Тейлор Фредерик Уинслоу (стр. 5 )

Становление субъектности трудовой практики - закономерный процесс и закономерный промежуточный итог нарастания свободы человечества во взаимоотношениях с природой, в практической преобразующей деятельности. Изначально субъектом такой деятельности был “перво-бытный коллектив” как целое, а лучше сказать - родо-племенная общность. Отдельные люди (как особи) были участниками, но не были субъектами практической деятельности. А в итоге развития стали и участниками, и субъектами практической деятельности. Но стали её участниками уже не в качестве органов общественно-тру-дового тела первобытного коллектива, а в качестве индивидуальных, относительно обособленных носителей общественных функций в рамках качественно иной общественной практики (преобразовательной деятельности).

Исходно труд отдельных людей был соединён родо-племенной (“естественной”) общностью, и эта соединённость была и первичным, организующим началом, и единственной формой трудовой деятельности. С формированием многосубъектности трудовой практики (когда отдельные люди стали её субъектами) характер общественной связи в процессе труда качественно переменился. Люди постепенно сделались индивидуальными носителями тех или иных общественных функций в практической сфере. Благодаря этому и вследствие этого люди оказались участниками общественно разделённого и общественно скоординированного (обобществлённого, кооперированного) труда. Способ, которым достигается скоординированность (обобществлённость) труда в общественных масштабах, называется обменом деятельностью (См. Обмен деятельностью). А труд, обобществлённый в масштабах общества на основе обмена деятельностью, называется общественно-организованным трудом.

Современная теория общественно-организован-ного труда основывается на фундаментальных теоретических разработках выдающегося русского философа Юрия Николаевича Давыдова, представленных в его книге “Труд и свобода” (М.: Изд. “Высшая школа”. 1962). глубже и полнее других рассмотрел процесс формирования свободы в увязке с историческим развитием преобразовательной деятельности человечества и её общественных форм, а также соотношения свободы общества в целом (как бы “внешней” для отдельного человека свободы) и “распределения” свободы внутри общества (“внут-ренней”, или конкретизированной для отдельного человека). Он, в частности пишет:

“По отношению к члену первобытного стада (или орды). вряд ли применима характеристика “индивид”. В первобытных коллективах, где каждый член коллектива выступал как своего рода “естественный орган” природно-социального тела, отношение индивида к обществу имело в достаточной мере парадоксальную форму. Здесь характеристиками индивида обладало общество в целом — и ни один из его членов в отдельности.

... Член первобытной “естественной кооперации” вообще не успел еще ощутить своих индивидуальных границ, отличных от родовых. Взятые в отдельности, в обособленности от совместной деятельности, члены этих “естественных коопераций” в общем оставались еще животными. Но суть их общения, их взаимного “обмена деятельностью” состояла в том, что в форме естественного коллектива в целом (в его структуре, функциях и отправлениях) они уже начинали воспроизводить все те черты будущего человеческого индивида. будущего “хомо сапиенс”, которыми они сами, в своей эмпирической действительности еще не обладали. Каждый “естественный коллектив” такого типа представлял собой элементарное, не расчленённое внутри себя тождество индивида и общества.

Эти развитые “естественным коллективом” в целом социальные характеристики как бы кристаллизуются в индивидах в ходе исторического развития становящегося человечества. В процессе этого развития прежний “анонимный” член общины становится “индивидом” именно в той степени, в какой он усваивает и превращает в деятельное содержание собственной “природы” те социальные свойства и способности, которые развил “есте-ственный коллектив” в целом. И вполне понятно, что это усвоение — превращение социальных характеристик коллективного субъекта в деятельные проявления “природы” отдельных индивидов — осуществлялось лишь по мере того, как возникала необходимость в относительно обособленном осуществлении тех или иных функций социальной деятельности отдельными членами “естественных коллективов”. Иными словами, это осуществлялось по мере того, как член “естественного коллектива” приобретал относительно самостоятельный цикл движения внутри последнего и должен был в тех или иных “индивидуальных” случаях выступать перед лицом “внешней природы” как представитель общества в целом, возникала необходимость, нужда в том, чтобы он усвоил способ бытия общественного целого, как свою собственную — индивидуальную — форму жизнедеятельности. То, что развило общество в целом (производственные связи его членов, традиции их совместного функционирования, обычаи и пр.) должен был ассимилировать становящийся индивид. И это — по мере того, как для него возникала нужда выступать не в качестве непосредственного естественного органа осуществляемой коллективно деятельности, но в качестве индивидуального носителя той или иной её функции.

