Латино-англо-русский словарь философских терминов (стр. 7 )

SPATIUM - space - пространство. По Августину, не существует пустого пространства вне мира, так как все имеет меру в Боге. Иоанн Скот Эриугена полагал, что пространство есть <термин и определение некоей конечной природы> (De divis. nat., I, 29). Фома писал: <Древние полагали, что место - это пространство, находящееся в пределах, занимаемых вещью, имеющее длину, ширину, толщину; но это пространство не таково, как у чувственно воспринимаемых вещей, поскольку это пространство остается тем же самым даже тогда, когда в нем сочетаются или из него удаляются разнообразные вещи> (In lib. IV Phys. lect. 3). При обсуждении природы места Фома отличал абсолютное математическое пространство от конечного физического реального пространства. Хотя место есть нечто отличное от тел и их поверхностей, однако оно не есть нечто самостоятельное вне тел. Фома отрицал реальное пустое пространство. Из ограниченности телесного мира, полагал он, вне которого не может существовать никакого пространства, вытекает конечность физического пространства. Сравн. LOCUS.

SPECIALISSIMUM (SPECIES INFIMA) - the lowest species, the most special species - в высшей степени вид. Это вид, который, по Боэцию, <никогда не бывает родом> (см. SUBALTERNA GENUS), <оставаясь всегда только видом. А это такой вид, который никогда не сказывается о различных по виду вещах, так что если какой-нибудь вид сказывается о подлежащих, не различающихся по виду, то он будет только видом стоящего над ним рода, но никогда не будет родом по отношению к субъектам. Таким образом, характер сказывания о подлежащих отличает такой вид от других видов, которые могут быть также и родами> (Боэций. Комментарий к Порфирию, с. 53). <Животное> - это род для вида <человек> и вид для рода <одушевленное тело>. <Человек> же - вид и только вид для рода <животное>. Такой вид <есть> то, что сказывается о многих различных по виду вещах в ответ на вопрос <что это?> (там же, с. 59).

SPECIES - species - вид, образ, форма. По Боэцию, есть три значения вида: 1) субстанциальное качество, 2) собственная форма всякой индивидуальной вещи; 3) подчиненность роду, или - что то же - предмет высказывания рода. Вид - это то, что сказывается о многих по числу вещах (Боэций. Комментарий к Порфирию, с. 51); знание, собранное из субстанциального сходства не схожих по числу индивидов; обусловлен родом и отличительным признаком. Одна из пяти предикабилий. См. SPECIES LOGICA.

SPECIES INTENTIONALIS - intentional species - умственный образ, конкретный образ объекта, через который объект соединяется с познавательной способностью и постигается ею; интенциональный вид. Бонавентура говорит (In lib. I Sent. d. 31, p. 2, a. 1, q. 3 concl): <Вид подразумевает схожесть, имеет отношение к знанию и совершенству>.

SPECIES CORPOREA - corporeal species - телесные виды.

SPECIES INTELLIGIBILIS - intelligibilis species - интеллектуальные виды.

SPECIES EXPRESSA - express species - выраженный, интеллектуальный образ; принцип, определяющий отношение познания к знанию и представляющий объект как умопостигаемый; образ вещи, который складывается в уме в процессе познания объекта, который, как говорят, становится термином знания.

SPECIES IMPRESSA - impressed species - запечатленные виды; качество, представленное в объекте, как разновидность нисходящей силы объекта, которая отражается на познавательной способности и способствует извлечению знания из объекта или выражению вида; интеллектуальные виды, вырабатываемые действующим интеллектом, воспринимаются возможным интеллектом; образ вещи, которым направляется разум в процессе ее познания, этот образ является принципом знания.

SPECIES SENSIBILIS - sensible species - чувственные виды.

SPECIES LOGICA - logical species - логические виды; понятие, представляющее общую сущность многих индивидуальностей. См. SPECIES.

SPECIES PRAEDICABILIS - predicable species - определяющие виды; предикат многих вещей, различающихся по числу, но не по сущности. Так, человек может быть предикатом Петра и Сократа.

SPECIFICARE - to specify, to specificate - определять, устанавливать; относить к тому или иному виду, располагать в том или ином порядке.

SPECIFICATIO - specification - спецификация, точное определение.

SPECIFICATIVUM - specificative - специфицированный, детализированный; свойство или свойства, которые отделяют одну вещь от другой и определяют ее принадлежность к данному виду. Рациональность, например, является определяющим свойством человека.

SPECULATIO - speculation - спекуляция, умозрение, мышление.

