Они совершенно индивидуальны, как и мы. Зная об их предназначении и отображая их изображения дома, мы смотрим на них и видим грусть в глазах.(В Буддистских изображениях взгляд потуплен, глаза смотрят в другую сторону ;в Египте-взгляд смотрит ха горизонт, в вечность. Римляне смотрят прямо на художника, как и у нас).
Самый удобный и доступный вариант для художника-рисовать самого себя. Все, что нужно -зеркало. Захватывающе наблюдать эволюцию автопортретов Рембрандта на протяжении многих десятилетий. Они начались с изображения назального людного а перьями в шляпе. Заносчивый, амбициозный Рембрандт Харменс ван Рейн предупреждал мир не стоять на его пути. Но он становился старше и умнее, и печальнее, и портреты становились мрачными, похожими на Фаюнские. До этого величайшего из художников никто из них не смотрел на себя в зеркале. Он смотрел в лицо смерти.
Прошлой ночью в художественной галерее южной Австралии я открыл ретроспективную выставку работ Роберта Ханнафорда, многие из которых -портреты, включая один вашего покорного слуги(выше). Он был написан на ферме, когда я был болен раком - болезнь, о которой Роберту было хорошо известно. Так что это не самые весёлые работы.(Не то чтобы Роберт был одним из ваших льстецов. Его десятки портретов других людей и самого себя, прежде всего правдивые. В этом смысле он больше Гойи, чем лили-позолотчик).
Но опыт быть нарисованным Робертом был очень забавным. В то время, как многие работают с фотографиями, он требует, чтобы вы позировали. Сидели и сидели. Он усаживает вас на небольшом помосте(плотник из него никакой),ставит свой мольберт рядом с вами, прикрепляет лист, снимает ботинки, отходит на 5 ярдов, пристально смотрит на вас - и начинает. В буквальном смысле. Он делает мазок, всего один, и отходит. Как тореадор с быком на привязи или па-де-де с неподвижным партнером. И это продолжается на протяжении нескольких дней.
№ 000.
История селфи.
Человечество портретами богато.
Мнение: Филип Адамс
На первых селфи были не лица, а пальцы. Отпечатки ладоней на стенах пещер. Два основных подхода: простой отпечаток либо трафарет. Ладонь в краске прикладывали к скале, или, набрав краски в рот, создавали трафарет. «Это я», ну или «Я был». Таким образом, селфи начались с палеолитических ладоней, застывших в аплодисментах своим создателям. Мужчины женщины и дети внесли себя в списки самых древних участников конкурса Арчибальда. [1]
Эти отпечатки, возрастом, как минимум 40000 лет, находят от Альтамирских пещер в Испании, до Кимберли в Западной Австралии. Тысячелетиями позже, грамотные перешли на буквы. Эпистолярные эгоисты исцарапали Коринфийские колонны в Афинах, в Италии, а также и Карнакские, с верхушкой в виде лотоса. Однажды я обнаружил инициалы Байрона, обезобразившие стену небольшого греческого храма. Ему бы следовало быть умнее.
Лица появились позже. Помимо погребальных масок фараонов, самая знаменитая из которых Тутанхамона, вероятно, древнейшими портретами конкретных людей, являются те, что были обнаружены в Фаюме, в дельте Нила (Эль-Фаюм, самый древний город Египта; прим. перев.) У меня есть шесть из нескольких сотен, которые дошли до наших дней. По качеству исполнения от закорючек местного Леюнига,[2] до искусных, ярких портретов людей, которые жили и умерли две тысячи лет назад. Фактически, фото на паспорт для загробной жизни, написанные, чтобы оказаться в могиле. Римляне, вдали от дома, переняли погребальные традиции Египта. Поскольку лица на египетских саркофагах редко были портретами тех, кто лежал внутри - скорее, конвейерное изображение египтян в целом, чем конкретного египтянина – Фаюмцы добавили индивидуальных черт. И они такие же как мы. Лица, которые мы видим на улицах.
Внешне они уникальны, но они как мы. Осведомленные о своем предназначении, и выставленные в доме до дня С – Смерти, изображения смотрят в наши глаза с печалью. (В Буддийском искусстве, потупленные глаза обращены внутрь; в классическом египетском искусстве, взгляд устремлен сквозь горизонт, в вечность. Римские глаза смотрят на художника, и таким образом на нас.)
Самой доступной и усидчивой моделью для художника всегда был он сам. Требуется только зеркало. Поразительно наблюдать за развитием «селфи» Рембрандта с течением времени. Начинаются они с дерзкого юнца с перьями в шляпе. Заносчивый и амбициозный Рембранд Харменсван Рейн, как бы предупреждает Мир не становиться у него на пути. Но по мере того, как он становится старее, мудрее и печальнее, портреты становятся безрадостными, похожими на Фаюмские. Величайший из художников больше не смотрит на себя в зеркало. Он смотрит в лицо смерти.
Прошлым вечером, в Галерее искусств Южной Австралии, я открыл ретроспективную выставку работ Роберта Ханафорда, большинство из которых портреты, в том числе и один портрет вашего покорного слуги. Он был написан на ферме, когда я боролся с раком – заболевание, с которым и Роберт хорошо знаком. Так что это не самый задорный из портретов. (Не то, чтобы Роберт когда-либо льстил. Большинство его портретов, других и самого себя, не скрывают реальности. В этом смысле он, скорее Гойя, чем декоратор.)
