Введение в направление (стр. 2 )

Для нас шерстяная промышленность интересна еще и тем, что в отличие от других отраслей технический уровень в ткачестве здесь часто был выше, чем за рубежом. Сукна вырабатывались для продажи в Москве и Кяхте – перевалочном пункте торговли с Китаем. При этом репутация фабричных тканей была столь высокой, что китайцы принимали ткани без осмотра.

Совершенствование оборудования, распространение вольнонаемного труда и некоторые другие факторы повысили общий уровень российских шерстяных тканей. С середины 1840-х годов были разработаны методы изготовления гребенной пряжи из шерсти российских пород овец, что вызвало подъем камвольного производства.

Важное значение в костюме русской женщины с давних времен придавалось головному убору. С развитием машинного производства традиционные головные уборы стали вытесняться фабричными шерстяными и хлопчатобумажными платками, среди которых особым спросом пользовались Павловские платки. Эти платки можно назвать талантливой имитацией очень дорогих кашмирских тканей. По тонкому кашемиру набивались пышные растительные узоры, в основном цветочного характера.

В начале XX века большая часть всех шерстяных тканей вырабатывалась на механических станках, т. е. технический переворот в шерстяной промышленности завершился.

7.4. Шёлкоткачество

Первое упоминание о шелке связано с Китаем. Китайская хронология относит предание о «богине шелковичных червей» Си-Лин-Чи к 2640 году до н. э. Этой богине китайцы приписывают и изобретение ткацкого станка.

Древнейшие китайские шелковые ткани найдены в оледенелых курганах Горного Алтая и датируются VI–V веками до н. э. В основном это тонкие, одноцветные ткани полотняного переплетения. В третьем Пазырыкском кургане V века до н. э. была обнаружена многокрасочная ткань с одной основой и двумя утками. В более поздних тканях эпохи Хань плотность тканей по основе превосходит плотность по утку.

В течение многих столетий китайцы хранили секрет получения шелка. Корейцы познакомились с шелководством только во II веке. От них о шелке узнали японцы. Затем с шелкоткачеством познакомились соседние с Китаем государства Хотан и Индия. Однако, несмотря на распространение шелководства в соседние страны, еще в течение долгого времени Китай владел безраздельной монополией на торговлю шелком, а китайские караваны снабжали тканями дворы повелителей Средней и Малой Азии.

Первыми европейцами, увидевшими шелководство наяву, были воины Александра Македонского. По возвращении из индийского похода Аристотель в своей «Истории животных» дал полное описание дикого шелковичного червя, но это описание было временно утеряно. У римлян, узнавших о шелководстве от греков, было широко распространено мнение о том, что шелк – это вид шерсти, растущей на деревьях. От римлян это ошибочное мнение перекочевало к другим народам Европы. Известный путешественник и географ Паузаний верил, что шелк получают из паука размером с большого жука. Он также считал, что китайцы кормят червей зеленым тростником до тех пор, пока они не лопаются (на основании того, что нити находили внутри шелкопрядов).

Полагают, что римляне стали носить шелковую одежду около начала нашей эры. Сначала это были ткани из бомбицины – нитей, полученных от дикого шелковичного червя. Такие ткани в большом количестве изготовляли в Ассирии и на греческом острове Кос. Однако в I веке ткани из натурального шелка стали вытеснять ткани из бомбицины, так как узловатая и матовая нить бомбицины не давала такого эффекта, как нить из коконов шелковичного червя.

Шелковые ткани становятся модными среди римской верхушки, и император Тиберий в 16 году запрещает мужчинам носить шелковую одежду, считая, что она лишает их мужественности. Но в 222 году император Гелиогабал потрясает двор, появившись в одежде из тонкого шелка.

Византийский император Юстиниан издал декрет о том, что шелк должен продаваться по цене восемь кусков золота за фунт ткани. Шелк поступал в Византию из Персии, но в 527 году между двумя государствами началась война, что заставило Юстиниана искать способы развить собственное шелководство. Существует легенда о том, что ему удалось это сделать с помощью двух монахов, принесших яйца шелковичных червей в секретных углублениях своих бамбуковых посохов. Как бы то ни было, но после 536 года начинается производство византийских шелковых тканей. Существовали и государственные мастерские (гинекеи), в которых вырабатывали роскошные ткани типа пурпура.

