От автора (стр. 8 )

Повсюду мусор – след от пикника.
В прудах не сосчитать медуз-пакетов.
Несчастный парк. Скажите, чья рука
Соделала кругом разруху эту?

2
Шуваловский парк и Парнаса руины.
Внизу театрального зала ряды.
Внизу два пруда – это сцены равнина
И жёлтых цветов декораций следы.

Спектакль воды под оркестр соловьиный,
Под постуки дятла и танцы стрекоз.
Люблю я дорогой идти муравьиной
Среди расцветающих маленьких звёзд.

Люблю постоять у тенистого грота,
У церкви Петра посидеть на скамье.
Сияет простор голубой небосвода,
И солнце слегка улыбается мне.

У озера холмик и тень от берёзы,
И нежная зелень плакучих ветвей.
Люблю я берёзовый облик белёсый.
И я, видно, тоже понравилась ей.

Я тихо шепчу ей: «Ну, здравствуй, родная!
Как жизнь? Как здоровье твоё на ветру?»
Она мне ответит: «Не знаю, не знаю.
Я только проснулась ещё поутру».

Я ствол её нежно рукою поглажу.
Она меня веткой коснётся слегка.
Мы с нею дружны – это видно не сразу,
Ведь нынче квартира моя далека.

Мой ласковый парк! Все пруды и аллеи
Я знаю, как пальцы свои на руках.
Я нынче не я, а живая лилея.
Как белые маки, вверху облака.

Я нынче не я – а плакучая ива,
Я нынче не я – а тропинка в лесу.
Своё вдохновенье, как дивное диво,
Я нынче в стихах и букетах несу.

***

Машет клён мне своею ладошкой –
Пятипалым зелёным листком.
А у ног его корень, как кошка,
Замурлыкал, грустя, – но о ком?

Клён промолвил: «Ну вот, наконец-то!
Как я рад был тебя увидать!
Помнишь годы счастливого детства?
Так давай же о них вспоминать!

Помнишь день?
Ты гуляла с букетом.
Ты меня своим другом звала.
То твоё было пятое лето,
Пятый год ты на свете жила.

Помнишь, в мяч ты с подругой играла?
Поиграв – утонула в слезах.
Ты во сне временами летала
И с улыбкой жила на устах.

И промолвил мне клён без кокетства:
«Я люблю, я хочу вспоминать.
Только годы счастливого детства
Не вернутся уже. Если б знать…»

В Большой Ижоре
(На горе)

1
Есть дом на холме по-над быстрой рекою.
Там с неба сирени сошли облака.
Спустились так низко – дотроньтесь рукою.
И вьётся, и брызжет, и блещет река.

Там дом на холме, где прошло моё детство,
Где я ещё только училась ходить.
И близкое это с рекою соседство
С природой учило в гармонии жить.

Там возле ворот земляники поляны,
А рядом – шиповника пышный пожар.
И запах сосновый – приятный и пряный,
И хвойных стволов рыжеватый загар.

Я с раннего детства узнала природу.
Природа моею подругой была.
И с милых берёз дорогим хороводом
Я часто беседу под утро вела.

2
Холмы. Сосновый лес. Дома.
Изгибы улицы Зелёной.
А мне, в посёлок тот влюблённой,
Громады города – тюрьма.

Пусть даже целый час пути,
Мне этот час длиною в вечность.
Моя душа к тебе летит,
К тебе стремится бесконечно.

В округе золото полян,
Реки водица торфяная.
Здесь человек от счастья пьян,
И сердце горести не знает.

Источник мудрости кипуч.
Он холоднее льда и снега.
Здесь только свет, здесь нету туч
И ручейком стремится нега.

Здесь вечен зной, здесь нет зимы.
Здесь круглый год – сплошная дача.
Здесь просветлённее умы.
Здесь всё – для творчества отдача.

Вот дом, где прежде я жила.
Он также солнечен и светел.
И там, где речка проплыла,
Склонились ветви ив и ветел.

Всё так же каменисто дно.
Всё те же быстрые пороги.
Всё так же с солнцем заодно
Цветёт и пышит склон отлогий.

Всё так же весел бег ручья.
Вода, студёная при зное.
Вот дача – наша и ничья.
Всё то же здесь, но всё иное.

Здесь каждый день – как целый клад.
Здесь всё созвучно вдохновенью.
Здесь мир далёк от балюстрад.
Он тих по моему хотенью.

Ах, как хорош ручья исток!
Весь в зарослях ивана-чая.
Писать о нём не хватит строк –
И потому я стих кончаю.

