Следовательно, техника и наука, выделившись в обособленные сферы деятельности человека, стали постоянными и неотъемлемыми его спутниками и средствами познания и преобразования природы. На переднем крае борьбы за научно-технический прогресс находятся ученые и инженеры.
Долгий эволюционный путь прошел человек прежде, чем свои познания об окружающем мире сформулировал как его закономерности, опираясь на которые мог делать новые открытия, все более познавать и преобразовывать природу и свою жизнь.
Швейцарский философ и инженер Г. Эйхельберг так образно описывает путь развития общества и научно-технического прогресса, рассмотрев 600 тыс. лет развития человечества как своеобразный марафон цивилизации (рис. 2):
«Представим себе движение человечества в виде марафонского бега на 60 километров, который, где-то начинаясь, идет по направлению к центру одного из наших городов, как к финишу. Большая часть 60-километрового расстояния пролегает по весьма трудному пути – через рощи и девственные леса, – мы об этом ничего не знаем, ибо только в самом конце, на 58-59 километре бега мы находим, наряду с первобытными орудиями, пещерные рисунки как первые признаки культуры, и только на последнем километре пути появляется все больше признаков земледелия. За двести метров до финиша дорога, покрытая каменными плитами, ведет мимо римских укреплений. За сто метров наших бегунов обступают средневековые городские строения.
До финиша остается еще пятьдесят метров: там стоит человек, умными и понимающими глазами следящий за бегом, – это Леонардо да Винчи.
Осталось только десять метров. Они начинаются при свете факелов и скудном освещении маленьких ламп.
Но при броске на последних пяти метрах происходит потрясающее чудо: свет заливает ночную дорогу, повозки без тяглового скота движутся мимо, машины шумят в воздухе, и пораженный бегун ослеплен светом прожекторов фото - и телекорреспондентов…»
Невольно возникает вопрос: когда же на этом пути появляется инженер? На последнем пятиметровом броске или за 50 метров до финиша ? Ведь хорошо известно, что в числе эскизов его изобретений находятся винторезный и печатный станки, маслодельный пресс и автоматическая сваебитная баба. Все эти изобретения позже были повторены другими. А может быть, инженер вышел на мировую арену еще раньше?
Мысль эта неизбежно приходит в голову, когда вспоминаешь о сложнейших сооружениях и поистине гениальных технических творениях, появившихся еще несколько тысячелетий назад в Египте, Вавилоне, Китае, Греции, Риме.
Рис. 2. Марафон цивилизации
Сейчас мы знаем, что самое старинное описание водяного насоса найдено в труде греческого писателя Филона Византийского, жившего более 2 тысяч лет назад. Но и у него описан не первый, а значительно усовершенствованный насос двойного действия.
Гробницы Древнего Египта являются до наших дней образцом строительного мастерства и до сих пор не постигнутой технологии их возведения. «Жалкой попыткой подражания древним», «Карликом-уродцем» называют 20-метровую пирамиду, возведенную японскими учеными и специалистами рядом с пирамидой Хеопса. Главное в этом эксперименте – им не удалось добиться задуманного – раскрыть секреты инженерного мастерства древних. Они не сумели, например, ограничиться лишь силой человеческих рук и орудиями труда, изготовленными по древним образцам, а вынуждены были применить современную технику – тракторы и подъемные краны. При этом копия в 7,5 раза меньше оригинала.
Имена великих ученых и творцов техники прошлого – Архимеда, Витрувия, Ктесибия, Герона навсегда по праву вписаны во все учебники по истории техники. Вспомним, например, некоторые творения выдающегося физика и техника древности Герона Александрийского, создавшего множество разнообразных автоматически действующих механических устройств: сифон для автоматического открывания дверей храма, эолинил – прибор, явившийся прообразом паровой турбины, годометр – устройство для автоматического отсчета пройденного экипажем пути, автомат для продажи «священной воды» и др.
Итак, не за 5 или 50 метров до финиша, а за 200-400, а то и раньше на пути «бегущего» вперед человечества встречаются отдельные гениальные инженерные находки, решения, системы. И все же об инженерах в далеком прошлом можно говорить лишь условно.
Само слово «инженер» латинского происхождения. Ф. А. Брокгауз и И. А. Ефрон в своем энциклопедическом словаре утверждают, что этим словом первоначально называли человека, который управлял военными машинами, позже – гражданских лиц, занятых в основном в строительстве. В этом качестве оно впервые появилось в Голландии, где с ХVI века стали отделять постройку мостов, дорог и прочих сооружений от архитектуры. В Англии инженерами стали называть специалистов, занятых гидротехническими сооружениями, а затем и железнодорожных строителей. Как звание ученого-строителя утвердилось слово «инженер» и во Франции.