В Египте шелк появился довольно поздно. Лукан, описывая Клеопатру, говорил о «ее белых грудях, сверкавших сквозь плотно сотканную, благодаря искусству серее (так народы Средиземноморья называли китайцев и сам шелк) ткань Сидона, которая была прорежена иглой нильского мастера, сделавшего ткань более прозрачной путем выдергивания нитей утка». Найденные в Египте образцы шелковых тканей относятся к греко-римскому периоду. Более широкое распространение в Египте шелк получил лишь с IV века.

Познакомившись с шелководством в Персии, арабы основали производство шелка в Северной Африке, Испании, Португалии и на Сицилии. В 1130–1148 годы известные шелковые мануфактуры в Палермо основал сицилийский король Рожер II, завоевавший некоторые византийские города с шелковыми мануфактурами. С XII века шелковые ткани начинают производить в Италии, где крупнейшими центрами становятся Лукка, Сиена, Модена, Болонья и Флоренция. Начинают процветать от торговли шелком Генуя и Венеция. В Лукке и Сиене в основном делали ткани для церковных облачений, во Флоренции – парчу, ткани для гражданской одежды, в Генуе – разрезные бархаты.

Выделкой самых разнообразных по рисунку шелковых тканей славилась Венеция. В 1494 году венецианский сенат запретил ввоз восточных тканей, считая, что они уступают по качеству местным. О выработке камок и аксамитов «со златом» во Флоренции писал русский инок Симеон Суздальский, побывавший там в 1437 году.

В это же время в пределах Монгольской империи шелк был так распространен, что, по словам Марко Поло, постели в караван-сараях были покрыты красивыми шелковыми одеялами.

Известный путешественник писал о Грузии: «...много тут шелку; выделывают здесь шелковые и золотые ткани; таких красивых нигде не увидишь».

Во Францию семена шелковицы были привезены из Сирии после окончания Второго крестового похода в 1147 году. Однако попытки французских королей завести собственное шелководство были безуспешны вплоть до правления Генриха Наваррского. Шелкоткачество из привозного сырья появилось во Франции в самом начале XIV века и было основано ткачами-итальянцами. В 1466 году в Лионе была заложена Королевская шелковая мануфактура, а в 1540 году он был объявлен единственным во Франции городом, куда можно было ввозить шелк-сырец или полуфабрикат. Это обеспечило Лиону в дальнейшем главенствующее положение в производстве французских шелковых тканей.

В 1850–1860 гг. шелковичные черви заболели какой-то болезнью, и в течение короткого времени производство шелка упало в семь раз. Для Франции, где шелковая промышленность составляла важнейшую часть экономики, это было национальным бедствием. В 1865 году правительство поручает ученому Луи Пастеру исследовать причины болезни. Через два года Пастер успешно закончил исследование.

Во Фландрии выработка узорных шелковых тканей началась лишь в XVI веке. Вся торговля ценными тканями находилась в руках итальянских купцов.

В Англии шелковые ткани вошли в употребление с 1251 года. На свадьбе дочери Генриха III около тысячи рыцарей появились в шелковой одежде. Первые попытки шелководства в Англии также были безуспешными. Однако позаимствовав итальянский опыт, англичане потеснили Францию на европейском рынке производства шелка, а затем и опередили ее. В 1701 году в Англии для защиты интересов местных производителей был принят закон о запрете импорта шелковых тканей, но коконы и ткацкие станки продолжали поступать из Италии. Первую английскую шелковую фабрику в Дервенте (графство Дерби) основал в 1719 году Джон Ламб, два года проработавший ткачом в Италии и тайно изучивший все детали конструкции шелкоткацкого оборудования.

В Америке первые попытки основать шелководство были сделаны в XVI веке, когда в 1531 году Кортес привез семена шелковицы и грену в Мексику. Первые опыты были удачны, но к концу XVI века шелководство в Америке прекращается и возобновляется лишь в 1619 году, когда по приказу английского короля Джеймса I в Вирджинию пришел корабль с шелковичными червями. По приказу короля тутовые деревья сажали на месте табачных плантаций. За производство шелка были учреждены премии, а за отказ сажать деревья предусмотрены наказания. В 1666 году премии были отменены, и вскоре производство шелка было свернуто и возобновилось несколькими десятилетиями позже. Первая шелковая фабрика в Америке была основана в 1810 году братьями Ханке в Мэнсфильде.

