Международная Научно-практическая конференция «v международная конференция посвященная проблемам общественных наук» (стр. 7 )

Редкими можно назвать случаи, когда высокий уровень эгоцентризма проявляется на основе низкой самооценки. Придавая чрезмерное значение требованиям и мнениям окружающих, индивид интроецирует их, превращая свое «Я» в «поле битвы» всего того, чему он придал так много значения. В этом случае состояние человека может стать тревожным, неуверенность в себе порождается паническим страхом не справиться с заданием. Человек живет в состоянии внутриличностных конфликтов, ненужных и мешающих напряжений. У такого юноши важно создать уверенность в том, что он не одинок, что ему есть кому помочь. Но, главное, и такого юноши включать в совместную деятельность для развития навыков общения [1; 4].

В юношеском возрасте эгоцентризм познавательных процессов проявляется в неразвитости дивергентного мышления, при котором осуществляется поиск и сравнение альтернатив.

При этом, необходимо тренировать гибкость мышления с помощью задач, имеющих разные способы решения, что является одним из важных средств и в развитии личности без значительных эгоцентрических тенденций. Для раннего юношеского возраста в этой связи можно рекомендовать дискуссии по самым разнообразным проблемам с целью выработки гипотетико-теоретического мышления. В дискуссиях − развивается логика благодаря активному подбору аргументов и фактов для убеждения товарищей в правоте своей точки зрения. Так же желательно обучать искусству ведения спора.

Средства дискуссии должны признаваться всеми, кто в ней участвует, поскольку они оказывают влияние на вырабатываемые общие мнения, представления, позиции. В юношеском возрасте не лишними будут специальные отметки или иные способы поощрения [1; 2; 8].

Кроме мышления, эгоцентризм проявляется в речи. Главными формами эгоцентризма речевой активности являются эготизм и ретрофлексия. Эготизм, как стремление рассуждать и рассказывать о себе другим людям, особенно сверстникам, наиболее типичен для юношей. Рассказывая о событиях своей жизни, своих поступках и мыслях, юноша реализует потребность в признании себя товарищами, повышает статус в структуре отношений с другими и к тому же – развивает свою речь. Однако небольшой перевес диалога в сторону монологичности рассказа о самом себе при общении с другими становится проявлением эгоцентризма. Здесь, важно чувство меры и интерес не только к своей персоне, но и к личности собеседника.

Для коррекции эгоцентризма нужен опыт общения и взаимодействия индивида с другими людьми. Важно развивать умение учитывать точки зрения других, контролировать правильность понимания людей, с которыми общаешься и взаимодействуешь, тренировать способность представить себя на месте другого, быть внимательным к состояниям окружающего. Целесообразно лицам с высоким уровнем эгоцентризма рекомендовать участие в тренингах сензитивности, общения, децентрации.

Своевременная коррекция эгоцентризма важна еще и потому, что на фоне его высокого уровня развиваются психопатические черты личности, а при неадекватно низком уровне − конформность и социальная пассивность.

Эгоцентризм развивается и на основе ригидности речи и неразвитости такой функции общения, как говорение. Не имеющие достаточного развития коммуникативных навыков говорения, могут внимательно слушать товарищей, но своим молчанием стимулируют их монолог. В итоге, молчуны оказываются в ряде случаев жертвами своих ошибочных непроверенных суждений и умозаключений насчет товарищей и особенно их высказываний.

Ситуативный личностный эгоцентризм провоцируется ситуациями испытаний и конфликтами, например, в период экзаменов. Высокий эгоцентризм наблюдается у отличников и юношей с повышенной тревожностью. Для профилактики ситуативного эгоцентризма важно своевременное формирование адекватной мотивации и обучение юношей приемам, направленным на снижение тревожности. Если ситуативный эгоцентризм вызывается конфликтами, то здесь нужна тренировка сотрудничества как способа регулирования конфликтов [4; 7; 9].

Однако даже простая рефлексия конфликтной ситуации помогает избежать «зацикливания». Поэтому привычка анализировать значение видов и фаз конфликтов уже сама по себе благоприятна для профилактики эгоцентризма. Особенно полезно разыгрывание определенных конфликтных ситуаций, какие бывают между учителями и учениками, мужем и женой, родителями и детьми, начальниками и подчиненными.

По сравнению с эгоцентризмом мышления и речи, а также ситуативными состояниями личности, коррекция эгоцентризма на уровне смыслообразующих компонентов сознания намного сложнее. Смысловой уровень тесно связан с такими личностными компонентами, как уровень притязаний, самооценка личности, отношение человека к себе и другим людям, его ценности жизни. Этот эгоцентризм является следствием целого ряда условий социализации индивида.

Способствует снижению эгоцентризма применение дискуссий, ролевых игр, при которых у участников активизируется ориентировка на мнения товарищей, развиваются способности координации и кооперации совместных усилий при выполнении тех или иных задач. Все это в целом способствует снижению эгоцентризма [2; 5].