Мир “естественного коллектива” должен был стать миром каждого индивида, коль скоро он становился индивидуальным носителем той или иной общественной функции, коль скоро он оказывался “один-на-один” с “внешней природой” уж не как животный “индивид”, но как индивидуум человеческий.

Законы деятельности общественно-трудового тела первобытного коллектива должны были постепенно превращаться в осознанные и принимающие форму целеполагания способы субъективного отношения к действительности. Потребности, вызревающие в лоне общественно-трудового коллектива, должны были принимать в голове индивида форму субъективно ориентированной воли. Объективно существующие способы удовлетворения этих потребностей, заданные уровнем развития этого коллектива, должны были трансформироваться в его голове в виде сознательно формулируемых целей. Эти “цели” в их развёрнутом виде оказывались переводом на язык человеческого сознания законов и способов деятельности общественно-трудового коллектива. Наконец, социальные формы общения, жизненно необходимые для осуществления этих целей, для удовлетворения этих потребностей, “идеализировались” в голове становящегося индивида в виде системы этических мотиваций, нравственных норм. Так, становясь индивидом, человек одновременно становится субъектом — “самосознающим” субъектом” (Указ. соч. Стр. 33 - 35).

К основным положениям современной теории общественно-организованного труда относятся следующие:

Во-первых, современная общественная организованность труда возникла не путём “связывания” друг с другом совершенно разрозненных (атомизированных, диссоциированных) производителей, а путём развития бессубъектных членов родо-племенной общности в индивидуальных субъектных носителей общественных функций. Многосубъектность общественной трудовой практики не существовала изначально, а развилась из родо-пле-менной моносубъектности.

Во-вторых, многосубъектность стала возможной благодаря возникновению обмена деятельностью между субъектами трудовой практики. Обмен деятельностью пришёл на смену связанности трудовых усилий по законам “естественного коллектива”.

В-третьих, обмен деятельностью выделил общественно-организованный труд во всём массиве трудовой деятельности.

В-четвёртых, разные части массива трудовой деятельности не враз, а постепенно, шаг за шагом входили в состав общественно-организованного труда. До поры, до времени те или иные части общего массива труда либо вообще не предназначались для обмена, либо обмен теми или иными видами деятельностью не требовал общественной организованности (обобществления), а потому и не приобретал общественной актуальности (злобо-дневности).

В-пятых, общественная практика (по крайней мере в своей решающей части) стала осуществляться и до сих пор осуществляется в форме общественно-организован-ного труда.

Литература: Труд и свобода. М.: Изд. “Высшая школа” 1962; Ф. Энгельс Роль труда в процессе превращения обезьяны в человека - К. Маркс и Ф. Энгельс Соч. 2-е изд. М.: Госполитиздат. 1961. Том 20; , ТРУД: современная теория и методология. - М.: Изд. РАГС. 2007

ТРУД ОБЩЕСТВЕННЫЙ - 1) деятельность людей, направленная на удовлетворение экономических потребностей общества (См. Потребности экономические). Внутри общественного труда выделяют общественно организованный труд, то есть деятельность, включённую в систему общественного разделения труда и общественной кооперации труда, и труд, направленный на самообслуживание, представляющий собой резерв развития общественного разделения и общественной кооперации труда (См. Труд; Труд общественно-организованный; Обмен деятельностью; Разделение труда; Кооперация труда).

Основная разновидность общественного труда - общественно-организованный труд. Он составляет сущность и доминирующее пространство современного общественного воспроизводства. Важнейшие сферы приложения общественного труда - производство материальных (вещных) благ, обслуживание потребителей, духовное производство, домашнее (семейное) хозяйство. Если использовать современные классификации экономической деятельности, то к общественному труду правомерно относить весь так называемый реальный сектор экономики и весь сектор виртуальной (фиктивно-рыночной) экономики.

Развитие производительных сил и общественных отношений приводит к существенным изменениям в структуре общественного труда. Возрастает общественное и экономическое значение труда за пределами производства материальных благ, в первую очередь научного, интеллектуального, обучающего (просветительского и образовательного) труда. Уменьшается объём затрат труда в домашнем хозяйстве. Перестраивается структура трудовых затрат в материальном производстве: сокращается доля ручного, тяжелого, нетворческого и отупляющего труда, возрастает доля квалифицированного, развивающего и творческого труда. Особенно большие изменения и структуре общественного труда происходят в ходе научно-технической революции (см. Научно-техническая революция; Труд);

2) характеристика одного из свойств труда, заключающегося в неразрывной связи целесообразной деятельности людей с общественной формой бытия человечества. “...Раз люди так или иначе работают друг на друга, их труд получает тем самым общественную форму” ( см. и Соч.. 2 изд., М.: т. 23. с. 81).