SPIRITUS - spirit - дух; то, что противостоит телу и душе (anima), является простым, цельным, интеллектуальным, нематериальным, боговдохновенным - это интеллектуальная субстанция. См. ANIMUS, ANIMA.

SPIRITUS SANCTUS - Св. Дух, третья Ипостась Троицы.

STATUS - положение, состояние, точка зрения, статус. Значение статуса со времен ранней патристики придается предикату, образующему единство со связкой. Cогласно идее статуса, любое определение есть одно из свойств субъекта. В идее статуса происходит замыкание идеи универсальности на идею субъектности с ее интенциальной способностью конструировать предмет. Статус - всегда бытие=чем-то, что означает: всякое бытие в христианском мире присуще чему-то прямо и непосредственно. Невозможно бытие, присущее вещи некоторым образом, как говорил Аристотель. По Тертуллиану, <<быть ничем> значит <не быть вообще>, а <быть> значит быть не-ничем> (Тертуллиан. О воскресении плоти, с. 197). Абеляр идее статуса придает логическое обоснование. Поскольку субъект осуществляет причащение (communio) cебе любой вещи и субстанции (см. substantia subiecta), то этот субъект первично - полностью и непосредственно - обладает всеми возожными формами бытия. В силу этого глагол <быть> всегда употребляется двуосмысленно - в экзистенциально-связующем, причащающем вещь Богу, значении. Фундаментальная форма предложения у Абеляра - А есть=В, или, если <есть=В> обозначить как С, АС. Глагол <быть> выступает в порождающей функции. В <Теологии <Высшего блага>>, анализируя высказывание <Бог есть Отец, или Сын> (Петр Абеляр. Теология <Высшего блага>, с. 221), Абеляр делает такой вывод: <Мы не будем неправы, сказав, что Мудрость рождается Могуществом, то есть что Мудрый происходит от Могучего> (там же, с. 222). Порождение есть акт связи, ведущий к существованию. Так, пишет Абеляр, можно сказать, что <восковое изваяние происходит из воска, хотя, однако, сам воск и восковое изваяние тождественны по сущности>, но не по статусу, который обусловлен разными свойствами вещи и различием идей творения и рождения (там же, с. 222-223).

SUBALTERNA GENERA - subordinate genuses - взаимоподчиненные роды. По Боэцию, это сказуемые, которые находятся <посередине между наивысшими родами и наинизшими видами>. Они <являются видами, будучи соотнесены с высшими, и родами - будучи соотнесены с нижестоящими> (Боэций. Комментарий к Порфирию, с. 55).

SUBIECTIVUM - subjective - субъективный; в частности, в знании, то, что приписывается вещи. Противопоставляется объективному.

SUBIECTUM - subject - субъект; творец; подчиненное, подлежащее; субъект изменения, идеи или познания; вещи сами по себе; то, что говорит и о чем говорится; Высший субъект Бог. См. SUBSTANTIA SUBIECTA.

SUBIICI ALIQUIBUS PRAEDICATIS - to be a subject having certain predicates - быть субъектом, имеющим конкретные признаки.

SUBIICIBILIS - subjectible - субъектный; то, что может быть субъектом любых утверждений, или то, что может иметь определенный предикат. Так, вода является субъектом по отношению к своим признакам - холодная и горячая.

SUBSISTENTIA - subsistence - субсистенция. Как термин введен Боэцием, который назвал субсистенцией <индивидуальную субстанцию разумной природы> (Боэций. Против Евтихия и Нестория, с. 172), отождествляя это понятие с греческой ШpТstasij (ипостась) и с латинской persona (личность, персона). <Субсистенции есть в универсалиях, но получают субстанцию в отдельных предметах>; греки <справедливо назвали эти субсистенции (получившие субстанции в отдельных вещах)> ипостасями, которые субстанциально существуют отдельно. <Субсистенции - это то, что само не нуждается в акциденциях для того, чтобы быть. А субстанция - это, что служит неким подлежащим для других акциденций, без чего они существовать не могут: Роды и виды - только субсистенции, ибо роды и виды не имеют акциденций. А индивиды - не только субсистенции, но и субстанции, ибо сами они не нуждаются в акциденциях для того, чтобы быть> (там же, с. 173). Комментатор Боэция Гильберт Порретанский провел фундаментальную дистинкцию внутри субстанции, отличив то, какой вещь является, <этость> вещи (quod est), субстанцию, от того, благодаря чему вещь такова (quo est), то есть от субсистенции. Субсистенция не свидетельствует о реальности вещи, поскольку можно знать ее сущность, но не знать, существует ли она. О реальности вещи свидетельствует <этость>, поскольку <это> существует.