Обзор методов профилактики эгоцентризма наглядно показал, что для обеспечения самопринятия в некоторых случаях показан тренинг, построенный по методике психосинтеза. Для того чтобы психическое развитие происходило без психологических травм, серьезно нарушающих наши отношения с окружением, нужны не только стабильные, хорошо отлаженные социальные процессы в обществе, еще важнее психолого-педагогическая грамотность населения, особенно взрослых, принимающих участие в воспитательном воздействии на молодежь. Распространяющаяся психотерапевтическая практика дает некоторые надежды на возможность помощи, что особенно важно для молодежи [3; 8; 10].

Формирование механизма самокоррекции эгоцентризма успешно протекает на основе выработки умений рефлексии, децентрации, гибкости мышления, вследствие чего происходит повышение производительности мыслительной деятельности, снижение центрирования и повышенной фиксированности на выбранных стратегиях решения задач, развитие гибкости мышления, формирования продуктивной личностной позиции, объективного отношение к себе.

Список использованной литературы:

1.  Абрамова психология / . − М. : Академия, 1997. − 704 с.

2.  Алексеев самосознания на рубеже подросткового и юношеского возраста / В. А. − М. : Наука, 1985. — 145 с.

3.  Буртовая коррекции эгоцентризма в подростковом возрасте и решение проблемы социальной дезадаптации / // Вестник ТГПУ. − Выпуск– 2009. – С. 89-95.

4.  Клинические ролевые игры и психодрама / Д. Киппер. – М. : Независимая фирма «Класс», 1997. − 288 с.

5.  Кон юношеского возраста / . – М. : Просвещение, 1979. – 175 с.

6.  Макартычева девиантного поведения / Г. И. Макартычева. − СПб. : Речь, 2007. − 367 с.

7. Пашукова в подростковом и юношеском возрасте: причины и возможности коррекции / . – М. : Институт практической психологии, 1998. – 258 с.

8. Пашукова и развитие студенческого коллектива / // Психологические проблемы формирования специалиста в вузе: Межвузовский сборник научных трудов Мордовского ун-та. − Саранск: Изд-во Морд, ун-та, 1989. − С. 96-101.

9. Психология подросткового и юношеского возраста / Ф. Райс. – СПб. : Изд-во «Питер», 2000. – 321 с.

10. Славская эгоцентризма и альтруизма личности: интерпретации / // Психологический журнал − № 6. – М. : Наука, 1999. − С. 13-23.

аспирант кафедры социальной и практической психологии
Восточноукраинский национальный университет имени
г. Луганск, Украина

ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ КОРРЕКЦИЯ КОГНИТИВНОГО КОМПОНЕНТА БЛАГОПОЛУЧИЯ МОЛОДЫХ СЕМЕЙ В БРАКЕ

Психологическое благополучие молодежи в браке определяется как состояние молодой семьи, которое предполагает удовлетворение основных индивидуальных и семейных нужд, что обеспечивает стабильность семьи, ее адаптивность к меняющимся условиям существования и удовлетворенность членов семьи внутрисемейным взаимодействием и отношениями.

Отклонение от нормы психологического благополучия семьи характеризуется преобладанием тенденции удовлетворения каждым членом семьи своих личных потребностей, минимизацией согласованности действий и частичным отсутствием социальной (внутрисемейной) активности, что является очень актуальной проблемой для молодых супругов и приводит к нарушению семейной стабильности и снижению удовлетворенности внутрисемейным взаимодействием и отношениями. В таких случаях мы говорим о необходимости проведения психокоррекционной работы с молодой семьей.

Основными целями поддержки счастья и благополучия молодежи в браке являются:

- улучшение субъективного самочувствия и укрепление психического здоровья супругов;

- развитие самосознания и самоисследование партнеров для коррекции или предупреждения эмоциональных нарушений на основе внутренних и поведенческих изменений;

- содействие процессу личностного развития, реализации творческого потенциала, достижению оптимального уровня жизнедеятельности и ощущения счастья и успеха.

Рассматривая структуру благополучия и удовлетворенности, ученые выделяют два компонента: когнитивный и аффективный. Когнитивный компонент благополучия характеризуется целостной картиной мира субъекта, пониманием текущей жизненной ситуации, смыслом жизни и ценностями. Аффективный компонент представлен переживаниями, чувствами, настроениями, которые обусловлены успешным (или неуспешным) функционированием всех сфер личности [3, с. 48-57].

Нас интересует работа с когнитивным компонентом благополучия, потому что он является более сложным и многомерным. Говоря о когнитивном компоненте, мы говорим о потенциале личности, который играет доминирующую роль в формировании благополучия, удовлетворенности человека. Его основой является система смыслов, ценностей и целей индивида.

