Familia Ciceronis и вопросы дотальной собственности (стр. 1 )

*

Familia Ciceronis и вопросы дотальной собственности

Изучением римской familia в отечественной историографии в основном занимались и занимаются романисты[1], в силу чего исследования, как правило, носят чисто институциональный характер и базируются главным образом на юридических источниках, что, несомненно, сужает круг рассматриваемых вопросов, ограничивает хронологически исследование временем написания сохранившихся юридических источников, а также не позволяет сопоставить юридическую норму с реальной практикой, которые, как это мы можем наблюдать ежедневно в своей жизни, зачастую весьма расходятся. В отечественном антиковедении хотя существует определенный (весьма узкий) круг исследований в этой области, однако и здесь спектр поднимаемых вопросов весьма узок[2]. Римская семья пока не стала у нас полем междисциплинарного всестороннего анализа, как то произошло на Западе в рамках «новой социальной истории».

Отношения, складывающиеся внутри семьи на почве собственности, являются важными как для характеристики семьи как таковой, так и для понимания отношений внутри семейного коллектива. Важнейшим элементом собственности моногамной семьи в Риме была дотальная собственность[3]. Целью данной работы является анализ практики имущественных взаимоотношений в римской семье, складывающихся в основном на почве дотальной собственности, причем объектом нашего исследования является одна отдельно взятая семья – семья Цицерона, а главным источником – его эпистолярное наследие, один из самых репрезентативных и аутентичных республиканских источников. Кроме того, одной из наших задач было показать важность использования неюридических источников при анализе казалось бы чисто юридических проблем, позволяющих лучше раскрыть римскую практику повседневных отношений.

Сочинения Цицерона (106-43 гг.[4]) написаны в основном в 50-40-е годы I в. до н. э., в то время как дошедшие до нас сочинения юристов относятся к гораздо более позднему времени. Хотя среди сочинений Цицерона нет специально юридических сочинений (среди его наследия 57 речей, а также трактаты, условно разделяемые на риторические, философские, политические), но Цицерон практически во всех типах своих сочинений постоянно касался проблем публичного и частного права, и был несомненно хорошо знаком с семейным правом, как и обычаями и практикой в этой сфере[5]. Но все же Цицерон никогда не писал специальной работы о римской familia, как и о приданом, поэтому имеющиеся в его трактатах и речах сведения достаточно фрагментарны, несвободны от греческой философии и риторики. Однако помимо трактатов и речей Цицерон оставил нам по сути уникальный источник своей жизни и своей эпохи – письма. Именно письма позволяют нам взглянуть на римскую familia и практику имущественных отношений как бы изнутри, на примере самой семьи Цицерона, тем самым мы можем представить исторические реалии, относящиеся к сенаторской семье середины I в. до н. э. и сопоставить их с юридическими нормами, которые мы находим в юридических источниках классического и постклассического периода. Письма Цицерона отражают достаточно длительный промежуток жизни Цицерона (ранние относятся к 68 г., последние написаны в июле 43 г. – за несколько месяцев до гибели Цицерона). Основной их объем относится к периоду, когда Цицерон был консуляром и paterfamilias зрелого возраста, имеющим жену (Теренцию) и двух детей (Туллию и Марка). Информации о родителях Цицерона, его решении жениться, о причинах выбора жены, рождении и ранней жизни Туллии мы не имеем. Ранние письма достаточно единичны, основная масса приходится на 50-40-е гг., при этом большая половина относится к последним пяти годам его жизни. Значительное возрастание их числа совпадает с кризисными периодами в личной жизни Цицерона (которые, впрочем, довольно трудно отделить от таковых в публичной): период изгнания Цицерона, с начала 58 до позднего лета 57 г.; период его отсутствия в Риме в силу исполнения должности губернатора провинции Киликия в 51-50 гг., затянувшийся до 47 г. из-за начавшейся Гражданской войны Цезаря и Помпея, участия в ней Цицерона на стороне Помпея, а затем ожидания им милости Цезаря в Брундизии; и наконец новый период кризиса в его семейной жизни, связанный с разводом, а затем и смертью его дочери Туллии, разводом самого Цицерона с Теренцией, быстротечным вторым браком с Публилией и др.

В сохранившихся письмах отразились волнения Цицерона относительно третьего брака и развода его дочери, его собственного развода с Теренцией и новой женитьбы на Публилии (передачи и возврате приданого в том и другом случае, как и в случае дочери), его собственного имущества и имущества его жены в связи с его изгнанием и возможностью конфискации, содержания детей и наследования ими имущества отца и матери. Все это дает возможность сделать выводы о целях приданого, вкладе жены в благосостояние сенаторской семьи, о ее материальных обязательствах в отношении детей, о характере семейной собственности, о правах собственности и распоряжения приданым и практике использования доходов от него, правилах его передачи и возврата, а помимо того об опеке, характере властных полномочий paterfamilias, завещательной практике, которые позволяют нам не только говорить о самом институте приданого, о различиях между нормой и практикой, но и увидеть римскую familia в свете, не всегда совпадающем с правовой трактовкой института.

