Международный контроль (стр. 5 )

1См.: Бутрос Бутрос Гали Навстречу новым вызовам 1995 Годовои доклад о деятельности ООН

Нью-Йорк, 1995 г, с. 277-278

2 См.: Кофи А Аннам Обновление на переходном этапе ООН. Нью-Йорк, 1997г

55

Европейский Суд стали обладать не только государства, но и индивиды, группа лиц, неправительственные организации. После вступления в силу, данного Протокола будет упразднена Европейская Комиссия, останется Европейский суд, который будет учреждать Комитет из трех судей для решения вопроса о приемлемости жалобы. Сами жалобы будут рассмат­риваться Палатами из 7 судей, а более сложные - Палатами из 17 судей. Решения суда являются обязательными для государств-участников. За осуществлением решения Суда будет следить Комитет министров Со­вета Европы.

Протокол № 11 вступит в силу через год после окончательной рати­фикации всеми государствами-участниками Конвенции. Новая система рассмотрения жалоб, по мнению авторов, сделает ее механизм более дос­тупным для отдельных лиц, ускорит применение процедур, повысит эффективность ее работы.'

По мнению , созданный в соответствии с Европейс­кой конвенцией и Протоколом № II механизм, является, по сути дела, над­национальной властью, ограничивающей сложившихся стереотипов и аб­солютизации государственного суверенитета. Создавая прецедентное пра­во, решения Суда будут оказывать значительное влияние на формирование и развитие доктрины европейского права, в особенности Российского, по­скольку кроме Конституции РФ отраслевое законодательство все еще не подверглось коренной переработке и противоречит интересам защиты ос­новных прав и свобод человека.2

Бутрос Бутрос Гали, будучи Генеральным секретарем ООН, прини­мая во внимание недостатки контрольного механизма международных до­кументов о правах человека, предложил рассмотреть возможность рефор­мирования всей системы контроля за соблюдением международных дого­воров о правах человека,

По его мнению цель такой реформы состояла бы в рационализации процедур и в сокращении числа контролирующих органов. В этом отно­шении позиции проф. и экс-Генерального секретаря ООН Б. Гали довольно близки. В качестве первого шага Бутрос Гали пред­лагает начать с представления государствами всеобъемлющего единого. доклада, который касался бы всех договоров, в которых они участвуют. Последующим этапом в реформировании к началу будущего века явилось бы создание единого механизма для контроля за соблюдением международных документов о правах человека, т. е. единого технического 5 органа с временно - постоянным статусом.3

Очевидно следует согласиться с концепцией экс-Генерального секре­таря ООН о том, что реформирование следует проводить прежде всего в контрольном механизме действующих конвенций по правам человека.

1 См.: Права человека: Постоянная задача Совета Европы. М-, 1996, с.18

2 Подробнее см.: Карташкин В А. Россия и Европейская конвенция о защите прав человека и

основных свобод. "МЖМП", 1996, № 3.

ЗСм.: Бутрос Гали. ООН и права человека. ООН, Москва, 1995, с. 158-159.

56

Принятие единой Хартии вместо многочисленных конвенций, как это предлагает проф. , представит довольно сложную и дли­тельную процедуру. Прежде всего несовпадающие позиции государств, о чем свидетельствует различный подход к ратификации международных документов по нравам человека, а в отдельных случаях и отказ от ра-тификации, затруднит разработку и принятие единого акта, охватываю­щего права человека во всем его многообразий. Существующие конвен­ции достаточно емко включают международные стандарты в области прав человека.

Можно было бы на международном форуме внести изменения в ра­нее принятые конвенции в целях реформирования контрольного механиз­ма и создания единого для всех конвенций органа по правам человека, наделенного рассматривать как жалобы государств, так и индивидов, кол­лективов, неправительственных организаций. Принимая во внимание, что человек - самое ценное существо земной цивилизации - является объектом защиты не только государства, гражданином которого он является, но и в соответствии с Уставом ООН всего мирового сообщества, то следовало бы наделить данный Орган правомочиями выносить обязательные для госу­дарств-участников конвенций решения по защите прав человека и основ­ных свобод.

Как подчеркивалось на Венской Всемирной Конференции по правам человека, международное сообщество должно относиться к правам чело­века глобально, на справедливой и равной основе, с одинаковым подхо­дом и вниманием (ч. 1, п.5 Венской декларации и Программы действий).