3
Сады, заросшие сиренью.
Она – ворота и забор.
Вновь проведу здесь целый день я,
Усталый услаждая взор.

Долой проспекты городские,
Моторов рёв и шорох шин!
Сегодня вижу лишь цветы я
И зелень светлую крушин.

На нашей улице Зелёной
Сплошь одуванчиков ковры.
Душе, от счастья умилённой,
Иные видятся миры.

Ветра Шопена здесь играют.
Качают клёны головой.
Душа, ты видишь отблеск Рая!
Он здесь. Воистину он – твой.

Кадят здесь ладаном сирени.
Дороги устланы травой.
Здесь мир иной,
Здесь мир нетленный.
Он твой. Воистину он – твой.

Здесь в ангельском обличье груши
Стоят в цвету – садов краса.
Здесь слышащий имеет уши,
А видящим даны глаза.

Здесь речка золотом искрится,
Здесь небо близко – тронь рукой.
Душа моя, ты снова – птица.
И только в этом твой покой.

***

Золотистые долины
Мне привиделись во мгле.
Мысли, грустию томимы,
Воспарили при луне.

Но луна за облаками
Затерялась в тот же миг,
Не достать её руками,
Не очистить, как родник.

Отчего-то захотелось
Распахнуть своё окно
И вдохнуть ночную свежесть,
Хоть на улице темно.

Мне сегодня примечталось,
Захотелось чудеса
Повидать хотя бы малость
И умчаться в небеса...

***

Изогнутость замшелого моста.
Остатки от руинного каскада.
Целует реку облако в уста,
И высится деревьев колоннада.

Не надо мне другой такой земли.
Не надо мне Версаля и Египта.
Лишь только слово слышится: «Внемли!»
Сошлись здесь вместе Сцилла и Харибда.

Я в этом мире нынче Одиссей.
Я – русское подобье Аргонавта.
Не нужен мне ни Кипр, ни Колизей,
Не надо мне машин с приставкой «авто».

Мной движет одинокая тропа.
Мне видится речушка с островами,
Туда, где человек и не ступал.
Не запятнал покоя их словами.

Мой цербер – это просто старый дуб.
Персеем стала маленькая тучка.
Я древний миф попробую на зуб.
А ну, кентавр, возьми меня под ручку!

Люблю…

Я снова на свидании с природой.
Люблю её покой и благодать.
Люблю бродить одна, где нет народа,
И быть берёзке ласковой под стать.

Люблю тропинок узких паутину.
Люблю еловый запах наяву.
Люблю листвы зелёной серпантины
И только вдохновением живу.

Люблю следить за быстрою водою
И камешки считать на дне реки.
Люблю я пень с мохнатой бородою,
Луга, где вьются утром мотыльки.

Люблю я чувство жизни безмятежной.
Люблю ходить без устали весь день.
Люблю ещё простор равнины снежной
И дерева у тропки юркой тень.

***

Бурлит и пенится вода.
Взлетают листья, словно птицы.
Вновь наступают холода.
А мне б хотелось в небо взвиться.

А мне б хотелось, как во сне,
Проплыть над лесом или лугом.
И журавли по тишине
Летят печальным полукругом.

А я б хотела их догнать
И оказаться в этой стае.
И пролететь, и вслух сказать:
«Смотрите, люди, я летаю!»

Исчезли в дымке журавли,
Иль в облаках они пропали.
«Как небо близко от земли!» –
Мне сосны тихие сказали.

***

Сквозь клочья серые тумана,
Сквозь тишину и синеву
Я вижу не другие страны,
Не жаждой странствий я живу.

Не надо мне пустынь далёких
И океанов, и тепла!
А надо мне всего немного –
Чтоб жизнь моя была светла.

Берёз убранство золотое,
Паренье лёгкого листа,
И что-то лёгкое, цветное,
Чего не тронет суета.

Прозрачность леса, лужи, лужи,
И ель зелёная во мху.
А синева всё ярче, глубже
Ложится в унисон стиху.

Болото, светлое болото
И оголённые кусты.
И вновь местами позолота,
Как бы осенние цветы…

***

Средь серых дней на дне моей души
Былых поездок отголоски.
Неспешные прогулки в тишине
Природы нашей северной неброской.

Спокойные минуты у пруда,
Где ивы и ракиты над водою,
Где сосны и берёзоньки. Года
Идут себе – прогулки всё со мною.

Я так люблю идти себе тропой,
Идти вперёд, пути не разбирая.
Вот лошадей ведут на водопой.
Вот монастырь – клочок земного рая.

