Русские и английские лингвистические терминозаимствования в ингушском языке и в лингвистическом дискурсе (стр. 4 )

Немотивированный термин характеризуется скрытой внутренней формой. К группе немотивированных терминов могут быть причислены заимствованные термины и кальки: префикс, аффикс, морфем, предложении. Проследить связь с внутренним значением заимствованных иноязычных слов не представляется возможным без специального знания этимологической характеристики той или иной единицы.

В ингушском лингвистическом дискурсе представлены разнообразные по своему формально-структурному типу виды терминологических дублетов:

– монолексемные – двухкомпонентные полилексемные термины-дублеты;

– многокомпонентные полилексемные термины-дублеты;

– триплеты;

– словообразовательные синонимы;

– термины-дублеты исконного и иноязычного происхождении;

– устаревшие/вновь созданные (неологичные) термины-дублеты.

Структура терминологических дублетов варьируется от однословных терминов исконного и иноязычного происхождения до двух и более компонентных полилексемных терминообразований. Приведем примеры:

– заимствованные дублеты: языкознани (отсечение конечной флексии) – лингвистика (сохранение формы);

– гибридные дублеты: аффикс – чаккхе, графика – йоазув, префикс – дешхьалхе, словосочетани – дешайхоттам.

Полилексемные двухкомпонентные гибридные термины-дублеты с общим препозитивным терминоэлементом: латерален оаз – оаг1оняьра оаз (боковой звук, lateral sound), айтаяьнна единица – цхьанкхийтта дош (фразеологическая единица, phraseological unit).

В ингушской терминологии встречаются термины-дублеты с различной частеречной принадлежностью и структурно-морфологической характеристикой: диссимиляци – оаз тараластар; деепричасти – хандеша дера куца форма, полисеми – дукха ма1ан деший хилар, деепричастный оборот – хандеша дера куца форман корчам.

Что касается словообразовательной синонимии, то к ним можно отнести дублеты, образованные посредством префиксального способа и словосложения: т1аийца дош – х1аийца дош (заимствования) – первый компонент в терминосочетаниях – формы причастия, образованные от глагола ийца путём добавления префикса т1а, х1а; къайла – т1акъайла дешадакъа (закрытый слог) – причастие + префикс т1а; белгалдош – белгалц1и (прилагательное) сложение двух слов – усечённое белгал от сущ. белгало (признак) + дош (слово), ц1и (имя).

В данной терминосистеме есть и устаревшие термины: единство – цхьоале (устар.), цхьоаг1о (неологизм); слог – йист (устар.), дешадакъа (неол.); кавычки – раф1а (устар.), къовларгаш (неол.). В ингушской терминологии устаревшие варианты терминов сегодня не функционируются, но они закреплены в первых научных текстах, появившиеся в 20-е-30-е гг.

На примере терминов-дублетов выяснилось, что терминологии в целом не чужды системные связи. Здесь же обнаруживается разнообразие антонимических оппозиций. Антонимией в терминологии считается противопоставление, оппозиция единиц, основывающееся на определённом родовидовом, партитивном принципе или ярко выраженном семантическом признаке: оценочном, пространственном, динамичном, отрицательном, положительном, обозначенные различной частеречной характеристикой.

Как пишет , принцип пользования терминологией «весьма оригинален»: зачастую практически невозможно договориться о хотя бы приблизительном их общем понимании, что способствует появлению новых понятий и новых терминов [Прохров, 2008, с. 89]. К примеру, весьма сложно разграничить понятия термин и номен.

В исконно ингушской лингвистической терминологии существует, а в дискурсе фигурирует определённое количество номенов. К примеру, термин язык в терминологии практически каждого языка характеризуется многозначностью и развитием обширных полисемических связей. В ингушской терминолексике язык (мотт) обладает способностью взаимодействовать как с единицами терминополя, так и с номенклатурными знаками, также являющиеся составными элементами единой терминологической системы. В силу своей полисемичной природы, термин мотт (язык) образует родовидовой ряд, в котором содержатся термины, выражающие научные обобщённые дефиниции и номенклатурные знаки, называющие определённые предметы: г1алг1ай мотт (ингушский язык), литературан мотт (литературный язык), агглютинацен мотт (агглютинативный язык), флективан мотт (флективный язык), иберийско-кавказер мотт (иберийско-кавказский язык). В этом ряду номен г1алг1ай мотт (ингушский язык), обозначающий название конкретного языка – литературный агглютинативно-флективный язык, относящийся к иберийско-кавказской семьи, к нахско-дагестанской группе, является гиперонимом по отношению к другим компонентам данной гипонимической цепочки, определяемые между собой как согипонимы.

