Сессия «Реформа рейтинговой отрасли: оптимизация рынка инвестиций в России» (стр. 3 )

Анна Кузнецова:

Спасибо большое за предоставленную возможность выступить. Я рада сегодня здесь всех приветствовать. Естественно, мы как биржа в разных ипостасях используем рейтинги для различных целей. Если посмотреть на группу Московской биржи и на центрального контрагента, который устанавливает параметры для всех ценных бумаг, конечно же, мы смотрим на кредитный рейтинг по всем бумагам, вне зависимости от уровня листинга. Это наш подход к риск-менеджменту, и мы пользуемся всей информацией, всем тем массивом данных, который у нас есть. Если мы говорим о листинге, то здесь мы тоже в некотором роде являемся потребителем рейтингов, а с другой стороны, мы являемся провайдером, то есть, принимая рейтинг в качестве одного из требований листинга, мы даем и некоторые посылы, и возможности, и ограничения для рынка работать с теми или иными ценными бумагами. Мы впервые к использованию рейтинга подошли в 2009 году. После события 2008 г. стало понятно, что, несмотря на все недостатки рейтинговой деятельности в принципе и рейтинговой деятельности в России, лучшего критерия, нежели рейтинг, для оценки инструмента эмитента облигации нет. В результате был выработан подход, когда впервые для эмитента высшего котировального списка, для эмитентов облигаций появилось требование о рейтинге. Подход мы вырабатывали в достаточно плотном контакте с индустрией, с профессиональными участниками, с Комитетом по ценным бумагам фиксированным доходам, созданном при Бирже. Исходили мы на тот момент из того инструментария и того, что было в нашем распоряжении. В нашем распоряжении было не очень много: три международных рейтинговых агентства в России, которые присваивали и присваивают рейтинги как по национальной шкале, так и по международной шкале, и четыре российских рейтинговых агентства. Рейтинговые агентства на тот момент курировал Минфин, все рейтинговые агентства были аккредитованы при Минфине, и в тот же момент появилась первая шкала соответствия, первый мэппинг между шкалами различных рейтинговых агентств. Этим проектом, насколько я помню, занималась рабочая группа НФА где-то при Минфине, и мы как Биржа в ней немножечко участвовали, потому что в тот момент становились потребителями и этой шкалы тоже. Соответственно, эти требования жили достаточно долго в правилах листинга, несколько раз мы их пересматривали, они ужесточались с начала 2014 года, они ужесточались в 2015 году, и с начала 2016 года требования тоже менялись. В какой момент, когда проводилась модернизация листинга, появился приказ ФСФР еще от 2013 года, который зафиксировал правила из наших требований листинга на уровне нормативного акта. Я думаю, что это был неплохой опыт теста и пробного шага, а потом уже его фиксация в нормативных актах. Соответственно, в настоящий момент Банк России подготовил новый приказ по листингу, который пока еще не зарегистрирован Минюстом и не вступил в силу, но, как мы видели все в драфте, который был размещен на сайте Банка России, Банк России планирует ввести гибкость, чтобы не получилась так, что рейтинги жестко закреплены в приказе, и в случае изменения конъюнктуры, для того, чтобы поменять подход, будет необходимо пройти большую работу по изменению нормативного акта. Поэтому уровень и перечень рейтинговых агентств в рамках нового приказа будет устанавливать Совет директоров Банка России. Соответственно, на сегодняшний день мы используем те требования, которые есть в старом приказе и в наших правилах листинга. В наших правилах листинга чуть жестче требования, нежели чем в приказе — такое право нам регулятор дает, соответственно, если мы говорим о международной шкале, например, шкале SNP, то для целей правил листинга и для целей включения облигаций в высший котировальный список, мы пользуемся уровнем рейтинга Россия минус две ступеньки по международной шкале, ну и дальше, собственно, смотрим шкалу соответствия, и эту же линейку выбираем для всех инструментов. В прошлом году мы ввели аналогичные требования по рейтингам для ипотечных сертификатов участия, которые содержат в структуре своего покрытия коммерческую недвижимость, то есть для жилой недвижимости пока такое требование не вводили. На сегодняшний день мы используем рейтинги трех международных агентств и рейтинги Эксперта. Вот, пожалуй, наверное, в общих чертах, все. Но я всячески приветствую проводимые реформы, и я надеюсь, что изменения, которые мы увидим уже буквально через 9 месяцев, в январе следующего года, они очень позитивно скажутся на рынке, поскольку вопросы и, наверное, и тем перезревшая за последние как минимум 7 лет, которые мы как Биржа пользуемся для целей листинга в качестве потребителя рейтингов, у нас есть вопросы по многим пунктам, с которыми мы работаем.

Екатерина Трофимова:

Спасибо большое. У нас в аудитории есть вопросы или, по крайней мере, желание высказаться. Обязательно представляйтесь, пожалуйста.

Юрий Новиков:

Добрый день! Новиков Юрий, Санкт-Петербургский государственный экономический университет.

