Раздел 5. Особенности экономического развития цивилизации России (XIII–XX вв.) (стр. 7 )

Соответственно этому и отношение к различным вариантам освобождения крестьян было разным. Первая группа выступала за вечное сохранение права собственности на землю за помещиком, передачу земли крестьянам лишь в пользование за выполнение повинностей перед помещиком и продажу крестьянам только их усадеб, но не земельных наделов. Вторая группа требовала незамедлительного освобождения крестьян с выкупом и земли, и личности «целым обществом» (общиной). Наконец, третья группа настаивала на освобождении крестьян без земли.

В 1859 г. завершилась работа губернских комитетов и подготовленные ими проекты поступили в редакционные комиссии, а затем – осенью 1860 г. – в Главный комитет по крестьянскому делу. Зимой 1861 г. состоялась последние обсуждения на Государственном Совете, и, наконец, 19 февраля 1861 года Александр. II подписал документы, содержащие изложение реформы, – Манифест, Общее положение, Положение о выкупе и, кроме того, семнадцать законодательных актов, уточняющих основные положения. 5 марта 1861 г. Манифест был представлен публично.

Крестьянская реформа 1861 года представляла собой попытку преобразования отношений собственности с целью разрушения феодально–государственного строя, создания многоукладной экономики. Начатая по инициативе государства, она, пожалуй, впервые в истории России была тщательно подготовлена, законодательно оформлена и продумана с финансовой и политической точек зрения. Вследствие этого реформа оказала огромное влияние на все сферы жизнедеятельности российского общества и положила начало новому этапу социально– экономического развития страны. Этот этап можно рассматривать как организационный этап развития российского капитализма, в этот период были достигнуты наибольшие успехи в разгосударствлении экономики, развитии частного предпринимательства.

Главные идеи реформы предусматривали следующее:

1)  Отмена наиболее одиозной черты крепостного права – личной принадлежности крестьянина помещику. Помещик не мог более продавать крестьян, переселять их, отдавать в исправительные заведения, препятствовать их вступлению в брак, занятию ремеслом и т. д.

2)  Согласно положениям реформы, «полное и неотъемлемое» право собственности «на все принадлежащее им земли» оставалось за помещиками. Земля переходила до выкупа лишь в «пользование» крестьян, которые за это право должны были нести повинности в пользу помещика в форме барщины или оброка.

3)  Была учреждена специальная организационная структура для ускорения проведения реформы и разрешения спорных вопросов – институт мировых посредников.

С 1863 г. начался собственно процесс выкупа. В соответствии с Положением о выкупе между помещиком и крестьянином (общиной) заключался выкупной договор, с утверждением которого все прямые отношения между ними прекращались. Теперь и те, и другие вступали в поземельные отношения друг с другом при посредничестве государства. Основой для определения выкупа являлся оброк, получаемый помещиком. Его капитализированная из 6 %; годовых величина объявлялась «выкупной оценкой». 80 % определенной таким образом суммы помещик получал от государства в виде ценных бумаг, приносящих ему 6%-й доход. Оставшаяся сумма в 20 % выплачивалась крестьянином (общиной). Крестьянину предоставлялось право для данной операции взять у государства ссуду сроком на 49 лет с платежом 6,5 % годовых.

Выкупная операция представляла собой своеобразный механизм перехода к новым условиям социально–экономического развития и обладала рядом чрезвычайно важных характеристик.

Во–первых, процесс перехода регулировался законодательным актом – Положением о выкупе, определяющим условия выкупа, права и обязанности сторон.

Во–вторых, для проведения выкупной операции правительством были выделены значительные финансовые ресурсы. И хотя в дальнейшем они были возвращены крестьянами, нагрузка на государственную казну была весьма существенной. Общая сумма выкупа составляла 867 руб., в то время как вся доходная часть бюджета 1861 г. не превышала 346 млн руб. (см., История СССР, 1861–1917 – М.: 1990)

В–третьих, правительственные решения предоставляли очень широкие возможности для разных направлений развития помещичьего хозяйства. Можно выделить три альтернативных варианта, выбор среди которых предоставлялся помещику:

а)  тот, кто был заинтересован в ведении хозяйства по–прежнему с использованием дармового труда крестьян, имели возможность затянуть процесс выкупа на 20 лет (до 1881 г.). Помещики, не готовые к новым условиям ведения хозяйствования на основе наемного труда, получали значительный интервал времени для подготовки к новым условиям.

б)  та часть помещиков, которая была заинтересована в переходе к новому способу хозяйствования и нуждалась в денежных средствах, имела возможность достаточно быстро, по собственной инициативе, пойти на выкупную сделку и получить минимум 80 %, максимум 100 % выкупной суммы.

в)  наконец, помещики, хозяйствующие на особенно плодородных землях, могли отказаться от продажи крестьянам угодий вовсе и прямо перейти к капиталистическому хозяйствованию.

Здесь же необходимо заметить, что формальная возможность выбора альтернативных вариантов выкупа была и у крестьян. Так, в Положении говорилось, что крестьянину разрешается выход из общины, если он полностью внесет выкупной взнос, индивидуально (без общины) вступать в экономические отношения с помещиком.