Издавна знали шелковые ткани на Руси, в основном в результате обширных торговых связей с Византией. В сказании о походе князя Олега на Царьград говорится о пошиве шелковых парусов для судов. В числе военных трофеев были и шелковые ткани, называвшиеся тогда паволоками. Вот что писалось в «Повести временных лет» под 912 годом: «И приде Олег к Киеву: неся злато и паволоки...». Впоследствии Олег заключил торговый договор с Византией, по которому шелковые ткани стали поставляться на Русь византийскими и русскими купцами.

В X веке Русь становится сильнейшим государством в Европе с территорией от устья Дуная до устья Волги, от предгорий Кавказа до Финского залива. В древнейшем летописном своде 1037 года говорится о крещении княгини Ольги в Царьграде и о том, что император, окрестив Ольгу, «дасть ей дары многи, злато и серебро, паволоки и сосуды различный...».

В XI–XII веках интенсивный обмен русских мехов на шелковые ткани был в Тмутаракани на Таманском полуострове. В Галицко-волынской летописи конца XIII века рассказывается о том, что платье галицкого князя Даниила было сделано из драгоценной византийской ткани и обшито кружевами и полосками золота. В XIV–XV веках торговля шелком и различными шелковыми изделиями значительно возросла.

В XVI веке в Москву в большом количестве привозились восточные ткани из Средней Азии и Ирана. В начале XVI века в Москве возникает и первое русское производство парчи с участием византийских мастеров. В 1593 году итальянцем Чипони было открыто первое русское заведение для тканья шелковых лент, парчи, бархатов и штофов. Заведение работало на привозном сырье. Все попытки завести в то время отечественное шелководство не удались и лишь во второй половине XVII века оно появляется в Астрахани. В 1667 году тутовый сад был заложен в Симбирске. Опыты по шелководству были начаты и в Москве. Предприимчивые русские люди уже тогда пытались переделать природу, но тутовые деревья под Москвой никак не росли, а упрямый «шолковый червь» не хотел есть березовый лист, во что его ни обмакивали.

В 1625 году был открыт Бархатный двор, находившийся на берегу Москвы-реки между Угловой и Тайницкой башнями Кремля. Успешно работало заведение Захара Паульсена, в котором хорошую школу прошли русские ученики, ставшие мастерами после отъезда иноземных мастеров. В его заведении вырабатывались золотая и серебряная объярь, золотой атлас, «косматый» бархат, атласы, байбереки (гладкая шелковая ткань), китайская камка.

Новые мануфактуры, открывшиеся в начале XVIII века, существовали недолго, между ними не было преемственности, и при открытии нового заведения приходилось преодолевать те же самые трудности. Мануфактуры в основном принадлежали русским предпринимателям. Жизнеспособным оказалось заведение, основанное царским истопником Алексеем Милютиным.

Новые шелковые заведения появились в период петровских реформ. В сентябре 1720 года начала работать крупная шелковая мануфактура сподвижников Петра I Апраксина, Толстого и Шафирова. Петр I "накрепко" предупредил сих государственных мужей, чтобы они "о умножении той фабрики прилежное имели старание". Вскоре появился еще целый ряд шелковых заведений мануфактурного типа.

При Петре I в Италию, Францию и Голландию были посланы ученики для обучения текстильным специальностям, а при императрице Елизавете двое из них получили чин поручиков за устройство различных станов на Московской шелковой мануфактуре.

В 1740 году в Москве имелось 26 шелкоткацких и одна тростильная мануфактуры. В это время первые шелкоткацкие заведения появились в Астрахани, позднее в Москве, ставшей еще одним центром шелковой промышленности. В среднем на одну мануфактуру приходилось 40 ткацких станов и 100–150 работников.

Установление в 1757 году новых, более высоких, таможенных пошлин на ввозимые шелковые изделия и отмена Екатериной II разрешительной системы вызвали новый рост шелкоткацких заведений.

В начале XIX века большой известностью пользовались парча, тафта и платки Купавинской фабрики в окрестностях Богородска (Ногинска). Ирландка Уильмот, посетившая фабрику в 1806 году, писала в письме домой, что на фабрике "производство шалей и шелковых тканей прекрасной выделки доведено до великого совершенства". Прекрасные ткани выпускали Фряновская фабрика Лазаревых в Богородском уезде и Зуевская фабрика, основанная в 1797 году крепостным крестьянином Морозовым, основателем известной династии текстильных капиталистов.

