Теоретические вопросы энергетической стратегии России в условиях глобализации мировой экономики (стр. 3 )

экономического роста на базе высоких технологий, внедрения в производство достижений науки и подлинно передовых технологий.

Научно-технологическая потребность в сфере ТЭК должна исходить из целей, предусматриваемых социально-экономической политикой на период до 2010 года. Среди них можно выделить:

- технологическую модернизацию отрасли и замену устаревших основных фондов на основе технических систем и технологий пятого уклада с постепенным наращиванием доли шестого;

- обеспечение энергоэффективности (и экологической безопасности), освоение принципиально новых материалов, безотходных и малоотходных, энергосберегающих технологий.

К основным приоритетам государственной научно-технической политики в сфере ТЭК можно отнести:

- создание благоприятных экономических условий для развития инновационной деятельности, направленной на коренное обновление производственно-технологической базы ТЭК, повышение энергоэффективности и качества конечной продукции комплекса;

- широкое использование потенциала международного сотрудничества в целях достижения лучших мировых результатов и вывода отечественных разработок на мировой уровень;

- финансирование разработок и внедрение эффективных экологически безопасных технологий добычи, производства, преобразования, транспортировки и комплексного использования топливно-энергетических ресурсов, в том числе новых источников энергии, традиционных и нетрадиционных (тяжелые нефти, метан, угольных месторождений и др.) ресурсов углеводородного сырья.

Технологический переворот в сфере ТЭК должен способствовать обеспечению устойчивого роста экономики России и решению главной целевой функции, заложенной в стратегию социально-экономической политики до 2010 года – повышению уровня реальных доходов и улучшению качества жизни россиян.

Учитывая хроническое недофинансирование науки в 90-е годы, даже предусмотренное научным советом при Совете безопасности мер по росту финансирования науки до 2010 года недостаточно для кардинального решения научных проблем и социально-экономического развития страны в целом. Думается, будет правильным в сфере ТЭК, в ресурсах которого заинтересована не только национальная экономика России, но и многие страны мира, использование оправдавших себя в мировой практике каналов притока частных инвестиций в результате продажи акций компаний, осуществляющих базовые инновации; формирование и развитие системы венчурного финансирования высокоэффективных, но рисковых инновационных проектов; привлечение отечественных, иностранных и международных банков и фондов к финансированию крупных проектов и программ, реализующих приоритетные базовые технологии и пользующиеся поддержкой государства.

Анализируя энергетическую стратегию государства, следует, на наш взгляд, обратить внимание на то, что для России чрезвычайно важен стратегический подход с позиции качества экономического пространства. Речь идет о том, что национальное экономическое пространство включает в себя регионы разного типа по своему социально-экономическому развитию, «поляризованы» с точки зрения наличия на территории природных богатств от «насыщенных» (конкурентные преимущества) до «бедных», что, естественно, сказывается на развитии общероссийского рынка топливно-энергетических ресурсов. Эти аспекты также должны найти отражение в энергетической стратегии страны.

Исходя из объективных требований к развитию национальных экономик в условиях глобализации, внутренняя структурная политика России в сфере ТЭК, отражая структурную перестройку экономики страны в целом, предполагает реализацию ее в два этапа.

На первом этапе структурной перестройки экономики главная задача будет заключаться в восстановлении утраченных в период «реформ» источников наполнения бюджета, погашение государственного долга, укрепление платежеспособности предприятий, дисциплины по поставкам продукции и по обязательствам перед банками, государством и акционерами.

Подавление инфляции, снижение налогового пресса, уменьшение ставок по коммерческим кредитам и др., как основа оздоровления экономики, создадут необходимый запас оборотных средств, что позволит использовать амортизационный фонд по прямому назначению. Это приостановит процесс разрушения производственного аппарата в большинстве отраслей, а в более благополучных отраслях позволит приступить к более интенсивному наращиванию технологического потенциала.

На этом этапе внутренняя структурная политика в сфере ТЭК, способствуя ослаблению финансово-кредитного кризиса в стране, обеспечивая жесткую привязанность к необходимости получения валютных ресурсов, сохранит свою экспортно-сырьевую направленность в ущерб развитию производств, работающих непосредственно на конечного потребителя. Иными словами, в среднесрочном периоде Россия вынуждена будет идти по энергодоминирующему пути развития, создавая необходимые инвестиционные и организационно-правовые условия перехода на энергоэффективный путь развития, который, при выполнении соответствующих условий, может проявиться не ранее чем через 7-10 лет при ускорения научно-технического прогресса как в сфере ТЭК, так и особенно в реальном секторе экономики.