И кладбище. Могилы и цветы.
И странника-слепца внутри гробница.
И Господа скульптура.
Всюду птицы.

Они поют. Они вовсю галдят
И славят Господа своим чудесным пеньем.
Да, на природу каждый беглый взгляд –
Огромное – до неба – вдохновенье.

У реки

Изгиб реки. Узор цветущих склонов.
Каскада бесконечная струя.
Здесь белое соседствует с зелёным
И плавно протекает жизнь моя.

Иду вперёд тропой медвяноросой.
Рукой касаюсь невысоких трав.
Бросаю в воду камешки с откоса.
Нет, право же, Творец природы прав!

Он прав, создав кругом деревьев кроны.
Он прав, создав соцветий мишуру.
Смотри, какие маленькие клёны
Затеяли у берега игру!

Вода течёт. Сменяют солнце тенью
На дне её большие облака.
Шевелятся подводные растенья,
Заметные в реке издалека.

Венец воды, сплетенный из дождинок,
Украсил невысокую траву.
Дубок одел колье из паутинок
На узеньком заречном острову.

Узор цветов – как будто златотканый
И бисером расшитый гобелен.
Русалки здесь устроят вечер званый.
Так пусть же те края не тронет тлен!

Так пусть же в тех краях, как в русских сказках,
Живут Кащей и Бабушка Яга.
Пройду тропой пустынной без опаски –
Встречай меня, любимая река!

***

Когда от суеты болит душа
И в мир трудов приходит нераденье,
Люблю я наблюдать полёт стрижа
И игры золотого солнца с тенью.

Подобен детской ручке клейкий лист.
Сияет в той руке каштана свечка.
Поёт скворец. Да это же артист!
Блестит на солнце глянцевая речка.

Цветущий куст есть истинный поэт.
Любая лужа – отраженье тучи.
В душе моей остался Бога след.
Его принёс мне ветерок летучий.

Прими меня в небесный свой чертог!
Подай в жару живой прохлады малость!
Иду я, под собой не чуя ног,
И сердцем снова чувствую усталость.

Утри мне слёзы ласковой рукой!
Пошли душе и сердцу утешенье!
Здесь каждый лист – отрада и покой.
Здесь каждый куст – есть свет и умиленье.

***

Я боль души отдам природе,
Тоску поведаю цветам
И первой тучке в небосводе
Я горе горькое отдам.

Возьми мой крест! Я слишком долго
Его несла – уж нету сил.
Душа скорбит. Душа замолкла.
Она попала в зыбкий ил.

Опять бело – ещё не время
Мечтать о солнце и тепле.
Тупою болью ноет темя
Слепого снега в феврале.

Прости-прощай, моя природа.
И снова здравствуй, наконец:
Ведь с первой синью небосвода
Придёт весны живой гонец.

Придёт мой день – и день тот будет
Длиною в жизнь и в вечность лет.
Душа о горестях забудет –
Да будет мир, да будет свет!

***

Огонь свечи – есть огнь Святого Духа.
Мне каждый лес – подобье алтаря.
О Господи, дозволь духовным слухом
Услышать, как на небе говорят!

Горит опять мой дух в мирской геенне.
Утрачен уж давно моленья пыл.
О Господи, избавь меня от лени!
В реке души остался только ил.

Запуталась душа в греховной тине.
Взошла на берег, выжженный огнём.
Я – как рыбак, дрейфующий на льдине.
Я к гибели близка сегодня днём.

О Господи, Тебя молю, услыши!
Сойди ко мне, как ранняя заря!
Душа моя уже почти не слышит,
Что ангелы ей нынче говорят.

Отверзи мне, мой Бог, духовны очи!
Дозволь в ночи увидеть яркий свет!
Душа моя, как малый островочек,
В степи греха, которой края нет.

О Господи, Тебя молю, услыши!
Тебя прошу, избавь от суеты!
И пусть душа небесным миром дышит
И видит сердцем райские цветы.

***

Как долог путь, и нет конца страданьям.
Устала я.
Но стоит ли роптать?
По камешку божественное здание
В душе своей я буду созидать.

Неровен путь. То взлёты, то паденья,
То снова поднимаюсь тяжело.
В душе моей то пыл, то нераденье.
В душе моей то пасмурь, то светло.

О Господи! Коснись меня рукою!
Очисти от проказы на душе!
Устала я, и нет во мне покоя.
Помолимся. Смеркается уже.

***

Я снова к Господу взываю:
«Через природу исцели!
Мне так мила трава живая –
Не то что город, весь в пыли.