SUBSTANTIA - substance - субстанция, сущность; первая категория, существующая сама по себе (per se ens). То, что не может быть определено подобно другим девяти категориям. По Боэцию, <субстанция - это то, что служит неким подлежащим для других акциденций, без чего они существовать не могут> (Боэций. Против Евтихия и Нестория, с. 173). К Богу это понятие применимо в переносном смысле, поскольку Он - сверхсубстанция. Боэций не делит субстанции на первые (единичные виды) и вторые (предикаты, универсалии), как это делал Аристотель. Об этом делении упоминает Петр Абеляр в <Диалектике>, не разъясняя их смысла. По Абеляру, к категории субстанции относится речь, относительно которой Аристотель выражал сомнение, к какой категории она относится: к субстанции или количеству. Речь у Абеляра есть универсальная субстанция, обеспечивающая сявзь вещей. Гильберт Порретанский субстанцией полагал <то, каковой вещь является>. По Фоме: <Выражение <существующее само по себе> не является определением субстанции. Поскольку из тезиса <то, что есть> следует, что она не может быть родом, так как уже было доказано, что она не имеет природы родов (потому что никаких дифференций нельзя найти для разделения ее на виды): Субстанция по своей природе обладает сущностью, которой свойственно только бытие и ничего другого> (Con. Gen. I, 25). Фома различает следующие значения субстанции: <О субстанции говорят в двух смыслах. В одном она означает природу первой категории: и форму, и материю, или соединение их в родах. В другом смысле считается, что быть субстанцией - это означать сущность всех вещей> (In lib. II Sent. d. 37, q. 1, a. 1 sol). <Существующая сама по себе субстанция разделяется на простую и сложную. Но сложная в отличие от простой не может сама по себе быть разделена, если не будет обладать реально отличной и реально отделенной от формы частью> (Иоанн Дунс Скот. Оксфордское сочинение // Антология мировой философии. Т. 1. Ч. 2. М., 1969, с. 886). По У. Оккаму, отвергавшему деление субстанций на единичные вещи и сказуемые, <субстанция по своей природе не такова, чтобы быть сказуемым: если бы это было так, то следовало бы, что суждение составлено из отдельных субстанций и, стало быть, субъект мог бы быть в Риме, а предикат в Англии, а это нелепо. Равным образом суждение имеется только в уме или в произнесенных или написанных словах: но такого рода вещи не отдельные субстанции; значит, ясно, что никакое суждение не может быть составлено из субстанций; суждение составляется из универсалий. Следовательно, универсалии никоим образом не субстанции> (У. Оккам. Об универсалиях // Там же, с. 897). См. SUBSTANTIA SUBIECTA.

SUBSTANTIA CONIUNCTA - conjunct substance - соединенная субстанция, являющаяся результатом соединения формы и материи.

SUBSTANTIA PRIMA - first substance - первая субстанция; подлежащее, субъект; отдельно существующие вещи, например, Сократ; то, о чем сказывается вторая субстанция (вид, род).

SUBSTANTIA SECUNDA - second substance - вторая субстанция; то, что не находится в субъекте, но может быть предикатом субъекта, то есть роды, виды или универсалии; так, <человек> понятие, приложимое к Сократу.

SUBSTANTIA SEPARATA - separated substance - отдельная субстанция, например, ангелы или бестелесные духи.

SUBSTANTIA SUBIECTA - subjectible substance - субъект-субстанция, подлежащая субстанция. Термин, введенный Боэцием: идея креационизма предполагает, что любая сотворенная субстанция обладает субъектностью на основании акта творения. На основании субъект-субстанции, или субъект-вещи создается всякое понятие. Без субъект-субстанции понятие - праздное слово, <ибо без субъекта не может быть понятия> (Боэций. Комментарий к Порфирию, с. 26). Субъект-подлежащее (аристотелева первая сущность) образует единство с вещью, или субстанцией, составляя основную смысловую единицу высказывания, поскольку внутри себя содержит информацию о возможностях своего изменения. По Абеляру, который использовал этот термин Боэция, обратив внимание на <подвижность субъект-субстанции> (Петр Абеляр. Диалектика, с. 165), сближение субъекта и субстанции ведет к тому, что, в отличие от Аристотеля, по которому <общее всякой сущности не находится в подлежащем> (Аристотель. Категории, 3а 6), субъект (подлежащее) сказывается о субстанции, а субстанция сказывается об общем (всеобщем) субъекте, при этом с первого соскальзывают характеристики индивидуального при усилении всеобщего, а со второго - характеристики всеобщего при усилении индивидуального. В предложении <Сократ есть человек и разумное смертное животное> <Сократ> в качестве субъект-субстанции выражает отношение между первой субстанцией, единичностью (человек) и второй, родом (животное), общим (там же, с. 162). Последнее становится особенным, выраженным через индивидуальное, субъектное. Это создало иную ситуацию в логике, при которой категория субъекта, в силу акта творения оставляющего след в любой субстанции, становится более существенной, чем категория предиката: последний начинает выполнять роль статуса.

