Тюркская именная группа: тысяча и одна загадка (стр. 2 )

7)

Лицо обладателя на вершине	Тип конструкций	Примеры
I, II	безгенитивная / *генитивная	agaC(*-neN) jafrag-em / eN / ebez / egez дерево(*-GEN) лист-1SG / 2SG / 1PL / 2PL мой / твой / наш / ваш лист дерева
III	безгенитивная / генитивная	agaC(-neN) jafrag-e дерево(-GEN) лист-3 лист дерева

Показатели притяжательности первого и второго лица не могут оформлять синтаксическую зависимость имени в генитиве и проявляют таким образом свою «несинтаксическую» природу. Это опять-таки позволяет отличить их от аффикса третьего лица, который естественным образом сигнализирует о такой зависимости и имеет в данном случае чисто синтаксическое прочтение.

Переходя к анализу безгенитивной ИГ, отметим два факта: первый – то, что семантическая (и только семантическая) трактовка показателей посессивности в данном случае сохраняется в первом и втором лице, и второй – то, что в третьем лице показатеь посессивности имеет также, как и в случае с генитивным зависимым, чисто синтаксическую функцию.

Таким образом, за 1-м и 2-м лицом оказываются зарезервированными семантические средства, а 3-е лицо в данном случае начисто лишено их. Тот факт, что информация о первом и втором лицах является более важной, чем информация о третьем лице есть проявление ИО (подробнее о типах изафетных конструкций речь пойдет ниже, в 2.5.2.).

2.2.3. Аффикс притяжательности в составе послелогов

Наконец, третьим грамматическим контекстом, где расходится употребление семантического и синтаксического изафета является функционировании изафетных показателей при послелогах (подробно о послелогах см. (КОЛЛЕГИ)). Те послелоги, которые требуют личного согласования с именной словоформой (такие послелоги произошли из названий частей тела и сохранили свойства генитивной конструкции) в 1-м и 2-м лицах могут употребляться как с личным местоимением в генитиве, так и без него. При этом существительное или личное местоимение в третьем лице не может быть опущено:

8)

a)

(mInEm) jan-em-a

(я. GEN) около-1SG-DAT

ко мне

b)

(sInEN) jan-eN-a

(ты. GEN) около-2SG-DAT

к тебе

c)

*(a-neN) jan-e-n-a

(он-GEN) около-3-OBL-DAT

к нему

d)

*(urman) jan-e-n-a

(лес) около-3-OBL-DAT

к лесу [*к нему=к лесу]

Причины такого поведения показателя посессивности при послелогах очевидны: в то время как за первым лицом всегда стоит один референт (либо группа референтов), за вторым - в большинстве случаев один референт (либо группа), то третье лицо, как правило, соответствует нескольким участникам. Т. е., локализации рядом со мной / нами / тобой / вами расшифровываются одназначно, чего нельзя сказать о локализациях рядом с ним / ними и т. д., особенно, если участник в третьем лице не является текущим топиком дискурса и не может быть прономинализован. Напомним, к тому же, что в татарском отсутствует категория рода, которая в других языках может способствовать разрешению референциального конфликта. По этим причинам указание зависимой от послелога именной формы, т. е. личного местоимения в третьем лице (в случае высокого дискурсивного статуса участника) или полной ИГ (в противном случае) стало грамматически обязательным.

Перечисленные в последнем абзаце факты также являются хорошим примером функционирования ИО в татарском языке.

2.2.4. Дискурсивные функции показателя посессивности

Завершая наше описание аффикса посессивности, попытаемся установить функции изолированного употребления этой морфемы, употребления, которое мы условились в данной главе называть семантическим изафетом (см. также пункт 2.2.1. выше).

Основной функцией показателя посессивности является, без сомнения, указание на принадлежность (в самом широком понимании) объекта кому-либо из участников событий в данном дискурсе. Это бывает необходимо как в случаях, когда требуется указать, что некоторый объект является обладаемым по отношению к другому объекту, например (пример из текста):

9)

a-lar: «bEz-gA bUlAg-EN kIrAk-m-I,

он-PL мы-DAT подарок-2SG надо-NEG-ST. IPFV

DIr bIr bEz-gA,» – dI-gAn-nAr.

