Методология научных исследований : нейрокогнитивный подход (стр. 17 )

Подробно анализируя эти точки зрения, американский философ справедливо отмечает недостатки первой из них, тем не менее он считает их не исключающими, а дополняющими друг друга. Основание для этого он видит в том, что обе точки зрения представляют идеализацию реального процесса использования гипотез в науке, причем в первом случае эта идеализация значительно сильнее, чем во втором. По его мнению, те, кто признает, что посылками гипотез должны служить результаты (Непосредственного чувственного восприятия (sense data), способны провести точное различие между гипотезой и ее эмпирическими данными и тем самым избежать ряда философских затруднений. Они не интересуются практическим приложением своей идеализированной схемы к реальной практике научных рассуждений, а стремятся выявить те конечные предпосылки, на которых можно было бы обосновывать гипотезы. Такое противопоставление теории практике, то меньшей мере, странно.

Наука всегда стремится к тому, чтобы ее абстракции и идеализации в конечном итоге точнее и адекватнее отражали действительность. Однако представление о том, что гипотеза, а следовательно, и все теоретическое знание должны опираться только на непосредственные данные чувств, да еще истолковываемые в субъективноидеалистическом духе, находится в явном противоречии с действительной практикой науки. B методологии науки на подобных позициях стоят сторонники современного позитивизма. Правда, последние нередко на словах отрицают правомерность деления философов на два противоположных лагеря, считая основной философский вопрос псевдопроблемой. В действительности же они продолжают старую линию субъективного идеализма, пытаясь обосновать все теоретическое знание на данных непосредственного чувственного опыта, «протокольных» или «эмпирически проверяемых предложениях». Такая попытка не увенчалась, да и не могла увенчаться успехом, поскольку она противоречит всей действительной практике развития науки. Вот почему многие из неопозитивистов вынуждены были отказаться от этих принципов, которые они с таким шумом провозгласили в 30-е годы, претендуя на роль единственно верной философии науки.

Этапы формирования гипотезы. Гипотеза как форма развития научного знания проходит определенные этапы формирования, которые характеризуются степенью её подтверждения конкретными эмпирическими фактами и глубиной теоретического обоснования. Если взглянуть па гипотезу именно под этим углом зрения, то в ее формировании можно выделить следующие этапы, которые нередко рассматриваются в качестве самостоятельных типов гипотез.

(1) Первоначально всякое предположение выступает в форме догадки. Обычно эта догадка так или иначе связывается с конкретными фактами, опытом или эмпирическими данными, которые и приводят чаще всего к догадке. Как правило, для догадки не хватает достаточного количества данных или же имеющиеся данные вызывают сомнение и требуют дальнейшего анализа. В еще большей степени догадка требует обоснования теоретическим знанием. Поскольку всякая гипотеза зависит как от количества и разнообразия фактов, так и от степени обоснования ее теоретическим знанием, то различают гипотезы эмпирически правдоподобные и теоретически правдоподобные.

(2) Эмпирические гипотезы обычно подтверждаются фактами, результатами наблюдений или экспериментов в какой-либо сравнительно небольшой области исследования.

Однако таким гипотезам часто не хватает теоретического обоснования, а самое главное — они представляют отдельные, изолированные предположения. Поскольку они не объединены в нечто целое, не говоря уже о системе, подтверждение одной гипотезы не влияет на подтверждение других гипотез. Обычно эмпирическая стадия исследования начинается именно с такого рода обособленных гипотез, в которых ученые пытаются осмыслить быстро растущую информацию об опытных данных.

(3) Теоретически правдоподобные гипотезы в отличие от эмпирических основываются на тех или иных теоретических принципах, идеях и законах или на других, более надежных и проверенных гипотезах. Нередко они представляют логическое следствие определенных принципов, законов и гипотез. Однако они недостаточно обосновываются фактами, опытными данными, поэтому и остаются теоретическими предположениями. Ярким примером такой теоретической гипотезы было предсказание радиоволн, сделанное английским физиком Дж. К. Максвеллом. Существование таких волн впоследствии было экспериментально доказано немецким физиком Г. Герцем.

(4) На теоретической стадии исследования обычно имеют дело не только с эмпирически хорошо подтвержденными, но и теоретически обоснованными гипотезами. В наиболее развитых науках (в астрономии, физике, химии и других) всякую вновь выдвигаемую гипотезу стремятся связать с имеющимися гипотезами, законами и принципами, а также твердо установленными экспериментальными фактами. Это гарантирует науку от случайных, скороспелых обобщений, непродуманных предположений, способствует корректировке имеющихся гипотез.

В результате этого нередко приходят к надежно подтвержденным гипотезам, которые считаются практически достоверными истинами. К их числу относятся законы и принципы опытных наук. Совокупность гипотез различной общности и вероятности вместе с установленными законами образует уже теоретическую систему, научную теорию. Конечно, перечисленными элементами не исчерпывается создание теории, но здесь важно подчеркнуть направление процесса: из первоначальных, довольно разрозненных и изолированных догадок, эмпирических обобщений и гипотез при их постепенном обосновании и опытной проверке возникает систематическое и падежное знание — законы и научные теории.

