«Дизайн и традиции архаичной формы» стенограмма (стр. 5 )

Мне кажется, что это все как бы элементы одной стихии, они не по разные стороны лежат. Вспомните хлебниковские и крученовские поиски праязыка. Дальше они начинают с этими словами, осколками слов работать так же, как художники работают с осколками предметов и с осколками форм. Там возникают те же универсальные прапринципы набора ритма, чередования ритмов.

Модератор: Но не возникает репрезентативных образов, т. е. утка уже не похожа на утку.

Так она там подразумевается в этом языке. Она просто там скрыта, и человек ее все равно может там обнаружить. Это уже, мне кажется, дело восприятия, а не необходимость в изображении. Когда нам Евгений Васильевич показывал клещи, например, там не сразу разглядишь, что это именно животное. Если в подписи это написано, то мы с вами уже привыкли, это привычка нашего восприятия, а специально делать этот клюв никто в общем-то не собирался, такую задачу себе не ставил. Это абсурдная какая-то ситуация, кузнец, который говорит: «а дай-ка я сейчас тут лошадку сделаю». Ему важно, чтобы предмет действовал, но наблюдение за тем, что есть в жизни и природе, приводит его к этой форме. Он ее не изображает, это, мне кажется, совершенно разные истории. То, как народ, допрофессиональная культура, пользуется сегодня разными инструментами, это ведь рождает фольклор сегодняшнего нашего мира. Он другой, чем тот этнографический, в котором пляшет березка или что-то такое. Однажды Вите Слуцкус(?), такой фотограф литовский, высказал совершенно парадоксальную мысль: надо смотреть, как снимают в народе, чтобы выйти на совершенно фантастическую авангардную фотографию. Он хотел посмотреть, что происходит с материалом фотографии, когда нет каких-то наслоений, когда есть феномен честности, открытости миру, за который выступает группа ТАФ Александра Ермолаева. Вся эта компания в своих текстах и работах постоянно подчеркивает этот эффект честности и открытости, а это есть, мне кажется, наблюдательность. Она привести может и к тому, что мы угадаем какой-то элемент узнаваемый нами, но это совершенно не обязательно.

Алена Сокольникова

Я здесь представляю Московский музей дизайна, мы являемся частной некоммерческой организацией, открытой всего два года назад. У нас необычная структура, мы существуем сразу на нескольких площадках, находясь в поиске своего здания для постоянной экспозиции и продолжаем формировать свою коллекцию.

Сегодня мы все время говорили про архаические формы как некую целостность. При этом возникает очень интересный момент связанный с особенностями развития национальной культуры. С одной стороны, можно отметить общие универсальные элементы в орнаментах и художественных произведениях из самых разных стран мира. Они связаны в первую очередь с нашим проживанием на планете Земля, с тем, что у нас есть сила притяжения, смена дня и ночи и др. Так, солярные знаки появились в результате наблюдений людей за небесными светилами. Однако формирование национальной художественной культуры отдельных регионов во многом обусловлено его уникальными природно-климатическими условиями и связанной с ними спецификой его исторического развития.

В своей диссертационной работе я исследовала национальную специфику графического дизайна с точки зрения семиотического подхода. Самая главная идея в том, что мы смотрим не только на синтактику, на то, что связано с технологиями, с принципами структурной организации формы, с графическими техниками и проч., а мы в первую очередь смотрим на семантическую составляющую, т. е. метафорическую образность, те образы национальной культуры и символы, которые бывают скрыты для глаз, незнакомых с этой культурой, и которые невозможно считать, не зная некий культурный контекст. С точки зрения прагматической, психологии восприятия, важны вещи, которые у нас традиционно соотносятся с такими категориями, как мужское и женское, взрослое и детское, богатое и бедное. Если мы сравним традиционные свадебные костюмы невест Китая и Японии, то увидим что это две совершенно параллельные вселенные. В японском костюме важны нюансные отношения текстуры материала и цветовых переходов, в китайском – преобладает богатство красок, большое количество орнаментов и украшений. Это соотносится с критериями того, что такое прекрасное в языке каждой национальной культуры.

Во второй половине ХХ в., наравне с распространением универсальных принципов функционального проектирования, начинает формироваться понимание уникальной роли различных национальных культур, в обогащении мировой дизайн-практики. Результатом интенсивного культурного обмена, вызванного технологическим прогрессом и глобализационными тенденциями в экономике, стала не только определенная степень унификации объектов дизайна, но и лучшее понимание индивидуальных особенностей дизайна в различных странах. Как отмечал К. Кантор, в своем выступлении на конгрессе ИКСИД 1975 г.: «Сегодня следует рассматривать дизайн, как социальное явление внутри общества, определяющееся не только и не столько "универсальной̆ техникой̆", сколько уникальной̆ и устойчивой̆ совокупностью основных ценностей̆ и норм общества – то есть ядром его культуры». антору, если какие-то вещи принимают внешне схожие формы в самых разных странах мира, это еще не значит, что их природа при этом становится идентичной. Напротив, иногда через внешне похожие элементы можно раскрыть какой-то потенциал различия национальных культур.