земля давать. IMP мы-DAT говорить-PFCT-PL

Они сказали: «Нам твоего подарка не нужно, дай нам земли».

так и в тех контекстах, где данный показатель может снимать референциальную неоднозначность. В приведенном ниже фрагменте наряду с уже существующим референтом бабушка Файма вводится другой референт, также обозначаемый существительным бабушка. Чтобы избежать неоднозначности, в данном случае употребляется показатель посессивности первого лица (пример из текста):

10)

AbIj-Em mInE bIk ereS-te xAm baSka alaj

бабушка-1SG я. ACC очень ругать-PST и больше так

It-E-r-gA jar-a-m-a-gan-leg-e-n

делать-ST-POT1-IN годиться-ST-NEG-ST-PFCT-NOMIN-3-OBL. ACC

At-tE.

говорить-PST

Бабушка [= моя бабушка] меня очень ругала и сказала, что больше так делать нельзя [= запрет сказала].

Однако, как становится ясно при анализе текстов, далеко не всегда употребление аффикса притяжательности оказывается мотивированным семантически. Так, в следующем тексте в первых двух предложениях вводится единственный референт, который продолжает быть протагонистом на протяжении всего текста. Тем не менее, в третьем и четвертом предложениях при существительном отец употребляется аффикс притяжательности третьего лица, хотя никакого сомнения в том, что этот отец – отец Зухры (главной героини) быть не может:

11)

(3) kEtmAgAndA zEhrA-nEN AnA-sE Ul-E-p

внезапно Зухра-GEN мать-3 умерла-ST-CONV

kIt-A, kez AtA-sE bElAn gEnA kal-a.

уходить-ST. IPFV девушка отец-3 с только оставаться-ST. IPFV

Нежданно мать Зухры умерла, (и) девушка осталась только с отцом.

(4) ezaklamej AtA-sE U-gA jaNa AnI UgI ana

вскоре отец-3 дом-DAT новый мать чужой мать

al-e-p katJ-a.

брать-ST-CONV приходить-ST. IPFV

Вскоре отец привел в дом новую маму – мачеху [= чужую мать].

Для каких же целей в данном случае используется аффикс притяжательности? Как мы уже говорили ранее, нам представляется, что в подобных случаях его функция чисто дискурсивная. Используя данную морфему, говорящий дает понять слушающему, что дейктическим центром, отправной точкой его повествования является стоящий за этим аффиксом референт. Такое употребление традиционно принято называть фокусом эмпатии (см. по этому поводу Chafe (ССЫЛКА)). Фокус эмпатии, всегда единственный в данной предикации, позволяет излагать события с точки зрения одного из участников ситуации и дает возможность акцентировать внимание на этом участнике и на том, что с ним происходит.

Хорошее доказательство использования показателя притяжательности для выражения фокуса эмпатии предоставляет нам процитированный только что текст. После того, как в 3-м и 4-м предложениях встречаются немотивированные ни семантически, ни синтаксически употребления аффикса посессивности (пример 11)), следующий раз это происходит в момент кульминации событий в тексте, за три предложения до его конца, причем, в данном случае налицо чрезвычайно частое повторение данной морфемы:

12)

(10) DAj-nEN matur bEr tEn-En-dA bala-ItAk-lE

лето-GEN красивый один ночь-3-LOC с. воланами-юбка-ATR

kulmAg-E-n, CIk-kAn aljapkeC-e-n, kalfag-e-n, safjan

платье-3-ACC вышивать-PFCT передник-3-ACC калфаг-3-ACC сафьян

CItEk-lAr-E[2]-n kIj-E-p telem-nar-e-n Culpe-lar bElAn

сапог-PL-3-ACC надевать-ST-CONV коса-PL-3-ACC чулпа-PL с

Ur-E-p, DIlkA-sE-nA CIlAk-kUAntA-lAr-E-n

заплетать-ST-CONV плечо-3-DAT ведро-коромысло-PL-3-ACC

as-e-p zEhrA su-ga kIt-A.