К 50-летию Всеобщей декларации прав человека в международном праве разработано довольно - большое количество документов по защи­те прав человека. Международные стандарты, закрепленные в них, оста­нутся лишь моделью человеческих прав и свобод, если государства не при­мут соответствующих внутригосударственных мер по их закреплению и обеспечению. В значительной степени это зависит от экономического по­ложения государств, от политической и правовой системы. В этой связи большое значение приобретает концепция развития, разработанная ООН.

Экономическое развитие в беднейших странах является коллектив­ной заботой международного сообщества. Справедливые экономические отношения и благоприятные экономическое окружение на международ­ном уровне исключительно важны с точки зрения устойчивого развития.

Венская конференция по правам человека особо отметила взаимоподк­репляющие связи между демократией, развитием и уважением прав челове­ка. Демократия является одним из основных прав человека, поощрение ко­торого само по себе служит важным показателем развития. Ускорение тем­пов экономического развития является одним из условий для надлежащего обеспечения демократических прав и свобод человека. Как было закреплено в Венской декларации и Программы действий "права человека универсаль­ны, неделимы, взаимозависимы и взаимосвязаны". Долг государств - поощ­рять и защищать все права человека и основные свободы. Поскольку мно­гие проблемы в разработке международных норм в этой сфере решены,

57

то естественно требуется усовершенствование механизма проверки выпол­нения государствами своих обязательств

Появление сегодня концепции, согласно которой международное сооб щество может защищать конкретные права человека действительно явля­ется одним из крупнейших практических и интеллектуальных достижений международного права

58

§2. МЕЖДУНАРОДНЫЙ КОНТРОЛЬ В ОБЕСПЕЧЕНИИ НОРМ МЕЖДУНАРОДНОГО ГУМАНИТАРНОГО ПРАВА

В международном праве само понятие и название международного гу­манитарного права сформировались сравнительно недавно, хотя правовые нормы, относящиеся к нему, стали возникать с 18641 ода с принятием первой Женевской Конвенции об участи солдат, раненых на поле боя и Санкт-Пе­тербургской Декларации 1868 года об отмене употребления взрывчатых и зажигательных пуль Затем были приняты Гаагские Конвенции 1899,1907 г г о законах и обычаях сухопутной войны и в 1949 году известные Женев­ские Конвенции. Большим достижением международною гуманитарного права стало принятие в 1977 году Дополнительных Протоколов к Женевс­ким конвенциям 1949 года. С тех пор возникло два направления в междуна­родном гуманитарном праве, одно стало называться "Право Женевы", а другое "Право Гааги" '

Подобное искусственное разделение было связано с тем, что Гаагские нормы, вытекающие из конвенции 1899 и 1907 г. г главным образом регу­лируют ведение военных действий и вопросы нейтралитета. Эти нормы не распространяются на вооруженные конфликты, происходящие внутри госу­дарств.

А что касается "Женевского права", то оно объединяет Женевские кон­венции 1949 года, которые содержат международно-правовые нормы, отно­сящиеся к защите раненых и больных в действующих армиях, к положению военнопленных, гражданского населения во время войны и Дополнитель­ные протоколы о защите жертв вооруженных, конфликтов международного и немеждународного характера.

Если в первой международной конвенции по гуманитарному праву 1864 г. было всего 10 статей, то в настоящее время действующие международные нормы в этой области содержат более 600 статей, тек началу XXI века нормы международного гуманитарного права оказались кодифицирован­ными значительно лучше чем в других отраслях международного права.

Большой объем международно-правовых норм в области гуманитарного права ставит перед мировым сообществом другой, не менее важный вопрос - обеспечение выполнения государствами обязательств, вытекающих из на­званных международных документов.

Это особенно важно в настоящее время, если учесть, что из 21 операции ООН, развернутой с 1988 года по 1994 год, 13 были связаны с конфликтами внутри государств, которые сопровождались серьезными нарушениями меж­дународного гуманитарного права - массовыми убийствами, изнасилова-

* Подробнее об источниках международного гуманитарного права См Право в период вооруженных конфликтов (Обзор) М 1978 Ведение боевых действий Сборник гаагских конвенций и иных соглашении МККК М 1995 Женевские конвенции от 01.01.01 года и Дополнительные протоколы к ним МККК М 1994г

59

ниями женщин, "этнической чисткой" населения в целях приобрет ения j удержания территории.'

