Единая транспортная инфраструктура региона. Северный морской путь — транспортный коридор глобального значения (стр. 5 )

При том что в Арктике мы действительно смотрим и обсуждаем только лед, про то, как его можно на ледоколах сломать, как можно тащить очень много грузов, и рассчитываем теусы. На самом деле, еще идет и жизнь по обустройству берега. Все-таки для развития Арктики нужна инфраструктура. Как всегда, на любой войне после воздушной операции должна еще наземная происходить. Наземная уже полным ходом идет.

Действительно есть трудности. В какой-то момент вертолет приезжает сменить вахтовиков, и как раз в этом месте набег белых медведей, их очень много. И люди не могут выйти из домика, посидели, подождали, вертолет улетел, следующая попытка через неделю, в случае хорошей погоды. Конечно, сложности некоторые житейские есть, но они не катастрофичные. В общем, там жизнь развивается полным ходом. Только для Арктики каждый год, только для нашей компании, мы набираем в среднем по 300—400 человек в год на работу. Кому-то это нужно, мы выполняем эти задачи.

Трасса Севморпути — это, конечно, очень большой нужный проект, но хочу уверить тех людей, которые в будущем когда-то приедут работать на Север или получат какие-то контракты, иностранные компании получат субподряды на строительство каких-то мощных объектов, хочу уверить, что там действительно полным ходом кипит жизнь, на расстоянии получаса лета на вертолете всегда есть очень мощные точки жизнеобеспечения. И это все будет развиваться и далее естественным путем в рамках эволюции. У меня все.

К. Носков:

Спасибо, Александр Евгеньевич! Предоставляю слово Вячеславу Владимировичу Рукше, руководителю предприятия «Атомфлот», основы нашей инфраструктуры в Арктике. Мы как обладатель атомного ледокольного флота. Пожалуйста, Вячеслав Владимирович.

В. Рукша:

Спасибо, добрый день! Слава Богу, картинка устарела. Не знаю насколько видна фраза адмирала Макарова про Россию-фасад и бесспорную необходимость в ледоколах. Я думаю, задача на сегодня становится еще острее. Дальше покажу, что все наши лучшие проекты движутся на Север. Я уверен в значимости Северного морского пути и освоении круглогодичной навигации по всей трассе. Это задача практически сегодняшнего дня.

Понятно, что русский «путь в Индию», кстати, сам не знал, что в 1525 году первый раз возникло понятие Северного морского пути. Он всегда был, и вообще есть теория, что Московское княжество стало богатым, благодаря контролю над пушниной из Сибири. Почему мы и Мангазею там уничтожали, чтобы мимо ничего не приехало. Конечно, бесспорно, понимая всю значимость всех исторических ситуаций, которые и сегодня приходят. Вот Польша говорит: «Не будем брать ваш газ». Что будем делать с газом? Естественно, надо его умудриться продать на Восток. Точно так, наверное, все помнят, важнейшим этапом советского периода, который в 32-м году завершился сквозным пароходом Александра Сибирякова. Тогда была куча других проблем, но даже в войну мобилизационное значение Северного морского пути было достаточно высоким. Я никогда не думал, что известный «Адмирал Шеер» ходил к Диксону, фактически чтобы прервать эту коммуникацию.

Атомный период, что бесспорно могучая страна построила научно-практическую лабораторию «Атомный ледокол Ленин». Кстати, мы до сих пор не можем перекрыть эти темпы. Принятие решения осенью 53-го года, а ледокол принят в эксплуатацию в 59-м. Я, еще будучи в Министерстве, начинал Севпроект, потом уже кто-то другой завершал, и дай Бог, нам в декабре 17-го года построить. С 2003 по 2017 — 14 лет! А мы все говорим, что у нас компьютеризация, технологии. Я думаю, что точно, как в той известной книжке, «мусор в головах».

И что потом? Думаю, главное, что появилось — это высокая востребованность продукции комбината «Норильский никель», которая потребовала создание эффективной круглогодичной навигации, кстати, экономически оправданной. Я-то застал эту эпоху, включая кризис 98-го года. Понятно, что в цене никеля, когда он был и 5000 долларов, и даже 4000 долларов за тонну, мы еле составляли 3%. Это было совершенно эффективная транспортная система, даже для России, где 11% себестоимости товара — транспортные услуги — хорошая цифра. И тогда, благодаря этой задаче возникли и ледоколы класса «Арктика». И, кстати, в силу того, что на базе дизель-электрической технологии не удалось для реки Енисей с ее осадком под 10,5 метров создать соответствующий дизель-электрический ледокол, которые преодолевали бы 1,7—1,8 метров льда, появились два ледокола, а должна была быть серия из трех, «Таймыр» и «Вайгач».

Ну и, с учетом всей ситуации сегодня появилась новая серия ЛК-60, которая, мало кто знает, уже тогда в 2000-е годы тоже была участником этих процессов. Почему двухосадочные? Как пример, «Газпромнефть» реализовал свой проект на естественных глубинах в Обской губе — мыс Каменный, Новый Порт, 12 млн тонн. Понятно, что двухосадочность — это очень хорошее повышение эффективности ледокольных проводок. Поэтому, конечно, сегодня «Норильский никель», кто знает тему уже, вот Алексей Михайлович, создавший свои арктические экспрессы. Старая тяжба: «Может ли судно без ледокола работать?» Может, только все забывают про коммерческую скорость. Если вы высокотарифный или даже среднетарифный груз везете со скоростью 1 км/ч, то он уже бесполезен для рынка. Поэтому по-морскому 10 узлов — это средняя скорость, которую нужно поддерживать. И в этом отношении, конечно, без надлежащего ледокольного обеспечения невозможно. Вот такая картинка, которая показывает, что действительно только с приходом других мощностей, которых удалось достичь с помощью атомной энергии, мы перешли в западном секторе к круглогодичной навигации.