вешать-ST-CONV Зухра вода-DAT уходить-ST. IPFV

(И вот) в одну красивую летнюю ночь Зухра надела платье с воланами, вышитый передник, калфаг, сафьяновые сапожки, вплела в косы чулпы, повесила на плечо коромысло с ведрами и пошла за водой. {калфаг – головной убор}

Перед нами явный пример привлечения внимания в необходимой точке дискурса к определенном участнику событий; частое упоминание фокуса эмпатии позволяет в данном случае сделать на нем особый акцент, выполняет, по сути, эмфатическую функцию (ср. русское: Надела она свое платье, свой вышитый передник, …вплела себе в волосы чулпы,…). В трех оставшихся предложениях текста говорящий не использует более немотивированных показателей посессивности.

Итак, как, надеюсь, нам удалось продемонстрировать, аффикс притяжательности выполняет не только семантическую и синтаксическую, но и дискурсивную функцию, а именно - задает фокус эмпатии. Как мы увидим ниже, в пункте 3.2. существует еще один контекст появления показателя посессивности (третьего лица, синтаксический изафет), где его функционирование способствует установлению кореферентных отношений между различными ИГ.

2.3. Типы приименных модификаторов

Следующая часть нашей работы будет посвящена порядку модификаторов внутри ИГ. Для начала укажем, какие категории модификаторов являются релевантными в татарском с точки зрения порядка элементов в ИГ, а затем изложим собственно правила порядка.

Прежде всего, при вершинном имени могут быть другие зависимые существительные. Аппозитивные зависимые имена мы условимся обозначать как N1 , существительные, чья зависимость от вершинного имени маркируется – N2 (эти обозначения соответствую типам изафетных конструкций, подробнее см. в 2.5.2.). Имена, принимающие морфологическую форму генитива (в татарском существует только приименной генитив) будем обозначать NGEN . Непроизводные прилагательные будут обозначены ADJND, производные - ADJD . Зависимые, полученные в результате атрибутивизации – ATT. Причастия – PART, придаточные предложения (причастия с зависимыми элементами) – REL. Порядковые, количественные числительные и кванторные местоимения (все, всякий, весь – bar, bEtEn и некоторые другие с похожей семантикой) – QUANT. Определенные и неопределенные местоимения – DET.

По приведенному перечню элементов ИГ можно видеть, что для порядка определений в татарском оказываются существенными категории, нерелевантные, например, в европейских языках. Действительно, тюркские ИГ обладают особой «грамматической чуствительностью» к взаиморасположению элементов (о чем свидетельствуют и авторы-носители языка, см., например, Байрашева (ССЫЛКА); Закиев, том 3 (ССЫЛКА)).

2.4. Основные структурные зоны расположения модификаторов и их функциональная нагрузка

Схематически порядок модификаторов ИГ можно изобразить следующим образом:

NGEN REL ATT DET QUANT PART ADJD ADJND N2 N1 HEAD NOUN

_____|_____|_____|_____|__________|_______|_____|________|_______|_____|______________

Схема 1.

Далее мы приведем примеры на каждую пару зависимых (обходя ИГ слева направо), сопроводив их краткими комментариями.

NGEN REL:

13)

[[a-neN] [kICa AnIsE ju-gan] [kUlmAk-lAr-E]]

он-GEN вчера мать стирать-PFCT рубашка-PL-3

его постиранные вчера матерью рубашки

При распространенном причастном обороте возможны оба варианта расположения, хотя предпочтительнее генитив на первой позиции. Генитив (если он есть) обычно отмечает левую границу ИГ. Вообще, генитивное зависимое и придаточное относительное всегда максимально удалены от вершины. Генитивная форма личных местоимений с точки зрения расположения в ИГ совершенно не отличается от генитива существительных.

