Сессия «Реформа рейтинговой отрасли: оптимизация рынка инвестиций в России» (стр. 2 )

Теперь непосредственно сам апдейт: что же собственно происходит на сегодняшний момент? Очень high-level. Опять же повторюсь, что детальные вопросы вы сможете потом задать. Что у нас происходит сегодня? Закон, как вы все знаете, был принят почти уже год назад, летом прошлого года, нормативные акты Банка России (их в общей сложности будет порядка двадцати) делаются в соответствии с графиком, часть из них уже принята, часть находится в активной работе, законом предусмотрен переходный период для рейтинговых агентств, он на полгода длиннее для иностранных рейтинговых агентств, которые функционируют в России. Для российских рейтинговых агентств он закончится 14 января следующего года, для иностранных — 14 июля. И ровно с этих дат их рейтинги, если они к тому моменту не войдут в реестр Центрального банка (это аналог лицензирования), их рейтинги не смогут быть использованы регуляторами в регуляторных целях здесь у нас на территории России. Деятельность по международной шкале они смогут продолжать. На сегодняшний день мы имеем одно рейтинговое агентство, руководитель которого сидит рядом со мной, это АКРА, которое подало нам документы на включение в реестр. Это произошло месяц назад, даже полтора уже. Сегодня в Банке России функционирует рабочая группа, мы специально решили не принимать решений единолично нашим департаментом, который отвечает за регулирование, и департаментом допуска, который непосредственно будет включать в реестр. Мы решили сразу запросить мнение у тех департаментов, которые потом потенциально будут пользоваться услугами тех агентств, которые подают нам документы на включение в реестр, поэтому в эту рабочую группу входят представители и монетарного блока, где речь идет о ломбардном списке, критериях ломбардного списка, и департаменты надзорные там, где мы говорим о критериях для банков, для негосударственных пенсионных фондов, для страховых компаний по размещению активов. Представители этих департаментов сразу входят в ту рабочую группу, которая будет оценивать документы и выдавать заключения о возможности включения АКРА в реестр, поэтому мы надеемся, что решение о возможности использования рейтингов в регуляторных целях будет принято одновременно с принятием решения о включении в реестр. Мы планируем это решение в отношении АКРА принять в начале лета.

Порядка 70 актов государственных, правительственных, Центрального банка содержит в той или иной форме отсылки на рейтинги. Что мы собираемся делать? Органам федеральной власти мы направим уведомительные письма, еще раз напомним им о дедлайнах, которые есть в законе. В нормативные акты Банка России мы планируем сделать отсылки на решения совета директоров о тех рейтинговых агентствах, чьи рейтинги будут использоваться в регуляторных целях с тем, чтобы мы могли оперативно, не бегая каждый раз в Минюст, принимать решения, если еще одно новое агентство появляется в реестре, чьи рейтинги Центральный банк готов использовать, и на каких уровнях. Ну, наверное, последний вопрос, на который я дам очень краткую информацию — это так называемый mapping или сопоставление шкал тех рейтинговых агентств, которые у нас традиционно присутствуют в России. У нас есть специальная площадка при Банке России — это Экспертный совет, куда входят представители всех рейтинговых агентств и пользователи рейтингов. При этом Экспертном совете создана специальная рабочая группа, которую инициировала как раз Екатерина, эта рабочая группа не делает сейчас саму шкалу сопоставления, она работает над методологией составления таких шкал, потому что понятно, что недостаточно эту шкалу сделать один раз, ее надо регулярно апдейтить, именно эта методология нам позволит потом поддерживать актуальность этой шкалы. Сроки, наверное, я не решусь сейчас озвучить, но надеемся, что до конца года эту шкалу мы увидим, потому что мы в ней заинтересованы так же, как и рынок. Ну, наверное, пока все.

Екатерина Трофимова:

Спасибо большое. Особенно спасибо за упоминание проекта, связанного с мэппингом, еще раз повторюсь, — это связано с потребностью рынка, в том, чтобы иметь некий официальный ориентир, как сопоставлять рейтинги различных агентств, и уже были попытки реализовать этот проект в России. Это хороший пример того, как совпадают действия российского регулятора с тем, что происходит в мире. Точно такая же работа прямо сейчас идет в Европейском союзе. И там тоже не существует официального мэппинга, то есть официально зафиксированного сопоставления шкал, и результат в лучшем случае тоже будет к концу года, сейчас тоже разрабатываются методологии. Здесь процессы идут абсолютно параллельно. И для тех, кто подошёл в последние несколько минут — еще раз обращаю ваше внимание, что на стульях у вас представлены опросники, если будет возможность во время нашей сессии, заполните, пожалуйста. Потому что пример мэппинга еще чем интересен? Что рынок формулировал запрос. И здесь я не могу не поддержать инициативу Центрального банка — да, мы, как рейтинговое агентство предложили организацию экспертного совета и организацию и институализацию такой работы, но все равно только у регулятора достаточно и политического, и институционального веса, достаточно доступа до всех участников рынка, включая академическую аудиторию для того, чтобы организовать этот процесс максимально транспарентно и профессионально. Поэтому повторю, что опрос — это дополнительная возможность сказать «а какие еще нововведения в этой, казалось бы, узкой отрасли, но которая имеет огромное влияние на множество других аспектов нашей жизни, вплоть до того, что вы смотрите по телевизору, это действительно очень важно.