Для реализации психологической коррекции в контексте когнитивного компонента благополучия и удовлетворенности можно воспользоваться техниками и упражнениями тренинга личностного роста. В современной тренинговой практике понятие «личностный рост» имеет свои особенности. Личностный рост означает качественные изменения личностного потенциала, которые помогают успешно решать жизненные задачи и открывают богатую жизненную перспективу.

Как отмечают и , главный психологический смысл личностного роста - освобождение, понимание себя и своего жизненного пути, самоактуализация и развитие всех основных личностных атрибутов. А взаимодействие личности с собственным внутренним миром в целом является не менее (а во многих отношениях - более) важным, чем с миром внешним. Принципиально важным для человека является также признание и уважение к его внутреннему миру других людей [1, с.38-46].

При полноценном личностном развитии эти изменения затрагивают взаимоотношения личности как с внутренним миром (интраперсональность), так и с внешним миром (интерперсональность). Соответственно и критерии личностного роста состоят из интраперсональных и интерперсональных. К интерперсональным критериям личностного роста относятся нижеперечисленные.

Принятие себя. Это означает: признание себя и безусловную любовь к себе такому, каким человек является; отношение к себе как «личности, достойной уважения, способной к самостоятельному выбору»; веру в себя и свои возможности; доверие собственной природе, организму.

Открытость внутреннему опыту переживаний. Чем личность более сильная и зрелая, тем более она свободна от искажающего влияния защит и способна прислушаться к этой внутренней реальности, относиться к ней как к достойной доверия и «жить настоящим».

Понимание себя. Как можно более точное, полное и глубокое представление о себе и своем актуальном состоянии (включая реальные свои переживания, желания, мысли и т. д.); способность увидеть и услышать себя настоящего сквозь наслоения масок, ролей и защит; сближение «Я»-реального и «Я»-идеального - вот основные тенденции личностного роста по этому критерию.

Ответственная свобода. Во взаимоотношениях с самим собой это означает, прежде всего, ответственность за осуществление своей жизни именно по-своему, осознание и принятие своей свободы.

Целостность. Означает усиление и расширение интегрированности и взаимосвязанности всех аспектов жизни человека, а особенно - целостности внутреннего мира и самой личности.

Динамичность. Зрелая личность - это непременно личность, которая становится собой, т. е. рост личности, это способ ее существования. Поэтому важнейший критерий личностного роста - динамичность, гибкость, открытость изменениям и способность, сохраняя свою идентичность, развиваться через разрешение актуальных противоречий и проблем.

К интерперсональным критериям относят: принятие и понимание других, социализированность, творческую адаптивность. Учитывая данные критерии и особенности личностного роста важно уметь реализовать их в тренинговой программе. Тренинги личностного роста развивают личностный потенциал, дают знания и вырабатывают навыки универсально действовать, успешно решать жизненные задачи и открывать богатую жизненную перспективу, что может способствовать развитию когнитивного компонента благополучия [2, с. 240-278].

Задачами тренинга личностного роста, направленного на работу с когнитивным компонентом благополучия, могут выступать следующие:

- осознание своих потенциалов, возможностей и ценностей собственной жизни;
- понимание своих ценностей и смысла жизни;
- рефлексия своего «Я»;
- понимание причинно-следственных связей событий и поступков;
- познание разных стилей мироощущения;
- осмысленная творческое взаимодействие с окружающим миром;
- внутреннее ощущение силы и гармонии.

Для этого существует ряд упражнений и техник, которые могут быть использованы для разработки тренинговой программы, направленной на развитие когнитивного компонента благополучия и удовлетворенности человека своей жизнью.

Таким образом, мы можем сделать вывод, что когнитивный компонент является достаточно сложной системой в структуре субъективного благополучия. Однако психокоррекционная работа именно с когнитивным компонентом позволяет нам влиять на формирование благополучие каждого из членов семьи, на ценности и цели молодых супругов для улучшения взаимоотношений в ней, и как результат - на благополучие молодежи в браке.

Список использованной литературы:

1.  , Миронова рост и его критерии. Психологические проблемы самореализации личности / , . - СПб., 1997. - С. 38-46.

2.  Вачков тренинговой работы: содержательные, организационные и методические аспекты ведения тренинговой группы / . - М.: Эксмо, 20с.

3.  , Головина качество жизни: подходы, методы оценки, прикладные исследования / , . - М.: ИП РАН, 20с.

4.  Эскакусто позитивного мышления. Коррекция счастья и благополучия / . - Ростов н / Д: Феникс, 20с.

аспирантка кафедры психологии

Львовского национального университета имени Ивана Франка

г. Львов, Украина

СТРУКТУРА СОЦИАЛЬНО - ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ ДЕТЕРМИНАНТ УЧАСТИЯ ЖЕНЩИН В ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ЖЕНСКИХ ОБЩЕСТВЕННЫХ ОБЪЕДИНЕНИЙ

Активизация деятельности женских общественных объединений необычайно важная проблема для современного украинского общества. Женские проблемы и интересы особенно остро поднимаются на поверхность, в основном, в преддверии политических выборов, в другое же время проблематикой женщин мало кто активно интересуется. Главной целью женских объединений выступает помощь женщинам и их семьям, решение острых социальных проблем и преодоление социальных дисфункций.

