Социология знания (стр. 2 )

Возникает вопрос: почему мнения людей об одних и тех же вещах расходится? Дело в том, что образование смысловых значений в процессе общения людей как бы социализируют события для определенной группы. ЕЕ члены смотрят на конкретные явления в соответствии со смысловыми значениями, принятыми данной группой. Поэтому в каждом осмыслении содержится кристаллизация опыта определенной группы. Образование смысловых значений стабилизирует, ориентирует определенные действия, образуя структуры социальной реальности. Она конструируется на основе формирующихся в конкретной группе смыслов, понятий, знания. Главной задачей этой группы является то, чтобы создавать для нее интерпретацию мира, знание о месте этой группы в системе общества.

Социальная реальность конструируется из совокупности знаний, представлений людей о социальном мире в процессе взаимодействия индивидов. Она детерминируется представлениями, знаниями людей. И социальная реальность такова, как она существует в человеческом сознании –индивидуальном и коллективном. В первом случае речь идет о знании как субъективном факторе – мотивах индивидуального поведения, во-втором – как об объективном факторе - знании, дающем возможность человеку, социальной группе, организациям осуществлять деятельность.

В результате знания объективируются в различных видах деятельности, в общественных отношениях. Т. е. весь наш предметный и социальный мир есть овеществленное, объективированное знание.

Знание – конкретный феномен, рассмотрение свойств которого означает исследование социологического явления. По Дюркгейму, знание – каркас эталона для социального действия. Через него люди могут придать смысл своим жизням, значимость опыта, поведения.

3. Актуализация проблем социологического знания в условиях современного общественного развития.

Все увеличивающийся социально-гуманитарный контекст изучения знания в многообразии деятельности и общения приводит к «социологизации» знания, по выражению И. Валлерстайна, что позволяет связывать знания с особенностями изменений современного общества.

Социологизацию знания Валлерстайн связывает с оппозицией принципу универсализма. Он исходит прежде всего из того, что социальная реальность не статична, имеет свою историю, представляет собой процесс, в котором всегда имеются альтернативы, между которыми делается «выбор», в частности, что касается многообразных форм, моделей жизнедеятельности людей, неопределенность каждого конкретного отрезка времени. Поэтому, замечает Валлерстайн, «трудно искать истину в какой то конкретной структуре, так как потенциальные, возможные реальности богаче наличествующих». (1).К оценке возможного можно подойти, замечает он, лишь отбросив наши представления об универсальном.

Логике размышлений Валлерстайна претит парадигма универсализма, представители которой «забывают о значительной части человечества, не только в основополагающих утверждениях, но даже и в своих эпистемологических подходах»(2). В противоположность им, он видит резон в подходах культурологов, который состоит в необходимости рассматривать любое социальное явление контекстуально, с учетом социокультурной специфики. Культурологическое обогащение социологического знания Валлерстайн связывает так же и с возможным в перспективе «воссоединением истины и блага» в том смысле, что «истина позволяет выбрать из всех представлений о нас самих оптимальные и содержательно рациональные».(3)

Культурологический метод позволяет, исходя из неоднородности социальной реальности, обосновать необходимость признания рациональности в том числе и того, что «выделяется из общего ряда». Анализ многообразного, разнородного, многомерно развивающегося мира позволяет «максимизировать шансы на обогащение нашего коллективного знания». От правильной оценки и осмысления геополитической, исторической, социокультурной ситуации зависит в наши дни значительно больше, чем в прошлые времена. Значение социологии знания увеличивается с необходимостью вмешиваться в социальные процессы с учетом их конкретно – исторической специфики и пытаться регулировать их.

1. онец знакомого мира. Социология XXI века. М.2003.С 254

2. Там же. С 256

3. Там же

Лекция 2

Идейные и теоретические источники формирования социологии знания

1. Ученые эпохи Просвещения о социальной обусловленности познания.

2. об активности познающего.

3. Правила социологического метода Э. Дюркгейма о коллективном знании.

1.  Ученые эпохи Просвещения о социальной обусловленности познания.

Истоки формирования социологии знания восходят к эпохе Просвещения. Декартовскому рационалистическому обоснованию силы разума, самого субъекта, владеющего методом расчленения вещей для познания, оппонировал Томас Гоббс. Он утверждал, что для более глубокого понимания сущности познания нужно обнаружить связи между людьми, осуществляющими познавательный процесс, поскольку люди передают друг другу знания, воплощенные в словах («метки»). Тем самым в процессе познания вводится коммуникация. Она означает, что только тогда, когда «метки» памяти являются достоянием многих, а так же то, что изобретено одним, может быть перенято другим. Кроме того, по причине равенства людей знание может развиваться на благо и ради спасения человеческого рода. Развивавшаяся впоследствии на этой основе история общественного договора предполагала стремление к самосохранению и удовлетворению всех потребностей. Нравственные понятия, выражающие эти стремления, определяются реальными отношениями между людьми.