REL ATT:

14)

[[tEzUCE-lAr-E UtkAn jel tEz-E-l-gAn] [bIS bUlmE-lE]

строитель-PL-3 прошлый год строить-PASS-PFCT пять комната-ATR

[jert-lar]]

дом-PL

построенные строителями в прошлом году дома из пяти комнат [=пятикомнатные дома]

Для определенности мы будем рассматривать главным образом атрибутивные зависимые, образованные при помощи аффикса –le. Такое зависимое отличается от производного прилагательного главным образом тем, что данный аффикс создает приименной модификатор не из отдельной основы, а из целой составляющей, как правило, именной группы (возможно – достаточно распространенной). Таким образом, когда мы имеем атрибутивизированную составляющую, она, как и другие «тяжелые» зависимые, выносится в левую часть ИГ (о причинах этого будет сказано чуть ниже).

ATT DET:

15)

[[bIS jert-le] [tEgE] [awel]]

пять дом-ATR тот деревня

та деревня с пятью домами

В данном случае порядок следования модификаторов не столь сильно детерминирован, как в предыдущем. В частности, Закиев, том 3 (ССЫЛКА) указывает, что определенные местоимения не имеют жесткой позиции и могут «дрейфовать» в некоторой окрестности. По нашим наблюдениям все-таки имеет место закрепление за этим типом зависимых своей позиции.

DET QUANT:

16)

a)

[[bu] [bEtEn] [malaj-lar]]

этот всякий мальчик-PL

все эти мальчики

b)

[[bu] [EC-EnCE] [jert]]

этот три-ORD дом

этот третий дом

По словам информантов такое расположение предпочтительнее обратного.

QUANT PART:

17)

a)

[[bar(-lek)] [EzA-l-gAn] [CACAk-lAr]]

весь(-NOMIN) рвать-PASS-PFCT цветок-PL

все сорванные цветы

b)

[[EC-EnCE] [ju-l-gan] [tArlInkA]]

три-ORD мыть-PASS-PFCT тарелка

третья вымытая тарелка

В случае кванторных местоимений порядок также может меняться (в зависимости от их сферы действия), однако, приведенное в примере 17) расположение зависимых, по нашему мнению, является немаркированным. (Некоторые дополнительные причинах объединения кванторных местоимений и числительных в одну категорию зависимых будут изложены в пункте 3.2.).

PART ADJD:

18)

[[katJ-kan] [kEC-lE] [jEgEt]]

приходить-PFCT сила-ATR парень

пришедший сильный парень

Обратим внимание читателя на существующий параллелизм между парами REL ↔ ATT и PART ↔ ADJD: составляющие из первой пары являются распространенным вариантом соответствующих модификаторов из второй. Т. е., становясь «тяжелыми», PART и ADJD передвигаются в левую область ИГ. Причины такого передвижения будут рассмотрены ниже, здесь лишь отметим, что как в первой, так и во второй из приведенных пар порядок следования модификаторов может меняться в зависимости от распространенности каждого из них.

ADJD ADJND:

19)

[[kEC-lE] [ezen] [jEgEt]]

сила-ATR высокий парень

сильный высокий парень

Обратное расположение зависимых отвергается большинством информантов.

ADJND N2:

20)

[[matur] [tatar] [kez-e]]

красивый татарин девушка-3

красивая татарская девушка

В данном случае иное расположение модификаторов невозможно.

N2 N1:

21)

[[urus] [agaC] [zbas-e]]

русский дерево дом

русский деревянный дом

О причинах неграмматичности обратного порядка следования этих модификаторов будет сказано чуть ниже.

Перечислив основные структурные позиции ИГ, позволим себе остановится подробно на двух типах зависимых: во-первых, - придаточных относительных и причастиях; во-вторых, - атрибутивизированной составляющей и производных прилагательных. В основе морфосинтаксических свойств двух этих пар зависимых лежат одинаковые принципы, поэтому мы решили предложить совместное описание тех и других.