Отсутствие информации относительно формирования активной общественной позиции на уровне конкретной женщины не даёт возможности психологам разработать программу активизации деятельности женского движения в целом. В связи с этим, целью нашего исследования было определение детерминант участия женщин в женских общественных объединениях.

Исследованием, которое было проведено автором во Львове в годах, было охвачено 300 женщин, в возрасте от 17 до 58 лет. Половина из них берут участие в женских общественных объединениях, другие 150 женщин – не проявляют активности в общественной деятельности.

В качестве зависимой переменной в исследовании выступило реальное участие женщины в женском объединении. Детерминанты общественного участия определялись с помощью девяти методик, таких как: «Интегральная оценка качества жизни» Н. Фетискина, методика диагностики комуникативно-характерологических тенденций Т. Лири, методика диагностики меры удовлетворения основных потребностей , методика диагностики мотивационной структуры личности В. Мильман, диагностика мотиваторов социально-психологической активности личности, экспресс диагностика социальных ценностей личности, методика диагностики социально-психологических установок личности О. Ф. Потёмкиной, диагностика пяти факторов личности Дж. Говарда, П. Медины и Ж. Ховард (адаптация Л. Ф. Бурлачука, Д. К. Королёва), гендерный профиль женских стереотипов [3].

Проведенный корреляционный анализ (ранговая корреляция Спирмена, р≤0,05) и факторный (метод главных компонент с ротацией варимакс в нормализированном варианте) помогли выделить структуру детерминант участия украинских женщин в женских общественных объединениях, которые было рассмотрено на двух уровнях: внешнем (социально-демографические) и внутреннем (социально-психологические). Результаты проведенного исследования показали, что в качестве основных социально-демографических факторов выступает возраст, образованность женщин, наличие свободного времени, влияние близкого окружения, опыт и навыки общественной деятельности.

В свою очередь, среди социально-психологических детерминант выделено пять структурных блоков:

І. Блок психических состояний можно назвать системно-образовательным компонентом общественной активности личности. Выражается с одной стороны, в стремлении женщины активно преобразовывать окружающую действительность (общая активность, r=0,28), а с другой – проявлять собственную индивидуальность, неповторимость и уникальность в социально-полезной деятельности (творческая активность, r=0,42).

ІІ. Личностный блок отображает доминирующие личностные качества женщин, среди которых можно выделить основные (нейротизм, r=-0,22, открытость опыту, r=0,23) и дополнительные, которые проявляются в тенденциях социального служения (внимательность к другим людям, любовь к детям, склонность к сопереживанию, доброжелательность и др.), тенденциях саморазвития (широкий круг интересов, лидерский потенциал, образованность) или взаимодействия с другими (коммуникабельность, открытость).

III. Мотивационный блок, образованный из потребностей (самовыражение, r=0,32, социальные потребности, r=0,26), мотивов (социальная полезность, r=0,55, достижение успеха, r=0,42, власть, r=0,25), ценностей (социальные, r=0,60, интеллектуальные, r=0,28) и мотивационной направленности (работа, r=0,34, результат, r=0,22), как источников женской активности.

IV. Блок эмоциональных детерминант, в основании которого лежит неудовлетворённость жизнью в целом. Она создаёт напряжение, и провоцируют действия, направленные на улучшение качества жизни.

V. Особенности взаимодействия с окружающей средой указывают на доминирующий тип взаимодействий женщины с окружающими. В данном случае особенности общественного участия прослеживаются в измерениях «доминирование – подчинение» и «агрессивность – дружелюбность». Здесь речь идёт о тенденциях к власти, доминированию в организации (доминирование, r=0,32; подчинение, r=-0,12) или о желании устанавливать дружественные, равноправные отношения с другими участницами общественного объединения (агрессивность, r=-0,12).

При помощи факторного анализа было выделено следующие восемь факторов, среди которых: 1) «удовлетворённость жизнью»; 2) «поддержка оптимального жизненного состояния»; 3) «общественная активность личности»; 4) «дружелюбие к окружающим»; 5) «стремление к доминированию»; 6) «авторитарные тенденции»; 7) «жизненный опыт»; 8) «ориентация на внешний мир».

Анализ корреляций между стандартизованными значениями латентных факторов и показателем «участие в женском объединении» показал обратную корреляционную связь последнего со вторым (r=-0,50, p≤0,00), пятым (r=-0,38, p≤0,00), шестым (r=-0,29, p≤0,00) фактором и прямую зависимость с восьмым (r=0,16, p≤0,03). Участие в общественном объединении обосновывается уменьшением концентрации женщины на проблемах повседневного выживания семьи, самоуверенности, раздражительности и критичности. Вместе с этим, согласно данным исследования, большое значение для общественного участия имеют интерес к новым знаниям и опыту, активная жизненная позиция женщины и дружелюбность.