SUBSTITUTIO - substitution - подстановка, замещение.

SUBSTARE - to underlie - лежать в основе, быть основанием, подлежать.

SUICIDUM - suicide - самоубийство. Августин толкует самоубийство как нарушение заповеди <не убий>: <не убивай ни другого, ни самого себя. Ибо кто убивает себя, убивает не что иное, как человека> (Аврелий Августин. О граде Божием. Т. 1. М., 1994. С. 39).

SUPPONERE - to suppose, to hypothesize, to stand for - предполагать, выдвигать гипотезу; согласно Фоме (In lib. III Sent. d. 6, q. 1, a. 3 sol): <В любом имени предполагаются две вещи, а именно, то, благодаря чему образовалось имя (то что называется качеством имени), и то, на чем основано имя (то что называется субстанцией имени). Точно выражаясь, имя означает форму или качество, которые налагаются на имя; говорят, что имя символизирует то, на что оно наложено>.

SUPPOSITIO - suppositio, premiss - предположение, предпосылка, замещение, допустимая подстановка значений терминов. Ламберт из Осера писал о четырех способах, которыми высказывается суппозиция: обозначение именем существительным, употребление в предложении, частичное упорядочением, употребление термина для обозначения некоего замещающего значения. Подпадающего под понятие вещи, или для обозначения некоторых замещающих значений, входящих в область определения самой вещи. По Бонавентуре, существует четырехчленное предпосылочное знание: соотношение, соединение, суждение, содержание. У Петра Испанского в <Кратком своде основ логики> (Summuiae logicales) классифицированы разные виды суппозиций: общая (обозначение предмета через общий термин; в высказывании <человек бежит> субъект стоит в <общей суппозиции>), единичная, или дискретная (обозначение предмета, хотя и через общее имя, но с указанием на его единичность: <этот человек бежит>), персональная (употребление общего термина в отношении всего, ему подчиненного: в высказывании <Сократ - человек> в такой суппозиции стоит термин <человек> как сказуемое этого предложения), случайная (употребление общего термина в отношении всего, что нуждается в дополнении: в высказывании <человек есть> предполагается, что он есть в настоящее время или как что-то), простая (для обозначения универсалии самим этим термином: <человек это вид>), естественная (употребление общего термина в отношении всего, о чем он может быть высказан в силу своей природы: термин <человек>, взятый вне предложения, подразумевается в отношении всех когда-либо существовавших людей), материальная (использование термина в качестве имени его самого: <человек состоит из трех слогов>, термин <человек> - слово, а не вещь, - употреблен здесь в материальной суппозиции), формальная (обозначение термином предмета, отличного от самого этого термина: в высказывании <земля круглая> термином <земля> обозначен <земной шар>), смешанная (употребление термина, находящегося в персональной суппозиции, перед которым стоит квантор общности: <каждый человек способен смеяться>), ограниченная (разновидность персональной суппозиции, в которой показатель количества перед соответствующим термином выражен партикулярным образом: в выражении <человек рассматривается Сократом употреблен в модусе такой суппозиции). Понимание разных видов суппозиций претерпело в схоластике ряд модификаций. Так, У. Оккам оспаривал понятие простой суппозиции, так как для него было бессмысленным понятие универсальной вещи, не соглашался с понятием естественной суппозиции, поскольку он полагал, что суппозиций вне предложения не существует, отвергал формальную суппозицию, считая, что оно тождественно персональной суппозиции. Неразличение суппозиций для одного и того же термина приводит к софизмам, один из которых приводит Петр Испанский: <Все животные были в Ноевом ковчеге. Цезарь - животное. Следовательно, Цезарь был в Ноевом ковчеге>.