И все же позировать для Роберта весело. Сейчас, когда многие портреты пишутся с фотографий, он требует, чтобы вы позировали. Позировали. И позировали. Он усаживает вас на подиум, который сконструировал сам (художник он более талантливый, чем плотник), ставит мольберт рядом, расстилает простыню, раскидывает обувь, отходит на несколько шагов назад, смотрит на вас внимательно, а затем набрасывается на работу! Буквально. Делает мазок, всего один, и снова отходит. Как тореадор с быком на привязи, или танцор с бездвижным партнером. И это длится днями.
№ 000.
История селфи
Богатое портретами человечество
Мнение Филлипа Адамса
На первых автопортретах были изображены не лица, а пальцы. Отпечатки ладоней на стенах пещер, выполненные двумя способами: простой отпечаток или использование трафарета. Ладонь смачивали в краске и прикладывали к камню, либо распыляли вокруг неё пигмент, что и служило трафаретом. «Я существую». Или, по крайней мере, «Я существовал». Таким образом, культ автопортретов зарождается с аплодирующих самих себе ладоней мужчин, женщин и детей Палеолита, вносящих себя в древнейшую историю.
Датируемые сорока тысячью годами назад отпечатки рук были найдены от пещеры Альтамира в Испании до Кимберли в Западной Австралии. Тысячелетия спустя, когда человечество познало письменность, алфавитные эгоисты принялись разрывать плоть коринфских колонн в Афинах, в Италии или увенчанные лотосом колонны в Карнаке. Однажды я увидел инициалы Байрона, обезображивающие небольшой храм на греческом мысе. Ему следовало бы задуматься о сделанном.
Лица же появляются позже. Оставляя в стороне погребальные маски фараонов, наиболее известная из которых – маска Тутанхамона, вероятно, первые известные портреты конкретных людей были найдены в Эль-Файюме, в дельте реки Нил. Мне удалось заполучить шесть из нескольких сотен сохранившихся, варьирующихся по качеству от закорючек местного Леюнига до ярких образов людей, живших и умерших два тысячелетия назад. Эффектные фотографии на паспорт для загробной жизни были сделаны для того, чтобы забрать их с собой в гроб. Римляне, будучи вдалеке от дома, переняли египетские погребальные традиции. В то время как лица на египетских саркофагах реже напоминали индивидуальные портреты обитателей и казались образами, будто сошедшими с конвейера, Эль-Фаюмцы добавили свои характерные особенности. И они такие же, как и мы. Их лица похожи на те, что мы видим в толпе людей.
Они выразительно индивидуальны, но они и есть мы. В глазах образов на портретах, осознающих своё прямое назначение и хранящихся в доме до того самого дня – дня смерти, мы видим грусть. В буддийском искусстве глаза изображаются опущенными, смотрящими внутрь себя; в традиционном египетском искусстве взгляд смотрит за горизонт, в загробный мир. Римляне же устремляют взор на художника, и таким образом, на нас.
Самыми покладистыми и всегда готовыми моделями для художников были сами художники. Все что потребуется – зеркало. Интересно наблюдать за эволюцией автопортретов Рембрандта на протяжении десятилетий. Они начинаются с изображений самоуверенного юнца, носящего перья в шляпе. Высокомерный, амбициозный Рембрандт Харменс ван Рейн предупреждает мир, чтобы тот ушел с его пути. Но с годами он становится старше, мудрее и печальнее, его портреты кажутся мрачными и напоминают эль-фаюмские. Этот величайший из художников не смотрит на себя в зеркало, он смотрит в лицо смерти.
Прошлым вечером в Художественной галерее Южной Австралии я открыл ретроспективную выставку картин Роберта Ханнафорда, многие из которых являются портретами, в том числе вашего покорного слуги (см. выше). Данный портрет был написан на ферме, в то время, когда я боролся с раком – болезнью, которую Роберт знал тоже не понаслышке; поэтому это не самый веселый образ. Не то, чтобы Роберт вам льстил. Десятки портретов других людей, а также самого себя, которые он написал, прежде всего, правдивые. В этом смысле он больше Гойя, чем тот, кто золотит лилии.
И все же позировать Роберту – забавно. В то время как многие пишут по фотографии, он требует, чтобы вы позировали. И позировали. И продолжали позировать. Он опирает вас на помост, сооруженный им самим (в живописи он понимает больше, чем в столярном деле), ставит рядом с вами мольберт, расстилает полотно, скидывает обувь, отходит на пять ярдов назад, пристально смотрит на вас и атакует. Буквально. Делает мазок кистью, всего один, и отступает назад. Как тореадор с привязанным быком или танцор с неподвижной партнёршей. И это продолжается в течение нескольких дней.
№ 000.
История «Селфи»
Человечество богато на автопортреты
МНЕНИЕ: ФИЛИПП АДАМС
Первые «селфи» были вовсе не лица, а пальцы или руки, отпечатанные на скалах пещеры. Существовало два основных подхода к созданию таких «автопортретов»: собственно, сам отпечаток ладони или её трафарет. В первом случае свежевыкрашенную ладонь прикладывали к скале, а во втором – обводили её по контуру большим количеством красителя. Зачем люди это делали? Чтобы сказать: «Вот он я». Точнее, «вот был я». Таким образом, история подобных «автопортретов» начинается в период Палеолита с рисунков наскальных ладоней, как будто аплодирующих самим себе. Мужчины, женщины и дети, кажется, приветствуют друг друга в первобытный мир Арчибальда.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 |
Основные порталы (построено редакторами)