Техническое совершенствование отрасли позволило поднять общий уровень качества шелковых тканей и увеличить их выпуск.

В дореформенный период роль второго центра шелкоткачества переходит к Петербургу, так как все астраханские фабрики закрылись. В первые годы после реформы 1861 года в шелковой промышленности наблюдался спад производства, вероятнее всего объясняемый падением спроса на шелковые ткани. Фабрики в основном продолжали работать на привозном сырье, причем для лучших тканей использовали итальянский шелк, для утка и выработки средних по качеству тканей покупали закавказский и персидский шелк. Техника по-прежнему оставалась ручной. К 1879 году механические ткацкие станки составляли 7,6 % общего числа станков.

Московские шелковые ткани экспортировались тогда во Францию, Голландию, Швецию, Румынию, Персию, Афганистан и другие страны. Мастерство русских ткачей было отмечено самыми высокими наградами на всемирных выставках в Париже в 1878, 1889 и 1900 годах, в Брюсселе в 1910 году и в Турине в 1912 году.

Технический переворот в шелковой промышленности завершился позднее, чем в других отраслях, поэтому все кустари, которые не могли соперничать с механическим производством, переходили на выработку простых шелковых тканей. В результате число механических ткацких станков превысило число ручных станов только в 1908 году. Резкое падение выпуска шелковых тканей наблюдалось в годы первой мировой войны. Общей тенденцией в шелкоткачестве периода завершения технического переворота было увеличение размера заведений (концентрация производства) и введение усовершенствованных машин.

Крупнейшим шелкоткацким предприятием дореволюционного времени было Товарищество шелковой мануфактуры в Москве, основанное в 1881 году на базе двух шелковых заведений. Сейчас это Московский шелковый комбинат им. . На фабрике выпускали ленты и такие ткани, как бархат, плюш, фуляр, фай, атлас, парча, глазет и различные виды мебельных тканей.

7.5. Ковроткачество

Полагают, что родиной ковроткачества является Персия, в частности, об этом говорится в старой китайской легенде. Время возникновения ковроткачества определяют около 4000 года до н. э. В это же время на территории Южного Туркменистана у анауских племен существовали все предпосылки для ковроткачества. Станок того времени для выделки ковров предельно прост по устройству и представляет собой четыре жерди, связанные между собой так, что образуют раму. Рама крепилась на земле колышками.

Характер узоров и цветовое решение позволяют с большой степенью вероятности предположить развитие ковроткачества в Южной Туркмении около 4000 лет тому назад. О развитии ковроткачества в Вавилоне, Ассирии и Мидии в I тысячелетии до н. э. имеются свидетельства древних авторов. Ксенофонт писал о том, что стрижеными коврами славился город Сард, и что персы переняли обычай пользоваться коврами у мидян. При персидском дворе ходить по сардским коврам имел право только царь.

По способу изготовления ковры делятся на ручные и машинные, причем ковры ручной работы могут быть вышитыми, ворсовыми, типа паласов (гобеленов), типа сумах и келим.

Разновидностью вышитых ковров были ковры с аппликацией, в том числе и войлочные. Войлочные ковры были, по-видимому, первыми коврами, изготовленными человеком. Они широко представлены в оледенелых курганах Горного Алтая. Среди наиболее известных вышитых войлочных ковров – ковер из Байо, на котором изображено покорение Англии Вильгельмом Завоевателем. Длина ковра 70 метров, а ширина 50 см.

Ворсовые ковры различают по месту производства, виду орнамента и узла, а также по количеству используемых утков. Самыми старыми ворсовыми коврами являются так называемые пазырыкские ковры, найденные советскими археологами при раскопках в Горном Алтае. Древнейший в мире стриженый узелковый ковер из пятого Пазырыкского кургана второй половины V века до н. э. выполнен из шерсти и изготовлен в Передней Азии. Плотность ковра – 3600 узлов на один квадратный дециметр. Во всем ковре более 1250 тысяч узлов. На его изготовление потребовалось около полутора лет при производительности 2000–3000 узлов за день. Можно предположить, что техника ворсового ткачества была известна в Передней Азии и раньше. Так, например, на глиняных сосудах из Маку в изображении фигурки лошади можно различить коврик вместо седла. Эти сосуды датируются вторым тысячелетием до н. э.