Международное гуманитарное право тесно соприкасается с правами человека и его основными свободами Если нормы международного гу­манитарного права направлены для решения гуманитарных проблем, воз­никающих в связи с вооруженными конфликтами межгосударственного и не межгосударственного характера, то защита прав человека и основных его свобод затрагивает всестороннюю деятельность человека, независи­мо от вооруженных конфликтов. В этом смысле контрольный механизм международного гуманитарного права вытекает не только из действующей конвенции в этой области, но и из других международно-правовых доку­ментов, относящихся к правам человека.

Хотя, по мнению Мануэль Сагер, право, применимое к вооруженным конфликтам немеждународного характера, является в лучшем случае весь­ма умозрительным, контрольных механизмов в рамках четырех Женевс­ких конвенциях и Дополнительных Протоколов к этим конфликтам фак­тически не существует.2

В современных условиях четко просматривается стремление госу­дарств повысить эффективность контроля за выполнением международ­ных договоров, что отражает объективную закономерность развития меж­дународного сообщества.3

В соогветствии с общепризнанным принципом международного права pacta sunt servanda государства - воюющие стороны обязаны соблюдать гуманитарные нормы как во время военных действий, так и после них.

Так, Гаагская конвенция от 5/Х-1907 года "О законах и обычаях су­хопутной войны" в cт. 4 предусматривает, что "Военнопленные находят­ся во владении неприятельского Правительства, а не отдельных лиц или отрядов, взявших их в плен. С ними надлежит обращаться человеколюби­во". Обязательства выполнения изложенных в Конвенции положений вытекает и из других статей, ограничивающих средства ведения войны, обращения с ранеными и больными и др. контроля.

В течение четырех десятилетий Гаагские конвенции 1898 и 1907 г. г. о
законах и обычаях сухопутной войны продолжали оставаться основны­
ми правовыми актами, в том числе по защите гражданского населения во
время войны.5

1 См.: Док ООН А/50/60 S/1995/1 от 3/1 1995 S/RES/627 от 25/V 1993

2 Мануэль Сагер Контрольные механизмы в международном гуманитарном праве "Советский журнал международного права" 1991, Ма 3-4, с 26

3 Хлестов О Н. Становление и перспективы развития контроля за соблюдением международных обязательств государств "Совет ежегодник международного права" 1992, М 1994, с 151

4 Подробнее см Горовец А М Законы войны (Война и право) Петроград 1909

5 0 значении названных международных документов см Фуркало В В Международно-правовая

защита гражданского населения в условиях вооруженных конфликтов Киев 1986

60

Впервые более подробные правила, относящиеся к осуществлению международных гуманитарных норм, появились в четырех Женевских кон­венциях от 12/VIII-1949 года и Дополнительных протоколах к ним 1977 года.

Так, в конвенции об улучшении участи раненых и больных в действу­ющих армиях закреплено, что каждая сторона, находящаяся в конфлик­те, через своих главнокомандующих должна будет заботиться о подроб­ностях выполнения конвенции. Стороны берут на себя обязательство вве­сти в действие законодательство, необходимое для обеспечения эффектив­ных уголовных наказаний для лиц, совершивших или приказавших со­вершить те или иные серьезные нарушения конвенции. Стороны также обязуются разыскивать виновных лиц независимо от их гражданства или передавать другой стороне для суда над ними.1

Подобные же международно-правовые нормы закреплены и в дру­гих Женевских конвенциях от 12/VIII-1949 года: "Об улучшении участи раненых, больных и лиц, потерпевших кораблекрушение, из состава воо­руженных сил на море" (ст. ст.46-53), "Об обращении с военнопленными" (ст. ст. 129-132), "О защите гражданского населения во время войны" (ст. ст. 146-149). Более того, в данной конвенции имеется норма, предусмат­ривающая обращение к арбитру по взаимной договоренности сторон для установления процедуры расследования по поводу всякого утверждения о нарушении конвенции (ст. 149).