Мой вопрос будет носить общеконцептуальный характер. Вы начали свое выступление с тезиса о том, что существует кризис доверия. В связи с этим хотел бы узнать вашу позицию по следующему вопросу: начиная где-то с кризиса 2008 года принципиальное большинство банков (если не абсолютное) при кредитовании, иных способах финансирования предприятий, особенно средних, малых, требуют личного поручительства акционеров и руководителей предприятий. Скажите, пожалуйста, что, в общем-то, нарушает принцип ограничения ответственности, существующий на рынке, что далее воздействует на ограничение способности развивать инвестиционный процесс, а это является темой нашей сегодняшней конференции. Соответственно, позволит ли внедрение Российской национальной рейтинговой системы и шкалы обеспечить плавный отход от этой позиции наших банков, и в первую очередь, крупных, которые аккумулирует в себе больше половины всех пассивов, и они единственные в состоянии вытащить наш средний и малый бизнес из сегодняшней трясины, или это никак не заденет эту сторону?

Спасибо!

Екатерина Трофимова:

Если позволите, то я бы вопрос обратила к Сергею Владимировичу и Елене Викторовне, и обязательно свою скромную лепту внесу в ответ, но, может быть, уже после коллег. Так рейтинги помогут восстановлению доверия для того, чтобы деньги циркулировали быстрее в экономике, или ожидания преувеличены?

Сергей Барсуков:

На концептуальный вопрос, мне кажется, легче всего отвечать коротко. Мне кажется, точно не повредят. Вот. Вы же сами знаете ответ на свой вопрос. Он условно-риторический. потому что ожидать, что для малого и среднего бизнеса это поможет очень сильно, — наверное, это завышенное ожидание. То есть малый и средний бизнес движется в сторону публичного обращения и публичного привлечения капитала и обязательств, то, наверное, да. А если малый бизнес все-таки остается такой полузакрытый, то понятно, что перераспределение активов между предприятиями и залог других видов бизнеса для обеспечения кредитов одному из предприятий этого холдинга, особенно если это средний бизнес или малый бизнес, то понятно, что такая практика сохранится. И на самом деле, при структурировании сделок достаточно часто и в рамках публичных сделок, о которых и в газетах пишутся и они известны, крупные собственники из списка Forbes дают личные поручительства и дают в качестве обеспечения в залог акции, которые им принадлежат в других крупных предприятиях. Поэтому точно не повредят. А насколько это поможет? Ну, тем, кому это надо и кто настроен на приведение своего бизнеса в формат публичного акционерного общества, то, наверное, это надо. Спасибо!

Екатерина Трофимова:

Елена Викторовна, хотите добавить что-то?

Елена Чайковская:

Да, очень хочу, потому что ответ мой будет — не то, что не повредят, а точно помогут. Объясню почему. Потому что то, о чем я сказала, наверное, слишком кратно и недостаточно подробно, все-таки нуждается в некоторой расшифровке. Для чего нам нужны рейтинги? Рейтинги для нас — это, наверное, один из ключевых факторов для успеха развития рынка долговых бумаг. И развитие рынка облигаций как раз и призвано помочь в расширении возможностей для финансирования, не только для крупного бизнеса. Мы хотим вывести крупный бизнес на долговой рынок и свести его напрямую с инвесторами для того, чтобы освободить банковские балансы, и они начали кредитовать как раз малый и средний бизнес. И таким образом и малый, и средний бизнес, если они даже напрямую не будут выпускать облигации, получат преимущества в кредитовании — банки начнут за них соревноваться, повысится конкуренция и, наверное, вот тот кейс, о котором спрашивали, станет редкостью, потому что действительно повысится конкуренция за этот сегмент, который сегодня банками незаслуженно обижен. И это в совокупности... Мы не говорим о том, что рынок облигаций будет замещать банковское кредитование, он его должен эффективно дополнить. Это не российское изобретение, ровно об этом сейчас говорят в Европе, что из-за повышенных требования по капиталу, из-за Базеля-3, который уже стал притчей во языцех, способность банковского сектора кредитовать реальную экономику снижается, и поэтому именно рынок капитала, рынок облигаций сейчас рассматривается как такой рецепт и в Европе, и у нас. Когда мы сможем вывести крупных эмитентов на рынок, непосредственно замкнув их на инвестора, и дав возможность банкам кредитовать малый и средний бизнес, потому что именно там нужна экспертиза в оценке кредитных рисков, именно там банки смогут полностью использовать свой функционал как полноценного посредника, который может дать эту экспертизу, которая, может быть, в меньшей степени нужна, если мы говорим о крупных эмитентах, у которых естественно должен быть хороший рейтинг для того, чтобы инвесторы могли на него ориентироваться. И здесь рейтинговые агентства как раз и заменят ту экспертизу, которую сегодня дает банк в оценке кредитного риска на эмитента.

Екатерина Трофимова:

Я, как обещала, обязательно тоже скажу несколько слов по этому вопросу. Но мне бы хотелось, прежде всего, расширить немного поле этого обсуждения. Почему мы замыкаемся только на банках? Сегодня неоднократно на предыдущих сессиях говорилось о том, что структура нашего финансового рынка абсолютно несбалансированна, в ней доминирует Центральный банк, в ней доминируют классические коммерческие банки, где, совершенно правильно было сказано, необходимо «разгружать» балансы. Нельзя просто тупо настраиваться на абсолютный рост, структура балансов банков должна меняться и приводиться в более, может быть, классическую и, как все надеются, более устойчивую форму. И должны подключаться к процессу предоставления ресурсов на рынке, может быть, более экзотические игроки, но являющиеся традиционными и ключевыми для финансовых рынков в развитых странах. Здесь, мне кажется, пенсионные фонды — это, конечно, наше будущее не только в возрастном смысле, но и с точки зрения дальнейшей эволюции финансовых рынков.