Разумное понимание добродетелей и пороков необходимо для исполнения гражданских обязанностей, вытекающих из общественного договора. Осмысление, знание, понимание гражданских добродетелей как проявления естественных законов нравственности способны обеспечить гражданский мир как эталон существования общества.

Проблема социокультурной детерминации знания занимала важное место в работах Джанбатиста Вико и Шарля Луи Монтескье. Поставленные ими вопросы и намеченные ответы относительно взаимосвязи между знанием и общественным устройством повлияли на характер последующих дискуссий.

Пытаясь раскрыть социальную обусловленность познания, Вико предполагал, что понимание общественной жизни определяется характером понятий и теорий, отраженных в законах. Вступая в полемику с Декартом в противопоставлении индивидуальному разуму общественный, социальный, он стремился обосновать идею объективного характера исторической закономерности. С этой целью была выдвинута идея круговорота, в каждом цикле которого люди, так или иначе, созидают «саму величественную историю». Ее постоянно пронизывают столкновения отцов и домочадцев», богатых и бедных, что проявляется в постоянном изменении в правовых нормах, в языке, в искусстве и в других формах символизации отношений между людьми в обществе.

По мнению Монтескье, каждый общественный строй базируется на системе взглядов, идей и ценностей, определяющих конкретное поведение людей. Решающую роль в общественном развитии он отводит знанию. Являясь одним из основоположников географического направления в социологии, также признавал естественные законы в жизнедеятельности людей, тем не менее приходил к выводу, что люди сознательно отказались от естественного состояния и пришли к государству, к общественному договору. Монтескье делает вывод, что общественный строй базируется на законах и человеческом разуме, управляющем народами. А это требует осмысления и знаний.

Ярким выражением просветительских взглядов Монтескье являются его эстетические идеи. Познавательное значение искусства, считает он, состоит в том, что оно обнаруживает для нас объективный мир, часто «ускользающий». Доставляя удовольствие, оно раскрывает человеку и его самого в разных проявлениях.

2.  И. Кант об активности познающего.

До И. Канта преобладало мнение, что наблюдатель не может оказывать никакого влияния на объект познания. «Коперниканский переворот», осуществленный им в теории познания, заключался в том, что объект познания конституируется творческим актом воспринимающего индивидуума. У Канта знания о мире и ориентиры практической деятельности рассматриваются в связи с соотношением знания и морали, нравственности и поведения, счастья и достоинства, человека и человечества. Т. е. знания необходимы для развития общества, для надежд, связываемых блаженством человеческого рода, обретенным в мире культуры.

Кант требует описания таких изменений в общественных системах, в которых реализуются разумно-практические цели. Применительно к историческому социальному познанию Кант оперировал такими всеобщими понятиями теоретического научно-логического обоснования, как количество, качество, отношение, модальность. Так, общефилософское понятие единства в эмпирической полноте исторического мира охватывает человеческий род в целом. При этом понятие «качества» служит определению специфики человеческой реальности. Понятие «отношения» имеет значение для характеристики общности. Категория «модальности» важна для рассмотрения направления движения истории, динамики общества.

Разумно-практические цели членов общества осуществляются через максимы моральности, реализующей высшее благо, и только тогда будут сняты все «беды» культуры. Путь к этому лежит через преобразование воспитательных институтов, главной функцией которых является развитие человека как природного существа к существу культурному. А это, убежден Кант, путь к свободе, общественной и личной в едином взаимодействии как высшей цели человеческого рода.[1]

Общечеловеческое общение Кант выражает в обобщенной форме и в то же время как в регулятиве - в категорическом императиве: «поступай так, чтобы ты всегда относился к человечеству и в своем лице, и , как к цели, и никогда не относился бы к нему как к средству». Только прогресс морали, считал он, приводит к усилению надежности социальных институтов и только создание условий достойной жизни для всех приводит к расцвету индивидов.

Исследуя роль разума, познания в человеческом общении, Кант специально выделяет эстетические отношения, эстетическое познание. В «Критике способности суждения» он обосновывает объективный и всеобщий характер эстетического суждения, представляющего собой «свободную игру» высших познавательных способностей. «Всеобщая сообщаемость в состоянии свободных познавательных способностей, пишет он, является не только условием возможности суждения вкуса, но причиной удовольствия от предмета». Другими словами, нет эстетического удовольствия там, где отсутствует возможность сообщения своего впечатления кому-то другому, т. е. вне общества. Социальная значимость удовольствия, его «всеобщая сообщаемость» усиливают эстетическое удовольствие и придают ему значение социального фактора. Эта всеобщая сообщаемость, социальная значимость эстетического выступает одним из условий, при которых человеческий род смог развиться в сообщество социальных существ. Вот одна из ярких иллюстраций: «Человек, покинутый на пустынном острове, не стал бы для самого себя убирать свою хижину, наряжаться, собирать цветы… только в обществе ему приходит в голову быть не просто человеком, но «по-своему тонким человеком», [2]цивилизованным человеком культуры.