Во втором Башадарском кургане найдены фрагменты ворсового шерстяного ковра VI века до н. э. На один квадратный дециметр здесь приходится 7000 полуторных (персидских) узлов. высказал предположение, что это остатки какого-то небольшого ковра среднеазиатской работы.

Однако наиболее известны персидские ворсовые ковры, и особенно ковры XVI–XVII веков, которые поражают не только своей красотой, но и размерами. Самым знаменитым персидским ковром того времени является Ардебильский ковер, который сейчас находится в музее Лондона. Ковер имеет размеры 5,34 ´ 11,52 метра, в нем около 33 миллионов узлов.

От персидского ковроткачества началось индийское и китайское. Большого совершенства индийское ковровое искусство достигло в XVII веке. Лучшие китайские ковры относятся к XVIII веку.

Помимо способа надвязки узлов, ворсовую ткань можно получить разрезанием петель махровой ткани. В оледенелых курганах Горного Алтая найдены также петельчатые шерстяные ковры местной работы с цельными и разрезанными петлями, служившие как подстилки или покрывала.

Паласная, или, как позднее ее стали называть, гобеленовая, техника ковроткачества была известна еще египтянам. Особенно больших успехов в гобеленовой технике добились копты. Знали эту технику и древние народы Южной Америки. Однако особую известность получили настенные ковры (шпалеры) французских мануфактур и, в частности, парижской мануфактуры братьев Гобелен, по чьему имени стали называть этот тип ковров, а также технику их ткачества. К известнейшим мануфактурам гобеленов XV–XVIII веков относятся мануфактуры в Аррасе, Париже, Обюссоне, Бове и Брюсселе. Они способствовали развитию гобеленового ткачества по всей Европе. Непрерывные войны на континенте, изобретение и широкое внедрение сначала переборного и кегельного станков, а затем и жаккардовой машины привели в упадок это прекрасное, но трудоемкое искусство.

Первое место в производстве ковров средневековой Европы принадлежало Аррасу, а термин «аррасы» часто использовали вместо слова «ковры», так же как позднее употребляли слово «гобелен». Изделия мастерской братьев Гобелен становятся известны с 1440 года. В XVII веке предприятие разрастается и в 1662 году министр финансов Кольбер приобретает его для Людовика XIV.

В соответствии с господствовавшим в искусстве стилем рококо меняется характер композиции ковров. Роль сюжета резко уменьшается, большое внимание уделяется изображению причудливых, изящных аксессуаров.

С 1720 по 1794 год продолжалась работа над гигантской серией ковров «История Дон-Кихота», состоящей из 240 ковров. Ковры этой серии являются самым значительным достижением ковроткачества Европы XVIII века.

В период Великой французской революции искусство гобеленов вновь приходит в упадок. Новый подъем начинается после прихода к власти Наполеона. Стали вырабатываться ковры, воспевающие военные успехи Наполеона, сложные по композиции и крупные по размерам.

В XVIII веке на мануфактуре в Бове был выполнен целый ряд популярных серий шпалер. Среди них наибольшей известностью пользовались «Басни Лафонтена». По рисункам художника Ле Пренса была выполнена серия шпалер «Русские игры».

Из фламандских и французских городов гобеленовое ткачество распространилось по всей Европе. Фламандские и французские мастера работали на мануфактурах Германии, Испании, Италии, России.

В России Шпалерная мануфактура возникла в 1716 году. Руководил работой мануфактуры архитектор Леблон, рисунки делали художники Ж.-М. Наттье и Л. Каравакк. В числе первых мастеров и ткачей мы находим также французские имена: отец и сыновья Бегагели, Камусе, Гошер, Вавок, Бурдейн, Гриньон. Естественно, что первые русские шпалеры делались по образцу французских. Долгое время мануфактура не могла начать работу из-за плохой организации, отсутствия сырья и других причин. Среди первых работ Шпалерной мануфактуры были шпалеры с изображением Полтавской битвы, «Страны Света: Европа, Африка и Америка».

После смерти Петра I производство шпалер замирает. Характерным примером отношения последователей Петра I к шпалерам является тот факт, что изготовленные во Франции по заказу Петра I четыре шпалеры пролежали в кладовых царского дворца около 20 лет. Некоторое оживление на Шпалерной мануфактуре наступает при императрице Анне Ивановне. В это время Шпалерную мануфактуру переводят в более удобное помещение.