В Дополнительном протоколе N 1 к Женевским конвенциям от 12/ VIII-1949 года, касающемся защиты жертв международных вооруженных конфликтов, внутригосударственный контроль выражен, прежде всего, в ст. ст. 87, 88, в которых подчеркивается, что конфликтующие стороны должны требовать от военных командиров недопущения нарушений Кон­венций и Протокола, пресечения этих нарушений, вплоть до уголовного преследования виновных лиц, а также выдачи виновных лиц при наличии сотрудничества по оказанию взаимной помощи по уголовным делам.

Как отметил один из участников дипломатической конференции по гуманитарному праву 1977 года проф. Фриц Кальсховен "представление о том, что применение норм гуманитарного права должно стать объек­том международного контроля, сформировалось, главным образом, в рамках "права Женевы" .2

Женевские конвенции (ст. 8-1- III Конвенции, ст. 9IV Конвенции) пре­дусматривают, что конвенции будут применяться при содействии и под кон­тролем Держав-Покровительниц,3 на которых возложена охрана интересов Сторон, находящихся в конфликте. Для этого Державы-Покровительницы

*См.: Женевские конвенции от12Л/1И-1949иДополнительныеПротоколыкним М, 1994. " - *См Фриц Кальсховен Ограничения методов и средств ведения войны МККК, М, 1994, с 81-84

** "Держава-Покровительница" согласно Протоколу N 1 означает нейтральное государство или другое государство, не являющееся стороной, находящейся в конфликте, которое было назначе­но стороной, находящейся в конфликте, и признано противной стороной и которое согласилось осуществлять функции, возлагаемые на Державу-Покровительницу в соответствии с Конвенция­ми и Протоколом N 1

61

смогут кроме своего дипломатического или консульского персонала назна­
чать делегатов из числа своих собственных граждан или граждан других
нейтральных держав. Стороны, находящиеся в конфликте, будут облегчать
в пределах максимальной возможности работу представителей или делега­
тов Держав-Покровительниц.

Женевские конвенции предусматривают, что стороны по до­говоренности могут доверить обязанности, возлагаемые на Державы-По­кровительницы, какой-нибудь организации, представляющей полную гаран­тию беспристрастия и действенности (ст. 10). По утверждению Фрица Каль-сховена, до сих пор, однако, это остается сугубо теоретической возможнос­тью, поскольку ни одно такое соглашение еще не было заключено.1

Далее Женевские конвенции предусматривают, что если по каким-либо причинам деятельность какой-нибудь Державы-Покровительницы или орга­низации перестала распространяться на раненых и больных или санитарный и духовный персонал, то Держава, во власти которой находятся покровит елъствуемые лица, должна обратиться с просьбой к нейтральному государству или такой организации принять на себя функции Державы-Покрови­тельницы.

Если это не удается, то Держава должна обратиться с просьбой к ка­кой-либо гуманитарной организации, такой как, например, Международ­ный Комитет Красного Креста.

В чем же выражаются контрольные функции Державы-Покро­вительницы или гуманитарной организации, нейтрального государства, которым доверены обязанности Державы-Покровительницы? Об этом гово­рится в ст. 11,12 Женевских конвенций.

Прежде всего Державы-Покровительницы во всех случаях, когда они сочтут это полезным в интересах покровительствуемых лиц, в частности, в случае разногласия между конфликтующими сторонами по поводу примене­ния или толкования положений конвенций, будут оказывать свои добрые услуги с целью урегулирования разногласия.

С этой целью каждая из Держав-Покровительниц вправе по просьбе одной из сторон или по своей инициативе предложить конфликтующим сто­ронам организовать совещание их представителей и, в частности, властей, на которых возложена забота об участи раненых и больных, потерпевших кораблекрушение, военнопленных и других покровительствуемых лиц, а также санитарного и духовного персонала, возможно, на нейтральной тер­ритории. Стороны обязаны дать ход предложениям по поводу применения или толкования положений Женевских конвенций.

Включая в Женевские конвенции контрольный механизм в виде инсти­тута державы-покровительницы, участники дипломатической конференции возлагали на него большие надежды на обеспечение положений всех четы­рех конвенций. Однако по сообщению членов Независимой комиссии по международным гуманитарным вопросам этот институт практически пол-

1 См.: Фриц Кальсховен. Указ соч, с. 82.