Исходя из вышеописанного, можно выделить следующие типы общественного участия украинских женщин в женских общественных объединениях, среди которых:

-  стремление к саморазвитию, власти и самореализации (неудовлетворённые потребности в самореализации, r=0,32; интеллектуальные ценности, r=0,28; доминирование, r=0,32; неудовлетворённость своим статусом в обществе, r=0,25; мотивация власти, r=0,25);

-  стремление быть полезной обществу и окружающим (социальная полезность, r=0,55; общественные ценности, r=0,60);

-  стремление к интеграции, общению и улучшению качества жизни (социальные потребности, r=0,26; удовлетворённость жизнью в целом, r=0,23; духовной сферой, r=0,32).

Подводя итоги проведенного нами исследования, стоит подчеркнуть, что для большинства активисток деятельность в общественном объединении есть чем-то большим, чем просто деятельность. Это, прежде всего, работа, выполняемая не с целью получения дополнительного заработка, а с целью решения острых социальных проблем. Как отзыв на динамические потребности, проблемы женщин и их семей, активистки в поисках новых инновационных решений генерируют творческие идеи. Деятельность в женском объединении основана на межличностном взаимодействии, в основании котрого лежит доверие, поддержка, желание лучше узнать себя и других, чувство принадлежности и единства.

Женское объединение, с одной стороны, выступает для участниц общественной жизни «школой личностного развития», повышая уровень их знаний, учений и навыков, а с другой, даёт возможность приносить пользу обществу и помогать тем, кто нуждается в поддержке.

Список использованной литературы:

1. Закон України «Про об’єднання громадян» від 16 червня 1992 р. ІІ / Відомості Верховної Ради України (ВВР) – 1992. – № 34,– С. 504.

2. Неурядові організації України, що займаються жіночими та гендерними питаннями. Довідник / відп. ред. Г. Дацюк – К., 2006. – 627 с.

3.  П. Соцыиально-психологическая диагностика развития личности и малых групп : учеб. пособие / , , . – М.: Психотерапия, 2009. – 544 с.

д. психол. н., проф. заведующая кафедрой

социальной и практической психологии
Восточноукраинский национальный университет имени В. Даля
г. Луганск, Украина

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ СОЦИАЛЬНОЙ РЕАДАПТАЦИИ ЛИЧНОСТИ ЗРЕЛОГО ВОЗРАСТА

Актуальность решения проблемы социальной реадаптации личности зрілого возраста обусловлена​​ многочисленными препятствиями в процес се вторичной социализации, имеющиеся в случае кардинального изменения жизненной ситуации, в частности у лиц, вернувшихся из мест лишения свободы, военнослужащих, уволившихся в запас или в отставку, лиц с наркотической или алкогольной зависимостью, находящихся в стадии ремиссии. Если влияние таких изменений превышает имеющиеся адаптивне возможности личности и процесс вторичной социализации блокируется или происходит неудачно, возникает необходимость в реадаптации. Поиск средств повышения способности личности к адаптации в новых жизненных обстоятельствах является актуальным направлением социальной реадаптации лиц зрелого возраста. Это может в значительной мере предупредить и справить негативные тенденции, сопровождающие процесс реадаптации. Недостаточная эффективность мероприятий, направленных на социальную реадаптацию дезадаптированных лиц зрелого возраста, объясняется как отсутствием системного подхода, так и тем, что эти меры не раскрывают действительных психологических причин реадаптации. Психологический аспект решения этой проблемы касается самой ее сущности, поскольку базируется на определении личностных особенностей реадаптантив, которые проходят процесс вторичной социализации. Необходимость исследования именно психологических основ социальной реадаптации заключается в том, что этот подход дает возможность разработать систему социальной реадаптации лиц зрелого возраста в соответствии с их адаптационным потенциалом.

Исследования по этой проблематике почти исключительно были связаны с медико-психологическими аспектами, –преимущественно с особенностями постравматично и реабилитации участников боевых действий (, , и др.)[6] или медико-социальной реабилитацией лиц с алкогольной или наркотической зависимостью (, И. Пятницкая, и др.), или социальными аспектами реадаптации дезадаптированных лиц, вернувшихся из мест лишения свободы (, и др.).

Кроме того, процессы адаптации и реадаптации лиц зрелого возраста рассматривались в структуре профессионализации личности педагогов (, и др.)[2], профессиональной адаптации сотрудников органов внутренних дел (, , ). Лишь сравнительно недавно ученые начали исследовать проблемы прогнозирования психологических последствий локальных военных конфликтов (, , и др.), социально-психологической реадаптации инвалидов боевых действий(, , ), психолого-педагогические условия адаптации лиц, находящихся в местах лишения свободы (, , )[3; 5], особенности социально-психологической реабилитации больных алкоголизмом или наркоманией, находящихся в стадии ремиссии (, , ) [1; 4].

