. Упущенный шанс Сталина. Советский Союз и борьба за Европу: (стр. 6 )

Внезапность нападения – словесные ухищрения

Традиционно в отечественной историографии проблема внезапности практически не поднималась, поскольку и так было ясно, что Германия совершила внезапное, вероломное и неспровоцированное нападение на Советский Союз. Однако в последнее десятилетие этот вопрос стал предметом оживленной дискуссии. Под влиянием некритически воспринятой концепции разведорганов о их деятельности накануне войны некоторые авторы утверждали, что поскольку советское руководство получало много развединформации и располагало всеми данными о подготовке Германией нападения вплоть до дня, часа и направлений ударов врага, то и говорить о внезапности германского нападения затруднительно. Тем не менее исследователи признают, что Сталин не верил в достоверность этих сведений и начало войны оказалось внезапным для войск приграничных округов{996}. Более явственно эта концепция формулируется в работах представителей [323] разведорганов, отстаивающих "честь мундира". Так, , изложив успехи разведки, делает вывод, что "нападение фашистской Германии на Советский Союз ни в стратегическом, ни в тактическом плане не было внезапным. Другое дело, что вторжение фашистских войск на нашу территорию застало советские войска врасплох, так как они не были заблаговременно приведены в полную боевую готовность". Схожую позицию занимает и А. Байдаков, отмечающий, что разведка не смогла убедить Сталина в скором нападении Германии, хотя при этом автор возлагает вину за ошибку на политическое руководство{997}.

В работе утверждается, что "военная разведка свою задачу выполнила. В этих условиях не представляется правомерным утверждать, что нападение Германии на СССР было неожиданным". Но через две страницы он пишет следующее: "Некоторые авторы выражают мнение, что скоординированной дезинформацией немецкие агрессоры сумели обеспечить внезапность нападения на СССР. Но им этого удалось достигнуть также вследствие просчетов, допущенных политическим и военным руководством СССР. Трудно не согласиться с этим выводом"{998}. По мнению , "разведка в предвоенный период свой долг выполнила. Она использовала все имевшиеся сведения о приготовлениях Германии к войне. Была масса неопровержимых материалов из очень солидных источников. То, что им не было придано должного значения, — это уже от разведки не зависело". Хотя он признает, что от разведки "проскальзывала и дезинформация", тем не менее, по его мнению, приведенная позиция является окончательным словом разведки и "пересмотра нашей концепции не будет"{999}. Вместе с тем многие авторы продолжают признавать внезапный характер германского вторжения, как правило, объясняя это ошибками Сталина в оценке обстановки{1000}.

Ныне страсти вокруг вопроса о внезапности германского нападения несколько поостыли. Тем более что противникам ее наличия так и не удалось доказать свою правоту, поскольку ясно, что если даже в распоряжении руководства и имелись важные разведданные, но им не верили, то об отсутствии внезапности нападения говорить затруднительно. На сегодня ясно, что противоречивые данные советской разведки и характерное для Кремля собственное видение международной ситуации, в том числе и уверенность, что Гитлер не решится пойти на авантюру затяжной войны на Востоке, не позволили объективно оценить обстановку в мае-июне 1941 г., и советское руководство допустило роковую ошибку. Однако причины, по которым она была допущена, все еще остаются дискуссионными. Лишь решение этого вопроса позволит приблизиться к пониманию ситуации кануна войны. Наличие нескольких каналов получения развединформации, казалось, должно было способствовать высокому уровню осведомленности советского руководства. Однако, к сожалению, [324] этого не произошло. Скорее всего, это было результатом отсутствия координации работы спецслужб и централизованной оценки поступавших разведданных. Взаимодействие разведок, которое и так было невелико, подрывалось соперничеством между ними. При этом следует отметить, что взаимоотношения советских разведслужб все еще не стали объектом исследований.