62

полностью перестал функционировать с момента его официального приня­
тия. Международный контроль предусмотрен также в ст. 90 Дополнитель­
ного протокола N 1, согласно которой для расследования фактов серьезных
нарушений Женевских конвенций и Протокола учреждается международ­
ная комиссия, состоящая из пятнадцати членов, обладающие высокими мо­
ральными качествами и признанной беспристрастностью, выступающие в
личном качестве.

Контрольные функции Комиссии заключаются как в расследовании любых фактов, которые представляют серьезные нарушения Конвенции и Протокола, так и в оказании добрых услуг по восстановлению уважитель­ного отношения к названным международным документам.

Механизм расследования Женевских конвенций 1949 года воспринят с Конвенцией 1929 года об улучшении участи раненых, и больных в полевых армиях (от. 30). По мнению М. Сагер, единственным новшеством, внесен­ным в конвенции 1949 года, является механизм выхода из тупика в случае, если участники не смогут согласиться по поводу применяемой процедуры; последняя определяется арбитром, совместно назначенным заинтересо­ванными сторонами. Использование этого арбитражного механизма имеет небольшое практическое значение. Любая сторона в конфликте, особенно та, в отношении которой предпринимается расследование, может предотв­ратить такое расследование, просто создавая тупик, по процедурным вопро­сам отказываясь разрешить его путем согласия на приглашение арбитра.1

Следует отметить ограниченность диапазона международного контро­ля со стороны Комиссии только расследованием серьезных нарушений и отсутствием надлежащей реализации ее выводов, ибо в конечном счете дея­тельность Комиссии замыкается только к изменению отношения нарушив­шей Стороны к конвенциям или Протоколу. Тем более, что в других ситуа­циях Комиссия лишена самостоятельности, ибо расследование возможно только с согласия Сторон.

Как справедливо подчеркнул Мануэль Сагер, поскольку это требова­ние о согласии, содержащееся в общей статье конвенции 1949 года, пред­ставляет собой неизбежную уступку "святому" принципу государственного суверенитета, вполне возможно, что оно было одной из главных причин, по которым ни одно расследование не проводилось в соответствии с четырьмя Женевскими конвенциями.2

Вместе с тем Протокол предусматривает возможность назначения Па­латы из семи членов для расследования нарушений конвенции и Протокола в случае недостижения соглашения сторонами (речь идет о Первом Прото­коле).

Палата, учреждаемая в соответствии с установленной в Протоколе процедурой, предлагает сторонам, находящимся в конфликте, оказать ей содействие и представить доказательства. Кроме того, она сама уполномо-

1 Мануэль Сагер Указ, соч. с. 27.

2 См.: Мануэль Сагер. Указ соч. с 27. О последних выборах 15 членов Комиссии 25 июня 1991г. смотри указанную работу, с 28

63

чена изыскивать другие доказательства нарушений конвенции и Прото­кола, которые она сочтет необходимым, а также проводить расследова­ние положения на месте.

По расследованным фактам Комиссия представляет сторонам док­лад с рекомендациями, которые она считает необходимым.

Заинтересованные стороны после ознакомления всеми дока­зательствами вправе представлять Комиссии свои замечания, а также ос­паривать такие доказательства

В случае невозможности прийти к объективному и беспристрастному заключению Комиссия сообщает причины этого.

По мнению Мануэля Сагсра пока представляется сложным говорить об эффективности Комиссии по установлению фактов, предусмотренных в ст. 90 Дополнительного Протокола. Теоретически ее постоянный ха­рактер, независимость от вмешательства со стороны правительств и ее способность разрабатывать свои собственные правила процедуры являются многообещающими. Однако обязательный характер данного конт­рольного механизма относится только к государствам, которые сделали заявление согласно ст. 90, а их довольно незначительно.1

Таким образом, контрольный механизм Женевских конвенций раз­
работан на довольно слабом уровне. Такое суждение было высказано и
членами Независимой комиссии по международным гуманитарным воп­
росам. Недостаток контрольного механизма заключается прежде всего в
том, что осуществление контроля целиком ставится в зависимость от со­
гласия конфликтующих сторон. Между тем мог бы быть выработан меж­
дународный механизм контроля за выполнением положений как Гаагс­
ких, так и Женевских конвенций, протоколов N1, N 2, учитывающий пре-
регативное международное значение зашиты основных прав и свобод че­
ловека при любых ситуациях.