Мне так милы изгибы речки,
Водовороты у камней.
И камыши – большие свечки,
И склон горы, и дом на ней.

Я так люблю опушки леса
И на земле игру теней.
Что дальше будет – неизвестно.
То лишь Тебе, Господь, видней.

Но если буду на природе,
Но если буду в тишине –
То от болезней дух свободен.
Они забудут обо мне.

***

Душа, взлети навстречу небу,
Руками-крыльями взмахни.
Зачем тебе земная нега?
Скорей на Господа взгляни!

Прочти молитву покаянья –
И положи земной поклон.
Ты словно в море-окияне
Забытый всеми утлый чёлн.

То захлестнёт волной греховной
И опрокинуть норовит…
Земля вдали – но плещут волны,
И сыро в воздухе, знобит. –

То вдруг обманное затишье.
Пригреет солнце – красота!
Но где запас духовной пищи?
Душа моя, ты вновь пуста!

***

А этот день – он был пустой и грустный.
Всё капало и таяло кругом.
А я была, как мастер неискусный,
Который неумело строит дом.

Мои мечты – они опять о прошлом.
А прошлого, конечно, не вернуть.
Я меч молитвы скрыла в ножнах
На ощупь продолжая путь.

А жить без Бога – это очень сложно.
Мешает враг и путает, смердя.
Работай друг, но мысли осторожно,
В молитве вдохновенье обретя.

***

Счастье – призрак,
Счастье – дым,
И спокойствие непрочно.
Голым в мир пришёл, пустым,
И уйдёшь таким же точно.

Как прожить хоть день без бед,
Если здесь они повсюду?
И летят за вами вслед
Брань и битая посуда.

И богатство здесь – ничто.
И беспечность – не преграда.
В чёрном ходит смерть пальто
И берёт, кого ей надо.

Вдохновение

Былого сомненья, былого тревоги
Сбылись. Я споткнулась о них на пороге.
Лежу, от досады губу закусив.
Я знаю, я знаю – мой вид некрасив.
Мне надо бы встать – но зачем, для чего?
Всё в жизни пропало. Не стало его.
Всё кануло в лету, а помните, летом
Оно так блистало, считалось поэтом,
Писало картины моею рукой,
Дарило отраду, давало покой…
И вдруг испарилось.
А может, приснилось?
И не было вовсе того, что струилось,
Что пело, звучало, играло струной?
Ну кто ж это так подшутил надо мной?

***

Я болею – вот досада!
У окна сижу весь день.
Не дойти теперь до сада.
Не войти в деревьев тень.

Да и тени нет в помине.
Тучи ходят – вот беда!
Я одна. Я как в пустыне
Очутилась навсегда.

Дождь пошёл. Тоска и слякоть.
Всё застыло в тишине.
Даже небо стало плакать
Постоянно обо мне.

***

Исцеленья прошу, исцеленья!
Без больниц, без врачей, без всего
Сладко слушать души умиленье
Перед мощью Творца моего.

Время лечит душевные раны –
В этом счастья особая соль.
Отчего же так долго, так странно
В сердце держится едкая боль?

Отчего мне не спится ночами?
Отчего не придёт тишина?
Я умылась бы солнца лучами,
Если б вдруг наступила весна!

Я воздвигла бы памятник лесу
За рекой, что не знает границ.
Я поутру пропела бы мессу,
Став одною из множества птиц.

Исцели же меня, умоляю!
Без больниц, без лекарств, без всего!
Одного лишь Творца восхваляю.
Все надежды мои на Него.

***

Как золотой иконостас,
Передо мной опушка леса.
Природа! Обожаю Вас!
А без любви мне в сердце тесно.

Я вновь творю земной поклон
У полной кротости берёзки.
Моя душа – как в море чёлн.
Я собираю листья-блёстки.

Перед берёзкой зажжена
Свеча отцветшего кипрея.
Побудь со мною тишина,
И стань подругою моею!

Тебя прошу, побудь со мной,
Посланница Святого Духа!
Я слышу чуткий голос Твой
Совсем иным, духовным слухом.

Я нынче тяжело больна.
Прошу у Бога исцеленья.
Побудь со мною, тишина,
Хотя бы краткое мгновенье!

***

Сердцу

Пластика веток и гибких стволов.
Льются из лета созвучия слов.
Любы мне лужи и капли дождя.
Тучи по небу, как птицы, летят.

Слышатся ветров вдали голоса.
Глянь, как на листьях сверкает роса!
Вырвется сердце сейчас из груди.
Стань же ты птицей – и к небу лети.

