Связь двух соборов с киевской Софией можно проследить на примере не только ряда сходств, но и определенных различий. Площадь Софийского собора в Новгороде вместе с галереями равна площади киевского собора с внутренними галереями. Но внутренние галереи собора в Киеве уже новгородских, поэтому размер основного здания храма в Киеве оказался больше, чем в Новгороде. В Киеве зодчие приравняли высоту собора его длине. В Новгороде собор при меньшей длине здания казался бы очень приземистым, поэтому его высоту сделали равной длине вместе с галереями. В итоге новгородский собор получился с более стройными пропорциями. Таким образом, даже такое существенное различие есть свидетельство одинаковых приёмов, которые использовали зодчие при строительстве. Следует также отметить, что в полоцком соборе имеется дополнительное членение между подкупольным пространством и апсидами – так называемая вима. Эта особенность характерна для константинопольской архитектурной школы и не представлена в облике ни киевской Софии, ни новгородского собора, ни Десятинной церкви.[67]
Некоторые исследователи предпринимали попытки увидеть в облике двух главных соборов Новгорода и Полоцка иные архитектурные традиции. Однако ни романского влияния, ни явно выраженных местных художественных форм в них не обнаружено. Более того, после возведения Софийских соборов в Новгороде и Полоцке монументальное строительство в этих регионах надолго прекратилось, что ещё раз доказывает, что здесь в основном трудились киевские мастера. Очевидно, что отдельная школа местных высококвалифицированных зодчих в обоих городах в это время ещё не сформировалась.[68]
Кроме трёх соборов Святой Софии было осуществлено строительство ещё нескольких зданий в Киеве: Золотых ворот, церквей Ирины и Георгия. Так как точные сведения о годах постройки этих зданий отсутствуют, то нельзя с достаточной уверенностью судить о том, в каком порядке их возводили. Большинство исследователей полагают, что Золотые ворота были сооружены сразу же после киевской Софии, то есть в первой половине 40-х гг. XI века. Церкви Ирины и Георгия были, скорее всего, построены в конце 40-х - начале 50-х годов.[69]
Золотые ворота представляли собой массивную кирпичную башню с широким проездом, ведшим сквозь оборонительный вал Киева. Внутрь проезда выступают мощные пилястры, на которые опирались арки свода. Ворота строили в технике смешанной кладки: слои камней перемежались с выравнивающими рядами плинфы. Декоративные особенности кладки хорошо читаются на лицевой поверхности стен. Венчала Золотые Ворота надвратная церковь Благовещенья. В ходе археологических исследований Ворот были обнаружены кусочки смальты – свидетельство того, что древняя церковь была украшена фресковой росписью и мозаиками.[70]
Конечно, ворота имели военную функцию и были приспособлены к обороне. Но всё же основной их функцией была не военная, а именно идеологическая. Это был парадный въезд на территорию города. Даже сами названия зданий, полностью совпадающие с наименованиями соответствующих памятников Константинополя, должны были свидетельствовать о роли Киева как столицы мощного государства: главный храм города - Софийский, дворцовый храм – Богородицы, главные ворота - Золотые.[71]
Церкви Ирины и Георгия известны только по раскопанным фрагментам их фундаментов, и поэтому судить об их первоначальном облике можно лишь очень приблизительно. Даже о плановой схеме этих храмов существуют различные предположения. Большинство исследователей считали, что данные церкви представляли собой значительно уменьшенные варианты Софийских соборов, то есть были храмами с пятью нефами без галерей. Однако раскопки фундаментов южной части церкви святого Георгия показали, что фундаменты южного нефа здесь явно менее мощные, чем в центральной части здания. Следовательно, южное крыло являлось галереей, а не нефом. В таком случае храм был трехнефным и шестистолпным, с южной и северной боковыми галереями.[72]
Вероятно, в середине XI века была построена часть дворцовых зданий, расположенных вблизи Десятинной церкви. К середине XI столетия после возведения киевской Софии на Руси развернулась активное строительство. Ещё не вполне ясно, как возводились здания: последовательно одно за другим или же организация зодчих была достаточно мощной, чтобы сразу сооружать несколько объектов. Во всяком случае, к 60-м годам вся строительная деятельность сосредоточилась в одном Киеве.[73]
Период с 60-х годов XI века до начала XII века ознаменовался строительством семи крупных и нескольких более скромных по размеру храмов в Киеве и его ближайших окрестностях. Раньше других был заложен собор Дмитриевского монастыря, в 1070 года - собор Выдубицкого монастыря, 1073 года - Успенский собор Печерского монастыря, а вскоре после него - церковь Бориса и Глеба в Вышгороде. Затем был построен собор Кловского монастыря, в 1086 г. - церковь святого Андрея Янчина монастыря. Около 1106 года возведена надвратная церковь Печерского монастыря, а в 1108 г. заложен собор Михайловского Златоверхого монастыря. В эти же годы построили не упомянутые в летописи, но обнаруженные в ходе раскопок церковь Николы Иорданского, храм в Зарубском монастыре на Днепре и церковь на усадьбе Художественного института.[74] Ряд письменных источников свидетельствует, что в XI веке для возведения довольно крупного здания требовалось около 4-5 лет. Небольшие церкви сооружали быстрее - за 2 - 3 года. Если одновременно учесть такие сроки строительства и количество возведенных сооружений, то станет ясно, что в Киеве непрерывно работала одна строительная артель, последовательно перемещаясь с объекта на объект.[75]
