Современные проблемы филологии (стр. 5 )

Эта теория раскрывается далее в кратком виде через шесть тезисов:

1. Значение есть отношение между организмом и средой, определяемое ценностью, которую отдельные аспекты среды (разделяемые накатегории) имеют для этого организма.

Это значит, что значение является экологическим концептом в том смысле, что оно не чисто субъективно ("в голове") и не объективно ("в мире"), но характеризуется взаимодействием между организмом и средой. Окружающая организм среда может быть только физической, как это имеет место в случае с простыми живыми существами, либо одновременно физической и культурной, как это имеет место в случае культурных животных и, конечно же, человека.

2. Значение физических аспектов (категорий), воспринимаемое через врожденную систему ценностей, основано на их роли в сохранении жизни индивида и ему подобных.

Это значит, что первичная форма "хорошего", "плохого" и "нейтрального" может определяться как относительно организма, так и относительно вида. Отметим от себя, что это положение очень хорошо иллюстрируется сферой морально-этических ценностей в человеческом обществе, для которого характерен постоянный конфликт между интересами индивида и социума.

3. Значение культурных элементов (категорий) определяется на основе конвенциональной системы ценностей, состоящей (главным образом) из знаков. Они должны быть усвоены прежде, чем смогут определять значимостное отношение для организма.

Являясь социальной по природе, система значений, усваиваясь, становится внутренней и начинает играть роль приобретенной системы ценностей, выступающей посредником между организмом и средой, т. е. как форма "семиотического посредничества".

4. И врожденная, и усвоенная система ценностей служат контролирующими системами, направляя и оценивая поведение организма и его адаптацию.

С одной стороны, внутренние системы ценностей сигнализируют организму, что необходимо предпринять какое-то действие. Тем самым они ведут к возникновению мотивации и различных степеней интенциональности в смысле целенаправленности. С другой стороны, они участвуют в оценке действий, приписывая (степени) "вознаграждения" или "наказания" и влияя, таким образом, на более адекватное поведение в будущем, т. е. они участвуют в научении.

5. Внутренне присущая ценность и, соответственно, значение самым тесным образом связана с эмоцией и чувством

_____________________________________47____________________________________

и представляет необходимое, хотя и не достаточное, условие для феноменального опыта.

Внутренние системы ценностей, врожденные или приобретенные, тесно взаимодействуют с эмоциональной системой, так что в существах, обладающих (первичным) сознанием, отрицательная ценность испытывается как отрицательная эмоция, когда боль выступает прототипом, а положительная ценность – как положительная эмоция, когда прототипом выступает удовольствие.

6. На основании понятий, выдвинутых в тезисах 1-5, можно определить четыре разных типа систем значений, образующихэволюционную и эпигенетическую иерархию.

Это такие типы систем значений, как стимульная (cue-based), ассоциативная, подражательная (mimetic) и символическая.

Эти системы значений далее описываются в разделах "Филогенез значения" и "Онтогенез значения", а полученные выводы обобщаются в контексте проблемы искусственного интеллекта. Автор считает, что система – живая или искусственная – может обладать значением при следующих двух условиях:

1.  Она должна обладать внутренней системой ценностей, обеспечивающей автономный контроль за восприятием, поведением и научением.

2.  Эта система ценностей должна быть внутренне присущей системе в том смысле, что она служит сохранению организации системы, а не внешних по отношению к системе критериев (определяемых создателями системы в случае искусственного интеллекта).

Хотя многие кибернетические системы отвечают, в разной степени, условию (1), на сегодня не существует искусственной системы, которая бы удовлетворяла условию (2), хотя ему удовлетворяет любая живая система. Следовательно, не существует искусственных систем значений даже простейшего вида, а значение ко-экзистенциально жизни!

К сожалению, рамки данной статьи не позволяют остановиться на био-культурной теории значения более подробно. Тем не менее, можно видеть, что теория, предложенная Й. Златевым, представляет собой действительно интегративную теорию значения, так как в ней удачно объединены достижения семиотики и биологии с опорой на биологическую теорию познания Матураны-Варелы.

