Раздел 5. Особенности экономического развития цивилизации России (XIII–XX вв.) (стр. 3 )

Откупа составляли характерную особенность финансовой системы феодально–крепостнического строя России на протяжении нескольких столетий. Они были неразрывно связаны с монополией государства на торговлю отдельными товарами и являлись важнейшим инструментом первоначального накопления капитала.

Среди различных видов откупов первое место принадлежало винным. Доход откупщиков от продажи спиртного во много раз превышал их платежи в казну. Винные откупа серьезнейшим образом отражались на экономике страны и на благосостоянии населения. На откупа часто сдавались также таможенные, внутренние и портовые сборы.

Петровская эпоха оказалась подлинным лихолетьем в истории русского купечества. Значительное увеличение прямых налогов и различных казенных поборов с купцов как наиболее самостоятельной части горожан, насильственное сколачивание торговых компаний (форма торговли, казавшаяся Петру I наиболее подходящей в российских условиях) – только часть средств и способов принуждения, которые он в значительных масштабах применил к купечеству, ставя главной целью получение денег для казны. В указанном плане следует рассматривать и принудительное переселение купцов (их наиболее состоятельной части) в новую столицу – Санкт–Петербург, а также административное регулирование грузопотоков, когда купцам указывалось, в каких портах и какими товарами они могут торговать, а где им делать это категорически запрещается.

Именно в первой четверти XIII в. произошло разорение наиболее самостоятельной группы представителей торгового капитала, после чего имена многих владельцев традиционных торговых фирм исчезли из списка состоятельных людей. Однако цель была достигнута – казана стала пополняться довольно эффективно.

Государственная монополия на некоторые товары, безусловно, сузила сферу действия свободного рынка. Но важнее другое – в российских условиях концепция меркантилизма послужила для обоснования особенного направления внутренней политики. Неудача в сражении под Нарвой (когда 8 тыс. шведов разгромили армию Петра численностью в 35 тыс. человек) сильнейшим образом стимулировала государственное промышленное строительство и в целом – вмешательство государства в экономическую сферу. Строительство многочисленных мануфактур, преимущественно оборонного значения, предпринималось не из абстрактных представлений о необходимости развития экономики или расчета получить доходы, как это было в эпоху становления капитализма в европейских странах, а было непосредственно увязано с задачей обеспечения армии и флота.

К 20–м гг. XVIII в., когда военная угроза окончательно отодвинулась на запад и в успешном для России завершении Северной войны не могло быть сомнений, Петр значительно изменил торгово–промышленную политику:

1)  осенью 1719 гг. были ликвидированы фактически все монополии на вывоз товаров за границу;

2)  усилилось поощрение частного предпринимательства за счет снижения налогового бремени и дотациями из государственной казны;

3)  была учреждена Берг–привилегия, которая выдавала разрешения на поиск полезных ископаемых и строительство заводов всем без исключения жителям страны и иностранцам, даже если это было сопряжено с нарушением феодального права на землю, на которой были обнаружены руды;

4)  получила распространение практика передачи (за символическую плату) государственных предприятий (особенно признанных убыточными для казны) в частные руки или специально созданным компаниям; новые владельцы получали от государства многочисленные льготы: беспроцентные ссуды, право беспошлинной продажи товаров, повышение цены при покупке товаров казной;

5)  в 1724 г. был утвержден новый таможенный тариф, облегчавший вывоз продукции отечественных мануфактур и одновременно затруднявший ввоз товаров из–за границы;

6)  были полностью освоены, ранее построенные торговые пути, такие как Вышневолоцкая система, соединявшая Волгу и Балтийское море, начато строительство новых (Ладожский канал);

7)  учреждена Мануфактур–коллегия (1721), одной из задач которой, являлось внедрение иностранных инноваций в российскую промышленность.

Благодаря реформам Петра I за первую четверть XVIII в. была создана достаточно мощная промышленная база: после смерти Петра в России насчитывалось более 200 промышленных заведений, а объем производства некоторых видов продукции (выплавка чугуна, например) был даже выше, чем в европейских странах.

Однако необходимо понимать, что, изменяя экономическую политику, Петр намеревался ослабить влияние государства на народное хозяйство или осознанно способствовал развитию капиталистических форм и приемов производства, получивших в это время в Западной Европе широкое распространение. Сущность происходящего состояла в смене не принципов, а акцентов промышленно–торговой политики. Мануфактуры передавались компаниям или частным лицам фактически на условиях аренды, которые четко определялись и при необходимости изменялись государством, оставляющим за собой право в случае неисполнения поручений конфисковывать предприятия. Главной обязанностью владельцев являлось своевременное выполнение казенных заказов: только излишки сверх того, что соответствовало бы современному понятию «госзаказа», владелец мануфактуры мог реализовать на рынке. Сугубо государственным оставалось производство в уральских районах (металлургия, горнодобывающая промышленность), а также легкая промышленность.