После смерти Анны Ивановны дела Шпалерной мануфактуры становятся совсем плачевными. Производство было почти свернуто, качество шпалер стало крайне низким.

Лишь при императрице Елизавете Петровне Шпалерная мануфактура вновь оживает. Здание мануфактуры было перестроено, из-за границы выписаны мастера-ткачи, красильщики и художники. Большинство шпалер этого времени копировало картины известных художников и шло для украшения стен только что построенного Зимнего дворца.

Однако трудоемкость изготовления ковров, широкое внедрение механических способов производства узорных тканей сдерживали развитие шпалерного производства в России, и в 1858 году Шпалерная мануфактура была закрыта.

Трудоемкость ручного ковроткачества привела к созданию машинного ковроткачества. В XIX веке появились аксминстерский станок и станок с прутковым устройством, позволившие наладить широкую машинную выработку ковров.

8. РАЗВИТИЕ ТЕХНИКИ УЗОРНОГО ТКАЧЕСТВА

Наряду с грубыми тканями простейшего переплетения изготовлялись и более сложные, вплоть до узорчатых, являющиеся самой трудоемкой отраслью ткацкого производства, из тонких нитей высокого качества, что свидетельствовало о высоком мастерстве отдельных ткачей. Техника же производства ограничивалась применением примитивных ручных орудий, но красота узорных тканей и сложность их выполнения потребовали совершенствования технического оборудования и способов производства таких тканей. Сейчас в ткацком производстве рисунки на ткани разделяются на мелкоузорчатые (армюрные) и крупноузорчатые (жаккардовые).

К мелкоузорчатым относят рисунки, полученные на ткани путем комбинирования групп нитей, переплетающихся различными переплетениями; группа нитей может включать от одной до нескольких десятков нитей, а иногда и более. Мелкоузорчатые рисунки переплетений с раппортом по утку до 8 нитей можно выработать при помощи простых зевообразовательных эксцентриковых механизмов.

Крупноузорчатые рисунки вырабатывают на жаккардовых машинах, где раппорт рисунка по основе может быть в 2–3 тыс. нитей, а по утку – до 20 тыс. нитей и более.

В древности узорные ткани вырабатывались на простейших приспособлениях. Наиболее распространенным был деревянный ткацкий станок, представлявший из себя деревянную раму с подвешенными на верхней перекладине нитями основы. Ткань, вырабатываемая на данной конструкции, ограничивалась ростом ткача. Для получения узора на ткани его контуры наносились прямо на основные нити, и уже по ним ткался рисунок. В прошлом в ткачестве широко использовали лен, коноплю, шерсть.

В эпоху Возрождения появляются первые гобеленовые ткацкие станки с горизонтальным (так называемые, басслиссные станки, которые вели свое происхождение от китайских станков с подножками и узорными прутками) и вертикальным (готлиссные станки) положением основы. Техника узорного ткачества становилась все более трудоемкой и сложной, она требовала от ткача не только большого мастерства, но также знания рисунка и колористического чутья. Образцами для исполнителей служили картоны, т. е. увеличенные до размера будущего узора эскизы художника, помещенные за основой. Специальные художники – картоньеры – создавали эти картоны клеевыми красками на плотной бумаге или масляными красками на холсте. В XVIII веке на таких станках рисунки стали переносить на промасленную бумагу, которую затем резали на полосы и прикрепляли к основным нитям в качестве образца, но это было неудобно на горизонтальных станках, так как для осмотра готовой ткани ткачу приходилось отматывать эту бумагу назад.

В XV веке на станках с подножками была освоена выработка ворсовых и махровых ковров. Для получения ворсовой ткани на станке над полотном размещали специальные ножи, разрезавшие образовавшиеся в результате ткачества петли.

Наряду с басслиссными и готлиссными станками существовали также станки с подвязями – обычные ткацкие станки, оснащенные дополнительным узорообразующим устройством (подвязь). Подвязи использовались для образования зева, в который прокладывался цветной уток. Такой станок впервые появился у китайцев, которые на подобных станках вырабатывали разнообразные шелковые ткани. Этот станок обслуживали два человека: ткач и дергальщик, в функции которого входило управление подвязями. В конце XVII века этот станок был усовершенствован так, что ткач сам мог управлять подвязями.