На дипломатической конференции при обсуждении механизма меж -
дународного контроля, который предусматривался бы в Протоколе N 1,
ставился вопрос о создании органа с принудительной юрисдикцией, од­
нако консенсус не был достигнут, что является большим упущением и
пробелом международного гуманитарного права.

О несовершенстве механизма контроля международного гуманитар­ного права подчеркивалось и на международной конференции ЮНЕС­КО, проведенной в Москве в апреле 1995 года.2

В этой связи следует упомянуть контрольный механизм другого меж­дународного документа - Конвенции против пыток и других жестких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания от

* См Мануэль Сагер Указ соч СТ S9

** См G Melander Monitopng humanitarian law and human rights, p 258-265
In Central and Eastern Europe Problems of human rights and democracy TMatenals of the UNESCO
International end Conference' Experiences in the process of consolidation of democracy in Central and
Eastern Europe, Moscow, April 26

64

4/11-1985 года, которая вступила в силу 26 июня 1987 года.1 В соответ­ствии' с положениями данной конвенции для осуществления проверки за выполнением конвенции создается Комитет против пыток из 10 экспер­тов, обладающих признанной компетенцией в области прав человека.

Не анализируя содержание контрольного механизма данной конвен­
ции, следует лишь подчеркнуть, что закрепление в международно-право­
вом документе большой значимости института контроля явилось шагом
вперед по сравнению с Женевскими конвенциями 1949 года и Протокола­
ми к ним 1977 года. Хотя и в этом документе есть определенные недостат­
ки - это касается согласия государства-участника на посещение его терри-
тории при расследовании фактов нарушения конвенции. Мы вновь стал­
киваемся с концепцией нарушения "абсолютного суверенитета".

Как заявил в своем выступлении на открытии 14 июня 1993 года Все­мирной конференции по правам человека Генеральный секретарь ООН, права человека в силу самой своей природы стирают различия, традици­онно проводимые внутренним порядком и международным порядком. Права человека порождают новую правовую проницаемую среду. Поэто­му их нельзя рассматривать ни с точки зрения абсолютного суверенитета ни с точки зрения политического вмешательства... Государства должны быть самым надежным гарантом прав человека... Когда государства ока­зываются недостойными выполнять эту задачу, когда они нарушают ос­новополагающие принципы, зафиксированные в Уставе ООН, необходи­мо ставить вопрос о принятии международных мер.2

Всемирная конференция по правам человека призвала государства присоединиться к Женевским конвенциям от 01.01.01 года и Про­токолам к ним и принять на национальном уровне все необходимые меры, включая меры законодательного характера, для их полного осуществле­ния. Конференция рекомендовала Комиссии по правам человека рассмот­реть возможность более эффективного осуществления действующих до­говоров о правах человека на международном и региональном уровнях и призвала Комиссию продолжить свою работу по вопросу о международ­ном уголовном суде.3

Дополнительный протокол N 2 к Женевским конвенциям от 12/VIII-1949, касающийся защиты жертв вооруженных конфликтов немеждуна­родного характера, не содержит правовых норм по осуществлению меж­дународного контроля за выполнением конвенции и Протокола N 2, как это предусмотрено в Протоколе N 1.

К моменту принятия 8 июня 1977 года на дипломатической конферен­ции в Женеве Протоколов к Женевским конвенциям 1949 года вооружен­ных конфликтов, носящих немеждународный характер, было незначитель-

1 См.: Международные соглашения и рекомендации ООН в области защиты прав человека и борьбы С преступностью. Выпуск 1, М., 1989, с. 50.

2 См.: Всемирная конференция по правам человека. ООН, Нью-Йорк, 1995, с 12-13.

3 См.: Всемирная конференция по правам человека. ООН, Нью-Йорк, 1995, с. 58-59.

65

1

но. Более того, в таких конфликтах, происходящих на этнической, расовой, религиозной основе, сторонами оказываются различные группировки. Как подчеркнул, бывший Генеральный секретарь ООН Бутрос Гали, зтой новой разновидности внутригосударственных конфликт ов присущи определенные харак геристики, которые ставят перед операциями ООН по поддержанию мира задачи, с которыми они не с галкивались со времен операции в Конго в начале 60-х годов Персоналу операции обычно противостоят не только per улярные армии, но и ополченцы и вооруженные гражданские лица, кото­рые недисциплинированны и не имеют четкой структуры командования.1

Разумеется, эти обстоятельства не могли быть учтены при принятии Протокола N 2 к Женевским конвенциям, ибо создание Комиссии для рас­следования фактов нарушения Женевских конвенций и Протоколам 2 пред­ставляется довольно затруднительным.