Основным вопросом, интересующим нас в данном случае, будут причины, по которым распространенные причастные обороты и единичные причастия (и, соответственннно, атрибутивизированные ИГ и производные прилагательные) занимают разные структурные позиции. Очевидно, что грамматическая природа членов каждой пары одинакова (вследствии того, что одинаковы формальные средства) и отличаются они друг от друга лишь количеством входящих в их состав словоформ. Очевидно также, что перемещение распространенных (=тяжелых) модификаторов в начало ИГ является маркированным вариантом оформления зависимых, в то время как более близкое к имени расположение причастий и производных прилагательных (см. Схему 1.) является немаркированным, исходным вариантом.

Покажем теперь, почему тяжелые зависимые «переезжают» в левую окрестность ИГ. В основе этого явления лежат близкие по своей природе механизмы, связанные с анализом синтаксической структуры высказывания, осуществляющемся в сознании человека (см. по этому поводу уже упоминавшуюся работу Хокинз (ССЫЛКА) а также Фрейзиер (ССЫЛКА)).

Первым из них является механизм разрешения многозначности (грамматической, а не лексической природы). Действительно, рассмотрим примеры ниже:

22)

a)

tEgE IkE mAktAp-le awel

тот два школа-ATR деревня

та деревня с двумя школами

tEgE mAktAp-le IkE awel

тот школа-ATR два деревня

те две деревни с (одной) школой (каждая)

b)

ak tap-le sejer

белый пятно-ATR корова

корова с белыми пятнами

tap-le ak sejer

пятно-ATR белый корова

белая корова с пятнами

Как можно видеть, благодаря способности аффикса - le оформлять в одну составляющую предшествующий материал, часто была бы возможна неоднозначная трактовка атрибутивизированных составляющих. Если бы не существовало правила, по которому распространенные зависимые должны выноситься вперед, неодназначная трактовка имела бы место в большинстве случаев. Та же аргументация уместна в случае причастных оборотов и причастий.

Второй механизм связан с описанным выше Принципом Эффективностии Восприятия. Рассмотрим следующие примеры:

23)

[zEngEr kUzlE] [matur] [kez]

голубой глаз красивый девушка

1 / 1 2 / 2 3 / 3

красивая девушка с голубыми глазами

Итак, КСС (см. выше) здесь составляет 100% в противоположность тому, когда порядок модификаторов был бы обратным:

24)

[matur] [zEngEr kUzlE] [kez]

красивый голубой глаз девушка

1 / 1 2 / 2 2 / 3 3 / 4

красивая девушка с голубыми глазами

Здесь КСС составляет 82%. Как мы видим, структура составляющих, приведенная первой оказывается более экономной с точки зрения использования рабочей памяти при восприятии. Поэтому, в соответствии с ПЭВ, она и имеет место в действительности.

…

В заключение данного пункта мы попробуем построить некоторую общую модель структуры ИГ, соответствующую функциям модификаторов разных категорий. На наш взгляд, татарскую ИГ можно представить как состоящую из трех глобальных структурных зон (в порядке удаления от имени): объектообразующей, референциальной и рекурсивной:

 

NGEN REL ATT DET QUANT PART ADJD ADJND N2 N1 NOUN

рекурсивный референци - объектообразующий

альный

слот слот слот

Схема 2.

Рядом с именем располагаются те модификаторы, которые способствуют установлению типа объекта, используя их, говорящий как-бы «уточняет» вершинное имя, конструирует объект, для которого не существует самостоятельной номинации (например, красивые голубоглазые девушки). Далее такие объекты проходят (вернее, могут проходить, если это необходимо) оформление характеристиками, соотносящими их с конкретными объектами действительности (те две красивые голубоглазые девушки). Наконец, последняя зона, рекурсивный слот, совпадает по функциям с объектообразующим, но располагается в абсолютном начале ИГ по причинам, связанным с удобством восприятия высказывания (см. выше). Аргументы, приведенные для REL и ATT применимы и к генитивному зависимому, впрочем, подробно этому типу модификаторов мы обратимся чуть ниже.