SUPPOSITUM - subject, subordinate, suppositum - субъект, подлежащее, полагание значения внутри обозначаемого, то есть акт обозначения и его результат - значение - интенциональны друг другу. В этом акте мыслятся во взаимосвязи и субъект как активное начало, и содержание, которое мыслится, то есть значение. Термин ввел Боэций, его использовал Абеляр. SUPPOSITA есть субстанции или существующие сами по себе предположения (индивиды (persons), обладающие мышлением). По Бонавентуре, в Троице есть множество supposita при единстве сущности. Сравн. PERSONA.

SUSCEPTIO - a taking on, susception, assumption - восприятие, принятие, присвоение, допущение; так, субстанция принимает, или допускает акциденции.

SUSCIPERE - to assume, to take on - допускать, принимать.

SYLLOGISMUS - syllogism - умозаключение, силлогизм.

SYMBOLUM - symbol - символ; символ веры; совет, советник.

SYNCATEGOREMA, SINCATEGOREUMA - syncategorematic term - синкатегоремы, части речи, не имеющие самостоятельного значения и, в отличие от категорем, значимы лишь в соединении с другими словами. К С. относятся глаголы, частицы, слова <все>, <каждый>, <всякий>, <есть>, <нет>, <если>, <или>, <и>. Термин введен Присцианом. Особое значение синкатегоремы имеют в логике У. Оккама, который отличил их от терминов. <Под термином в прямом смысле слова понимают то, что, взятое для обозначения, может быть субъектом или предикатом суждения. И в этом смысле ни глагол, ни союз, ни наречие, ни предлог, ни междометие не есть термин. Ведь многие имена, а именно синкатегоремы, не термины, ибо они, хотя и могут быть крайними членами суждения, если их брать материально или непосредственно, не могут быть таковыми, если их брать как обозначения. Поэтому предложение: <<Читает> - это глагол> - вполне подходяще и правильно, если глагол <читает> берут материально; если же его взять как обозначение, то предложение это будет непонятным. Точно так же и относительно таких предложение: <<Все> - это имя>, <<Некогда> - это наречие>, <<Если> - это союз>, <<От> - это предлог>> (Антология мировой философии. Т. 1. Ч. 2. М., 1969. С. 903). См. TERMINUS.

T

TENERE - to hold, to know - обладать, знать.

TERMINUS - term - термин. Августин, отличая слова изреченные от пребывающих в уме (<О Троице, 15 кн. ), считал, что эти мысленные термины не принадлежат ни одному языку, поскольку, оставаясь в уме, они не могут быть выражены внешне, хотя звуки внешне произносятся, поскольку представляют собою внешне знаки, подчиненные этим понятиям. Боэций в Комментарии к трактату Аристотеля <Об истолковании> делит речь, а в соответствии с нею и термины на написанные, произнесенные и мысленные. Написанный термин есть часть суждения, написанного на чем-нибудь, его можно увидеть телесными очами. Произнесенный термин - это часть произ-несенного устами суждения и по своей природу таков, что его можно услышать телесными ушами. Мысленный термин - это интенция или впечатление души, естественно обозначающее нечто или причастное к обозначению. По природе этот термин составляет часть мысленного суждения и замещает то, что им обозначается. Отличая свое понимание термина от аристотелевского, У. Оккам, чью философскую позицию называют терминизмом, пишет: <Все, кто занимается логикой, пытаются внушить, что доказательства составляются из суждений, а суждения из терминов. Отсюда следует, что термин не что иное, как связываемая часть суждения: Но хотя любой термин есть или может быть частью суждения, не все термины имеют одну и ту же природу: Я утверждаю, что слова суть знаки, подчиненные понятиям или интенциям души, не потому, что, если слово <знак> взять в собственном смысле, то сами слова обозначают понятия души, а потому, что слова предназначены для того, чтобы обозначать то же самое, что обозначают понятия ума. Так что сначала по природе понятие обозначает что-то, а затем слово обозначает то же самое, поскольку слово по установлению обозначает то, что обозначено понятием ума. И если это понятие изменит свое значение, то тем самым и слово без всякого нового соглашения изменить свое значение: Однако между тремя видами терминов [имеется в виду Боэциево деление. - С. Н.] можно обнаружить и некоторые различия. Одно различие: то, чтo понятие или впечатление души обозначает, оно обозначает по природе, а термин, произнесенный или написанный, обозначает нечто лишь по установлению. Из этого вытекает и другое различие, а именно: произнесенный или написанный термин может по желанию изменять свое значение, мысленный же термин не изменяет своего значения ни по чьему желанию: Имя <термин понимают трояко. Во-первых, термином называют все то, что может быть связкой или крайним членом категорического суждения, а именно субъектом или предикатом, или определением крайнего члена или глагола. В этом смысле термином может быть даже суждение, как и часть его. Ведь правильно сказать: <<<Человек - живое существо> есть правильное суждение>>, в котором все суждение <человек - живое существо> есть субъект, а <правильное суждение> - предикат. В другом смысле это имя <термин> можно понимать как то, что противоположно предложению. В этом случае все несоставное называют термином. В-третьих, под термином в прямом смысле слова понимают то, что, взятое для обозначения, может быть субъектом или предикатом суждения. И в этом смысле ни глагол, ни союз, ни наречие, ни предлог, ни междометие не есть термин: Термином в этом смысле может быть не только несоставное, но и сложенное из двух несоставных частей, то есть из прилагательного и существительного, из причастия и наречия или из предлога с падежом, которого он требует, подобно тому как оно может быть субъектом или предикатом суждения: Термином может быть не только слово в именительном падеже, но и в косвенном падеже, так как оно может быть и субъектом, и предикатом суждения> (Антология мировой философии. Т. 1. Ч. 2. С. 900-902).