В Протоколе 2 не нашли отражения такие вопросы, как коллективная
или индивидуальная о гветственность за нарушения, а также роль третьих
сюрон в обеспечении выполнения этого документа. Остается, конечно, по­
ложение ст. З, общей для всех конвенций 1949 года, согласно которому
"беспристрастная туманит арная opi анизация, такая, как Международный
Комитет Красного Креста, может предложить свои услуги сторонам, нахо­
дящимся в конфликте.2 I

1 ем не менее международное сообщество изыскало некоторые формы и
методы международного контроля за соблюдением международных гума­
нитарных норм и в этих вооруженных конфликтах, не носящих международ - I
ного характера. [

По утверждению Генерального секретаря ООН, ООН оказалась в по­ложении, koi да она стала выполнять широкий круг функций: наблюдение за прекращением огня, перегруппировка и демобилизация войск, реинтег-рация военнослужащих в гражданскую жизнь и уничтожение их оружия, разработка и осуществление программ разминирования; репатриация бе­женцев и перемещенных, лиц; оказание гуманитарной помощи и т. д.3

Операции по поддержанию мира ООН в последнее время стали осуще-ствляться в странах, находящихся в состоянии гражданской войны (Ливан), в состоянии распада существовавшего государства (Югославия), в состоя­нии хаоса (Сомали). Весьма важным фактором в деятельности вооруженных сил ООН помимо упрочения мира и безопасности является оказание гумани­тарной помощи.

Начиная с 1992 года вооруженные силы ООН последовательно полу­чали следующие полномочия:

- обеспечение безопасной транспортировки гуманитарной помощи, пре­
доставляемой по линии Управления Верховного комиссара ООН по делам
беженцев (УВКБ); __ _ ___

1 См Бутрос Гали Повестка дня для мира 1995 Второе издание ООН Нью-Йорк, 1995. с 10

2 См Фриц Кальсховен Указ соч с 193-194

3 См Бутрос Гали Указ соч с 21

66

международного гуманитарного права и прав человека в бывшей Юго­славии и в Руанде вселяет надежду на то, что безнаказанности будет по­ложен конец. МККК полностью поддерживает международных трибуна­лов.1

Большая роль в соблюдении международных гуманитарных норм в межнациональных вооруженных конфликтах отводится региональным организациям. Это выражается в таких формах осуществления контроля как наблюдение за выполнением договоренностей конфликтующих сто­рон по урегулированию спорных проблем, проведение совместных опе­раций ООН с региональными организациями по стабилизации положе­ния в "горячих" точках, решения гуманитарных проблем.

Так, в частности, заметно активизировала свою работу в этом отно­шении ОБСЕ, СНГ (Югославия, Нагорный Карабах, Абхазия, Чечня и др. территории).

Весьма интересными и заслуживающими большого внимания пред­ставляют предложения проф. о перспективах повышения эффективности контроля за выполнением международных, договоров. К числу таких вопросов он совершенно справедливо относит:

— выработка модели форм и методов контрольного механизма с уче­том сферы деятельности, регулируемой договором;

— разработка вопросов о составе международных контрольных ме­ханизмов: из представителей государств; граждан, выступающих, в лич­ном качестве; сторон - не участников договора;

— повышение роли международных и иностранных вооруженных сил для осуществления контроля;

— повышение роли комиссии по выяснению фактов; . —повышение роли международных организаций;

— повышение роли неправительственных организаций по контролю.2 На выполнение норм международного гуманитарного права, кроме правовых норм, непосредственное воздействие оказывают и иные факто­ры, которые влияют на действия вооруженных сил, полицейских служб и других органов государственной власти (идея взаимности, общественное мнение, элементы дисциплины в армии т. д.)

Важным условием обеспечения выполнения обязательств по гумани­тарному праву является создание для этого условий в мирное время, ко­торые заключаются в принятии соответствующих законов и постановле­ний, проведения обучения в вооруженных, силах, осуществление подго­товительных материальных мероприятий.3

Рассмотрим функции Международного Комитета Красного Креста, его роль в выполнении Гаагских и Женевских конвенций.

