Отношение подростка к учебе (стр. 8 )

11. 5. Образовательные планы подростков

При рассмотрении образовательных планов учащихся после окончания школы мы коснемся трех аспектов. Первый из них связан непосредственно с тем типом образования, который наиболее соответствует жизненным планам подростков (основное общее образование, полное среднее, ПТУ, техникум, институт). Второй касается анализа значимости тех или иных причин, по которым школьники хотят продолжить свое образование, а также тех факторов, которые снижают их желание учиться после окончания школы. Иными словами, это вопросы о «стимулах» и «барьерах», влияющих на получение образования. Третий аспект связан с влиянием гендерных, возрастных и социально-стратификационных факторов на образовательные планы.

В ходе исследования мы предлагали респондентам специальный вопрос о том уровне образования, который они считают наиболее соответствующим их жизненным планам. Следует отметить, что схожий вопрос задавался нами и при опросе 1992 г. Ответы школьников по опросам 1992 и 2002 гг. представлены в таблице 11.6.

Таблица 11.6. Распределение ответов учащихся на вопрос о желаемом уровне и типе образования по опросам 1992 и 2002 гг. (%)

Уровень и тип образования	1991 N=1162	2002 г. N=2983	P=
9 классов	-	3,0	—
11 классов	5,4	7,8	.001
ПТУ	1,9	0,9	.01
Техникум, колледж	15,7	8,5	.00001
Институт, университет	67,2	66,0	—
Я еще не определился	10,6	10,6	—
Я об этом не задумывался	-	3,2	—

Приведенные данные показывают, что по сравнению с 1991-м в 2002-м году достаточно заметно увеличилось число тех подростков, которые считают достаточным для себя получение полного среднего образования (11 классов). В то же время явно снизилась ориентация на начальное (ПТУ) и среднее профессиональное образование (техникум, колледж). При этом характерно, что в отношении получения высшего профессионального образования каких-либо существенных различий между ответами учащихся в 1991 и 2002 гг. не произошло. В этой связи следует заметить, что в таблице приведены общие средние данные по двум опросам. Если же мы обратимся к сопоставительному анализу возрастной динамики по этим двум опросам, то картина оказывается более сложной. В качестве примера рассмотрим характер возрастных изменений ответов относительно двух типов образования: среднего профессионального и высшего (см. рисунок 11.9).

Вуз

Техникум

Рисунок 11.9. Возрастная динамика ориентаций учащихся на получение среднего и высшего профессионального образования по опросам 1991 и 2002 гг. (%)

Как мы видим, основные различия в опросах 1991 и 2002 гг. относительно динамики изменения ориентаций подростков на получение разных типов профессионального образования проявляются на возрастном рубеже, соответствующем точке фуркации, когда завершается основное школьное образование (9-й класс). Так, если в 1991 г. после окончания 9-го класса на этапе поступления в старшее звено школы последовательно увеличивалось число подростков, ориентированных на получение среднего профессионального образования, то в 2002 г. динамика прямо противоположна. В результате в 11-м классе доля тех, кто хотел бы получить среднее профессиональное образование, в 2002 году сократилась по сравнению с 1991 г. в 10 раз. Иными словами, в настоящее время обучение в старшем звене школы предполагает преимущественную ориентацию учащихся на получение в дальнейшем высшего образования. Это различие в динамике ориентаций на получение высшего профессионального образования отчетливо видно на рисунке. Таким образом, если в начале 90-х годов обучение в старшей школе предполагало многовариативные возможности выбора дальнейших образовательных траекторий получения профессионального образования, то сегодня обучение в старшей школе (мы обсуждаем лишь ситуацию мегаполиса) все более однозначно ориентирует подростка на получение высшего образования. На наш взгляд, в данном случае мы имеет дело с существенной трансформацией старшего звена школьного образования, явным изменением его социального смысла.

Обсуждая приведенные данные, важно иметь в виду, что на выбор подростком уровня образования оказывают влияние социально-страфикационные факторы. При этом весьма значимую роль оказывает здесь образовательный статус семьи. Так, например, в опросе 1991 г. среди учащихся с высшим образованием отца были сориентированы на получение высшего образования 77,7% подростков, а со средним — 53,4% (соответственно, с высшим и средним образованием матери: 75,0% и 47,4%). Практически та же тенденция проявляется и в опросе 2002 г.: среди подростков с высшим образованием обоих родителей ориентированы на получение высшего образования 76,0%, а со средним — 54,7%. Иными словами, у подростков с высшим образованием родителей явно проявляется тенденция к воспроизводству образовательного статуса семьи, и параллельно среди детей из низкообразованных страт отчетливо прослеживается ориентация на восходящую образовательную мобильность (Сорокин, 1992).