Таким образом, история дает нам множество примеров инженерных видов труда и отдельных выдающихся мастеров, которых мы можем назвать инженерами. Дело не в том, что они не имели систематического образования, а являлись самородками-умельцами, мастерами-универсалами. Они решали сложные технические задачи «в уме», и в то же время могли воплотить эти решения собственными руками.
Общество в долгие века господства мелкого ручного ремесленного и мануфактурного производства не нуждалось в сколько-нибудь значительных массах специалистов. Маленькая ремесленная мастерская или даже мануфактурное предприятие с зачатками разделения труда, с ручными орудиями труда и несколькими десятками рабочих, по сути ничем не отличающихся от средневековых ремесленников, могло функционировать под руководством всего одного-двух опытных людей. Таким универсалом-специалистом и являлся обычно сам владелец мастерской. Пытливая мысль механика Кея (1733 г.), ткача Джемса Харгривса (1765 г.), изобретателя Джемса Уатта (1769 г.), предложивших конструкции самолетного, механического челнока, механической прялки в ткацком производстве и паровой машины, положила начало промышленному перевороту.
Спорадические (единичные) формы инженерной деятельности, существовавшие до конца XVIII в., выполняли функцию информационно-регулирующего элемента при создании сложной техники, когда требовались соответствующие виды концентрации орудий производства и разделения труда. Наиболее адекватное совпадение понятия и названия этой формы инженерной деятельности обнаруживается, например, в русском названии инженеров – «розмыслы». Технический замысел, техническое управление – специфическая и существенная характеристика деятельности русских розмыслов. Они действовали всегда опосредованно, в отличие от непосредственных исполнителей их замыслов.
С развитием крупного машинного производства, созданием сложных орудий и средств труда появляется необходимость в более дифференцированном разделении труда. Появляется необходимость в специалистах, которые осуществляют подготовку и организацию производства, проектируют конструкции и разрабатывают технологию изготовления продукции, среди которой все больший удельный вес занимают новые средства производства. Теперь уже мало отдельных умельцев-самоучек, обладающих от природы смекалкой и способных работать с механизмами и машинами. Промышленное производство требует их в большом количестве.
В свою очередь быстро усложняющееся производство, которое бурными темпами насыщается новыми видами машин и механизмов, современнейшей технологией, требует от специалистов все большего объема теоретических знаний.
Инженерная деятельность превращается в социальный институт, ее функцией становится удовлетворение расширяющегося круга технических потребностей общества, которые удовлетворяются крупной машинной индустрией, основанной на сознательном применении естествознания.
Таким образом, совершенно очевидна определяющая роль инженера в общественном развитии. Далее рассмотрим сущность инженерной деятельности.
2. Инженерная деятельность
в философско-социологическом аспекте
Философские размышления об инженере, его роли в развитии общества характерны для многих крупных мыслителей.
Философские проблемы технической деятельности формулировались уже Аристотелем. Науку о технической деятельности он называл «практической философией», различая при этом деятельность и творчество.
«Ведь творческое начало находится 
в творящем, будь то ум, искусство или некоторая способность, а деятельное начало – в деятеле как его решение, ибо сделанное и решенное это одно и то же.» Аристотель.
Аристотель охарактеризовал технику как умение или искусство, основанное на знании причин.
Деятельность архитектора, который выполнял функции инженера в древнегреческом обществе, Аристотель называл производящей причиной, источником начала движения.
Философские положения Аристотеля послужили основанием для создания первой «общеинженерной теории». Такую попытку предпринял Полион Ветрувий. Он считал, что только единство практических и теоретических знаний обеспечивает успех в инженерной деятельности. Суть технической деятельности Ф. Бэкон выразил в афоризме: «В действии человек не может ничего другого, как только соединять и разъединять тела природы. Остальное природа совершает внутри себя». Классифицируя человеческие познания, он относит механику и теорию машин к естественной практической философии.
Пристальное внимание к технической деятельности особенно характерно для Р. Декарта. Его механистический метод оказался очень плодотворным в науке. Уже в средневековье идеалом науки стало не созерцание истин, а искусство, практическое умение, в котором наибольших успехов добивались инженеры.
Декарта Мерсени в своей книге «Истина наук» писал, что механика «зависит от геометрии, поскольку она говорит о количестве или величине всякого рода движущих сил, тяжестей, движений, времен. Ее главные приборы – весы, рычаг, блоки, журавль, подъемный снаряд и все, что сюда относится, как клин и винт. Те, что упражняются в этом искусстве, называются инженерами.
В XVIII веке в Энциклопедии Дидро и Д’Аламбера инженерной деятельности уделяется значительное внимание, а инженер определяется как строитель воинских укреплений и машин.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 |
Основные порталы (построено редакторами)