Неба лазурь, а под нею – поля.
Вижу я в них силуэт журавля.
Льются вдали синевою цветы.
Сердце моё, неужель это ты?

Стало ты тучей, цветком, журавлём.
Тесно тебе нынче в теле моём.
Нету в тебе уж былой суеты.
Сердце моё, неужель это ты?

Сказки детства

Странно, но на солнце лес темнее.
Нет грибов в нём, больше бурелом.
И ручей в глуши лесной синеет,
И стоит на курьих ножках дом.

В детстве я была в лесу Кащея,
Лесом Бабки-Ёжки я брела.
Знала потаённые аллеи
И волшебным вымыслом жила.

Выйду на болото – там царевна
В образе лягушки у воды.
Как мне дорог сказки образ древний –
Праведного прошлого следы!

Утром я пущу стрелу из лука –
Пусть её отыщет мой жених.
В городе без сказки просто скука.
Боже, не остави нас одних!

Выведи меня из чащи леса
Прямо к золочёному дворцу!
Может быть я царская невеста
В коже лягушачьей на плацу?

Вдруг я заколдована Кащеем –
Потому-то ныне и больна?
Выведи меня, прошу, аллея,
В детства мир, где свет и тишина.

***

Вот церковь – белоснежна и светла.
У двери куст шиповника непышный.
Берёза ветви к небу подняла,
Как будто Богу молится неслышно.

Под кровлею церковною – гнездо:
Здесь ласточка нашла себе обитель.
И столько тут ромашек расцвело,
И каждый человек здесь небожитель.

Старая церковь

Глядите, глядите – сосна без макушки.
Стоит она возле убогой церквушки,
Где служит священник один,
Дожив до глубоких седин.

Где прихожан – человека четыре,
А может, и пять, но не больше того.
И все – как семья деревенская в мире,
И все почитают отца своего.

Где звон колокольный взывает на службу
И службы венчает конец.
Где ссор не бывает и люди все дружной
Семьею живут, и глава их – отец.

Святою водой окропляют на службе,
Дают эпитимий глубокий удел…
Поведать грехи там бояться не нужно –
Лишь только бы ум у тебя не скудел.

Здесь исповедь долго идет, и едва ли
Вся служба короче нее.
Здесь женщины скромно платки надевают
И тело нарядом скрывают свое.

Убогая церковь стоит за сосною,
И сложен из бревен церковный венец.
Люблю я бывать в той церквушке весною
И видеть, как рад всем священник-отец.

***

Я рада, я рада, я рада болезни.
Болезни душе, как лекарство, полезны.
Я рада, проснувшись, подумать о Боге.
Я рада гостям, что стоят на пороге.
Я рада мелькнувшей за окнами птице.
Я рада, что часто ночами не спится.
Я рада ещё помечтать в тишине.
Я рада, и легче становится мне.

***

Как хочется отречься от креста,
От этой непосильной, тяжкой ноши.
Но где найти, но где найти места,
Где Бог меня совсем найти не сможет?

Такого места нет. Его любя,
Сама иду я Господу навстречу.
Молюсь Ему за ближних, за себя
Я в этот тихий, тихий зимний вечер.

О Господи! Мне душу укрепи.
Пошли ко мне Ты ангела сегодня,
Чтоб я была кротка, жила в любви.
О Господи! Спаси от преисподней!

***

Не зная верного пути,
Лишь думая о Рае,
Душа туда не долетит,
Хоть ввек не умирает.

Хотя она всегда жива,
Зато светла не вечно.
Бывает сорная трава
Красива и беспечна.

***

Дрожу над тем, что мне осталось.
Что не исчезло, не ушло.
Держу в руках такую малость –
Пастель, бумагу и перо.

Останься здесь, пребудь навеки
Со мной, как самый лучший друг,
Когда повсюду человеки
Юлят, куражатся и врут.

Останься здесь, моё творенье,
Не уходи, я так прошу!
Картины и стихотворенья –
Всё то, чем я сейчас дышу.

***

Церковь – это школа для души.
Первая наука – не греши.
Льётся над землёй церковный звон.
Господу кладу земной поклон.

А в душе, почти как дважды два,
Ангелу-хранителю слова.
Ангеле Господень, помоги!
Всюду дети зла – мои враги.

Все хотят паденья и стыда.
Все твердят о жизни без труда.
Все твердят о жизни без наук,
И Господь для них пустой лишь звук.

Господи, твоей твердыни чёлн,
Сладкою молитвой нынче полн.
Господи, учитель неземной!
Будь же Ты всегда, везде со мной!

***