Памятники второй половины XI века изучены очень неполно, потому что большее их количество не сохранилось до наших дней. Кроме собора Кловского монастыря и надвратной церкви Печерского монастыря все остальные вышеперечисленные памятники представляли тип трёхнефного шестистолпного крестовокупольного храма с тремя апсидами. Кладка применялась такая же, как в памятниках первой половины XI века – из плинфы со скрытым рядом и полосами цветных необработанных камней. Неизменной оставалась система декоративного убранства фасада – двухуступчатые ниши и полосы меандра, выложенного из плинфы. Композиционные решения в памятниках второй половины XI века становятся более лаконичными, в интерьере церквей перестают применять внутренние аркады, что упрощает внутренний облик храма. Церкви этого периода по своим плановым схемам довольно близки друг другу. Несмотря на некоторую стандартность решений, зодчие пользовались различными композиционными вариантами.[76]
Таков был путь развития русского зодчества от конца X до начала XII столетия. По мнению дореволюционных историков архитектуры, каменное зодчество Киевской Руси являлось провинциальным вариантом византийского, так как древнейшие памятники Киева были построены греческими мастерами. Более тщательное исследование памятников данной эпохи привело к совершенно иному выводу: памятники Киевской Руси вовсе не идентичны византийским, а в Киеве строили храмы, не имеющие аналогий в Византии. Впоследствии возникла противоположная точка зрения, согласно которой влияние Византии на развитие русской архитектуры было минимальным, а основой развития здесь являлись собственные древние традиции деревянного зодчества. Данная теория также оказалась несостоятельной и была опровергнута в трудах ряда выдающихся отечественных исследователей, таких как Н. Н. Воронин, В. Н. Лазарев, Д. С. Лихачев. Несомненно, что византийские зодчие неоднократно приезжали на Русь и вели здесь строительство.[77]
Причины своеобразия русских памятников – в специфике обстановки строительных работ. Византийские зодчие имели огромный опыт в строительстве культовых зданий, но приехав на Русь, они столкнулись с совершенно иными задачами. Например, в ряде случаев им пришлось сооружать храмы с очень большими хорами, что не было характерно для греческих традиций. Кроме того, в связи с недавним принятием православия возникла потребность в создании целого комплекса больших крещален, которые должны были войти в архитектурный ансамбль храмов. Эти обстоятельства вынуждали византийских зодчих составлять новую, несвойственную Византии плановую схему зданий. Также мастера столкнулись с непривычными строительными материалами.[78]
Таким образом, своеобразие поставленных задач, наличие или отсутствие определенных строительных материалов, местные условия уже на самых первых порах вынуждали искать иные архитектурные решения, приводили к созданию зданий, отличных от тех, которые греческие зодчие создавали у себя на родине. Кроме того, они должны были считаться со вкусами заказчиков, воспитанных в традициях деревянного строительства. В дальнейшем именно данные особенности памятников стали отправными пунктами, на которые ориентировались строители следующих поколений. Хотя зодчество Киевской Руси возникло на базе византийской архитектуры, оно уже на самой ранней стадии имело очень своеобразный характер, а во второй половине XI века выработало собственные традиции и определило свой, отличный от византийского, путь развития.[79]
Почти в течение всего XI века Киев являлся единственным городом Руси, где имелась строительная организация, способная возводить монументальные здания. В Новгороде и Полоцке строительные работы осуществляли те же киевские мастера, так как собственных кадров строителей там еще не существовало. Лишь в конце XI века в Переяславле появилась вторая строительная артель. В это время, сначала по инициативе епископа Ефрема, а позже - князя Владимира Мономаха, здесь развернулось широкое строительство. К сожалению ни один из памятников Переяславля не сохранился до наших дней, они известны лишь по письменным источникам и результатам археологических работ[80]
В Переяславльской земле за сравнительно короткий период было построено не менее девяти монументальных зданий. Уже само количество построек свидетельствует о том, что строительство не могло быть выполнено приезжими киевскими мастерами. Очевидно, что здесь трудилась какая-то другая артель. Также это подтверждается некоторыми особенностями строительной техники, несвойственными архитектурным традициям Киева. Даже типы церквей здесь были иными: в Киеве строились главным образом трёхнефные и шестистолпные храмы, а в Переяславльской земле – бесстолпные или двухстолпные. По качеству строительства и богатству отделки памятники Переяславля не уступали киевским. Богатая отделка выполнялась местными мастерами, о чём свидетельствует найденная при раскопках мастерская по изготовлению смальты для мозаик.[81]
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 8 |
Основные порталы (построено редакторами)