Кроме этого, начинающийся процесс формирования новых социально–экономических отношений в промышленности и торговле был прерван самим же Петром. Особую роль здесь сыграло принятие в 1721 г. указа, разрешающего владельцам мануфактур покупать к ним крепостных крестьян.

Это решение Петра I было продиктовано вполне прагматическими соображениями – дефицитом рабочей силы в промышленности, особенно обострившимся в связи с введением подушного налога. С переходом к подушному обложению землевладельцев стали гораздо жестче контролировать, неохотно отпуская их на оброк, что естественно, сказывалось на притоке наемных рабочих к мануфактурам.

С разрешения покупки крестьян к заводам началось формирование особых, специфических для России, промышленных заведений – посессионных мануфактур. Отношения на них отличались как от традиционных для феодализма отношений крепостной зависимости, так и от отношений, присущих капиталистическим предприятиям. Характерными чертами таких мануфактур были:

а)  принадлежность крестьян «заведению»;

б)  использование их только для промышленных нужд;

в)  получение крестьянами заработной платы;

г)  регламентация государством отношений между собственниками предприятий и прикрепленными к ним крестьянами.

Практику использования принудительного труда укрепляли и другие указы Петра I, принятые в 1722 и 1725 гг. Беглые крестьяне, работавшие на заводах, подлежали обязательному вывозу на прежнее место жительства для включения в оклад подушной подати, а работники заводов, не принадлежащие помещикам, переписывались для подушного обложения по месту работы, т. е. закреплялись за ними.

Наряду с противоречивыми торгово–промышленными реформами Петром одновременно были предприняты попытки изменения финансовой системы России. В основу денежной системы была положена десятичная система (серебряный рубль, медные гривенник и копейка). Рубль по весу был приравнен к голландскому талеру – главной европейской валюте конца XVII – начала XVIII вв.

Выводы

1.  Стремясь вырвать страну из экономической, военной и культурной отсталости, Петр I применял деспотические приемы с использованием старых, отсталых, по сравнению со странами Европы, форм организации хозяйственной жизни. Хотя закрепление крепостническо–феодальных отношений как социально–экономической основы не только аграрного, но и промышленного производства, создание развернутой системы государственного вмешательства в экономику, усиление регламентации всех сторон жизни общества;

2.  Осуществляя преобразования, Петр I стремился к формированию сильного Российского государства. Петр гигантски усилил роль государства и его роль в обществе за счет ослабления роли социально–экономических факторов общественного развития. Зарождающиеся частно – капиталистические отношения, развиваясь под мощным прессом государственных ограничений, и оказались лишенными таких необходимых для их развития условий, как свобода частной собственности, конкуренция, независимость от любых авторитетов и т. д.

3.  Пытаясь поднять страну до уровня Европы, Петр I стремился как можно шире использовать опыт западноевропейских стран, достижения их материальной культуры. При этом импортировались не только техника, технология, квалифицированные кадры, но и формы государственного устройства (например, введение отраслевого принципа управления – коллегий, позаимствованного у Швеции). Однако само по себе использование чужого исторического опыта не может дать достаточного импульса без исторических и национальных особенностей страны, без созревания социальных сил, поддерживающих преобразования, способных усвоить и адаптировать достижения других стран и культур к условиям собственным. Как писал историк и просветитель Н. Карамзин – в результате реформ Россияне стали гражданами всего мира, но перестали быть в некоторых случаях гражданами России «виною Петра».

4.  И наконец, сильная государственная власть, основанная на всеобъемлющей собственности монарха на землю (полное господство помещичьей системы землевладения), глубокое вмешательство государства в экономику и т. д. позволяют говорить о существовании в России к середине XVIII в. особого государственно–аграрного способа производства.

9.3. Исторический процесс закрепощения крестьян в России

Прежде чем перейти к дальнейшему хронологическому изложению событий экономической истории России, необходимо рассмотреть историю одного из самых значительных событий, происходивших в России на протяжении многих веков, – закрепощения крестьян. С одной стороны, вторая половина и конец XVIII в. – вершина крепостничества и время наибольшего огосударствления социально–экономических процессов в России, с другой – практически весь XIX в. и начало XX в. в экономической истории России связаны с решением вопросов о земле и раскрепощения крестьян. Поэтому, прежде чем приступить к рассмотрению экономического развития России в конце XVIII–начале XX вв., необходимо остановиться на рассмотрении исторического процесса закрепощения крестьян.