6. Биологическая теория познания и лингвистика

Итак, мы подошли к вопросу, вынесенному в заглавие статьи, а именно, к проблеме общетеоретического метода, использование которого позволило бы лингвистике продолжить динамичное движение по пути познания языка во всей его полноте и глубине. Мы уже поднимали этот вопрос в ряде работ (Кравченко 2001а; 2001б; 2003а; 2003б; Kravchenko 2002b; 2002b; 2003), пытаясь привлечь внимание к автопоэзу как альтернативной теории познания, позволяющей свести воедино, в рамках универсальной теоретической концепции, все то многообразие эмпирического материала, которое накоплено когнитивной наукой за последние 30 лет и которое никак не может быть объяснено в рамках традиционных воззрений на язык и познание в их взаимосвязи и взаимодействии. Основная трудность здесь вызвана тем, что отмеченное еще В. фон Гумбольдтом противоречие между языком как деятельностью и языком как продуктом представляет для традиционного языкознания серьезную методологическую проблему. Дело в том, что язык как деятельность изначально предполагает наличие своего собственного продукта – системы языковых знаков, операции над которыми и составляют суть языковой деятельности. Этот эпистемологический парадокс не может быть преодолен в рамках традиционной (картезианской) парадигмы научного знания, являющегося по большей части аналитическим.

Переход от анализа к синтезу требует принятия новых познавательных установок и, как следствие, новой эпистемологии, отличительным признаком которой является синтетизм как результат интеграции накопленных научных знаний на междисциплинарном уровне. Свойственный же традиционной теории познания дуализм исключает возможность такого синтеза в принципе. Напротив, биологическая теория познания, сформулированная У. Матураной

____________________________________48_____________________________________

(Maturana 1970), характеризуется изначально присущим ей синтетизмом и потому открывает выход на новую концепцию языка. Суть этой концепции (в слегка модифицированном виде) заключается в том, что языковая деятельность человека рассматривается как определенные структуры поведения в когнитивной области взаимодействий, носящих ориентирующий характер и служащих осуществлению биологической функции адаптации организма к среде с последующим переходом к управлению ею. Такой подход имплицирует принципиальную невозможность постижения сущности языка в отрыве от человека как живой системы, характерными особенностями которой являются принцип кругообразной организации и принцип взаимной каузальной связи в системе "человек – среда".

В общих чертах, биологическая теория познания как теория самоорганизующихся систем (автопоэз) исходит из того, что самоорганизация в физическом пространстве есть основа жизни. В кратком изложении (Boden 2000), автопоэзные системы в общих чертах определяются в терминах их организации, а не в терминах составных частей либо свойств, которыми эти части обладают. Способность к самоорганизации как определяющее свойство живой системы с точки зрения биологии первично по отношению к таким обычно выделяемым свойствам, как размножение, эволюция, рост, реактивная способность и адаптация: "автопоэз в физическом пространстве [есть] необходимое и достаточное условие для того, чтобы система была живой" (Maturana, Varela 1980: 84). Иначе говоря, жизнь возможна только в воплощенном виде, поскольку живые существа имеют физическую природу, они обладают плотью и границами, которые сами же создают и поддерживают. Автопоэз есть особый вид гомеостазиса, при котором сохраняется не одно какое-то свойство, а организация самой системы как единого целого.

Вместе с тем, некоторые автопоэзные системы обладают самоподдерживающейся тождественностью, не существующей в физическом пространстве. Человеческое общество, например, состоит из организмов, тесно сцепленных не только физическими отношениями, но также семантической (языковой) коммуникацией. Самоорганизация общества обеспечивается самосвязующей и самоподдерживающей совокупностью общественной практики, в пределах которой выделяются подсистемы интеркоммуникации, обладающие собственным автопоэзным единством. При таком определении общества, его составными частями могут быть только человеческие организмы. При этом для всех живых существ самые границы живой системы как физического единства, так же как и составляющие тело организма части, непрерывно производятся собственной деятельностью системы.

Как можно легко увидеть, новый качественный этап в развитии идей физикализма в лингвистике, связанный с перечисленными выше теориями и подходами (воплощенная философия Лакова-Джонсона, физикализм Девитта-Стерельного, биологизм Гивона и био-культурная теория Златева, а также наша биокогнитивная философия языка), напрямую перекликается с главными положениями автопоэза как теории живых систем. Это отнюдь не означает, что теория автопоэза свободна от критики (впрочем, как и любое другое оригинальное теоретическое построение), которой она периодически подвергается как за рубежом, так и, насколько нам известно, со стороны некоторых отечественных лингвистов. Та же самая М. Боден подчеркивает, что "неортодоксальный биологический подход Матураны и Варелы представляет проблему для когнитивной науки в целом" (Boden 2000: 118), поскольку они пытаются обосновать ошибочность некоторых базовых допущений, из которых исходят большинство биологов и психологов. Так, автопоэзная биология допускает, что не всякая жизнь подвержена эволюционному давлению; тем самым, она выходит из русла дарвинизма, являющегося священным знаменем современной эволюционной биологии. Однако в этом она не одинока – можно, в качестве примера, привести эонику Дж. Лэндона (Landon 1999) как альтернативную дарвинизму теорию исторического развития. Как представляется, главная причина, по которой автопоэз подвергается критике, состоит в том, что