1 См. Корнелио Соммаруги Дальнейшее развитие координации гуманитарной помощи в чрезвы­чайных обстоятельствах. "Межд. журнал Красного Креста", 1992, N 2, с. 106.

2 См.: Хлестов , соч с.152-153.

""' 3 См.: Ханс-Петер Гассер Международное гуманитарное право. Введение МККК, М., 1995. с. 109-110.

68

МККК, представляя собой ассоциацию граждан Швейцарии со штаб-квартирой в Женеве, хотя и не является международной организацией, но в силу признанной мировым сообществом практики оказания помощи ра­неным и больным в действующих армиях с 1864 года, стал организацией, которая заслужила доверие государств в силу ее нейтральности и беспри­страстности при оказании помощи как при внешних, так и во внутренних конфликтах.

За ним всеобще признано, "права гуманитарной инициативы" в лю­бых вооруженных конфликтах, о чем подчеркивается в от.5 (3) Устава Международного движения Красного Креста и Красного полумесяца: "МККК вправе предпринимать любую инициативу гуманитарного харак­тера, соответствующего его особой роли нейтрального и независимого посредника, и вправе рассматривать любой вопрос, требующий изучения силами подобной организации".

В Протоколе N 1 в ст.5 большая ее часть посвящена деятельности МККК. Как указано в п. 3, если Держава-Покровительница не назначена или не признана с момента возникновения ситуации (вооруженных конф­ликтов), МККК, не ущемляя права любой другой беспристрастной гума­нитарной организации поступать таким же образом, предлагает свои доб­рые услуги сторонам, находящимся в конфликте, с целью назначения Державы-Покровительницы с их согласия.

Если, несмотря на усилия МККК, Держава-Покровительница не на­значена, стороны, находящиеся в конфликте, без промедления принима­ют предложение, которое может быть сделано МККК или любой другой организацией, предоставляющей все гарантии беспристрастности и эф­фективности, действовать в качестве субститута (организации, выступа­ющей вместо Державы-Покровительницы) после соответствующих кон­сультаций с вышеупомянутыми сторонами и с учетом результатов этих консультаций. Стороны обязаны прилагать вое усилия для содействия деятельности такой организации при выполнении его задачи в соот­ветствии с Конвенциями и Протоколом N 1.

Как и в других случаях осуществления контроля, содействие МККК оказанию гуманитарной помощи с доступом на территорию конфликту­ющих сторон связано с получением согласия и в связи с этим ведение слож­ных переговоров сопряжено с неоправданным затягиванием времени, ког­да безотлагательно требуется помощь раненым и больным.

Как отметил Фриц Кальсховен, при внутренних вооруженных конфлик­тах ни одно правительство, находящееся у власти, не желает признавать, что оно хотя бы временно утратило контроль над частью территории. Поэтому оно продолжает настаивать на своем праве определять, кого допускать даже на ту часть территории, которая контролируется восставшими. Есть лишь два выхода из сложившегося затруднительного положения. Один заключа­ется в том, чтобы МККК ограничился оказанием помощи жертвам на терри­тории, контролируемой правительственной стороной.

69

Если Комитет тем не менее находит это решение неприемлемым, то ос­тается другой выход, а именно игнорировать отказ правительства. По мне­нию Фрица Кальсховена, это может противоречить его политике сотрудни­чества со всеми правительствами, хороши они или плохи. Однако это лишь политика, а не священный принцип и даже если бы он был таковым, следует помнить, что Jede Konsequenz fuhrt mm Teufel: всякая попытка соблюдать абсолютную последовательность приводит к дьяволу. Иначе говоря, дей­ствие в международной политической обстановке, характеризующейся из­вестной хаотичностью и пренебрежением к правам, требует от такой орга­низации, как Комитет, готовности идти на компромисс тогда и в той мере, когда и насколько соблюдение принципа невозможно.'

По справедливому замечанию сотрудника Международного Комитета Красного Креста Марион Харрофф Тавель, Международное движение Крас­ного Креста и Красного Полумесяца никогда не должно быть нейтральным в отношении человеческих страданий, но всегда должно оставаться тако­вым в отношении людей, воюющих между собой, и разногласий, их разделя­ющих.2