Такой интегральный график общих грузопотоков. Могут быть дискуссии, кто-то говорит: «Это, включая западный сектор», кто-то — нет. Не буду спорить. Действительно у нас никогда как такового транзитного потенциала на Северном морском мути не было. Поэтому, когда кто-то говорит, что у нас Северный морской путь работал с точки зрения транзита, так его просто не было. Был завоз грузов в западном секторе Арктики, еще раз подчеркну — круглогодичная навигация для целей «Норильского никеля», и восточный завоз, в первую очередь, Чаунско-Билибиский промышленный регион на Певеке. Они были абсолютно разорванным, а транзиты были столь разовыми, ну единственное, это только, удобрение на Канагу, когда бесплатный хлеб ехал обратно.

Но новая парадигма. Несомненно, вся углеводородная промышленность — и нефть, и газ — движется на Север по известной причине. Также мы ушли с Волги, с Татарстана. Сегодня полуостров Ямал, Обская губа, Магаданский полуостров, да и Таймырский полуостров — это та территория, которая в ближайшие 10—15 лет будет реально замещать выпадающие мощности Западной Сибири, потому что Восточная Сибирь, на мой взгляд требует куда больших затрат для развития всех этих проектов.

Что бы я хотел показать на этой картинке? Я когда-нибудь допишу «Совкомфлот» справа обязательно. Я немного модернизировал этот шар. Но вы понимаете, что если брать за точку этот действительно величайший порт Сабетта — это без шуток, там только 2 млн тонн снабженческих грузов — то мы впервые на фоне наших главных конкурентов, арабов из Ормузского пролива, мы даже в китайском Нингбо можем иметь транспортную логистику, конкурирующую с ними, не говоря о всем, что севернее. Конечно, эту задачу надо решать, с учетом и ценовой политики на нефть, и я думаю, что по многим другим.

Когда у нас было меньше работы, честно сознаюсь, мы занимались работами. Могу рассказать детали. Вот один из караванов. Это сезонная работа с судами класса Arc4, это уже крупнотоннажное судоходство. Плыть такое расстояние даже пароходом в 20 тыс. тонн — это бессмыслица экономическая. Поэтому суда должны быть за 50, а лучше за 70 и под 100 тыс. тонн, и естественно, уже класса «Суэцмакс». Но вот за один из караванов, могу смело сказать, что при нормальном потоке судовладелец платит примерно, как за проход Суэцкого канала. Поэтому приходится слышать про разные ставки почему-то обязательно от русских людей. Вот у нас грек Ласкаридис умудрился сделать четыре рейса с Исландии на Южную Корею и обратно. А потом камчатские рыбаки говорили, что 2 рубля в 300 рублях за кг рыбы — это очень высокая цена. А оказывается 70% посредника в цене товара. Поэтому давайте будем всегда корректны. Считаю, что на серьезном грузопотоке, 10—15 млн тонн — это уже… Напоминаю, сегодня уже портовый сбор чуть более доллара.

Что я хотел сказать? Уверен, что нынешний этап развития Северного морского пути, конечно, связан с нашими мега углеводородными проектами. Вот они здесь перечислены. Как видите, слава Богу, у нас имеется три долгосрочных контракта. Бесспорно, самый большой локомотив — это «Ямал СПГ». Цифры вы видите. Напоминаю, 6 млн тонн в прошлом году в целом было перевезено в Арктике. Новопортовское месторождение никто не пропускал, теперь полностью введен и произошла отгрузка сырой нефти через восточный терминал. Правда, у Александра Рослякова мы отняли бизнес, где он два года работал по временной технологической схеме. Ну и про «Норильский никель» не буду говорить, я даже там хотел где-то написать «вечно». Норильский комбинат будет, конечно, постоянно поддерживать, и один ледокол, вместо 5—6 ледоколов советского периода, будет работать на их задачи с учетом новых судов.

Но что хотелось бы подчеркнуть? Бесспорно, считаю, важнейший проект, который движется и в ближайшие годы должен выйти на миллионы тонн — это уголь Таймыра, Тайбасс даже пытается внедрять понятие «таймырский уголь». Эти отгрузки, о которых говорил Алексей Тюкавин, показали, что это очень эффективный антрацит, кусковой, большой, это энергетические угли без серы и т. д. И хотя уголь начинает пользоваться все же меньшим спросом, мы можем говорить, что наш уголь эффективнее, он четко заменит, особенно на китайском рынке, другие угли.

И очень бы хотелось увидеть и аналогичный проект, как «Ямал СПГ» — это «Арктик СПГ-2» на восточном берегу. Объем тот же самый, что позволит и Мурманской области, на мой взгляд, стать центром строения платформ. Потому что не забывайте, что наш шельф глубинный — 20—30 метров в основных известных месторождениях. Ну и, бесспорно, Пайяхское месторождение. Если все сложить, то, конечно, будет так.

Вот такие картинки. Вот первый газовоз, совкомфлотовский, кстати. В декабре надеемся сделать с ними тестовое испытание. Вот такая была первая отгрузка, погрузка сырой нефти в районе мыса Каменного, Дудинка — общая картинка, уголь.