насколько жалки бывают поиски ответов на кардинальные вопросы отсталости

Еще один шажок

Вместе с тем советским спецслужбам удалось эффективно скрыть от Германии не только наличные силы Красной Армии, но и проведение большей части военных мероприятий в мае-июне 1941 г. Не менее всеохватывающей, чем германская, была и дезинформационная деятельность советской разведки, хотя, к сожалению, ее результаты не повлияли на действия Берлина. Думается, что германским и советским спецслужбам лучше удалось скрывать свои секреты, нежели раскрывать чужие. [325]

смешно

Обычные жалобы на «неисследованность»

Красная Армия перед войной: организация и кадры

История строительства советских вооруженных сил в предвоенные годы в силу сохранения секретности документов того периода все еще недостаточно исследована. Хотя в поздние годы отечественная историография пополнилась публикациями некоторых важных документов и работами, в которых значительно более подробно рассматривались различные аспекты этой темы, обобщающих работ в открытой литературе до сих пор нет. Соответственно общие характеристики, которыми оперируют разные авторы, в основном представляют собой не основанные на тщательном исследовании выводы, а общие фразы полупропагандистского характера. Нередко в отечественной историографии используются оценки Красной Армии, данные западными наблюдателями в 1939—1941 гг., которые вряд ли могут служить примером объективности и непредвзятости. Кроме того, не следует забывать, что сравнения советских вооруженных сил с вооруженными силами других стран достаточно условны и, как правило, лишены четких критериев сопоставления. Думается, что обобщение доступных Документов и данных новейшей отечественной историографии позволит более подробно показать процесс организационного развития Красной Армии перед войной.

в который раз автор прячется за этой формулировкой

 длинные техн. и орг. подробности, планы строительства ВС

Таблица 27. Количество самолетов в ВВС{1084}

Подразделения	1.10.28	1.10.29	1.01.31	1.01.32	1.01.33
Тяжелые бомбардировщики	47	48	86	183	330
Легкие бомбардировщики, штурмовики, разведчики	703	860	886	911	1 135
Истребители	143	232	449	408	487
Боевая авиация	893	1 140	1 421	1 502	1 952
Вспомогательные	103	145	161	142	145
Учебные заведения ВВС	352	455	500	634	1 640
Итого	1 348	1 740	2082	2278	3737

{1084}РГВА. Ф.29. Оп.34. Д.39. Л.83.

Таблица 28. Количество самолетов в ВВС{1089}

1.01.34	1.01.37	1.07.38	1.10.38	1.01.39	1.04.39	1.07.39
4 688*	10 742*	4717**	7 022**	7714**	10397***	11 167***

* С учетом ВВС ВМФ.
** Без учета военно-учебной авиации и ВВС ВМФ.
*** Без учета ВВС ВМФ.

{1085}Там же. Ф.40442. Оп.1. Д.127. Л.59—61.

Таблица 29. Рост численности частей ВВС{1103}

Дата	Авиаполки										Самолеты
дбап	тбап	сбап	лбап	шan	сап	иап	разв.	рез.	всего
01.10.39	13	4	40	5	13	6	55	—	—	136	12677
15.02.40	14	4	35	8	13	7	63	—	5	149	12718
01.03.40	14	4	38	8	13	7	63	—	?	147	12660
10.05.40	31	4	51	8	13	3	78	—	10	188	12816
01.06.40	21	4	52	8	12	3	78	—	7	185	14134
10.07.40	21	4	55	5	12	3	78	—	9	187	14632
01.08.40	21	4	55	5	11	3	78	—	9	187	15240
01.09.40	21	6	57	5	11	3	79	10	10	202	15520
01.10.40	22	6	63	5	11	3	84	10	8	212	16044
01.01.41	34	6	74	5	11	3	96	10	10	249	17846

{1103}Там же. Ф.29. Оп.46. Д.273. Л.81—83; Д.346. Л.107—125, 176, 288, 378— 379, 407, 410—465; Д.340. Л.10, 20, 337—374; РГАСПИ. Ф.71. Оп.25. Д.5045. Л.7; 1941 год — уроки и выводы. С.34; Военно-исторический журнал. 1996. № 3. С.26.