Но уже и на этом этапе необходимо начать внедрение в сфере ТЭК высоких технологий, обеспечивающих увеличение степени (глубины) переработки топливно-энергетических ресурсов, повышение их качества, что позволит повысить эффективность внешнеэкономической деятельности и конкурентноспособность на мировых рынках.

Анализ показывает, что экспортные отрасли по сравнению с другими отраслями традиционно требуют значительных затрат капитала на единицу выпускаемой продукции. Требуются большие совокупные затраты на увеличение запасов топливно-энергетических ресурсов и особенно на модернизацию нефтепереработки, ибо именно в этой подотрасли наиболее устаревшие фонды.

В стратегическом плане нельзя просто ориентироваться на развитие сферы ТЭК как на единственный и решающий при выработке концепции устойчивого экономического роста. Только на основе развития ТЭК возможности роста ВВП ограничены. Опыт развитых стран свидетельствует, что энергосырьевая направленность экспорта бесперспективна, поскольку исключает широту фронта перехода к новым технологическим укладам, затрудняет управление взаимосвязями производства и потребления в международном масштабе. Исследования показывают, что развитые страны добивались стабильного экономического роста, когда переводили экономику с производства и экспорта сырья на производство конечной промышленной продукции.

Общемировая тенденция ускорения научно-технического прогресса, а также сокращение разведанных запасов и ухудшение условий добычи нефти и газа, рост затрат на их добычу и транспортировку властно диктуют постепенную переориентацию экспортной и энергетической стратегии. Крупные энергетические проекты, требующие привлечения зарубежных инвестиций, становятся в центре внимания энергетической дипломатии. С учетом всей совокупности последствий рисков согласованно решаются вопросы обеспечения поставок энергоресурсов или прокладки трубопроводов, проблемы стабильности и предсказуемости энергетических рынков и т. д. Усиливается межгосударственное регулирование и взаимодействие в целях углубления системы коллективной энергетической безопасности и развития мировых энергетических рынков, научно-технического и технологического совершенствования процессов в энергетической сфере. При стратегическом прогнозировании необходимо также учитывать тенденцию снижения спроса на мировых рынках на нефть и газ и соответственно цен на них как долговременную.

На втором этапе внутренняя стратегическая политика в сфере ТЭК, исходя из объективных потребностей глобализации мировой экономики, могла бы быть направлена на создание производственного аппарата нового типа, приоритетное применение энергоэффективных (и ресурсосберегающих) технологий в реальном секторе экономике в целом. Речь идет о технологиях, повышающих выход полезных веществ, углубляющих процесс обогащения и первичной обработки сырья и топлива. Это позволит во всей технологической цепочке отраслей и производств по переработке сырья и энергоносителей обеспечить значительные структурные сдвиги, изменить пропорции распределения ВВП – снижение доли материальных затрат и увеличение удельного веса ресурсов потребления, повышение интеллектуализации экономики в целом.

Таким образом, при оценке геополитической роли природно-ресурсного потенциала в сфере ТЭК России должны быть приняты во внимание следующие основные факторы:

- приоритетность собственных геополитических интересов России как крупной мировой державы при учете международных интересов на принципах взаимовыгодного сотрудничества;

- необходимость обеспечения национальных и региональных внутренних потребностей страны применительно к условиям структурной перестройки экономики при выводе ее на траекторию экономического роста;

- прогнозы социально-экономического развития на среднесрочный и долгосрочный периоды и реализации крупных социально-экономических проектов;

- роли и месте ТЭК в глобальном биосферном процессе;

- возможности наращивания сырьевой базы путем освоения топливно-энергетического потенциала в новых регионах.

После энергетического кризиса середины 70-х годов в ряде стран мира сформировалось качественно новое функциональное политико-экономическое направление деятельности – энергетическая политика и энергетическая дипломатия, возрастание внешнеполитических и внешнеэкономических ведомств стран. Процессы глобализации экономики, усиление энергетической взаимозависимости стран мирового сообщества, а следовательно, и интенсификацию внешнеэкономической деятельности еще более активизировали эти направления.

