Дело ИЗЖИ против Турции (стр. 4 )

39. Комитет против пыток ООН, сорок пятая сессия, 1 — 19 ноября 2010 г., Рассмотрение докладов, представленных государствами-участниками согласно статье 19 Конвенции, параграф 13 Заключительных замечаний Комитета против пыток, Турция, документ Комитета против пыток CAT/C/TUR/CO/3 от 20 января 2011 г.:

“13. Принимая к сведению подтверждение представителем государства-участника случаев чрезмерного применения силы сотрудниками правоохранительных органов, а также информацию о принятых мерах по искоренению подобной практики, включая введение порядка проставления на касках полицейских во время демонстраций идентификационных номеров, Комитет, тем не менее, по-прежнему обеспокоен сообщениями об увеличении количества случаев чрезмерного применения силы сотрудниками полиции и жестокого обращения с демонстрантами вне официальных мест содержания под стражей. (...)”

Государству-участнику следует незамедлительно принять эффективные меры с целью прекращения чрезмерного применения силы сотрудниками правоохранительных органов и жестокого обращения с их стороны. В частности, государству-участнику следует:

(a) Обеспечить, чтобы внутренние законы, правила применения силы и стандартные оперативные процедуры, связанные с поддержанием общественного порядка и недопущением массовых беспорядков, находились в полном соответствии с Основными принципами применения силы и огнестрельного оружия должностными лицами по поддержанию правопорядка, в частности с положением о том, что применение силы со смертельным исходом может иметь место лишь тогда, когда оно абсолютно неизбежно для защиты жизни (Принципы, пункт 9)”

40. Европейский Комитет по предотвращению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания (ЕКПП) выразил свою обеспокоенность по поводу применения подобных газов в правоохранительных целях. ЕКПП полагает, что:

“... Перечный газ является потенциально опасным веществом, и его не следует применять в замкнутом пространстве. Даже в отношении использования данного газа на открытом пространстве ЕКПП имеет существенные оговорки; если его применение исключительно необходимо, необходимы четко определенные меры безопасности. Например, людям, которые оказались под воздействием перечного газа, должен быть обеспечен немедленный доступ к квалифицированной медицинской помощи и антидоту. Перечный газ не должен применяться против задержанного, который уже находится под контролем (документ Комитета CPT/Inf (2009) 25)”

41. В своих докладах, приуроченных к визитам в государства-участники Совета Европы, ЕКПП сделал следующие рекомендации:

“... [A] должна быть составлена четкая директива, регулирующая применение перечного газа, которая должна включать в себя как минимум следующее:

- четкие инструкции относительно того, когда может быть использован перечный газ, в которых должен быть однозначно выражен запрет на использование перечного газа в замкнутом пространстве;

- право задержанных, подверженных воздействию перечного газа, на немедленный доступ к квалифицированной медицинской помощи и на получение помощи для облегчения симптомов воздействия газа;

- информацию о квалификации, пройденном обучении и специальных навыках, необходимых представителям власти, которые обладают правом использовать перечный газ;

- адекватный механизм проверки и получения сообщений об использовании перечного газа...” (см., кроме прочего, документ Комитета CPT/Inf (2009) 8)”.

42. В промежуточном отчете по Турции (документ Европейской комиссии {COM (2005) 561 final}) Европейская комиссия в отношении демонстрации, которая является предметом рассмотрения Суда в рамках настоящего дела, заявила следующее:

“Что касается свободы мирных собраний, учитывая, что демонстрации подвергаются меньшим ограничениям, чем в прошлом, некоторые инциденты вызывают беспокойство. В частности, информация о жестокости служб безопасности в контексте демонстраций и сообщения для прессы, зачитанного негосударственной организацией на улице.

6 марта 2005 г. в Стамбуле в ходе демонстрации, приуроченной к международному Женскому дню, полиция допустила вмешательство в данное публичное мероприятие, и при этом прибегала к непропорциональному применению физической силы, используя слезоточивый газ и полицейские дубинки, и нанесла телесные повреждения некоторому количеству демонстрантов. Правительство достаточно быстро заявило о неприемлемости подобного поведения со стороны полиции. После инцидента Министерство внутренних дел разжаловало и оштрафовало 6 сотрудников полиции и сделало выговор 3 вышестоящим чиновникам. На данный момент ведется судебное следствие, инициированное Прокуратурой Стамбула.

...”

ПРАВО

I. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 3 КОНВЕНЦИИ

43. Заявительница жалуется, ссылаясь на статью 3 Конвенции, что сотрудники полиции избили ее, распыляли на нее различные газы, а также оскорбляли, использую непристойную брань. Она также жалуется, что подобные нападения в Турции оставались безнаказанными и не вызывали серьезных последствий для сотрудников полиции. Статья 3 конвенции устанавливает следующее:

“Никто не должен подвергаться пыткам или жестокому и унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.”

44. Государство-ответчик оспорило данный аргумент.