Численность советских вооруженных сил

Среди многих слабо изученных вопросов предвоенной истории Красной Армии своей практически полной неразработанностью выделяется вопрос о ее численности в 1939—1941 гг. Обычно используются два вида статистических данных о численности личного состава: штатная и списочная. Первая является чисто расчетным показателем, а вторая отражает реальное состояние [358] вооруженных сил. В таблице 30 приводятся лишь недавно рассекреченные данные списочной численности советских вооруженных сил в 1930—1937 гг., которые превосходят ранее публиковавшиеся цифры. Частями вне норм считались формирования, которые могли применяться в мирном производстве и содержались на бюджете гражданских ведомств. К ним относился особый железнодорожный корпус, эксплуатационные железнодорожные полки, строительный корпус, строительные батальоны и другие подобные формирования{1131}. Использование этих частей в производстве позволяло частично восполнять расходы на их содержание. Понятно, что эти части официально в статистику вооруженных сил не включались. Кроме того, в воинских частях имелись гражданские вольнонаемные работники, которые не включаются в численность Красной Армии, как и военнообязанные запаса (так называемый приписной состав), которые периодически проходили переподготовку в войсках.

Таблица 30. Численность советских вооруженных сил{1132}

Дата	Сухопутные войска	ВВС	ВМФ	Части вне норм	Итого
1.01.30		27297	36 592	?
1.01.31		33 030	38915	?
15.01.32	675513	55 178	44689	?	775519
1.03.33		64229	?	899912
1.01.34		71 568	125959	1
1.01.35		98239	?	1
1.01.36			101763	137912	1
1.01.37	1 145563	159603	127893	2tf924	1

30 декабря 1937г. из состава Наркомата обороны был выделен Наркомат Военно-Морского Флота. С этого момента статистика численности Красной Армии отражает состав только сухопутных войск и авиации. Известно лишь, что "с 1930 по 1939 г. численность вооруженных сил СССР возросла более чем в 3,5 раза"{1133}, то есть составляла около 2 человек. Согласно материалам переписи населения СССР 1939г., в вооруженных силах насчитывалось 2 человек{1134}. К сожалению, отыскать статистику численности ВМФ в 1938—1941 гг. не удалось, поэтому все дальнейшее изложение относится только к численности Красной Армии без учета численности флота.

{1131}РГВА. Ф.40442. Оп.1. Д.117. Л.38.

{1132}Там же. Д.1412. Л.2, 18—21, 31: Д.904. Л.1—32; Ф.40443, Оп.1. Д.29. Л.1—2, 10—11, 14, 16;Д. ЗО. Л.11—12;Д.96.Л.1—56;Д.128.Л.1—43.

{1133} На страже мирного труда (1921—1940 гг.). М.,1959. С.172.

{1134}РГАЭ. Ф.1562. Оп.329. Д.277. Л.1—46; Д.282. Л.3—44.

Данные о списочной численности советских сухопутных войск и ВВС в 1938—1939гг. приведены в таблице 31. Как показывает статистика, в начале 1939г. на 1 человека комсостава приходилось 7 красноармейцев, на 1 человека политсостава — 27 красноармейцев, на 1 человека прочего начсостава — 10 красноармейцев, а на 1 человека младшего начальствующего состава — 3 красноармейца{1135}. Общее количество военнообязанных запаса на [359] 1 июля 1939 г. составлялочеловека 1899—1918 годов рождения, из которых 7 человека были обучены, а 4не обучен. Предполагалось в 1940г. через 1—1,5-месячные сборы подготовить 3 млн человек в основном дефицитных военных специальностей{1136}.

Таблица 31. Численность Красной Армии в гг.{1137}

Дата	Сухопутные войска	ВВС	Части вне норм	Итого
1.01.38	1			1
24.02.39	1		1

Фрагментарность документации не позволяет полностью проследить динамику численности Красной Армии в 1939—1941 гг. Зачастую в документах используются округленные цифры. Тем не менее общее представление эти данные дают. Летом 1939 г. численность армии составляла 1 698,6 тыс. человек кадрового состава (видимо, части вне норм не учтены). Военный конфликт на Халхин-Голе потребовал призыва 173 тыс. человек запаса для усиления войск ЗабВО и 1-й АГ. Формально этот контингент был призван на учебные сборы, но 16 июля 1939 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР и приказом наркома обороны № 000 от 17 июля он был мобилизован на период до 1 февраля 1940г.{1138} Начало германо-польской войны и подготовка Красной Армии к походу в Польшу привели к тому, что 7 сентября 1939 г. в 7 военных округах началась частичная мобилизация (БУС). Всего было призвано 2 человек (см. таблицу 32), которые 22 сентября 1939 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР и приказом наркома обороны № 000 от 23 сентября были объявлены мобилизованными "до особого распоряжения"{1139}.