Интенсификация внешнеэкономических связей усиливает фактор взаимозависимости стран, который нельзя трактовать односторонне и однозначно как чисто негативный, ведущий только к уязвимости одной стороны, ее подчинению внешним силам. Такое противоречивое понимание вытекает уже из самих категорий «всемирное хозяйство» и «глобализация экономики», предполагающих целостность на основе взаимозависимости составных частей. Внешнеэкономические связи, как минимум, выступают в двустороннем единстве, соединяя общеполитический, глобальный экономический интерес мирового сообщества, с одной стороны, и национальный (во всем его многообразии – оборонный, культурный, национальной безопасности и т. д.) – с другой.

Есть и другие внешние факторы, побуждающие к смене стратегии. Развитые страны разрабатывают шестой технологический уклад, который будет определять конкурентоспособность товаров и услуг на мировых рынках в 10-2—е гг. Если Россия на включится в данный процесс (в той мере, в какой она имеет для этого фундаментальные заделы), то может оказаться на задворках мирового научно-технического прогресса, под контролем мощных ТНК, т. е. продолжать оставаться источником природного сырья и рынком сбыта далеко не лучшей зарубежной продукции.[16]

Место России среди стран-экспортеров товаров и услуг наглядно отражают показатели таблицы 6.

Несмотря на рост доли чистого экспорта товаров и услуг в структуре использования ВВП с 3,5% в 1995 году до почти 20% в 2000 году, удельный вес России как страны-экспортера в мировой экономике остается несоизмеримо низким по сравнению с развитыми странами и составляет всего лишь 1,5%.

Таблица 6.

Основные мировые экспортеры товаров и услуг в 2000году

Страны-экспортеры	млрд. долл. США	%%
Всего	7773	100
США	1058,2	13,6
Япония	547,3	7,0
Великобритания	380,2	4,9
Канада	314,4	4,0
Китай	292,5	3,8
Россия	114,8	1,5

Источник: Составлена на основании данных Всемирной торговой организации (ВТО).

В 90-е годы общее увеличение объема экспорта России происходило в основном за счет наращивания вывоза сырья и энергоносителей. В результате страна занимает первое место по производству и экспорту естественного газа, второе – по нефти, четвертое-пятое – по электроэнергии, удобрений и проката черных металлов[17].

К началу 2002 года доля основных топливно-энергетических ресурсов (нефть, нефтепродукты, природный газ, каменный уголь и электроэнергия) составил 54,2% в составе экспорта, причем 69,6% составляли нефть и нефтепродукты, около 27,7% – природный газ, 2% – уголь, 0,6% – электроэнергия. К концу 2002 года доля топливно-энергетических ресурсов в экспорте увеличилась на 56 млн. т у. т., составила 595 млн. т у. т. и достигла 57,1%, в том числе: нефти – 184,5 млн. т (13,8%), дизельного топлива – 28,0 млн. т (14,3%), мазута – 25,8 млн. т (38,7%), поставка газа увеличилась на 3% и составила 186,4 млн. м³.

Вполне естественно, что cырьевая направленность экспорта России отразилась на воспроизводственной структуре реального сектора экономики, предопределила гипертрофированное развитие добывающих отраслей и отраслей первичного передела, что видно из данных таблицы 7.

Таблица 7.

Доля экспорта в производстве продукции

топливно-энергетического комплекса России, %

Виды продукции ТЭК	1995г.	1996г.	1997г.	1998г.	1999г.	2000 г.	2001 г.	2002 г.
Нефть сырая	41,0	41,7	41,6	45,3	45,6	46,2	48,9	51,2
Нефтепродукты	25,8	32,4	34,7	32,8	30,3	35,6	35,7	35,8
Газ природный	32,2	33,1	35,2	34,4	34,7	34,9	32,9	33,1
Уголь	11,9	15,8	9,6	10,4	11,3	16,8	15,5	17,1

Источник: Россия – 2001. Экономическая конъюнктура. Выпуск 1. М., 2001, с.85; Россия-2003, с.95