Елена Викторовна, у меня, наверное, еще был бы такой вопрос разъяснить разницу, что такое международная шкала и национальная шкала. Национальная шкала — это наше, свое самое хорошее, а международная — это там, под влиянием непонятных геополитических рисков, или это что-то иное? И является ли одно заменой другого, или это комплементарные вещи? Я, конечно, тут изображаю наивное незнание, но кто-то же должен. Я надеюсь, это будет первой попыткой задать вопрос. Если помните, я предложила уже после первого выступления задавать вопросы из аудитории или высказываться, поэтому давайте используем эту паузу для того, чтобы продолжали готовить вопросы и задавать их, и для того, чтобы заполнять опрос (я буду постоянно напоминать).

Елена Чайковская:

Спасибо, Екатерина, за вопрос. Действительно, несколько странно от специалиста рейтинговой индустрии слышать подобный вопрос, обращенный в сторону регулятора, но тем не менее. Международная шкала обычно говорит о том, как соотносятся уровни кредитного риска на международном уровне, об активах или участниках, которые находятся в разных странах. Это если такое простое объяснение дать. Национальная шкала, как правило, более детальна, в ней больше ступеней, и она сопоставляет участников и активы внутри страны и, как правило, суверенный рейтинг является ее потолком, хотя, как мы узнали на последнем экспертном совете, возможны варианты, но это общепринятое, наверное, правило, что выше рейтинга суверена, как правило, этим активам не присваиваются рейтинги национальные. Очень интересный вопрос, как присваиваются рейтинги по международной шкале, по национальной шкале, как они соотносятся, должен ли действовать там прямой пересчет международного рейтинга в национальную шкалу автоматически, скажем, или должен проводиться отдельный анализ для присвоения национального рейтинга, — это вот как раз то искусство, которым занимаются рейтинговые агентства. Если говорить о регулировании, то еще раз повторюсь, что закон содержит норму, и дедлайн, который я озвучила (14 января и 14 июля), касается в первую очередь, именно этого. Начиная с этих дат для активов, которые являются российскими, регуляторы не смогут использовать рейтинги по международной шкале, для них используются именно рейтинги национальные и тех агентств, которые уже на тот момент будут в реестре. Международная шкала продолжит существовать, но в регуляторных целях для российских активов она на территории России регулирующими органами использоваться не может. Каждый участник рынка для своих собственных целей принимает решение самостоятельно, хочет ли он использовать международную шкалу, или национальную. Естественно, законодательство никаких препятствий здесь не ставит.

Екатерина Трофимова:

Спасибо большое.

Хочет ли кто-то уже высказаться или задать вопрос прежде, чем мы продолжим официальную дискуссию? Давайте в микрофон и обязательно представляйтесь.

Представитель Knorr-Bremse CVS:

Здравствуйте. Компания Knorr-Bremse CVS. Скажите, пожалуйста, в каких случаях вы бы посоветовали использовать национальную шкалу? Есть ли какие-либо рекомендации?

Елена Чайковская:

Мы говорим о пользователях или о тех, кто получает рейтинги?

Представитель Knorr-Bremse CVS:

О тех, кто получает рейтинги.

Елена Чайковская:

Может, Екатерина меня поправит, но, как правило, национальный рейтинг, может, чуть дешевле, чем международный, то есть здесь может быть вопрос цены, может быть вопрос градации. Действительно, я сказала, что там больше ступеней и больше вариантов сопоставления активов, но это, скорее всего, мы говорим со стороны инвесторов, если мы хотим более точную калибровку нашего риск-менеджмента, то национальная шкала нам даст больше для этого возможностей. Если мы говорим со стороны тех, кто получает рейтинги, то вопрос заключается в том, для чего вы их получаете. Если вы хотите, допустим, размещать свои ценные бумаги на международном рынке, вам однозначно нужен международный рейтинг, потому что мало кто из зарубежных инвесторов у вас примет национальный рейтинг. Возможно, потом мы будем продвигать эту историю, но пока это все-таки продукт внутрироссийский. Если вы получаете этот рейтинг для внутреннего инвестора, то понятно, что там национальный, наверное, превалирует. Если вы получаете этот рейтинг для того, чтобы войти в ломбардный список Центрального банка или чтобы ваши бумаги покупали российские негосударственные пенсионные фонды, то это однозначно может быть только национальная шкала, потому что международные рейтинги мы не сможем просто по закону использовать для этих целей.

Екатерина Трофимова:

Да, ну, мне абсолютно нечего добавить к сказанному. Мне кажется, это как раз очень хороший был бы переход от «победа за нами!». Сергей Владимирович, мы вам отдадим отдышаться. Уже сейчас вопрос, да? Позволите, буквально секунду подождать, и придержите вопрос, и даже держите микрофон, потому что мне кажется, что это очень предметный вопрос, как раз для того, чтобы подключить к дискуссии Анну Васильевну и поговорить как раз про листинг и то, каким образом биржа использует рейтинги, потому что там тоже происходят изменения, потому что, абсолютно соглашусь с только что сказанным, что фактически то, какой рейтинговый продукт вы выбираете, диктуется тем, для чего вы его в дальнейшем будете использовать. То есть вам нужно понимать, для каких контрагентов вы его запрашиваете, и, соответственно знать, их предпочтения, их рейтинговые критерии. И вот, если мы возьмем Биржу, как один из примеров такого контрагента, то, Анна Васильевна, если расскажете нам сейчас, какие процессы у вас сейчас происходят, как вы пользовались и пользуетесь на данный момент рейтингами? Но это тоже опять-таки только часть истории. То есть ломбардный список — это только часть истории. Надо вот составить всю палитру для того, чтобы принимать конкретные решения.