2.5. Существительное в функции приименного модификатора

2.5.1. Распределение семантических отношений между существительными по конструкциям разных типов

Данная глава будет целиком посвящена именным группам, в которых функцию модификатора выполняют имена существительнные. Здесь тюркские языки также предоставляют нам чрезвычайно богатый набор способов оформления синтаксической зависимости. К таким способам относятся: изафетная конструкция первого, второго и третьего типов (ИК1, ИК2 и ИК3 соответственно), атрибутивизированная ИГ (далее – АС – атрибутивизированная составляющая), нумеративная конструкция (НК, конструкция, употребляющаяся для обозначения количества неисчесляемого вещества), и, наконец, имена в косвенных падежах, последний случай будет кратко разобран в заключительном пункте данной части.

Очевидно, что столь богатый реестр средств кодирования вряд ли имел бы место в отсутствии семантического и функционального распределения отношений между главным и зависимым именами по перечисленным типам конструкций. В этом пункте мы опишем распределение основных типов семантических отношений между существительными по способам морфосинтаксического маркирования. Более подробное описание грамматических свойств каждого из них будет дано в последующих пунктах данной главы. Здесь скажем лишь, что ИК3 (очень приблизительно!, см. следующую главу) соответствует, например, русскому генитиву; ИК2 не имеет аналогов в европейских языках; ИК1 напоминает аппозитивное употребление существительных, например, в английском. АС имеет общие черты с так нызываемым саксонским генитивом (my father’s eyes,…), НК встречается, например, в армянском и болгарском языках.

Данные о семантическом распределении конструкций обобщены в Таблице 1. В первом столбце дается ярлык для типа отношений, за ним приводится русский перевод и татарская ИГ. После них следуют два столбца, в которых указывается: в первом – основной вариант кодирования, во втором приводятся сведения о возможности альтернативных средств кодирования. Для АС всегда указывается тип атрибутивизатора.

Таблица 1.