Международная топливно-энергетическая специализация России, необходимая и достаточная на определенном отрезке времени и в определенных условиях, не стимулирует экспорт высокотехнологичных и наукоемких изделий, повышение глубины переработки сырьевых ресурсов, что ограничивает возможности расширения российского присутствия на мировом рынке. Весьма существенно то, что такая структурная политика исключает возможность интенсивного перехода России к пятому и шестому технологическим укладам, в настоящее время с различной интенсивностью внедряемым в наиболее развитых странах. Благодаря этому в режиме реального времени осуществляется синхронизация всех воспроизводственных процессов в структурах транснациональных корпораций, находящихся нередко даже на разных континентах. Результат – обеспечение прочного единства производства и потребления, эффективная диверсификация производства, явные конкурентные преимущества на рынках.

Сфера внешнеэкономических связей любого государства – наиболее чувствительная область как его общей, так и экономической политики, деятельности в сфере международных отношений. В этой сфере в наиболее завершенных формах проявляются и позитивные, и негативные элементы внутреннего состояния общества, его социально-экономические и политические ориентиры, культурные ценности. В этом кроется одна из причин того, что государства с переходной экономикой все еще не смогли в полной мере адекватно идентифицировать свою внешнеэкономическую политику, вычленить ее приоритеты, увязать ее с другими направлениями политики – внешней, внутренней, оборонной, национальной безопасности.

Следующий важный методологический принцип, вытекающий из процесса глобализации мировой экономики: выстраивание стратегии устойчивого экономического роста не может дать необходимого позитивного результата без учета внешнеэкономических факторов. Внешняя энергетическая дипломатия не является чем-то изолированным, она развивается вместе с экономикой страны по единым законам, хотя при этом имеет свою специфику и сферу применения. В условиях глобализации, жесткой конкуренции со стороны зарубежных производителей без завоевания собственной ниши на мировом рынке энергоресурсов и эффективного его использования динамичный экономический рост оказывается скованным целым рядом ограничений, в связи с чем становится невозможным. Именно поэтому внешнеэкономическая деятельность в ТЭК должна рассматриваться как необходимое условие ускоренного развития национальной экономики, а эффективность энергетической дипломатии следует определять по ее воздействию на формирование условий повышения эффективности всей национальной экономики. Энергетическая дипломатия только тогда эффективна, когда ее развитие основывается на выработке определенной стратегии как в области экспорта и импорта энергоносителей, так и в области связей с различными странами и регионами мира.

Известно, что выгоду в торговле энергоресурсами всегда получает покупатель. Доход, получаемый от использования на российских предприятиях единицы энергоресурсов (исчисленный в объеме внутреннего валового продукта) более чем в 10 раз превышает доход от продажи этой единицы энергоресурсов другим странам. Доход же страны - покупатели, технически более оснащенные в области переработки энергоресурсов, более чем в 20 раз превышают затраты на покупку ресурса. Таким образом, прямая продажа энергоресурсов наносит тройной экономический ущерб России: собственно от неиспользования энергоресурсов для наращивания экономического потенциала и увеличения рабочих мест в своей стране, опосредовано - от стабилизации производства в странах - потребителях энергоресурсов и, непосредственно, от экологического ущерба, нанесенного природным комплексам, который трудно представить в стоимостных оценках.

Из этого не следует, что Россия не должна продавать энергоресурсы. Следует, очевидно, формировать их цивилизованный рынок с эффективным государственным контролем за деятельностью компаний-операторов. Российские энергоресурсы должны стать стабилизирующим фактором на европейском континенте, залогом устойчивого экономического развития стран и регионов.

С другой стороны, анализ развития мировой энергетики выявил и другую тенденцию, которую необходимо в полной мере учитывать в энергетической дипломатии - регионализацию экономических блоков, процесс образования мировых центров энергетической политики, обострение конкурентной борьбы между субъектами мировой энергетической политики и хозяйствования. Это объективная реальность, действующая наряду с другими тенденциями в интернациональном обобществлении производства. Россия должна активно способствовать развитию региональной интеграции в сфере ТЭК как противовеса доминирующей сегодня модели мировой экономики. Речь идет об упрочении места ТЭК России прежде всего в СНГ, Западной Европы, Юго-Восточной Азии. Эти аспекты также должны найти отражение в энергетической стратегии России.