При этом процесс реадаптации в основном понимают как меры, связанные либо с коренной перестройкой функциональных систем организма в целом при экстраординарных обстоятельствах, или личности в связи с новыми жизненными обстоятельствами, отличающимися от предварительных условий жизни и деятельности. Однако при таком подходе вне поля зрения ученых остается такой фактор социальной реадаптации как адаптационный потенциал личности, отсутствие которого может сделать неэффективными меры, направленные на оптимизацию психофизиологических состояний или социально-психологической составляющей. Следует отметить также отсутствие четких критериев, по которым можно было бы оценить уровень социально-психологической деформации дезадаптированных лиц и их окружения, а значит, и разработать эффективную систему социальной реадаптации. Поэтому научная проблема исследования психологических основ социальной реадаптации личности зрелого возраста является актуальной как с социальной, так и с научной точки зрения.

Нами представлен новый концептуальный подход к социально-психологическому анализу сущности и проблем социальной реадаптации личности зрелого возраста. Показано, что ведущим социально-психологическим фактором социальной реадаптации личности выступает ее адаптационный потенциал. Переосмысление понятия «адаптационного потенциала» позволило представить его как интегральное образование, объединяющее интраперсональные составляющие (социально-психологические и индивидуально-типологические свойства и качества), которые актуализируются личностью для создания и реализации новых программ поведения в измененных условиях жизнедеятельности, и интерперсональные составляющие (особенности социальной поддержки и социальной интеграции). Критерии снижения адаптационного потенциала лиц зрелого возраста включают такие показатели интраперсональных составляющих: неадекватность самооценки, несбалансированность фокуса контроля, повышенную агрессивность, фрустрационную напряженность, эмоциональную неустойчивость, экстрапунитивную направленность реакций в ситуации фрустрации преимущественно эго защитного типа, дезинтеграцию между потребностью в достижении главных жизненных ценностей и возможностью их достижения в реальности, доминирование избегающей мотивации, наличие акцентуаций характера или психопатии. Показателями интерперсональных составляющих, снижающих адаптационный потенциал лиц зрелого возраста, являются: недостаточность психологической (эмоциональной, когнитивной) и инструментальной поддержки, ограниченная социальная сеть поддержки, низкий уровень социальной интеграции.

На основании показателей этих критериев выделены уровни адаптационного потенциала лиц зрелого возраста с разной степенью социальной адаптации. Раскрыто содержание программы социальной реадаптации, направленной на расширение адаптационного потенциала социально дезадаптированных лиц зрелого возраста путем специальной организации реадаптационной социальной среды в соответствии личностным особенностям реадаптантов.

Предложены принципы построения системы социальной реадаптации лиц зрелого возраста: принцип эквивалентности, который заключается в том, что процесс реадаптации направлен не только на социально дезадаптированных лиц, но и равноценно включает целостную систему социальных отношений, субъектами которой они являются. В этом случае и среда и сама личность на равных условиях принимают участие в определении реконструкции своих изменений и являются основными компонентами процесса социальной реадаптации. Принцип динамичности рассматривает систему реадаптации как поэтапный пролонгированный процесс, предусматривающий рациональную последовательность мероприятий психокоррекционного воздействия, мониторинг динамики изменений показателей адаптационного потенциала. Принцип дифференцированного прогнозирования заключается в определении содержательных и формальных аспектов программ реадаптации соответственно уровню адаптационного потенциала личности, степени ее социальной адаптации, социального статуса, профессиональной принадлежности, эмоциональной насыщенности и прочности социальных связей. Принцип перспективности заключается в создании для реадаптантов положительной картины будущего, которая будет стимулом само организованной реконструкции личности соответственно постоянному обновлению жизненного контекста.

Показано, что социальная реадаптация лиц зрелого возраста является эффективной тогда, когда осуществляется системно на уровне первичной реадаптации, базовом уровне и уровне постреадаптации. При этом, первичная реадаптация предусматривает: мониторинг социально дезадаптированных лиц зрелого возраста, первичный контакт и определение показателей их адаптационного потенциала с целью превентивной работы, прогноза социальной реадаптации в соответствии с уровнем их адаптационного потенциала; мотивирование на процесс социальной реадаптации, переориентацию на новый образ жизни, новую систему отношений с социумом. Базовый уровень предусматривает реализацию программ реадаптации, ориентированных на расширение адаптационного потенциала социально дезадаптированных лиц зрелого возраста и создание реадаптационной социальной среды путем применения медиаторного подхода, социотерапии, использования активных социально-психологических форм и методов помощи. Это способствует актуализации потребности личностного развития благодаря социальной поддержке, созданию сети социально-полезных связей, закреплению высоко функциональных просоциальных стратегий поведения. Уровень постреадаптации заключается в социальном сопровождении, предусматривающем программы мониторинга, ориентированные на длительную работу с реадаптантом и его социальным окружением.