Тип семантических отношений	Пример на русском	Мишарский пример	Кодирование
Основное	Альтернативное
ЧАСТИ ТЕЛА	рука мужчины	Irat kul-e	ИК2	ИК3
	голова женщины	katenkez baS-e	ИК2	ИК3
НЕОТЧУЖДАЕМОЕ	палец ребенка	bala-neN barmag-e	ИК3	ИК2
	глаза девочки	kez-neN kUzlAr-E	ИК3	ИК2
ЧАСТЬ-ЦЕЛОЕ	крыша дома	zba baS-e	ИК2	ИК3
	ствол дерева	agaC butag-e	ИК2	ИК3
РОДСТВЕННЫЕ ОТНОШЕНИЯ	брат учителя	uketuCe-neN EnE-sE	ИК3	ИК2
	сын помещика	baj-neN malaj-E	ИК3	ИК2
ОБЛАДАНИЕ	дом учителя	ukutuCe jert-e	ИК2	ИК3
	серьги девушки	kez-neN alka-se	ИК3	ИК2
МЕЖЛИЧНОСТНЫЕ ОТНОШЕНИЯ	друг пастуха	kEtUCE dus-e	ИК2	ИК3
	воины царя	patSa-neN sugeSCIlar-e	ИК3	ИК2
СВОЙСТВО	красота женщины	katen maturleg-e	ИК2	ИК3
	сила слова	kEC sUz-E	ИК2	ИК3
ОТЧУЖДАЕМЫЕ СВОЙСТВА	смелость девушки	kez-neN UtkEnlEg-E	ИК3	ИК2
	здоровье спортсмена	sportsmEn-neN IsAnlEg-E	ИК3	ИК2
ИСТОЧНИК	голос учителя	uketeCe tauS-e	ИК2	ИК3
	злость начальника	dIrEktor-neN aCu-e	ИК3	ИК2
УСИЛЕНИЕ	герой (из) героев	bater-neN barer-e	ИК3
	народ народов	xalek-neN xaleg-e	ИК3
СХОДСТВО	кошачьи глаза	maCE kUz-E	ИК2	ИК3
	птичья голова	keS baS-e	ИК2	ИК3
ПРИЧИНА	крик боли	awertu tauS-e	ИК2	ИК3
	слезы радости	Satlek ES-E	ИК2	ИК3
ПРЕДНАЗНАЧЕНИЕ	детская больница	balalar balnIts-E	ИК2	ИК3
	бельевая веревка	kEr jEb-E	ИК2	ИК3
СОСТАВ	яблочный сок	alma sug-e	ИК2	ИК3
	мясное бюдо	It rIzeg-e	ИК2	ИК3
НАЦИОНАЛЬНОСТЬ	русская водка	urus arake-se	ИК2	[3]
	татарская природа	tatar tabIgAt-E	ИК2
НАЗВАНИЯ	река Волга	IdEl jelga-se	ИК2	[4]
	дерево дуб	ImAn agaC-e	ИК2
ИМЕНОВАНИЯ ЛЮДЕЙ	Абзуния апа (~тетя Абзуния)	abzunIjA apa	ИК1
	бабушка Файма	fAjmA AbI	ИК1
ПРОФЕССИЯ	девушка бригадир	brIgadIr kez	ИК1
	сторож Ахмет	karaulCe AxmAt	ИК1
МАТЕРИАЛ	золотое кольцо	alten jEzEk	ИК1
	кирпичный дом	taS jert	ИК1
ЛОКАЛИЗАЦИЯ	улицы города	SaxAr-dA-gE uramnar / SaxAr uramnar-e	АС-ge	ИК2 / ИК3
	лесные звери	urman-dA-gE jertkeClar / urman jertkeClar-e	АС-ge	ИК2 / ИК3
БЕЗОТНОСИТЕЛЬНОЕ ВРЕМЯ	весенний цветок	jaz-ge CECEk / jaz CECEg-E	АС-ge	ИК2 / ИК3
	дневная жара	kEn-dA-gE Dar	АС-ge
ДЕЙКТИЧЕСКОЕ ВРЕМЯ	вчерашняя ссора	kICA-gE talaS	АС-ge
	завтрашний день	IrtAgA-gE kEn	АС-ge
КАЧЕСТВО	писатель большого таланта	zur sAlAt-lE jazuCE	АС-le
	длинноногая девушка	ezen ajak-le kez	АС-le
ДЛИТЕЛЬНОСТЬ	трехдневный отпуск	EC kEn-nEk jal	АС-lek	АС-le
	двухчасовая дорога	IkE sagatJ-lEk jul	АС-lek	АС-le
ВОЗРАСТ	девочка 15-и лет	un bIS jES-lEk kez	АС-lek	АС-le
	двухмесячный ребенок	IkE aj-lek bala	АС-lek	АС-le
КОЛИЧЕСТВО	деревня в двадцать человек	EgErmE kESE-lEk awel	АС-le	АС-lek
	седло по цене лошади	at xat-le IjAr	АС-le	АС-lek
ПАРТИТИВ	тарелка супа	bEr tarElkE aS	НК
	горсть горошка	bEr uC berCak	НК

2.5.2. Изафетная Конструкция (ИК)

2.5.2.1. Выбор между ИК3 и ИК2: семантика, прагматика, структура

В данном пункте мы подробно остановимся на проблеме выбора между двумя типами изафетной конструкции, ИК3 и ИК2, или, иначе говоря, проблеме выбора оформленного / неоформленного генитива. Эта проблема является не менее актуальной для современной тюркологии, чем проблема анализа оформленного / неоформленного аккузатива. И существующие на данный момент варианты решения этих двух проблем далеко не всегда представляются убедительными. Уделив основное внимание описанию правил постановки генитива, мы завершим данный пункт тем, что проведем некоторые, примечательные, по нашему мнению, параллели между этими правилами и грамматическими контекстами, релевантными для аккузатива.