В то же время было бы неверно ограничиться лишь констатаций изменений образовательных планов только в связи с влиянием социально-стратификационных факторов. Дело в том, что в старшем звене школы достаточно явно изменяется и сам социальный состав учащихся. Так, если в 7-м классе доля детей, у которых оба родителя имеют высшее образование, составляет 40,2%, то в 11-м таких 46,3% (р=.02). Таким образом, меняются не только ориентации сами по себе, но действует реальный механизм социального отбора, который встроен в институциональную образовательную систему. И как результат действия этого механизма сегодня старшее звено школы по социальному составу учащихся весьма существенно отличается от основной школы. Именно усилением действия механизма социальной дифференциации при переходе в старшее звено школы можно объяснить столь кардинальные изменения ориентаций учащихся на получение высшего образования на этапе получения ими полного среднего образования по сравнению с началом 90-х годов (см. рисунок 11.9).

Приведем и противоположный пример, который касается влияния низкого социального статуса семьи на планы подростков, связанные с получением среднего профессионального образования (см. рисунок 11.10).

Рисунок 11.10. Ориентации подростков из разных социальных страт на получение среднего профессионального образования (%)

Как видно из рисунка, дети из семей как с более низким уровнем образования родителей, так и с более низким материальным статусом семьи чаще считают, что их жизненным планам соответствует получение среднего образования (техникум, колледж).

Заметим, что, как правило, анализ образовательных планов ограничивается рассмотрением влияния образовательного уровня родителей и влиянием материального положения семьи. Однако полученные нами данные позволяют выявить важную роль и еще одного фактора — состава семьи (в данном случае имеется в виду полнота/неполнота семьи. Характерно, что влияние этого фактора проявляется только среди юношей. Так, если среди тех одиннадцатиклассников, чьи родители состоят в браке, 81,8% планируют поступать в вузы, то среди юношей, у которых родители в разводе или вообще не состоят в браке, подобные установки проявляются значительно реже, соответственно: 63,3% и 43,7% (р=.0003). Важно добавить, что среди юношей, воспитывающихся в семьях, в которых родители не состоят в браке, каждый пятый (18,8%) вообще не планирует продолжать свое образование после окончания школы (для сравнения: среди юношей из полных семей таких лишь 5,3%, р=.02). На наш взгляд, эти данные свидетельствуют о том, что не только материальное, но и социальное благополучие семьи оказывает значимое влияние на формирование образовательных планов выпускников школ. В данном случае мы видим, что для матери, воспитывающей сына, оказывается значительно труднее сформировать у него позитивные установки на продолжение образования.

Помимо перечисленных выше собственно социально-стратификационных факторов, не меньший интерес представляют и другие социальные параметры, которые связаны как с позитивными социальными проявлениями подростка (например, его академическая успеваемость), так и с негативными (склонность к поведенческим рискам). Как показывают наши материалы, они играют важную роль в самоопределении по поводу образовательных планов. Так, среди учащихся с высоким уровнем академической успеваемости («отличников») на получение высшего образования ориентировано 85,6%, среди «хорошистов» — 79,4%, а среди «троечников» — 54,8%. В то же время на получение среднего профессионального образования ориентированы 12,1% «троечников», 4,5% «хорошистов» и не один из опрошенных нами «отличников».

Следует добавить, что школьники, склонные к девиантым формам поведения (курение, употребление алкоголя, наркотиков) гораздо чаще считают, что их жизненным планам соответствует уровень среднего профессионального образования (техникум, колледж). Так, среди курящих таких 11,0%, среди употребляющих алкоголь 15,7%, среди употребляющих наркотики 21,2%, а среди тех, кто не склонен к подобным поведенческим рискам, — 7,7% (различия с девиантами статистически значимы на уровне.01 и ниже). Таким образом, мы видим, что образовательные институты, реализующие программы средней профессиональной подготовки в отличие от вузов ориентированы не только на набор учащихся из более слабых социальных страт, но туда гораздо чаще готовы поступать подростки как с более низкой академической успеваемостью, так и склонные к поведенческим рискам. В этой связи система среднего профессионального образования (а тем более начального) требует разработки специальных социальных программ по работе не столько с «трудными» подростками, но и с иной возрастной категорией — «трудными юношами и девушками». Сегодня эти образовательные учреждения становятся особыми социальными «зонами риска».