Список использованоой литературы:

1.  К проблеме развития личности в зрелом возрасте / // Вестник МГУ. – 1980. – № 2. – С. 3–12. – (Серия 14 : Психология).

2.  Горелова зрелости и проблема профессионально-личностной реадаптации / // Проблема гармонизации миро отношения. – Челябинск : Челяб. гуманит. ин-т, 2001. – С. 152–158.

3.  Маклаков адаптационный потенциал: его мобилизация и прогнозирование в экстремальных условиях / // Психологический журнал. – 2001. – Т. 22, № 1. – С. 16–24.

4.  Мжельский психологической коррекции мотивации дезадаптантов / // Психолого-педагогические проблемы мотивации учебной и трудовой деятельности : науч.-практ. конф., 26-28 июня1985 г. : тезисы докл. – Новосибирск, 1985. – С. 37–38.

5.  Татидинова реадаптация бывших заключенных / // Социологические исследования. – 1993. – № 3. –С. 50–54.

6.  Шестопалова социально-психологической адаптации ветеранов боевых действий в Афганистане (медико-психологические аспекты) / // Укр. мед. альманах. – 2000. – Т. 2, № 2. – С. 183–185.

Ергакова Ю. Г.

соискатель кафедры

социальной и практической психологии

Восточноукраинского национального университета им. В. Даля,

г. Луганск

СОЦИАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ДЕЗАДАПТАЦИЯ ПОДРОСТКОВ В УСЛОВИЯХ ВОСПИТАНИЯ В ИНТЕРНАТНЫХ УЧРЕЖДЕНИЯХ ОБРАЗОВАНИЯ

На фоне увеличивающегося числа интернатных учреждений в последние годы все более явным становится проблема дезадаптации подростков. Вызывает беспокойство психосоциальное здоровье и уровень их личностного развития. Дезадаптация непосредственно связана с таким понятием как «социализация». Социализация определенной категории подростков происходит вне семьи. К этой категории относятся дети-сироты и подростки, оставшиеся без попечения родителей, а также подростки, находящиеся в интернатных учреждениях.

Объект исследования: личностное развитие воспитанников интернатных учреждений.

Предмет исследования: особенности социально-психологической дезадаптации воспитанников интернатных учреждений.

Цель исследования: определить и научно обосновать особенности социальной дезадаптации воспитанников интернатных учреждений как фактор их личностного развития.

Факт нахождения в школе-интернате сказывается на психологическом состоянии подростка. Изучением особенностей развития детей в условиях интернатных учреждений занимались многие ученые. Основоположником направления изучения влияния отсутствия родителей на развитие подростка является Дж. Боулби. Усилилось внимание ученых и к анализу воспитания подростков в условиях разных культур, предпринятому еще в тридцатых годах и связанному, в частности, со знаменитыми работами М. Мид. Интересные исследования антропологического направления провела М. Эйнсуорт, работы, посвященные сравнению традиции американского семейного воспитания с каналами, господствующими в Японии, Греции и других странах.

Изучение подростков в школе интернате, проведенное под руководством . В нем представлены методы изучения личности подростков, а также методика составления психолого-педагогической характеристики как необходимого условия накопления знаний об учащихся для диагностических и прогностических суждений о них. Исследование по проблеме развития подростков и разработки методов для создания оптимальных условий для развития в настоящее время проводятся такими учеными как A. M. Прихожан, и т. д. Однако данная проблема требует дальнейшего изучения.

На основе анализа современных данных в области философии, психологии, социальной психологии, социологии, истории и этнографии, педагогики определяет сущность социализации следующим образом: «социализация - это двухсторонний процесс, включающий, с одной стороны, усвоение личностью социального опыта путем вхождения в социальную среду, систему социальных связей; с другой стороны, процесс активного воспроизводства личностью системы социальных связей за счет ее активной деятельности, активного включения в социальную среду. Личность не просто усваивает социальный опыт, но и преобразовывает его в собственные ценности, установки, ориентиры. Этот момент преобразования социального опыта предполагает не пассивное его принятие, а активность личности в применении такого опыта. Усвоение и преобразование, и воспроизводство личностью социального опыта есть суть процесса взаимодействия личности с социальной средой» [1, c. 113].