TOPICA - topic - топика, теория аргументации, анализ диалогических структур речи. <Топикой> назывались произведения Аристотеля и Цицерона. Анализируя философию Боэция, Петр Абеляр обнаружил, что учение о силлогизме, развитое в аристотелевых <Аналитиках>, Боэций (Комментарий к Порфирию, с. 22) интерпретирует в духе его <Топики>, чем смешал два вида знания: всеобще-необходимое, имеющее дело с учением о силлогизме, и вероятностное, имеющее дело с ситуацией диспута, диалектики (Петр Абеляр. Логика <для начинающих>//Петр Абеляр. Теологические трактаты. М., 1995. С. 60). Такое <смешение> свойственно раннесредневековой философии, когда ставился акцент на обсуждение <топосов> (общих мест), <склеивая> всеобще-необходимое знание с диалектическим (силлогистическая диалектика). Целью силлогистической диалектики была выработка средств правильного ведения рассуждений. Такими средствами были надежность, достоверность утверждений, отличение разных смыслов выражений, анализ дифференций, сходств и подобий вещей. См. AEQUIVOCATIO, ANALOGIA, DIFFERENTIA, SIMILITUDO.

TRADITIO - tradition - передача, предание, традиция. Писание и Предание - два основания христианского учения. Можно выделить два отношения к традиции. 1) Амвросий Медиоланский под традицией понимал <мирскую> (языческую) философию, уклад светской жизни, что он называл культурой (см. CULTURA) и что требовало преодоления ради стремления к преображению <ветхого> человека в <нового>. Это было возможно при условии вынесения цели существования за пределы земного мира. 2) Традиция как возможность верификации знания достоверным прошлым, Священной историей, авторитетами.

TRANSCENDENS - transcendent, transcendental - превосходящий, переходящий, трансцендентный. Употребляется в двух смыслах 1) как то, что превосходит всякий опыт, и 2) все, что не включено в сознание познающего. Августин писал: <Превзойди и себя самого> (Aurelius Augustinus. De vera religione, 72). <[Платоники], чтобы найти Бога, превзошли все тела; чтобы найти верховного Бога, они превзошли всякую душу и всех изменчивых духов> (Aurelius Augustinus. De civitate Dei, VIII, 6). Боэций, определяя три способности постижения вещей - чувство, воображение, разум, полагает, что <разум, который обдумывает благодаря целостному (universali) созерцанию образ, присущий единичным вещам, превосходит (transcendit) воображение> (Boetius. De consolatione philosophiae, V, 3). У схоластов трансцендирование выражается во всеобщих терминах, лежащих в основе предикаментов (истина, единство, благо). Так, по Фоме Аквинскому, <священное учение> свидетельствует <о том, что своей высотой превосходит (transcendunt) разум> (Thomas Aquinas. Summa theologiae, I, 1, 5). В схоластике transcendens было тождественно transcendentales (см. ).

TRANSCENDENTALES - the transcendentals - трансценденталии; всеобщие термины или свойства, лежащие в основе предикаментов и приложенные к ним (сравн. POSTPRAEDICAMENTA). Схоласты обычно выделяли три таких термина: истина, единство, благо. Более древние мыслители выделяли шесть таких терминов: res (вещь), ens (бытие), verum (истина), bonum (благо), aliquid (отношение), unum (единое); начальные буквы этих шести слов образуют термин Reubau. Сравн. CONVERTI.