В XVI–XVIII веках, в мануфактурный период, в ткачестве происходило широкое разделение труда, дифференциация орудий труда и первые попытки механизации отдельных рабочих операций. Так в 1725 году лионский ткач Бушон предложил использовать для отбора нитей основы и формирования зева перфорированную ленту и специальные иглы. Его станок обслуживало два человека, один из которых прижимал ленту к иглам. Иглы, попавшие в отверстия на ленте, увлекали за собой основные нити, тем самым, образуя зев. Но количество игл на станке Бушона было ограничено, и поэтому он использовался лишь для выработки тканей с простым узором.

В1728 году Фалькону удалось устранить недостатки станка Бушона, и до 1804–1808 годов этот станок был наиболее популярен на ткацких фабриках.

К 1740-м гг. относится изобретение французским механиком Ж. Вокансоном станка для шелковых крупноузорчатых тканей. Станок этот, однако, не получил распространения, хотя он и повысил производительность труда, т. к. требовал нового усовершенствования техники прядильного производства; с другой стороны, он вызывал сопротивление со стороны ткачей, многие из которых теряли работу.

Радикальное изменение техники узорчатого ткачества связано с именем французкого изобретателя , который в 1804–1808 гг. создал станок для производства крупноузорчатых тканей.

Первая машина Жаккара имела несколько недостатков, среди которых были: невероятный грохот, который возникал при движении каретки, неравномерность прижимания картона к иглам и высокая стоимость.

В августе 1807 года Бретаном был сделан ряд доработок, которые и привели к всемирному распространению машины Жаккарда. Она вытеснила по всему миру все другие машины для крупноузорчатого ткачества.

Существенное усовершенствование механизма Жаккара было сделано в 1847 русскими изобретателями Козловым и Щербаковым, сконструировавшими дополнительный игольный механизм. В 1861 подобное же усовершенствование было сделано французским изобретателем Вердолем.

С середины XX века основным направлением развития техники не только узорчатого ткачества является все более полная автоматизация работы станка.

Проблемы, связанные с насечкой жаккардовых карт, даже повторной, и последующее использование и хранение таких карт представляет для ткацкой фабрики большую материально-техническую проблему. Ситуация эта претерпевает стремительные изменения. На смену перфорированной жаккардовой карте, каждая из которых представляет только одну прокидку челнока, приходит электроника. Современная жаккардовая фабрика будет иметь в файле все свои рисунки, и они уместятся на воображаемых шести оптических дисках.

Шаг вперед в области электронных жаккардовых машин был сделан на миланской выставке ITMA в 1983 году. На ней была продемонстрирована машина, делающая свыше 1000 уточных прокидок в минуту.

В то время как системы автоматизированного проектирования ускорили приготовление рисунка, до последнего времени перенос рисунка на ткацкий станок был медленным и сложным и включал вырезание большого числа карт для обычного жаккардового механизма. На фирме «Бонас Машин Компани» поняли, что при использовании электромагнитов для подъема основных концов можно достигнуть более высоких скоростей при более упрощенной форме конструкции с минимальным количеством подвижных частей, которые изнашиваются и нуждаются в смазке.

Есть несколько других преимуществ, не последним из которых является компактность жаккардового устройства, для которого требуется только лишь легкая стойка; исключение большой пачки карт – еще одно преимущество. Однако особенной характеристикой является скорость отбора образцов, которая обеспечивает продолжительность замены рисунка в течение всего лишь пяти минут в зависимости от размера, и эту операцию можно выполнить прямо на станке. Это имеет большое значение для торговых операций, т. к. можно гораздо быстрее получать образцы тканей, и небольшие производительные прогоны теперь становятся экономически целесообразными.

С помощью персонального компьютера теперь стало возможным немедленно представлять состояние каждого (или всех) ткацкого станка в графической форме. С появлением новой электронной сети отпала необходимость в хранении информации об узорах с тем, чтобы программировать жаккарды. Исполь­зование оптических дисков устраняет старые проблемы хранения и обработки карт.

9. ВОЗНИКНОВЕНИЕ И РАЗВИТИЕ
ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ В РОССИИ

9.1. Истоки высшего образования

История русской культуры насчитывает более 1000 лет. На протяжении своего развития она испытывала на себе влияние культур разных стран и народов. Это всецело относится и к такой социально-культурной сфере, как высшее образование.