К числу детей-сирот относятся те, у которых умерли оба или единственный родитель. К числу подростков, оставшихся без попечения родителей, можно отнести подростков, кто остался без попечения единственного или обоих родителей в связи с отсутствием родителей или лишением их родительских прав, ограничением в родительских правах; признание родителей безвестно или недееспособными, находящимися в лечебных учреждениях; объявлением их умершими; отбыванием ими наказания в учреждениях, исполняющих наказание в виде лишения свободы; нахождением в местах содержания под стражей, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений; уклонением родителей от воспитания детей или от защиты их прав и интересов; отказом родителей взять своих детей из воспитательных, лечебных учреждений, учреждений социальной защиты населения [1, c. 19].

Социализация подростков, лишенных родительской опеки, в интернатном учреждении осуществляется в процессе образования. Образовательный процесс предполагает единство обучения и воспитания. Учебно-воспитательный процесс в школе-интернате для детей, лишенных родительской опеки, учитывает их социальную, родительскую депривацию, которая выражается в социально-педагогической запущенности детей, поступающих в интернатное учреждение; наличии задержек психического развития и отклонений в физическом здоровье; различных формах девиантного поведения. Поэтому учебно-воспитательный процесс имеет коррекционную направленность, предполагает создание служб помощи и поддержки ребенка (психологической, социальной, дефектологической, медицинской) [2, c. 113].

Затрудняет социальную дезадаптацию детей в условиях детского дома. Выделяют следующие проблемы, обусловленные спецификой среды:

1) Особая проблема — феномен “мы”в условиях школы-интерната. Здесь у детей возникает своеобразная идентификация друг с другом.

2) Отсутствие свободного помещения, в котором подросток мог бы отдохнуть от других детей. Отсутствие условий для внутреннего сосредоточения стандартизирует определенный социальный тип личности. Нереализуемая потребность в определенном жизненном пространстве, особенно в изоляции, приводит к тому, что подростки из интернатных учреждений в больших городах осваивают чердаки и подвалы.

3) Вопреки предположению о большей самостоятельности воспитанников интернатов по сравнению с их гиперопекаемыми “домашними” сверстниками, у них были обнаружены серьезные дефекты произвольной саморегуляции поведения, выражающиеся в неумении самостоятельно планировать и контролировать свои действия.

4) В интернатном учреждении существует безусловная принадлежность к какой-либо группе, отсутствие выбора.

5) У подростков, живущих на полном государственном обеспечении, появляется иждивенческая позиция (“нам должны”, “дайте”),отсутствуют бережливость и ответственность.

6) Эти подростки психологически отчужденыот людей, и это открывает им “право” к правонарушению.

7) Проблема общения. Подросток, растущий в условиях учреждений интернатного типа, помимо прочих дефектов, не умеет общаться [3, c. 43].

Рассмотрим один из основных причин нарушений в общении у воспитанников детских домов:

- большое число подростков в группах и, как следствие этого, невозможность для воспитателя уделять каждому ребенку достаточно внимания;

- передача подростка из одного учреждения в другое на основании каких-либо формальных причин, что не способствует развитию прочных эмоциональных связей у детей, не формирует “чувство дома”;

- жесткая регламентация деятельности подростков и персонала, акцент на дисциплинарные моменты, результатом чего является деформированное представление о жизни у подростка, что затрудняет их социальнуюдезадаптацию впоследствии;

- замкнутость в рамках одного учреждения, а внутри него — одной группы;

- обязательность общения. Подросток имеет дело с одной и той же, как правило достаточно узкой, группой сверстников, причем он не может выбрать другую группу;

- неумение воспитателя общаться с детьми [2, c. 77].

Исходя из выше изложенного материала можно сделать вывод, что к психическому развитию подростка, воспитывающиеся без попечения родителей, отличаются от ровесников, растущих в семье. Темп развития первых замедлен. Их развитие и здоровье имеют род качественных негативных особенностей, которые отличаются на всех ступенях детства - от младенчества до подросткового возраста и дальше. Особенности по-разному и в неодинаковой ступени обнаруживают себя на каждом возрастном этапе. Но все они чреваты серьезными последствиями для формирования личности подрастающего человека.

Исследования показывают, что лишение подростки материнской заботы с последующей психической депривацией в интернатных учреждениях катастрофически сказываются на их социальном, психическом и физическом здоровье.

Большинству брошенных детей не хватает личного внимания и эмоционального стимулирования необходимого для развития. Наблюдая у таких детей тяжелые повреждения личности, самосознания и интеллектуального развития, ученые высказывали предположение о том, что эмоциональная депривация делает особенно актуальным сам «момент отторжения». Этот травмирующий комплекс сохраняется у подростка на всю жизнь.

Список использованной литературы:

1.  Молодцова -педагогические проблемы предупреждения и преодоления дезадаптации подростков. – Ростов: Феникс, 1997.-340с.
2. Социальная реабилитация дезадаптированных детей и подростков в специализированных учреждениях: Пособие для сотрудников. – М: ЦСиЭИ, 1996.-120с.
3. Социальный приют для детей и подростков: содержание и организация их деятельности/Под ред. . – М: НИИ семьи. – 1997.