К сожалению, в основном мы всегда слышим лишь одну сторону – самого Цицерона, поскольку писем его жен (Теренции и Публилии), как и дочери (Туллии), не сохранилось. От сына Марка сохранились лишь 5 писем, адресованных не отцу, а его вольноотпущеннику (управляющему) Тирону[6].

***

Современная семья, хотя имеет некоторые общие институциональные черты с римской familia, все же сильно отличается от последней. Это касается и вопроса имущественных отношений. Одним из основных принципов современного семейного права является принцип равенства супругов. Семейный Кодекс РФ устанавливает законный и договорный режимы имущества супругов. В соответствии с первым, устанавливающим режим совместной собственности, имущество, нажитое супругами в браке, является их совместной собственностью. Исходя из принципа равенства, супруги в равной мере владеют, пользуются и распоряжаются общим имуществом с целью удовлетворения собственных интересов, интересов своих детей и других членов семьи; исходя из режима совместности, распоряжаются им с обоюдного согласия. Однако наряду с совместной собственностью, каждый из супругов может иметь и раздельное имущество[7]; совместное имущество супругов может быть разделено в период брака или при разводе по соглашению или в судебном порядке. Правовой режим собственности супругов может сегодня регулироваться и брачным договором, определяющим права и обязанности сторон в браке и в случае его расторжения. Современный СК РФ не знает института приданого[8].

Что касается имущественных отношений супругов в римской familia, то они, напротив, во многом связаны именно с приданым. Римское право не признает равных прав женщины как субъекта права, это конечно касается и семейного права. Полномочия собственника здесь, как правило, сосредоточены в руках paterfamilias, отца семейства, ибо сама семья строится на принципе властных полномочий, сосредоточенных в понятии отцовской власти (patria potestas)[9], в связи с чем собственность супругов не может быть совместной. Римское право знало две формы правильного брака (matrimonium, conubium): cum manu (под властью мужа) и sine manu (без власти мужа). Хотя эти две формы видимо изначально сосуществовали, однако в архаическое время доминирующей формой был брак cum manu; со II в. до н. э. напротив таковой становится брак sine manu. В первом случае, приданое жены сливалось с имуществом мужа (или его paterfamilias, если он находился под властью отца), становясь по сути имуществом его рода, как и сама жена посредством определенных обрядов становилась агнаткой мужа, членом его рода, уподобляясь в правовом положении дочери семейства (filiae loco) и являясь лицом чужого права (alieni iuris). Только муж (или его paterfamilias) по праву лица sui iuris (своего права) обладал собственностью на приданое и мог распоряжаться им. Жена же имела лишь право на наследственную долю, наряду с детьми, в случае смерти мужа по праву своего и необходимого наследника (sui et necessarii heredes). Регламентации возврата приданого в случае развода при браке cum manu римское право не знает, поскольку раннее право допускало развод только по инициативе мужа и только в случае уголовнонаказуемых деяний со стороны жены, которые фактически вели к утрате ею гражданскоправового статуса (а вместе с тем утрачивалась и возможность существования самого брака)[10]. При браке же sine manu правовой статус жены не менялся: она либо продолжала быть лицом sui iuris, если не имела отца, или была манципирована им, либо продолжала находиться под его властью, принадлежать к отцовскому роду, оставаясь агнаткой и, следовательно, наследницей отца. Приданое теперь не сливалось с имуществом мужа и в случае его смерти или развода должно было возвращаться жене (sui iuris), или ее paterfamilias, если дочь продолжала оставаться под его властью. Характер собственности на приданое в этом браке неоднозначно оценивался самими римскими юристами, что продолжает быть предметом дискуссии до сих пор[11]. Правила о возврате приданого или его части в случае развода исходили из обычая или судебных решений (de re uxoria)[12], формировавших преторское право, которое стало достаточно значительным и последовательным ко времени Цицерона[13], началом же этому возможно послужил известный случай развода Карвилия Руги 230 г. по причине бесплодия его жены[14].

В доцицероновский период мы имеем очень мало информации о приданом (как правило только при урегулировании отношений в связи с разводом)[15]. Приданое было долго частным делом, что видно из отсутствия разговора о нем в законах XII таблиц. Даже Гай не уделяет ему специального внимания, упоминая о нем лишь в связи с опекой (I. 178; 180) и нормой Юлиева закона, запрещающей мужу отчуждать недвижимое имущество из состава приданого без согласия жены (II. 63). Наши знания об институте приданого базируются в основном на источниках конца классического и постклассического периодов[16]. Однако это не означает, что в ранний период приданого не существовало. Сегодня считается общепризнанным, что институт был твердо закрепленным среди всех римских классов[17].