4.2. Гипотетико-дедуктивный метод

В процессе научного исследования гипотеза используется для двух целей: объяснить с ее помощью существующие факты и предсказать новые, неизвестные факты.

Это основная и наиболее известная функция гипотезы.

Задача исследователя в данном случае состоит в том, чтобы на основании имеющихся эмпирических фактов и существующих теоретических представлений оценить степень вероятности, или правдоподобия, гипотезы. Гипотеза выступает здесь в качестве заключения или результата некоторого вероятностного рассуждения.

Путем выведения из гипотезы различных следствий можно судить о ее теоретической и эмпирической пригодности.

Если окажется, например, что из гипотезы вытекают следствия, которые противоречат друг другу, то это свидетельствует о несостоятельности самой гипотезы.

Выведение эмпирически проверяемых следствий из гипотезы служит также важнейшим методом проверки ее соответствия действительности, т. е. ее истинности. Во всех этих и подобных им случаях гипотеза выступает уже в иной роли, а именно: в качестве исходной посылки некоторого правдоподобного, или гипотетического, рассуждения.

4.2.1. Гипотетические рассуждения

Гипотетическими называют рассуждения пли умозаключения, которые делаются из некоторых гипотез или предположений. Посылками

такого рассуждения могут быть гипотезы в собственном смысле этого слова, т. е. суждения, которые могут оказаться как истинными, так и ложными. Нередко в качестве посылок берутся суждения, противоречащие фактам или существующим мнениям. Термин «гипотеза» употребляется здесь в весьма широком смысле, обозначая любое предположение: в случае обычных гипотез истинное значение посылок остается неопределенным. Однако мы можем использовать в качестве посылок и суждения, заведомо противоречащие фактам и установившимся мнениям, и на этой основе делать некоторые логические выводы.

Наибольшее значение в научном исследовании имеют, конечно, рассуждения, посылками которых служат гипотезы в собственном смысле слова. Именно они дают возможность проверять наши обобщения, догадки и предположения по сопоставлению их следствий с результатами эмпирических наблюдений, а также экспериментов.

Такого рода рассуждения в литературе по логике принято называть гипотетико-дедуктивными, хотя дедуктивный характер вывода присущ и умозаключениям, в которых в качестве посылок используются суждения, противоречащие фактам или установившимся мнениям.

Существенное различие между рассуждениями, в которых мы делаем заключение из эмпирических данных, и гипотетическими выводами состоит в том, что в первом случае мы опираемся на суждения о точно установленных фактах, во втором — выводим следствия из гипотез.

Связь между посылками и гипотезой в эмпирическом исследовании всегда имеет вероятностный характер, так как опыт дает нам сведения о конечном числе фактов и случаев, заключение же гипотезы чаще всего относится к бесконечному числу фактов или случаев. Наиболее типичные примеры таких рассуждений встречаются в индуктивных обобщениях.

В гипотетических рассуждениях значение посылок является или неизвестным или заведомо противоречит фактам. Само же рассуждение является типично дедуктивным.

Однако проблематический характер посылок делает заключение также проблематическим. Такого рода рассуждения имеют значение постольку, поскольку из их посылок по логическим правилам дедукции можно получать однозначные следствия и по ним судить о характере самих посылок.

Гипотетические рассуждения применяются так же давно, как и обычные, так называемые категорические, но логический анализ их стал проводиться лишь в античную эпоху. Древние греки прибегали к таким рассуждениям и о науке, и в политических дискуссиях, и судебных спорах, а нередко и в повседневных делах. По-видимому, в первое время рассуждения с гипотетическими или противоречащими фактам посылками были неотъемлемой частью античной диалектики. Хорошо известно, что под диалектикой и Древней Греции понималось искусство ведения спора, полемики, беседы. В ходе такого спора каждый из участников стремился обнаружить противоречия в рассуждениях своего оппонента. Это можно было сделать посредством выведения следствий из принятых предположений, мнений или убеждений и последующего их сопоставления с реальными фактами или твердо установленными знаниями. Большое число конкретных примеров таких диалектических рассуждений можно обнаружить у Платона, который сам много заимствовал у своего учителя Сократа. Не случайно поэтому рассуждения, основанные на такой диалектике, иногда называют сократическими. До Сократа гипотетические рассуждения высоко ценились Зеноном и элеатами. В своих знаменитых апориях Зенон использует их как важный прием аргументации, вероятно, пифагорейцам принадлежит заслуга введения в математику такого плодотворного приема гипотетического рассуждения, как доказательство некоторого положения посредством сведения к нелепости его отрицания (reductio ad absurdum). Считается, что именно с помощью этого приема пифагорейцы доказали теорему о несоизмеримости диагонали квадрата с его стороной, принятой за единицу.