TRANSLATIO - translation - перенос, переносное значение слов, изменение значений одних и тех же слов при их употреблении в разных видах знаний. Термин <есть>, употребленный в теологии, означает полноту Божества (<Бог есть>), этот же термин, употребленный в естествознании (<человек есть>), означает неполноту бытия или небытие. Перенос, или преемстсвенность центров власти: последовательная смена царств - Ассиро-Вавилонского, Мидийско-Персидского, греко-Македонского, Римского: теория такой смены царств была разработана Иеронимом на основе ветхозаветных пророчеств Даниила. См. TRANSUMPTIO.

TRANSUMPTIO - transumption - перестановка, металепсис. Входило в состав тропологии (науки о тропах), или лепории, смысл которой состоял в возможности речевого нарушения любых канонических форм при условии рациональности этих нарушений. Идея трансумпции, связанная с дистинкцией разных видов знания, особенно значимо представлена в философии Гильберта Порретанского. Она предполагала не только изменение смыслов и субституцию, но и намечала соотношения, которые способствовали переносу аргументов из одного раздела знания в другой, создавая специальные структуры для осуществления перенесения. См. TRANSLATIO, TROPUS.

TRIVIUM - trivium - тривиум; лингвистическая часть учения о семи искусствах (созданного в Средние века, являющаяся частью начального обучения); подразумевает три искусства, или дисциплины: грамматику, риторику, диалектику (или логику). См. ARS, QUADRIVIUM.

