расчеты следует выполнять по данным множества станций. Затем по признакам однородного изменения температур во времени необходимо выделять соответствующие районы и обосновывать региональные варианты их будущих модификаций. Наиболее реальным оказывается прогноз, если топологические (местные), региональные и зональные признаки формирования температурных полей синхронны. Данные метеостанции с ярко выраженными местными ландшафтно-климатическими особенностями для прогнозных целей являются не репрезентативными. В обосновании прогноза не обязательным является применение всей совокупности данных. Для этого достаточно использовать информацию, отражающую начало зарождения анализируемого процесса. Она и содержит прогнозные характеристики. И главное, прогноз температур оказывается наиболее реальным, если расчеты выполняются с учетом географо-топологической среды их формирования. Но и при этом можно сделать вывод о неоднозначности тенденций как пространственных, так и временных изменений средних месячных и годовых температур в пределах Центральной Азии.

Когда возникла проблема прогноза глобального потепления, оказалось, что она не решается однозначно классическими статистическими приемами. Для точного прогноза на ближайшие 5-10 лет необходимы реальные климатические данные, и только те, которые уже отражают сам процесс потепления. Ими являются измеренные температуры последних 10-30 лет. В кратковременном прогнозе средних месячных и годовых температур на ближайшие годы весь предшествующий ряд наблюдений не участвует. Он обеспечивает лишь установление начала потепления. Только ветвь потепления имеет прогнозную информации. Она содержится в каждом последующем интервале времени в виде уменьшения приращения температур, сформированных предшествующими элементарными циклами.

Итак, для конкретного внутригодового момента (интервала) времени тепло ландшафта-местность в целом контролируется следующими индикаторами: инвариантом географического местоположения, инвариантом геоморфологической поверхности (экспозицией и наклоном), инвариантом отражательной способности ландшафта – альбедо. Система подобной триады инвариантов формирует для каждого интервала времени в некотором роде свой текущий ландшафтный климат как приземной атмосферы, так растительного покрова и почв. В качестве основных индикаторов геотопологических размерностей проявляют себя структура и форма пространственно-временных их изменений в пределах элементарных температурных циклов.

«Термический котел» ландшафтного увлажнения. В основе понятия инвариант лежит представление о свойствах, которые сохраняются неизменными при преобразовании геосистемы в целом, или при пространственно-временных изменениях отдельных ее элементов или режимов. Инварианты позволяют определять структуру и режимы, характерные для природной системы в целом, а так же осуществлять прогноз их развития на ближайшую перспективу. С учетом данной парадигмы были выявлены инварианты температурных структур относительно оси времени.

Приземная температура – это космо-ландшафтный фактор – функция интегральной системы инвариантов: космического (осуществляется в каждый внутригодовой момент или интервал времени постоянный приток солнечного излучения), географического (осуществляется в каждое конкретное неизменяемое местоположение с координатами широты, долготы и высоты постоянный приток тепла), геоморфологического (осуществляется на каждую неизменяемую экспозиция склона с характерным углом наклона и характерной поверхность постоянный приток тепла), климатического – альбедо поверхности, принимается соответственно постоянным для каждого временного интервала года.

Эти инварианты формируют интегральный термический эффект подобие «термического котла». В нем сталкиваются местные и привнесенные воздушные массы с совершенно разным тепло-влагосодержанием. Их взаимодействие координируется соответствующими термодинамическими процессами, скрытой теплотой парообразования, конденсации, «точкой росы», льдообразованием и т. д. При этом адвективные приземные массы воздуха коренным образом трансформируются, не повторяют прежнее свое атмосферное состояние, организуются относительно оси времени солнечным излучением и ландшафтом в систему территориальных последовательностей. Здесь прослеживается организация осадков по топологическому подобию температур в непрерывно-дискретные последовательности, их многофакторные структуры и системы.