Основным импортером российских энергоносителей является европейский рынок. Интересам России отвечает более конструктивное развитие энергетического диалога со странами Европы, остающимися на сегодняшний день не просто основным рынком российских топливно-энергетических ресурсов, но и являющимися регионом, с которым Россию связывает существующая энерготранспортная инфраструктура и представляющие взаимный интерес реализуемые и перспективные крупные инвестиционные проекты.

Развитие сотрудничества с Европейскими странами могло бы идти в направлении реализации совместных региональных инвестиционных проектов, в первую очередь, энерготранспортных, более широкого вовлечения европейских инвесторов в проекты нефтегазодобычи на территории России, реализуемые на условиях СРП, взаимодействия в сфере энергосбережения, а также координации усилий, направленных на стабилизацию ситуации на мировых энергетических рынках с позиций как производителей, так и потребителей энергии.

Однако в целях поддержания энергетической и экономической безопасности России необходимо диверсифицировать направления экспорта энергоресурсов. Для этого необходимо активизировать развитие восточного и южного направления экспортных потоков российских энергоносителей. Это особенно касается стран Северо-Восточной Азии, которые могли бы занимать больший удельный вес в географической структуре экспорта энергоресурсов из России.

Внешняя энергетическая политика страны в общеметодологическом плане должна учитывать глобальные, региональные и национальные цели и задачи. В этом находит отражение научная постановка самой сути проблемы всемирного хозяйства. Каждое из указанных направлений, как составная часть целостной энергетической системы, обладая относительной самостоятельностью, также имеют конкретные цели и задачи применительно к континентам, странам, регионам, субъектам энергетической политики, крупным энергетическим компаниям. Другими словами, энергетическая стратегия России, как следствие глобализации, должна отражать целостность энергетической политики страны с точки зрения ее внешней и внутренней составляющих.

Изложенный общетеоретический подход, рельефно выраженный на практике многих развитых стран мира, позволяет сформулировать исходные методологические требования к энергетической стратегии России. Эта стратегия, как целостная система,[18] в крупном плане должна учитывать взаимодействие России с ведущими субъектами мировой энергетической политики с учетом российских экономических и геополитических интересов, энергетической безопасности страны.

С позиций внешней составляющей стратегия энергетической политики, на наш взгляд, должна включать:

- анализ места и роли энергетического сектора России в мировой экономике и решении глобальных проблем мировой энергетики;

- национальные энергетические интересы в международных экономических отношениях;

- приоритетные направления энергетической политики в плане межгосударственного сотрудничества;

- взаимодействие с ведущими субъектами (центрами) мировой энергетической политики;

- взаимодействие с транснациональными и крупными энергетическими компаниями.

Учитывая геополитическую ситуацию и необходимость ускоренного социально-экономического развития России, энергетическая стратегия должна определять:

- сохранение целостности национальной экономики в условиях пространственной неоднородности субъектов Российской Федерации;

- эффективные с позиций национального хозяйства траектории и пропорции развития всех секторов энергетики по территории страны - от геологической разведки и добычи (производства) первичных энергоресурсов до использования энергоносителей включительно;

- финансово-экономические, инвестиционные условия и институциональные преобразования в хозяйственной сфере, функции и методы государственного управления и нормативно-правовую среду, которые необходимо сформировать для эффективного, устойчивого развития энергетики;

- конкретные задачи органов государственного управления по созданию условий, в том числе и учет корпоративных интересов промышленных групп, для реализации энергетической стратегии;

- систему контроля и оперативной корректировки (мониторинг) хода реализации энергетической стратегии России.

Рассматривая национальные энергетические интересы в международных экономических отношениях, следует подчеркнуть, что несмотря на определенность балансовых построений, которые подтверждают вывод об отсутствии серьезных энергетических ограничений для внутреннего потребления экономики страны, нельзя недооценивать проблем, связанных с объективной необходимостью перестройки сложившихся в годы кризиса механизмов поддержания относительной сбалансированности воспроизводственных процессов в направлении устойчивого экономического роста. Балансовый «избыток» энергетических ресурсов (превышение объемов их производства над сложившимся уровнем внутреннего потребления) не является легко утилизируемым, а наоборот, он в существенной мере «связан», в том числе и международными обязательствами.