Заимствования, пополняющие состав ингушской лингвистической терминосистемы, различаются как генетическими и этимологическими, так и структурно-языковыми и когнитивно-содержательными характеристиками. В дописьменный период в качестве источников заимствований выступают арабский, осетинский, грузинский язык и тюркские языки; заимствования из языков Западной Европы представлены, в основном, русским языком. В письменный период в качестве источников заимствований лингвистической терминологии преобладают русский и английский языки; среди общенаучной и специальной терминологии имеется значительное число интернационализмов.

Значительный по объёму корпус лингвистической терминологии образует терминологический материал, пришедший в ингушский язык через русский язык, который выступает и качестве языка-источника терминозаимствований, и в качестве языка-трансмиттера. Вторым по численности заимствований является английский язык, заимствования из которого поступают в ингушский язык, как правило, через русский язык.

В современном ингушском языке представлен значительный по объему и разнообразный по источникам корпус заимствованных лингвистических терминов, по-разному и в разной степени подвергнувшихся ассимиляции.

Процесс формирования лингвистической терминологии ингушского языка является в определенном смысле управляемым, поскольку зачастую термины появляются в результате их сознательной разработки или заимствования лингвистами, в том числе специалистами-терминологами, а также педагогами – преподавателями высшей школы.

Как показало изучение системно-языковых характеристик заимствованной лингвистической терминологии, для номинации вновь вводимого в научный или научно-учебный дискурс лингвистического понятия в ингушском языке используется значительное число лексических единиц разных частей речи, которые могут быть как простыми, так и сложными и композитными формами. Подавляющее большинство заимствованных русских терминов, используемых, в том числе, для описания понятий морфологии, составляют слова, представляющие собой либо буквальный перевод с русского языка на ингушский, либо лексико-словообразовательную кальку, т. е. единицу, образованную по модели русского языка, но с помощью его собственных словообразовательных средств. К ним относятся, к примеру: дошкхоллар – словопроизводство (букв.: кхоллар – образование, создание; дош – слово); дошхувцар – словоизменение; хувцар – изменение; хоттарг – союз (букв. хотта – соединить + инг. суф. рг); дакъилг – частица (букв. дакъа – часть + инг. суф. илг).

Зачастую именно иноязычный термин успешнее закрепляется в языке и чаще реализуется в речи. Так, например: форма вместо исконного кеп, тире вместо такилг.

Приведем примеры:

«Ло1аме форма дукхален таьрахье лелаш хул» [Ахриева и др., 1997, с. 136];

«Йоазув деча хана юкъейоалаяь предложенеш хьакъоастаю е запятойшца, е тиреца, е къовларгашца» [Оздоев и др., 2000. с. 109].

Ингушская лингвистическая терминология в целом сформирована по примеру и подобию русской, выступившей в качестве образца, или когнитивной модели. Стабильно значительное влияние русского языка на становление и развитие ингушской лингвистической терминосистемы подтверждает множественность заимствованных русизмов и терминов, внедрённых в обиход ИЯ посредством русского. Русский язык выступает в функции языка-донора, языка-реципиента и языка-посредника, предоставляющего ингушскому языку и собственные языковые единицы и иностранные языковые единицы и формы, перешедшие в русский язык из других языков.

В состав системы ингушских лингвистических терминов посредством прямого контакта вошли русизмы и некоторые англицизмы. Большинство же англоязычных лингвистических терминов появилось в ингушском языке опосредованно, т. е. через русскоязычные письменные издания.

Русизмам, в силу общей с ингушским языком графики, в целом не понадобилось графическое освоение. В основном, это термины общенаучного характера, используемые лингвистами, и специальные лингвистические термины, которые в большинстве случаев сохранили свою языковую фонетико-структурную форму. Это, например залог, слог, говор, советизм, кириллица, единица, разряд, приём, форма, термин. Однако зафиксированы и русизмы, которые полностью сохранили основу и значение, но утратили суффиксальную морфему: предложени (предложение), языкознани (языкознание), причасти (причастие), деепричасти (деепричастие), придыхани (придыхание), подлежащи (подлежащее), сказуеми (сказуемое), сочетани (сочетание), спряжени (спряжение), выражени (выражение), явлени – явление, запятой (запятая). В отличие от русизмов, англицизмы, заимствованные через русский язык, подверглись двойной ассимиляции. Тем не менее, многие термины-англицизмы сохранили свою структурную форму: сленг, тон, резонатор, ритм, тембр, темп, актив, пассив, аспект, форма, термин. Другие, как и некоторые русизмы, утратили суффиксальную морфему, появившуюся в русском: оппозици (оппозиция), позици (позиция), интонаци (интонация), категори (категория), функци (функция), конструкци (конструкция), редупликаци (редупликация). Интересно, что заимствования, восходящие к устному способу заимствований, носителями ингушского языка воспринимаются как исконные.