История дизайна ХХ века, писалась преимущественно в рамках Западной цивилизации, сконцентрированной вокруг дизайна крупнейших стран Европы и США. Но на современном этапе, все большее внимание начинает уделяться новым школам дизайна, находящимся на пути самоопределения в таких странах как Китай, Индия, Мексика, Иран, Израиль и др., а также переосмыслению роли различных стран Азии и Европы в истории дизайна ХХ века. С этой точки зрения, создание в 2012 г. в г. Москве первого в России музея дизайна, продолжающего традиции первого в мире музея дизайна открывшегося в 1989 в г. Лондоне, является процессом закономерным и актуальным.

Своей основной задачей наш музей ставит сохранение и актуализацию культурного наследия отечественного дизайна, и его пропаганду в стране и за рубежом. В 2012-14 гг. Московский музей дизайна организовал ряд выставок, раскрывающих различные аспекты национальной идентичности дизайна в России.

Для Московского музея дизайна было принципиально важно открыться выставкой «Советский дизайн 50—80-х гг.», которая познакомила многочисленных посетителей с исторически недооцененным и актуальным сегодня опытом советской школы проектирования, представляя чертежи и макеты проектов разработанных во ВНИИТЭ, а также специально подготовленные видео-интервью с ведущими советскими дизайнерами , , и др. Посетители выставки смогли увидеть не только вещи, которые до сих пор хранятся у них дома, но и неизвестные проекты. Они могли послушать интервью , который руководил отделом дизайна на Красногорском оптико-механическом заводе, т. е. человека, создававшего известные всем фотоаппараты торговой марки «Зенит». Все это позволяло задуматься о проектной составляющей и поднять актуальные ценности советского дизайна, советской школы проектирования, т. е. в первую очередь социальную ориентированность и умение создавать качественные и прочные вещи, то что сегодня снова становится актуальным. Когда холодильники не заменяются раз в несколько сезонов, а производятся холодильники, которые работают 50 лет. У нас на выставке стоял действующий холодильник ЗИЛ.

http://www. moscowdesignmuseum. ru/upload/iblock/d52/d520bca9633c66739092831712f3087c. jpg

http://smartnews. ru/storage/c/2012/11/30/1354298411_780616_29.jpeg

http://abunda. ru/uploads/posts/2012-12/1354511816_017_11087_80000000.jpg

http://abunda. ru/uploads/posts/2012-12/1354511816_018_24677_90000000.jpg

Мы старались сделать упор на историю создания научной школы советского дизайна. Вчера был вечер памяти, посвященный Юрию Борисовичу Соловьеву – основателю ВНИИТЭ. Вот здесь его проект, когда впервые в стране было показана разница между конструкторским (инженерным) и дизайнерским подходом в переоборудовании купе вагонов поездов. Впервые полки не свисали на веревках вниз, а поднимались наверх, чтобы не бить по голове. Облегченная конструкция, скругленные углы, увеличенные окна. Потом уже в проектировании послевоенных лет общественного транспорта, таких как трамваи и троллейбусы, применялись те же принципы. Были представлены футуристические проекты Юрия Борисовича 1960-80-х гг. от складного катера до вездехода с колесами от трактора. Мы со студентами сейчас делаем на основе этого всего анимированные 3D модели, чтобы можно было их изучать с разных сторон, поворачивать, взаимодействовать с ними.

Вот замечательная картонная мебель, которая изначально создавалась для конгресса ИКСИД в Москве. Она выдержала испытание и временем, и прочностью. Эта недорогое и оригинальное дизайнерское решение вызывало настоящий фурор. В дополнение к фирменному стилю конгресса были сделаны текстильные сумки. Мечтаем приобрести их в коллекцию, как образец экологичного дизайн-решения.

http://www. moscowdesignmuseum. ru/upload/resize_cache/iblock/a09/575_500_0/a099c7387ba0dabc4218194a08c08e21.jpg

Создание Союза дизайнеров СССР было следующим важным шагом развития дизайна в нашей стране. Фрагменты интервью, записанных нами с дизайнерами, не просто были использованы на выставке, но и выложены в Интернет через наш сайт. Это пока что это урезанные версии, но мы старались снимать побольше, часа по полтора, тем более что не всегда удается повторить такую возможность. Все это станет частью нашей музейной медиатеки, которую мы планируем создавать.

http://cs618319.vk. me/u264059168/video/l_936d6847.jpg

http://cs618319.vk. me/u264059168/video/l_a69aee09.jpg

В качестве эксперимента исследования особенностей социалистического дизайна мы сделали в Пекине совместный выставочный проект «Общие вещи». Мы попросили китайских дизайнеров отобрать вещи, которые были у каждого дома в 1950-80е гг. и которые характеризуют, по их мнению, иконы китайского социалистического дизайна. Получились очень интересные пары, в чем-то очень похожие минималистичные и функциональные вещи с национальной символикой, по-разному пересекающейся. Мы поставили знаменитый китайский термос рядом с нашим дорожным набором «кипятильник в стакане». А еще, они, оказывается, делали наших неваляшек с восточным разрезом глаз, такая пара предметов тоже пользовалась большой популярностью на выставке.