A. Приемлемость

45. Государство-ответчик утверждает, что заявительница не исчерпала доступные внутригосударственные средства правовой защиты, как то предписывает статья 35 § 1 Конвенции. В этом отношении власти пояснили, что заявительница не обращалась по существу данной жалобы к внутригосударственным властям, и что уголовное производство по обвинениям, выдвинутым против сотрудников полиции, на действия которых жалуется заявительница, еще не завершено. Власти также утверждают, что заявительница не обращалась с требованиями о компенсации на национальном уровне, что предусмотрено статьей 125 Конституции Республики.

46. Суд установил, что заявительница не только несколько раз обращалась по существу рассматриваемой жалобы ко внутригосударственным властям, но также прямо ссылалась на свои права, гарантированные Конвенцией (см. выше параграфы 16, 18 и 21). Суд также установил, что уголовное производство в отношении указанных сотрудников полиции было прекращено 8 сентября 2011 г. (см. выше параграф 26). Следовательно, Суд отклоняет возражения государства-ответчика в этой части.

47. Что касается возражения государства-ответчика по поводу компенсации, Суд повторяет, что уже рассматривал и отклонял подобные возражения в аналогичных делах (см. из числа недавно вынесенных постановлений, дела Али Гюнеш против Турции (Ali Güneş v. Turkey), № 000/07, § 32, постановление от 10 апреля 2012 г.; Пекаслан и другие против Турции (Pekaslan and Others v. Turkey) № 000/06 и 5684/06, § 47, постановление от 20 марта 2012 г.). Суд не усматривает никаких особых обстоятельств в рассматриваемом деле, которые требовали бы отступления от правовых принципов и решений Суда в вышеуказанных делах. Соответственно, Суд отклоняет возражение государства-ответчика относительно требования компенсации.

48. Суд отмечает, что настоящая жалоба не является явно необоснованной в значении статьи 35 § 3 (a) Конвенции. Суд далее отмечает, что жалоба не является неприемлемой по каким-либо другим основаниям. Следовательно, ее следует считать приемлемой.

B. Существо дела

49. Заявительница утверждает, что празднования носили мирный характер, и что вмешательство полиции в тот момент, когда люди начали уже расходиться, было безосновательным. После вмешательства полиции демонстранты начали убегать и не нападали на сотрудников полиции. Тем не менее, сотрудники полиции жестоко напали на демонстрантов и распылили на них чрезмерное количество слезоточивого газа. Заявительница уточнила, что на разных частях видеозаписей видно, как она старается покинуть место событий.

50. Заявительница утверждает, что медицинское заключение, сделанное в результате ее обследования после рассматриваемого инцидента, которое служило частью доказательственного материала в ходе судебного производства в отношении сотрудников полиции, подтверждает ее жалобы на дурное обращение. Она получила не только телесные повреждения, но и была в результате дурного обращения травмирована психологически.

51. Государство-ответчик утверждает, что фактические обстоятельства рассматриваемого дела не составляют нарушения статьи 3 Конвенции. Сотрудники полиции предупредили протестующих о том, что последние будут задержаны, если продолжат сопротивление. И те протестующие, которые продолжили сопротивление, были задержаны без чрезмерного применения силы.

52. Ссылаясь на некоторые постановления Суда, касающиеся применения силы сотрудниками правоохранительных органов, государство-ответчик заявило, что применение силы сотрудниками полиции в рассматриваемом случае находилось в рамках внутригосударственного законодательства и не было чрезмерным. Далее власти утверждают, что поскольку применение силы было пропорционально цели охраны общественного порядка, оно не составило нарушения статьи 3 Конвенции.

53. Так как прокуратура Стамбула открыла уголовное производство в отношении указанных сотрудников полиции и представила в Уголовный суд Стамбула первой инстанции соответствующее обвинительное заключение, инициировавшее судебное производство по делу, власти государства-ответчика не нарушили статью 3 Конвенции в ее процессуальной части.

54. Суд повторяет, что запрет на применение пыток и бесчеловечного и унижающего достоинства обращения и наказания является абсолютным. Действительно, в соответствии с прецедентным правом Суда, статья 3 не запрещает использование силы для осуществления задержания властями. Тем не менее, подобная сила может быть использована только тогда, когда она необходима, и ни в коем случае не должна быть чрезмерной (см. дело Иван Васильев против Болгарии (Ivan Vasilev v. Bulgaria), № 000/99, § 63, постановление от 12 апреля 2007 г., а также иные дела, на которые ссылается указанный прецедент).

55. Более того, обращение к физической силе в отношении лица, которое само своими действиями не создало такую необходимость, само по себе является нарушением прав, гарантированных статьей 3 Конвенции. В этом отношении Суд повторяет, что неоспоримые трудности, присущие борьбе с преступностью, не могут оправдать наложение ограничений на защиту телесной неприкосновенности человека (см. дело Рибич против Австрии (Ribitsch v. Austria), постановление от 4 декабря 1995 г., Серия А № 000 и другие дела, приводимые в указанном прецеденте).