TROPUS - trope - поворот, поворот речи, иносказание, троп; употребляется в двух смыслах: 1) в поэтике двуосмысленное употребление слов: иносказательное и буквальное, которые связаны друг с другом по принципу смежности (метонимия, синекдоха), сходства (метафора), противоположности (ирония, оксюморон). Обучение тропам входило составной частью в грамматику, в компетенцию которой, помимо тропов, входило знание слов, букв и слогов, умение владеть правильной речью, определения, стопы, ударения, пунктуация, орфография, аналогии, этимологии, различения, варваризмы, басни, стихи, история; 2) смысл средневековой идеи тропов как особенности мышления: изменчивость тварного мира являлась онтологическим аргументом, по принципу Августина <Я ошибаюсь (изменяюсь), следовательно, существую>. Тропы представляли собою способ мышления, который все средневековые философы и богословы называли <тропическим разумом> (sensus tropicus). Средневековые мыслители полагали, что любое суждение, сколь бы точным оно ни было, перед лицом Бога всегда есть троп, поскольку любая познаваемая вещь не определима. Тот, кто осмеливался говорить не только о плотской, но и о духовной сущности, прибегал к помощи аналогий или сравнений, которые суть способы организации тропов, способствующие пониманию сути дела и являющиеся слабой попыткой уловить или постичь Бога через тварный мир. Иоанн Скот Эриугена в трактате <О разделении природы> писал, что слова, обозначающие сотворенные сущности любого подверженного изменению естественного и неестественного предмета, не могут сказываться о Природе созидающей (то есть о Боге) в собственном смысле, но только в переносном. По Петру Абеляру, человеческий язык приспособлен к сказыванию о вещах этого мира, но <сами слова необходимо превосходят их собственное значение> и, <будучи посредниками Св. Духа>, в переносном смысле свидетельствуют о Боге. В прологах и комментариях к Библии, система тропов (тропология, или лепория) определяется как венец мироздания, место соприкосновения горнего и дольнего миров. Именно в этом месте человеческое слово соотносится с Божественным, определяя и степень своей любви к Богу, и степень творческой свободы, что лежало в основании познания Потому тропология обозначается через этическую категорию благого. Один из прологов к <Схоластической истории> Петра Коместора (XII в.), который представляет собой библейский комментарий, звучит так: <В доме Его императорского величества надлежит иметь три палаты: аудиторию, или консисторию, в которой Он определяет права; трапезную, в которой распределяет Он пищу; спальню, где Он отдыхает. Таким образом, Владыка наш, управляющий ветром и морем, владеет миром через аудиторию, где все упорядочивается по воле Его: Отсюда: Господни и земля и полнота ее. Душу праведного Он обнимает в спальне, так как радость Ему пребывать там и отдыхать с сынами человеков. И потому называется Он женихом, душа же праведника - невестою. В трапезной, где Он напояет своих, оставляя трезвыми, Он хранит Священное писание. Отсюда: в дом Господа мы ходили согласно, то есть будучи умудренными в Священном писании. Потому Он называется pater familias. Три части в трапезной Его: фундамент, стены и крыша. История - это фундамент, коей три вида: анналы, календарная история и эфемерная. Стена, вздымающаяся ввысь, - это аллегория, которая выражает одну мысль посредством другой. Венец же крыши дома есть тропология, которая благодаря содеянному сообщает нам то, что нужно делать> (Петр Коместр. Схоластическая история // Неретина разум. Книга бытия и Салический закон. Архангельск, 1995. С. 283). Трапезная в прологе, будучи одной из палат, то есть единичностью, вместе с тем (одновременно) есть целое, поскольку она - хранилище Божьего Слова, одухотворяющего универсум. Целое здесь выявляется через часть (синекдоха). Еще более тропический характер мышления очевиден при сопоставлении значений слов, в результате чего обнаруживается, что одни и те же тексты читаются в разных ключах и в зависимости от позиции читателя понимаются в буквальном или переносном смысле. Под <домом> можно подразумевать и храм, и дворец; под <императором> - и Небесного, и земного повелителя; <аудитория> знаменует как любые власти и силы, так и место Страшного суда; <спальня>, где душа праведного пребывает в веселии с Сыном Человеческим, - свидетельство не только земного успокоения, но созерцания, духовной близости с Богом, <трапезная> - знак единства христианского мира и тайной вечери. Выражение <распределять пищу>, помимо прямого значения, имеет и переносное - <даровать милости>, значение глагола - не только <поить>, но и <проникать>, <подавать надежду>. Каждое слово заключает в себе не только мирские и сакральные смыслы, но и <поворачивается> относительно внешне выраженного смысла, собеседуя и предполагая смыслы внутренние. Это особенно наглядно при раскрытии содержания термина <история>, которая есть 1) и священная, и мирская, 2) линейная (сопряженная со <стрелой времени> она длится от сотворения Адама до Страшного суда) и цикличная (в текстах термин <год>, как правило, отождествляется с термином <кольцо>, одинаково обозначаясь как annus, и сравнивается со змеей, хвостом жалящей себя в голову), временная и вечная (каждый миг времени, казус, или эфемерность есть средоточие уникальности и неповторимости и неизбывности). Текст оказывается открытым для разных интерпретаций, часть которых представлена им самим, истина устанавливается через эту разность, что и определяет важнейшую роль граммато-логической экзегезы, теснейшим образом связанной с философско-теологической. Средневековая мысль решительно повернута в сторону осведомления об истинном бытии, о котором она знает, что это бытие есть. Высказывание через тропы обнаруживает <за> собой нечто непреложное и неотменяемое. В казусе слова сказанное представляет то, смысл чего значительно больше. Тропы размыкают смысл бытия. Чтобы обнаружить себя захваченным этим бытием требуется внимательный взгляд и вслушивающееся ухо, ибо тропы - это постоянная готовность вещи принять иной смысл (<дом> при определенном взгляде преображается в <храм> или в <трапезную>, мгновение в век). С тропами была тесно связана идея переносов (translatio) и перестановки (transumptio), которая предполагала изменение смысла и субституцию. Она представляла возможность разглядеть сквозь перестановку ряд смыслов, которые являются приемлемыми для более полного понимания выражаемой вещи, проанализировать все имеющие быть отклонения от устоявшихся речевых выражений, в частности изменение позиции, осуществляющее перевод этих выражений из одного знания (например, из теологического) в другое (например, в естественное) при обнаружении вполне определенной и логически выверенной ключевой фигуры, которая и выносит за рамки данного знания одну из его составляющих. То, что в естественном знании может быть следствием, в теологическом обернется причиной. Своеобразную трансумпцию, или металепсис представляла знаменитая <бритва Оккама>, для которой характерна <страсть к номенклатуре>. Система тропов, таким образом, представляет содержательную сторону мышления в ее тождестве с формально-образными структурами. Средневековье также обнаружило возможности <сворачивания> смыслов сказанного в фигурах речи, каковыми являются гендиадис, силлепс, эллипс, анафора, эпифора, антитеза и умолчание. Как правило, комментаторы и грамматики наставляли образцам сотворения речи, показывая ее рукотворность, вменяя в обязанность пользующемуся ею быть ее творцом, вскрывая двойственную основу творчества: быть проводником Божьего Слова (в силу акта творения) и обладать способностью рождать собственное произведение (в силу дара творения). Фигуры речи, способствующие усилению самовыразительности, обнаруживают способность Средневековья представить себя в <образах неподвижности>. Тропы - в образах движения, демонстрируя именно средневековую онтологию речи. См. TRANSLATIO, TRANSUMPTIO.