Конечно, такая формальная возможность имела ничтожные шансы стать реальностью, поскольку этому препятствовало несколько обстоятельств.

В документах реформы неоднократно указывалось, что и выкупная операция, и отношения между крестьянами после выкупа должны регулироваться, наряду с законодательными актами правительства, «местными обычаями и правилами, принятыми в крестьянском быту». Что это значило в условиях, когда почти 90 % российских крестьян было охвачено общинами? Община являлась не просто территориальной общностью – ее границы определялись обычно рамками церковного прихода, поместья. Это форма общественного устройства, в которой проходила вся жизнь крестьянина. Нормы, принятые в общине, регламентировали все ее стороны, начиная от хозяйственной деятельности и заканчивая поведением в быту. Пойти на разрыв с общиной, а тем более противопоставить себя ей – шаги, почти немыслимые для крестьянина.

Кроме этого государство в 1863 г. резко усилило роль общин, введя в деревне принцип самоуправления. На общину стало возлагаться значительная часть административных функций, ранее принадлежащих помещику. Выступая в отношениях с государством как единый субъект, она отныне несла полную ответственность за выполнение крестьянами их обязательств: уплату налогов, выполнение государственных повинностей, поставку рекрутов и т. д. Одновременно с этим за общиной признавались важные хозяйственные функции – распределение земли, регулирование сроков проведения важнейших хозяйственных работ. Коллективная ответственность общины, господство принципов подчинения меньшинства большинству, тенденция к выравниванию положения отдельных крестьян в рамках общины практически навечно прикрепляли крестьянина «к миру».

Не довольствуясь ставкой на общинные традиции крестьянства, правительство через мировых посредников поощряло выкуп земли именно «целыми обществами». Община имела немало возможностей (например, выделение непригодных для обработок земель) сделать выход из общины практически невозможной.

Наконец, чрезвычайно важно иметь в виду, что помещик в дореформенной России – это не только собственник земли и крестьян, но и государственный чиновник, которому принадлежала крупная доля власти в стране. Помещики имели право пользоваться широким арсеналом мер государственного контроля и принуждения в отношении крестьян, начиная от выдачи паспортов и заканчивая возможностью помещения «бунтовщиков» в арестантские роты, сумасшедшие дома и т. д.

Таким образом, формально не препятствуя возникновению крестьянской частной собственности на землю, правительство своими законодательными, организационными и финансовыми факторами сделало его фактически неосуществимыми.

Однако необходимо отметить, что было бы неверно однозначно оценивать результаты реформы. Поэтому рассмотрим ее последствия с нескольких сторон.

Во–первых, непосредственно после реформы 30 тыс. помещиков сохранили за собой 95 млн десятин земли, в то время как у 20 «временнообязанных» крестьян было 118 млн десятин, или меньше 6 десятин на хозяйство, что при господствующей системе земледелия не обеспечивало условий для их существования. При средней урожайности 55–65 пудов с десятины (8–9 центнера с гектара) большая часть крестьян, особенно нечерноземной зоны, не могла элементарно себя прокормить и была вынуждена заниматься отхожими промыслами.

Во–вторых, помещики, лишившись дармовой рабочей силы и не имея практических навыков самостоятельно вести хозяйство (в первую очередь, из–за отсутствия капиталов), вынуждены были продавать свои поместья. Только за период с 1861 по 1894 г. помещичье землевладение уменьшилось с 87 млн до 62 млн десятин земли.

Негативные стороны последствий реформы, тем не менее, нет, заслоняют те положительные моменты, которые она породила. Вот некоторые из них.

1)  Реформа создала условия для перераспределения собственности, вовлечения земель в сферу товарно–денежных отношений. Основными покупателями земель были крестьяне. Зажиточные крестьяне (их доля – в среднем 20 %) нанимали работников, применяли технику, улучшали качество продукции. Повысилась товарность их хозяйств, урожайность зерновых и картофеля, увеличилась производительность труда. Урожайность зерновых приблизился к 2 млрд. пудов (32 млн т), из которых уже до 15 % экспортировалось. Это свидетельствовало о все большем втягивании российской экономики в мирохозяйственные связи, а значит, о возрастающем влиянии мировой конъюнктуры на внутренние процессы в стране. В южных губерниях увеличилась распашка целинных земель, развилось молочное животноводство, возросли посевы сахарной свеклы и других технических культур, что значительно повысило товарность аграрного сектора.

2)  Отмена крепостного права подорвала барщинную систему, крестьянское хозяйство обособилось от помещичьего. Обрабатывать барскую землю было некому, да и нечем. Если раньше использовался инвентарь крестьян, то, вступив на капиталистический путь развития производства, помещики стали искать выход в применении новой техники, прогрессивных методов ведения хозяйства. В первые послереформенные годы число используемых сельскохозяйственных машин выросло в 3,5 раза. Соответственно применение машин требовало концентрации землевладения, капиталов, приспособления к требованиям рынка.