В начальный период развития русского образования большое влияние на него оказывала византийская культура и ее система образования.

Появление систематического образования на Руси связано с возникновением письменности. Факты свидетельствуют о том, что к моменту официального принятия Русью христианства в крупнейших политических центрах Древнерусского государства (Киеве, Новгороде, Смоленске) уже существовала письменность, велось индивидуальное обучение грамоте.

Овладение письменной культурой отвечало потребностям христианской религии как теологической основы зарождающегося феодального государства. Помимо церковников, основными потребителями "учения книжного" были княжеская администрация и некоторые слои городского населения.

Княжеская администрация в зависимости от того, на какой ступени феодальной лестницы находился тот или иной ее представитель, нуждалась не только в элементарной грамотности, особенно, если это касалось вопросов государственного управления, дипломатических связей, знания иностранных языков, религиозных, философских и научных трактатов античных, византийских, арабских и западноевропейских авторов.

Если же учесть, что вопросами государственного управления и международными связями ведал непосредственно сам князь и его приближенные, то станет понятным, что предпосылки высшего образования начали складываться именно в высшем эшелоне власти. Кроме того, книжность считалась богоугодным и достойным человека занятием, поэтому феодалы уделяли ему значительное внимание. Недостаток грамотности сдерживал развитие законодательства, дипломатии, торговли, официальной идеологии.

Население города в зависимости от рода занятий также нуждалось в различной степени грамотности. Ремесленники и купцы ощущали потребность в чтении, письме и счете. Если возникновение городов свидетельствовало о зарождении государственности у славян – условия появления новых форм образования населения, то вместе с тем надо иметь в виду, что в отличие от городов Западной Европы, являвшихся центрами ремесла и торговли, русские города формировались как вотчины, резиденции князей, военные крепости, средоточия политической власти. Здесь была своя специфика. Так, города Северо-Западной Руси Новгород и Псков, связанные торговыми узами с Западом, более походили на торгово-ремесленные центры.

Крестьянское население, в котором еще в значительной степени были живы языческие традиции, уходившие своими корнями в устное творчество, не имело потребности в письменности и было неграмотным. Замкнутое натуральное, феодальное хозяйство не ощущало необходимости в образовании.

Образовательная система на Руси зародилась, в отличие от Западной Европы, при взаимодействии двух культур: языческой культуры восточных славян и христианской культуры. В основе языческой культуры восточных славян лежало мифологическое сознание, составившее в дальнейшем необходимые условия народного воспитания феодального периода. Христианское мировоззрение постепенно проникало в языческое сознание народа, не только разрушая его, но и взаимодействуя с ним. Если языческая культура была бесписьменной, знания передавались устно, то христианская культура потребовала новой системы обучения, нацеленной на приобщение к книжности и необходимой для овладения христианской догматикой обучения. Стало необходимо обучение работе с текстом.

Важнейшую роль в развитии образования играли монастыри. В рассматриваемый период светского образования практически не существовало. В монастырях учились все, кто хотел знать грамоту и читать книги. При крупнейших московских монастырях (Чудовом, Спасо-Андронико-ском, Симоновом, подмосковном Троице-Сергиевом, Киево-Печерском в Киеве, Кирилло-Белозерском на Белом море, Успенском Печерском под Нижним Новгородом) существовали своего рода училища. Наряду с простым обучением грамоте в монастырях существовала и более высокая ступень образования – "книжное учение". Школа высшего типа готовила к государственной и церковной деятельности.

Духовенство занималось переписыванием книг, изучением греческих, латинских и древнееврейских текстов, обучением грамоте монахов, послушников и горожан. Основным методом обучения было заучивание текста наизусть. Непреложным требованием было книжное чтение. В таких школах наряду с богословием (тщательным изучением Псалтыря, служебников, миней, часословов) изучались философия, риторика, грамматика (то есть тривиум, который лежал в основе "энкиклиос педиа" – всеохватывающего обучения); использовавшиеся в Византии, они были известны в Древней Руси в рамках "учения книжного". Учащиеся под руководством преподавателя обучались правильному произношению и написанию слов. Методика преподавания состояла в чтении и толковании учителем текста, задавании ученикам вопросов, цель которых заключалась в том, чтобы обнаружить скрытый аллегорический смысл произведения.